Финансист

- Фуууух. Энтони поправил галстук. - Ну... Поехали. Он перешагнул порог, тут же его окружил шум сотен разговоров и щелчков печатных машинок. Молодые люди в деловых костюмах сидели за столами, внимально отслеживая телеграмные ленты, делая записи. Раз в несколько минут кто-то звал секретаря, сообщая о резком спаде или возрастании, чего конкретно, Энтони не очень понял. Парень поднялся на второй этаж, снова поправил галстук и постучал. - Здравствуйте. Он заглянул. - Мистер Гольдфилд здесь? - А? - Секретарь оторвал взгляд от записей. - У вас назначено? - Я выпускник Школы, на место финансиста, - ответил Энтони. - Вот тут рекомендательное письмо. - Агаа... - мужчина вгляделся в текст, а затем отложил письмо. - Босс скоро будет здесь. Подождите в кабинете. - Спасибо большое, - Юлай робко поклонился и проскользнул в соседнюю комнату, скромно сев на стул напротив массивного стола. Тишину разбавляло только тиканье часов. Наконец в коридоре послышались шаги. Кто-то перекинулся с секретарём парой слов, кажется задал вопрос. После дверь отворилась. - Давно ждёте? - Нет, я... - Энтони осёкся на полуслове. Напротив него села женщина с роскошным полотном бледных волос, струящихся единым потоком на её укороченное чёрное платье. Острые черты лица, такой же острый взгляд ледяных глаз и острые каблуки. Опустившись в кресло, женщина закинула ногу на ногу, заправила сигарету в мунштук и подожгла ту о свечу. - Итак, вы на вакансию финансиста? - без особого интереса уточнила она, затягиваясь и выдыхая в воздух кольца. - Извините... А мистер Гольдфилд... - Это я мистер Гольдфилд, - Женщина окатила его колючим взглядом. - Но... Вы... - Мой муж опустил компанию на дно рынка. Я была рада, когда он застрелился от навалившихся на него проблем, которые он сам и сотворил. Теперь я здесь глава, но чтобы не задавали глупых вопросов вроде вашего, я работаю под его именем. Псевдоним так сказать. Так понятнее? - Д-да, да, конечно. Энтони прокашлялся. - Итак, я пришёл, так как меня интересует вакансия финансиста. Я окончил Финансовую Школу с хорошими результатами, у меня есть рекомендации. - А Каупервуд? - всё так же безразлично произнесла она, наблюдая за лентой дыма. - Его отчислили из-за неуспеваемости, я занял место. - Нет, я всегда знала, что мальчишка Каупервуда будет обузой, - вздохнула миссис Гольдфилд. - Но чтобы неизвестно откуда взявшийся ученик сразу занял место, финансируемое нашей компанией... Она склонилась вперёд. - Как ты туда поступил, мальчик? - Я показал хорошие результаты... - ДО этого. Как ты занял его место? "Сказал, что меня порекомендовали вы, так что-ли сказать?! " - мысленно прошипел Юлай. Миссис Гольдфилд прищурилась, внимательно наблюдая за его молчанием. Наконец Энтони сдался. - Я подделал рекомендательное письмо вашей компании и сказал, что это вы меня прислали на замену, - вывалил он. Девушка приподняла бровь и затянулась. - И? - Каупервуду я лгал, что заменяю его, участь от его имени, в Школе - что я замена от компании, вам - что замена от Школы. Это вы хотели услышать? - Именно. И что ты думаешь по этому поводу? - Мне не стыдно, знаете. Я выгрыз себе дорогу в свет, из самых низов, где никто даже читать не учит. Я не прошу вашего снисхождения или жалости, ложь - шутка серьёзная. Но не думайте, что я так просто оставлю эту затею. Мне нечего терять. Ради своего будущего я готов грызть глотки и дальше. - И как же ты сумел одурачить такое огромное количество людей и не запутаться? - Казалось, её настрой совершенно не изменился, он был таким же ленно-спокойным и отстранённым. - Я чётко регламентировал свои слова... С подделкой документов мне помогали близкие. Одежду и знания о Школе предоставил Каупервуд. - А учебная программа? - Сам нагнал. - Неужели? - Я уже говорил, я не собираюсь возвращаться на дно. Женщина довольно хмыкнула. - Так значит ты хорошо лжёшь. - К сожалению или к счастью, но да. - Любого сможешь уболтать? - При наличии необходимых исходных... - Завтра у меня встреча с инвесторами, - Она встала. - Необходимо, чтобы они заключили договор с компанией. Сможешь провести презентацию и убедить их - я возьму тебя на работу. Энтони поражённо вскинул глаза. После всех кго излияний казалось что женщина пинком вышвырнет его из здания, однако её это как будто совершенно не тревожило. Заметив его удивление, она снова улыбнулась и потушила сигарету о пепельницу. - Малыш, здесь никого не интересует твой статус. Если умеешь вертеться и приносить хозяйке хорошие деньги - работа твоя. Каупервуд в этом смысле был настоящим балластом. Он бы и дня не продержался, у нас таких было полным полно, "одноразовых" богатеньких мальчиков. Докажи своё трудолюбие. - Понял! - Юлай аж вскочил с кресла, пожав женщине руку, кажется, чересчур эмоционально. - Тогда мне нужна информация о предстоящей сделке. Всё что возможно - записи, чеки, информация об инвесторах... - Секретарь занесёт их тебе вечером. Сегодня можешь переночевать в одной из постоялых комнат. - Спасибо вам огромное! Правда, вы не представляете... - Ну всё, хватит, - Гольдфилд зевнула. - От твоего крика голова разболелась. Иди уже, секретарь проводит... - Да. Спасибо, - почти шёпотом ответил Энтони, снова поклонившись, выскочив из кабинета.

***

- Фух... - Волнуешься? - Н-нет. Эркин с сомнением глянул на Энтони, что был белее полотна. Того мелко трясло, пальцы бешено стучали по планшету с листами, как и зубы. - Что, правда? - с иронией заметил старик. - Меня сейчас стошнит, - страдальчески прошептал парень. - От этого зависит вся моя жизнь...! Если я сейчас хоть немного налажаю, если скажу что-то не так, они же... Меня Гольдфилд с потрохами съест, если эти шишки останутся недовольны... - Думаешь они настолько страшные? - Естественно! Я как будто влезаю в нору с ядовитыми змеями... Эркин призадумался. - Слушай... А сколько ты знаешь про муравьёв? - А...? - Ну, - Старик достал из под плаща банку, где неизменно спала Марта и носились туда-сюда её солдаты. - Муравьи. Много знаешь? - Ты рассказывал, что они... Растят грибницу для пропитания, защищают её выделяемым ими же лекарством, имеют чёткую иерархию... - Молодец. А сколько они, думаешь, знают про муравьёв? - Ну... Нисколько? Они высокопоставленные банкиры, зачем им... - Вооот, это самое главное. Ты говоришь, что они такие важные шишки, что настоящие злые боги. Но ты посмотри - мы с тобой, молодой парнишка и старикан, знаем про муравьёв больше, чем эти толстосумы. И кто теперь умнее? Юлай задумался, отведя взгляд. Его больше не трясло, хоть и всё ещё было боязно. - Получается... В этом вопросе... Мы? - В яблочко! А теперь иди туда и разнеси этих напыщенных инвесторов. И если они начнут придираться и говорить, что ты недостоин, напомни себе, что они вероятно даже не знают, что у муравьёв одна королева на муравейник. - И как мне это поможет? - засмеялся Юлай. - Ты наконец-то перестал хмуриться, значит помогло. Давай. Он положил руку парню на плечо. - Мы с Мартой болеем за тебя. - Спасибо, - улыбнулся Юлай. - За всё спасибо, правда. А затем он отступил на шаг, поправил новенький галстук и решительно шагнул в кабинет.

***

Саша сладко потянулся, выходя на кухню, наполняя одну из чашек прохладной водой. На парне была накинута рубашка, застёгнутая через одну пуговицу, поверх неё сидел халат Юлая, перевязанный поясом. Полярный покрутил в пальцах кольцо, задумчиво разглядывая его, попивая воду. Тяжёлое, холодное, оно переливалось чёрным камнем на его ладони. Погрузившись в раздумья, Александр даже не сразу понял, что в скважине щёлкнул ключ и кто-то вошёл в квартиру. - А! Перед ним резко опустилась ребром сковорода, едва не отдавив пальцы с украшением. Алмаз бы остался цел в любом случае, а вот кости вряд ли. Саша отдёрнул руки и вскинул перепуганный взгляд. Акулина смотрела на него жуткими яростными глазами, держа рукоять сковороды. - Ты прунёс нечисть в дом, - зло прошипела она. - Ты загрузняешь это место. - Чего...? - Выбруси пруклятье, не впутывай невинных людей, - так же строго произнесла она. - Нечисть? Проклятие? Что за бред? - Александр встал. - Это кольцо моей матери. С какой стати мне его выбрасывать? - Страшнуя грязь на тебе люжит, - тревожно, но уже не так злобно проговорила она. - Какая то древнюя злоба... Ненувисть. - Чья...? Акулина помедлила и внезапно схватила его другую руку, начав на неё смотреть. - Слишком запутунно... Без карт не пунять... - Что здесь происходит? Я слышал крики. Энтони, сонный и взъерошенный, приплёлся на кухню, оперевшись о спинку стула, пытаясь разлепить глаза. - Семь утра, выходной, право слово... - Этут мальчик проклютый, - сообщила ему Акулина, не оборачиваясь. Юлай вздохнул. - Ну хватит, прекратите. Я едва отучил тебя кормить домового, а тут снова какая-то паранормальная фигня. Довольно... - Мать твуя умерла не просто так, - внезапно сказала женщина, смотря Саше в глаза. - Пруклятье её убило. Оно убьёт и тебя. - Саш, не слушай, ерунда это всё... - Погадайте мне. Можете? Акулина закивала, указывая на стол. - Сейчас, сейчас, мулейший. Садись, - Она быстро отлучилась за картами. - Ты серьёзно? Александр промолчал, садясь за стол. - Я ничего не теряю. - Боже, если ты пойдёшь к пророчице гадать на любовь, я тебя прибью. - Просто посиди рядом, ладно? Явно недовольный всем этим мероприятием с утра пораньше, Юлай всё же сел сбоку от него, положив голову на сложенные руки. - Непрустое пруклятие на тебе, дружок, - Женщина начала тасовать карты, сидя напротив парней. - Родувое. - Чего...? - Родовое, - пояснил Юлай не отрываясь от дремоты. - Он не поймёт твою пророческую чепуху, если будешь говорить так быстро. Акулина прокашлялась, стараясь подавить свой режущий акцент, проговаривая слова медленно и чётко: - Родовое проклятье на тебе, дружок. Оно тянется не первое поколение. Матушка твоя от него погибла, и не только она. - И причём тут кольцо? - С ним связана древняя злоба, первопричина, - Женщина положила колоду рубашкой вверх и подвинула Саше. - Тяни по карте, на каждого родного, живого али мёртвого, покуда не остановлю тебя. Александр кивнул и вытянул первую карту, положив перед собой. Акулина придержала его руку, не позволив перевернуть. Полярный влез в середину колоды и стал одну за другой доставать карты, раскладывая их по рисунку родового дерева, хранящегося где-то в одном из пыльных альбомов. - Я, мой отец, мама... Иоганн, Ада, их отец, первая жена, вторая жена... Дедушка... - Стоп. Александр убрал руки. Женщина отложила колоду в сторону и перевернула карту дедушки Варлаама. "Колесо Фортуны". - Он. С него пошло. - Откуда оно взялось...? Что он такого сделал? - Не знаю. Может быть он был жестоким человеком? - Он был военачальником, сражался в Крымской войне... Вероятно его прокляли за военные преступления? - Я вижу... Женщину. Не его жену, другую, - Акулина занесла руку над картами, закрыв глаза. - Война... Женщина... Убийство... Да, должно быть оно. Он совершил что-то непростительное. - Женщина... А, у нас есть легенда об этом кольце! - внезапно вспомнил Саша. - Якобы оно принадлежало герцогине, которая приютила дедушку и его отряд во время войны, а они её обокрали и убили. И перед смертью, она прокляла дедушку, что... - Парень припомнил сказку, рассказанную ему много лет назад. - "Я проклинаю тебя, предатель моей любви, осему отныне любовь твоя будет ничем иным, как как страданием. Ты будешь мучиться от еë последствий, ты будешь терять того, кто дорог, и в конце концов потеряешь себя. И будет так не только с тобой, но и с потомками твоими, и с нововошедшими в твою семью. А затем я вернусь, чтобы совершить месть всему твоему роду, чтобы раз и навсегда уничтожить всех носителей твоей фамилии". - Вот оно что... Мы достаточно быстро добрались до причины, - вдумчиво ответила Акулина. - Однако кое-что не даёт мне покоя... Проклятье разное. Оно убивает по-разному... Женщина указала на "Колесо Фортуны". - Ему дан был выбор, который он не смог совершить и в итоге потерял всё. - Дедушка... - Сашин голос дрогнул. - Когда он вернулся с войны, его жена почти готова была родить. Кажется, у меня должна была быть ещё тётя... Однако возникли осложнения и нужно было выбрать кого спасать - пожертвовать женой и дать ей родить со стопроцентным летальным исходом для неё, либо оперировать, убить ребёнка, но спасти жену. Дедушка очень любил её, но и в детях своих жены не чаял... В итоге его нерешительность длилась слишком долго - никого не удалось спасти. Энтони серьёзно смотрел на мрачное лицо возлюбленного, мо́лча, сочувственно. Он и представить себе не мог, что в его жизни было столько ужасов, пускай они случались не с ним самим. - Тогда ясно... Теперь мы сможем понять, что случилось с остальными. Она стала одну за одной открывать карты среднего ряда: Константин Полярный, дядя Саши - "Смерть". Эгвиль (настоящее имя неизвестно) Полярная, вторая жена - "Императрица". Виолетта Полярная, мать Саши - "Дьявол". Андрей Полярный, отец - "Дурак". Карта Татьяны Гротской, матери Иоганна и первоц жены Константина, почему-то оказалась пустой. - И... Что это значит...? - Интересно... Когда ты выложил карту своего деда, я не почувствовала необходимости выкладывать карту его жены... И пустая карта... - То есть они не были прокляты...? Почему...? - Герцогиня сказала "будет так с потомками твоими и с нововошедшими в твою семью", что-то типа того, - внезапно вмешался Энтони. - Они не были связаны с Варлаамом кровью... - ...и на момент проклятия уже входили в семью, то есть не являлись "нововошедшими", - подхватил Саша. - Ну конечно! - Но они всё равно умерли. - Их сгубило проклятие их мужей, - ответила Акулина. - У Варлаама - его выбор, у Константина... Она посмотрела на карту. - "Смерть" и любовь... Проклятье убивало тех, кого он любил, вот что случилось. От этого погибла первая жена, затем и вторая. И чтобы не убить собственных детей он повесился. - Эгвиль пришла позже, поэтому должна была пострадать от "Императрицы", разве нет? - Думаю, она страдала от неё, просто "Смерть" оказалась быстрее. Какой была эта девушка? - Она умерла когда мне было около десяти. Я плохо её помню, но слуги и друзья восхищались её красотой и уверенностью в себе. Она всегда была, как говорили, "обольстительницей, пьянящей и терпкой как вино, такой же опасной и манящей". - Схоже с "Императрицей", однако... Она в самом деле была такой? - Не знаю... Никто не знал её настоящую, кажется даже дядя. Его это не волновало, но... Судя по тому что даже имени её не помнят, она не была кому-то по-настоящему интересна. Только как обьект зависти или похоти. - Вот ты и ответил на свой вопрос, - подытожил Энтони. - А мои родители? Что значит "дьявол" и... "Дурак"? - "Дурак" это человек, который не умеет любить. Нет, не так - он может любить, но не умеет проявлять это безопасными и понятными способами. Он творит глупости, перебарщивает или наоборот даёт слишком мало, так сильно ошибается, что обьекты его любви больше увядают чем цветут. "Это... Очень похоже на него... " - А м-м... - Он выровнял голос. - Мама? - В неё влюбился дьявол. Больше ничего не могу сказать. Я... Не знаю, что это значит - призналась гадалка. - Ничего. Я знаю... Давайте дальше. Прежде чем женщина успела что-то сказать, Александр вскрыл все оставшиеся карты: Иоганн Гротский - "Возлюбленные". Аделаида Полярная - "Отшельник"... Александр Полярный. "Повешенный". - А это что значит? - С сестрицей вашей всё понятно - "Отшельник" любит уединение и закрывается от мира, так же, как эта девочка прячется от любви. Она не готова её принять и отталкивает, лишь бы не испытывать боли. Ваш брат... Тут всё не так однозначно. "Возлюбленные" изначально светлая и достаточно позитивная карта. Однако вкупе с проклятьем на любовь... Возможно это неспособность по-настоящему влюбиться. - Но мне казалось он любит Лилиан...? - уточнил Энтони. - Я вижу он так же зол и яростен в ненависти, как и та самая герцогиня. Он... Ненавидит кого-то так сильно, что это застилает ему глаза. Он пытается спастись, схватиться за светлый лучик, но сам же всё портит, потому что эта рана с годами только сильнее болит. Это не любовь, это одержимость шансом на спасение. - Это на него похоже, - медленно кивнул Энтони. - Ну... Насколько я знаю. - А... Я...? - задал Саша самый страшный вопрос. Юлай притих. - Ты стоишь на месте. Женщина взяла карту, подняв её в воздухе. Александру показалось, что его сейчас стошнит, как будто его самого подвесили вверх тормашками. - Запутался, застрял, увяз... Ты окутан пеленой страха. Ты не веришь, что тебя любят, постоянно сомневаешься. Ты пытаешься это проверить, но не понимаешь как, и этот ужас быть брошенным не даёт тебе спать по ночам. Сама мысль о том, что ты останешься один просто невыносима. Карта легко спланировала обратно на стол. - Ты никогда не веришь до конца, даже самым близким и любимым. Александр сглотнул. - Ясно, - лишь сухо выдохнул он. У парня не появилось бледности или не закружилась голова, как обычно бывало при сильных потрясениях. Он просто замер, словно притворившись мёртвым перед пастью хищника. Юлай осторожно положил руку ему на плечо. - Эй...? - И что делать с этим? - резко вышел из оцепенения Полярный, говоря серьёзным и бесстрастным тоном. - Нужно сломать одно из звеньев проклятия и тогда вся цепь развалится. Учитывая, что в живых вас осталось не так много, стоит поспешить. Рано или поздно оно приведёт к смерти вплоть до последнего несущего вашу кровь. - Что звучит наиболее реалистично - научить отца выражать любовь, добиться принятия от Ады, излечить травму Иоганна или убедить самого себя не быть параноиком? - Я... Не знаю, - виновато признался Энтони, словно вопрос задавали конкретно ему. - Быть может... Получится начать с себя...? Он ободряюще улыбнулся. - Мы... Я постараюсь. - Спасибо, - тихонько вздохнул Александр. - Антон, на секунду, - Женщина взглядом показала ему на дверь. - Хочу кое-что добавить, не для твоих ушей. Юлай вздохнул, потрепал Сашу по голове и послушно удалился в другую комнату. Акулина склонилась вперёд. - Не отдавай ему кольцо, - полушёпотом сказала она. - После того как я узнал, что это символ проклятия... - Дело не в этом. Само кольцо не приносит неудач любому, кто его носит. - Но... - Но если ты отдашь его ему, он может консвенно считаться нововошедшим. Саша замолчал, внимательно глядя в её глаза. Женщина явно понимала больше, чем они думали. И более того, относилась к этому с неподдельной тревогой. - Я постараюсь сделать всё что в моих силах, чтобы спасти тебя. Но пока ты проклят, не смей подвергать его опасности, слышишь? - Она нервно сгребла карты и сложила их обратно в стопку. - Я... Отвечаю за этого мальчика. Обещай, что никто не причинит ему вреда. - Я... Обещаю вам, - кивнул Саша. - Я сделаю всё возможное. Клянусь. - Я верю тебе, - Старческая ладонь легла ему на лоб. - Не трувожься так. Хорушо всё будет. Кажется время на старательное выговаривание слов истекло, и Акулина вернулась к привычному говору. - Ступай. Будь остурожен. - Спасибо вам большое. Полярный вышел из кухни, закрыв дверь, вернувшись в комнату. - Саш, ради бога, - тут же вмешался Энтони. - Эта вся... Эзотерика, яйца выеденного не стоит. Забудь ты про неё. Он поднял его лицо за щёки, заставив посмотреть на себя. - Слышишь? Это ерунда. Можешь отдать мне то кольцо и я докажу. Он протянул руку. Но Саша отдёрнул ладонь. - Саш, хватит. - Не надо. Пожалуйста. Мне так будет спокойнее. - Но... - Пожалуйста. - Настоящее проклятие это твоя тревожность, - потёр переносицу Энтони. - И не потому что так решила какая-то сумасшедшая из прошлого, а потому что с психикой твоей не всё в порядке. При слове о психике у Александра кольнуло в груди. "Он ведь так и не знает... " - Как думаешь, мой отец будет сильно зол, что я не ночевал дома? - Судя по предыдущей реакции, мне нужно готовиться к худшему. - Как же мне всё это надоело... Внезапно тишину прорвала трель телефонного звонка. Оба вздрогнули. Энтони не глядя взял трубку и поднёс к уху. - Да? - ...жалуйста, приезжай в редакцию, срочно! - выплюнул шуршащий от перегрузки динамик. Энтони даже поморщился от громкости. - Юля? Что случ... - Это просто кошмар, здесь происходит катастрофа, пожалуйста, ты должен быть здесь! - перебила его девушка. От страха у неё дрожал голос, кажется на фоне кто-то пытался её успокоить. - Я слышу Вику, пожалуйста, передай ей телефон, - настойчиво попросил Юлай. Послышались смазанные разговоры, шум, шелест, и наконец Юлин голос уплыл куда-то в сторону. - Вика, что случилось? - К нам приехал ёбаный министр обороны, - не криком, но не менее эмоционально ответила девушка. Она явно была растеряна и испугана, но пыталась держать себя в руках. - Какой мин... - ЁБАНЫЙ МИНИСТР ЁБАНОЙ ОБОРОНЫ, Энтони! - Сдержать не получилось. - Отец твоего дружка! - Что папа забыл в редакции?! - выпалил Полярный прямо в трубку. На секунду все затихли, а затем Вика вновь подала голос. - Даже спрашивать не буду, почему он у тебя на домашнем адресе в семь утра. Твой отец, - она обратилась к Саше. - Припёрся сюда с отрядом солдат, начал всех шпынять в поисках тебя или того кто знает где ты, велел если не найдём в течение получаса они нам тут все БОШКИ ПОРАССТРЕЛЯЮТ, ЭТО НЕ ШУТКА! - Скажите, что мы скоро будем! Пусть просто не делает глупостей, нам недолго до редакции! - Пожалуйста, живее, я не хочу из-за тебя сдохнуть! В трубке послышались гудки. Энтони медленно положил её на место и глянул на Сашу. - Предсказуемо...? - Собирайся, - скомандовал парень, кинув ему рубашку. - Если он едва не расстрелял редакцию, ты уверен, что будешь в порядке, когда... - О да, я буду в порядке, - В его голосе сквозило неприкрытое раздражение. - А вот он - не уверен.

***

- Отец! Полярный взлетел по лестнице и распахнул дверь на этаж. Гомон тут же оборвался. Все работники конторы уставились на него. - Где он? - серьёзно спросил Александр. - В кабинете Энтони, - с явным облегчением произнёс один из работяг. - Пока его люди здесь, мы боимся лишний шаг сделать, чтобы нас не повязали... Работать невозможно... - Я разберусь. Продолжайте работу. Парень кивнул и быстро куда-то убежал со стопкой бумаг. Полярный и Энтони спешно направились к кабинету. У дверей толпились люди Полярного старшего. Заметив Сашу, они переполошились, кто-то подорвался оповестить министра, но Александр жестом приказал ему стоять на месте. - Я сам. Возвращайтесь на посты. - Но ваш отец... - Не заставляйте меня повторять, - ледяным тоном перебил Александр. Идущему за ним Энтони самому захотелось вернуться на какой бы то ни было свой пост, настолько грозным писатель мог быть в подобные моменты. "Семейное... " - подметил он. - Отец, - ещё раз с сказал Александр, без стука заходя в кабинет. Там у стола стояли Вика и Соня, изо всех сил пытаясь не перейти на крик в яростном споре с Андреем. Юля была за их спинами, лепеча в тщетной попытке всех троих успокоить, но её вообще никто не замечал. Стоило Саше оказаться в помещении, как все обернулись на него. Во взгляде отца мгновенно сменились сначала гнев, потом осознание и наконец облегчение. - Саша! - Девочки, прошу, выйдите. Дальше я сам, - бесстрастно сказал он. Юля поспешила утащить распалённых спором подруг за дверь. - Ты тоже. Энтони неуверенно кивнул, шепнул "будь осторожен" и скрылся следом. - Саша...! Боже мой! - Андрей подлетел, схватив его за плечи. - Вот ты где! Я уже весь город обыскал, обзвонил где только можно, ты не представляешь как я...! Раздался звонкий хлопок. Андрей на секунду потерял зрение, а когда пришёл в себя, нашёл себя с наклонённой на бок головой. Щёку саднило. Саша его ударил. - Какого... - Нет, какого хрена ТЫ вытворяешь?! - вспыхнул Саша. - Как ты смеешь вот так врываться в офис?! - Я... - Мужчина поражённо посмотрел на него, теперь уже совсем иначе, словно видел впервые. - Прости, что? - Ты ввалился в редакцию со своими людьми, перепугал работников, застопорил процесс, ещё и угрожал им! И после этого ты называешь себя министром?! - Не смей на меня кричать! - Нет, это ты не смей! Такой хлёсткий ответ вновь угодил Андрею в слабое место, заставив осечься. - А теперь слушай меня. Никогда, НИКОГДА, слышишь, не смей вредить моим друзьям! - Ты свихнулся? Я думал тебя похитили, а ты где-то прохлаждался, а теперь приходишь и смеешь меня отчитывать, маленький засранец! - Да, смею! - Да по какому праву...?! - Потому что я больше не желаю перед тобой отчитываться, ты, истерик чёртов! Мне почти тридцать, сколько ещё ты будешь бегать за мной, стоит только ступить за порог?! - Но...! - Не нокай, не запрягал! - От надрыва захрипел голос. - Я долго это терпел, но знаешь что? Я больше не собираюсь тебе сообщать каждый свой шаг. Мне плевать на твои психозы, отныне я сам буду выбирать, куда мне ходить, что есть и с кем спать, понятно? - Саша, тебя чуть не убили! Ты вообще о себе думаешь?! А что если...! - Я сам разберусь! Просто не лезь, ради всего святого! - Но это мой долг как родителя! Ты что, не понимаешь...? Я не хочу потерять ещё и тебя! - Ты отвечал за мамину безопасность, потому что был её мужем, но у меня есть свой собственный человек, которого я люблю, и его мнение намного приоритетнее твоего. Если что и случится, то это будет уже не твоя зона ответственности. - Это всегда будет моя ответственность! Да и к тому же, ты всерьёз положишь своё бремя на девушку...? Мы, джентльмены, должны защищать их от невзгод, а ты наоборот отягощаешь её, это недостойно! - Я не собираюсь отягощать никакую девушку, этот человек - мужчина! Слова сорвались с губ быстрее, чем Саша успел их осмыслить. И судя по перекосившемуся лицу отца, это был явно неприятный сюрприз. - Кто это...? Это он втянул тебя в подобную авантюру...? Тебя шантажировали, угрожали...? Кто это?! Видеть отца таким взбешённым было одновременно и страшно, и приятно. Но Саша не испытывал мук совсети за то что сказал ранее. И дальше не планировал. - Это Энтони. - Кто? - на секунду Андрей застыл, пытаясь выловить какие-то воспаления. "Он даже не помнит. Очаровательно". - Энтони, - Саша кивнул на дверь. - Финансист твой. Ты только что чуть не попереубивал его работников. Повисла тишина. - Ульянов! - заорал Андрей в сторону коридора. - Сюда, живо! - Не кричи на него! Энтони заглянул в комнату, испуганный и робкий как щенок. - Здравствуйте... - Во-первых, ты уволен. - Отец...! - Во-вторых, больше не подходи к моему сыну. В-третьих, - Андрей выпустил воздух сквозь зубы. - Молись, чтобы твоя редакция не закрылась в самые кратчайшие сроки. - Послушайте, я...! Саша схватил нож для писем и подставил его к своему горлу. - Заткнулись оба или я вскрою себе горло! Вновь воцарилась тишина. Мужчины замерли, боясь пошевелиться. Удостоверившись, что его слушают, Александр вздохнул. - Он не уволен. - Я решил, что... - Я решил, что он НЕ уволен. - С каких пор ты принимаешь такие решения? - Если уйдёт он, уйду и я. Андрей хохотнул. - Хорошая шутка. - Я серьёзно. - Да брось ты. Жить в нищете? Ты? Это просто смешно. - У меня есть деньги. - У МЕНЯ есть деньги. Уйдёшь из семьи - у тебя их не будет. Он гордо улыбнулся, ожидая, что сын сдастся. - Тогда я найду работу. - Дорогой мой, это не так работает. Если ты думаешь, что работа - это сидеть, ничего не делать и получать деньги, то ты глубоко заб... - Я готов работать. Я понимаю, что это значит. Энтони разрывается между банком и редакцией, я вижу как ему тяжело. И я готов пойти на подобное, если будет необходимо. Полярный старший совсем растерялся. - Но... Почему? У тебя есть всё, о чём можно мечтать... - Андрей подступил ближе, уже не смеясь, дрожащими руками взяв его за плечи. - Я знаю, я не во всём хорош, я не делаю достаточно, но я так старался, чтобы ты был счастлив... И теперь ты просто покидаешь меня...? Меняешь на... Непонятную жизнь с непонятными людьми и непонятной работой, на которой можешь угробить здоровье и жизнь? Ты же такой хрупкий, прямо как Виолетта... Я обещал ей заботиться о тебе, так почему же... - Я знаю, что ты любишь меня, просто не умеешь это показывать. Правда. Но это моя жизнь и я хочу жить в первую очередь так, как нужно мне, а не тебе или кому-то ещё. - Но откуда ты знаешь, что ему вообще можно доверять...? Он же...! - Рядом с ним у меня пропали галлюцинации. - Галлюцинации...? Как... - Как у мамы. Полярный открыл было рот, чтобы что-то сказать, сорваться на крик ужаса, начать просить хрипящим слёзным голосом, но сын остановил его. - Нет. Довольно. Это всё ещё моя проблема. - Н-но Саш... - Я знаю, ты волнуешься. И всё же, как я уже сказал - рядом с ним мне лучше. Я люблю этого человека и не собираюсь спрашивать у тебя разрешение на то чтобы быть с ним в отношенииях, проводить вместе время или трахаться. Отец в очередной раз застыл в паузе перед истерическим ответом, однако вдруг его взгляд стал таким усталым и измученным, что он просто махнул рукой. - Ладно. Делай что хочешь. Я больше не буду... Вмешиваться... - Вы должны отдохнуть, - Саша аккуратно придержал его за локоть. - Возвращайтесь домой, выпейте успокаивающего чая. - Да, конечно... - Энтони. - Да? - Юлай, всё это время тихо стоявший в углу, вздрогнул. - Попроси своих коллег сопроводить его до выхода. И пусть вызовут экипаж, я оплачу. - Хорошо. Энтони открыл дверь и чуть не попал ей по лицу столпившимся работникам. Тех явно застали за подслушиванием. - Вы всё слышали. Бегом! Коллеги тут же разбежались как тараканы. Когда Андрея спровадили, редакция снова вздохнула спокойно. Энтони вернулся в кабинет, закрыв за собой дверь. - Ах... - Александр прижал ладонь ко лбу, тяжело выдыхая, бессильно опускаясь на стул. Конечности тут же ослабли, связки заглохли, сердце колотилось бешено. Энтони молча смотрел на него, позволив отдышаться. - Сейчас закончим здесь и можем снова поехать на квартиру. Кажется... Он больше не станет мешать. - О каких галлюцинациях ты говорил...? - Давай не сейчас, ради бога. Юлай прикусил губу, смотря в сторону. Александр собрал все остатки моральных сил. - Это... Наследственная болезнь. От неё умерла моя мама, потому что тогда ещё не выяснили, что это такое. Сейчас она начала прогрессировать и у меня. - Это когда... - Да, мои провалы в памяти и приступы. Ты видел. - И... Насколько это опасно...? - Отец нанял своих врачей, которые проводят тесты и поддерживают моё состояние. - Но разве это помогает? Саша пожал плечами. - Ты сказал, что рядом со мной их нет. - Ну... Вообще их нет когда в принципе кто-то рядом. А вот когда я один, начинается чертовщина. - Тогда я... - Вот щас не вздумай "я не буду больше оставлять тебя одного". Мне этого и с папой хватило, - Поняв, что получилось слишком резко, Саша смягчился. - Я понимаю, что ты беспокоишься. Но я не становлюсь беспомощным ребёнком из-за сложившихся обстоятельств... Уже нет. Теперь у меня есть ты и это придаёт мне сил. Он ласково положил ладони финансисту на щёки. - Обещай, что после этого разговора ничего не изменится между нами. Нет ничего ужаснее любви из жалости. - Я никогда не чувствовал жалости к тебе...! - Я знаю, знаю. Пусть так и остаётся, - Парень чмокнул его в лоб. - Я люблю тебя. - Я тебя тоже.

***

- Дядя...? Вы в порядке? Андрей не обратил на девушку внимания, пройдя мимо двери, забредая в спальню. Ада направилась следом. - Дядя, вы в порядке? - повторила она. Мужчина опустился на край кровати, погрузившись в свои мысли. - Андрей? Только тогда министр заметил её. - Да...? - Что-то случилось? - Аделаида села рядом, осторожно похлопав по своим коленям, прикрытым багряным платьем Виолетты. Мужчина хрипло выдохнул и положил голову на складки платья. Голову заволокло дурманом едва уловимого аромата нанесённых много лет назад духов. - Саша сказал, что больше не нуждается в моей заботе и что его раздражает моя настойчивость... Ада осторожно пригладила его волосы. Её хрупким рукам удалось ослабить пульсирующую боль внутри черепа. - Он непростой ребёнок, - тихо ответила Аделаида. - Ты не понимаешь, такого не случалось раньше... Он больше не желает быть моим ребёнком. Требовал, чтобы я оставил его в покое... Ещё и рассказал, что если я буду мешать, он переедет к своему любовнику. - Любовнику? - Помнишь финансиста, молодого парня, который недавно появился...? - Голос мужчины стал сонным и измождённым. - Вот он и... Есть... Его "возлюбленный"... Поверить не могу, что вместо построения будущего он занимается таким ребячеством как покровительство фаворитам... Девушка не ответила. Андрей приоткрыл глаза, глянув на неё. Ада явно обдумывала его слова, кажется даже слишком сильно. - Понимаю, звучит дико. - Быть может и правда стоит его отпустить... Зачем вмешивать его... У тебя есть я. Я забуду Иоганна, ты забудешь сына... И всё будет хорошо, - едва слышно произнесла она. - Погоди, - Адрей резко сел. - С какой стати я должен его забывать? - Разве ты не зол на него? - Конечно зол, но это не делает его менее значимым для меня. Он всё ещё мой сын и я намерен помогать ему. - Ты мог бы заботиться не только о нём, - чуть твёрже произнесла Ада, смотря на мужчину глубокими зелёными глазами. - Ты мог бы больше заботиться обо мне. - Милая Ада, я ведь и так забочусь о тебе. Ты моя дорогая племянница, я люблю тебя так же искренно и сердечно, как и Сашу, - Он нежно поцеловал её в макушку, держа хрупкие руки. - Ты и твои братья - моя семья. Я изо всех сил стараюсь вас сохранить. - Иоганн забрал себе мою долю наследства от отца, он превратил меня в прислугу и помыкал как только мог, а Александр даже кажется не помнит о моём существовании - смотрит, как на насекомое. - Что ты говоришь такое...? Я понимаю, они не самые сговорчивые, но они ведь правда любят тебя! Они ведь и твоя семья тоже! - Моя семья это только ты! - закричала девушка. - Почему у тебя есть кому дарить любовь, а мне получать её кроме как от тебя больше не от кого...? Стоит тебе исчезнуть и я снова остаюсь одна, как и прежде... Губы дрогнули в беспомощной улыбке. - Я ведь так похожа на неё, на Виолетту... Почему ты не любишь меня так же сильно...? - Она прижала ладони мужчины к себе. - Я готова сделать всё, что ты попросишь, только пожалуйста, выбери меня...! Пожалуйста... Ты не представляешь, насколько это важно! Она почти плакала. Полярный смотрел на неё распахнутыми глазами. - Боже мой... Ада... Зачем же так...? - Он крепко обнял её. - То что ты на неё похожа вообще не причина. Я люблю тебя просто так, так же как и Сашу и Иоганна. Ты же понимаешь, да...? Девушка отстранилась. - Извините, у меня был тяжёлый день, - спокойно ответила она. От слёз не осталось и следа. - Прошу прощения. Не стоило этого говорить. - Не извиняйся. Ты в порядке...? Ада неопределенно кивнула. - Ещё раз прошу простить. Я должна отлучиться по делам. - Ада... - А вам стоит подготовиться к возвращению дорогого сына, - Племянница вежливо улыбнулась. - Разве нет?