Mountain Storm

      Когда Альбедо просыпается, уже темно. Что ж, мир погрузился во тьму с тех пор, как наступила ночь. Пещера освещена отблесками двух костров и одной надёжной переносной лампой, так что Альбедо было тепло. Всё ещё уставший, и его мышцы немного болят, но уголок, в котором он спит, приятный и тёплый. – Кэйа? – зовёт он, потому что Кэйи нет в поле его зрения. – Хм? Альбедо? Ты в порядке? – спрашивает Кэйа. – Да, – быстро отвечает Альбедо.       Он слышит, как Кэйа шуршит, затем появляется в поле зрения. – Привет. – Привет, – говорит Альбедо и зевает, – Я... это... – Шторм всё ещё продолжается, – говорит ему Кэйа, – Сейчас идёт мокрый снег, и ветер действительно усилился. Мы определенно застряли здесь на ночь. Если бы мы попытались пересечь обрыв на тропе, нас бы точно сдуло с горы, и, вероятно, в конечном итоге мы бы напоролись на рёбра Дурина. Не самое лучшее моё представление о хорошем времяпрепровождении. – Я полагаю, что нет, – Альбедо пытается слегка пошевелиться. Его мышцы протестующе кричат, и он морщится, – Ухх... – Осторожнее, – советует Кэйа, – Ты же знаешь, что сильный холод делает с мышцами. – Да, – говорит Альбедо.       Прямо сейчас он переживает это на собственном опыте. Хотя он согрелся до такой степени, что ему вполне комфортно при такой температуре, все его мышцы были напряжены во время пребывания на холоде и сейчас всё ещё сильно болят. Поэтому он двигается осторожно и пытается скрыть от Кэйи, как ему больно. Но он чувствует, что это ему не совсем удаётся. Кэйа — один из самых наблюдательных людей, которых знает Альбедо, и он уже осознал тот факт, что алхимик сейчас не в лучшей форме.       Альбедо медленно удаётся выползти из своего отсека под столом и встать. Он держится за столешницу для равновесия. Кэйа стоит рядом и внимательно следит за ним, но выглядит по большей части расслабленным. Несмотря на то, что он провёл немалое количество времени в другом отсеке, в определённо стесненных для него условиях, Кэйа выглядит по-кошачьи ленивым. Альбедо внутренне ощетинивается от того, насколько несправедливым это кажется. – Мне просто нужно было немного подвигаться, – говорит Альбедо Кэйе в качестве объяснения. – Понятно. Возможно, тебе захочется размяться, пока ты этим занимаешься, – Кэйя подпрыгивает, чтобы сесть на стол.       Альбедо видит, что теперь все высохло. Стена из ящиков и полок отлично справилась с защитой от атмосферных осадков, а тепло от огня испарило слякоть как на столе, так и на земле, образовав большую площадь вокруг костров. Это хорошо. Это означает, что Альбедо может сидеть на полу пещеры, если захочет. Это также может означать... – Моя одежда? Она высохла?       Кэйа без малейшего недовольства соскальзывает со стола, хотя он только что сел, и опускается на колени, чтобы проверить одежду алхимика.       Мгновение спустя он отдаёт Альбедо всё, кроме пальто. – Подкладка твоего пыльника промокла насквозь. Я думаю, именно поэтому нужно больше времени. – Возможно, – Альбедо снимает вещи, которые он позаимствовал у Кэйи, и одевается.       Это гораздо сложнее, чем должно быть. Ему действительно нужно размяться. Кэйа никогда не позволит ему забыть, если он потянет мышцу, надевая штаны или беря книги, или что-нибудь ещё настолько обыденное. – Оставь пока моё пальто, – говорит ему Кэйа, надевая свою рубашку, – Мне и без этого хорошо. – Ты уверен? Я тоже буду в порядке без него. – Это верно, твой иммунитет к холоду действительно немного сильнее, чем у нас, нормальных людей.       Альбедо напрягается. – Тем не менее, оставим всё как есть. Это ты оправляешься от переохлаждения. – Спасибо. Моя последняя надежда, что ты тоже получишь подобную доброту в трудную минуту.       Кэйа приподнимает бровь. – Я знаю, что предлагал тебе размяться... но не настолько. Лучше будь осторожен или ты рискуешь пострадать сам с этим акробатическим выпадом.       Альбедо морщится. Кэйа ему не угрожает, он знает. Это... действительно было опасно, пытаться использовать фразу “последняя надежда” и напомнить Кэйе, что он тоже знает чужие секреты. Кэйа, конечно, уже хорошо осведомлён. Они оба знали, что у другого были секреты. Со временем они выяснили многие из них... и сохранили их друг для друга. Кэйа ничего не имел в виду, говоря о том, что Альбедо не является нормальным человеком. Он просто констатировал факт, поскольку вокруг больше не было никого, кто мог бы его услышать. – Я прошу прощения. Мне не следовало упоминать это. – Не беспокойся, – говорит Кэйа, пожимая плечами, – Хотя, возможно, тебе действительно захочется по-настоящему разогреть мышцы. Твои движения выглядят скованными от боли. – Так и есть, – признаёт Альбедо.       Затем он последовал совету Кэйи и медленно опустился на теперь уже сухой пол пещеры, чтобы немного потянуться. – Итак... поскольку здесь только ты и я, и никто другой не может нас подслушать, у меня есть к тебе претензии, – говорит Кэйа.       Альбедо замирает. Затем поднимает взгляд на Кэйу, беспокоясь о том, что скажет его коллега. Он знает, что Кэйа знает о его связи с Рэйндоттир... Неужели Кэйа наконец решил, что сейчас самое время поднять этот вопрос? Альбедо не знает, что он собирается сказать. Кэйа был его другом уже долгое время. Или, по крайней мере, он так думал. Что, если всё это время Кэйа на самом деле медленно закипал внутри.. – Ты хоть представляешь, сколько бумажной волокиты ты мне принёс, когда стащил этот проклятый меч из хранилища? – спрашивает Кэйа голосом, который означает, что он в равной степени удивлён и раздражён. – О, – вздыхает Альбедо с облегчением, – Это. – Да. Это, – говорит Кэйа, – Мы были в разгаре расследования дела о серийном убийце, когда я заметил, что он пропал. Высасывающий душу меч, попавший не в те руки, не был тем, о чём мне нужно было беспокоиться прямо тогда... так что я этого не сделал. По крайней мере, в то время. Я подумал, что если кто-то попытается грубо злоупотребить им, это, вероятно, убьёт его, и он заслужил это потому, что был идиотом.       Это похоже на образ мыслей Кэйи. – Но после того, как мы закончили расследование, мне пришлось провести инвентаризацию всего хранилища. В противном случае Джинн сделала бы это сама, – говорит Кэйа и скрещивает руки на груди, – Теперь мы должны каталогизировать каждый опасный конфискованный предмет и регулярно сверяться с нашими записями, чтобы убедиться, что все они всё ещё там. – Я прошу прощения, – говорит Альбедо, и ему действительно совестно, – Я никогда не собирался доставлять тебе больше хлопот или заставлять Джинн волноваться. Особенно во время охоты на серийного убийцу.       Кэйа фыркает. – Представь моё удивление, когда я увидел, как наш Почётный рыцарь бегает с этой уродливой штукой. В любом случае, что вы двое с ним сделали? Раньше он так не светился. – Это было предметом моих недавних экспериментов, – признаётся Альбедо, – Наряду с уникальными очищающими способностями Люмин... Если хочешь, я дам копию моих заметок, чтобы ты мог прочитать... – Нет, спасибо, – говорит Кэйа, – Этой зимой мне нужно перевести целую чёртову книгу на глифах Каэнри'Ах . С меня хватит мигреней.       Для справки, заметки Альбедо написаны не глифами Каэнри'Ах... и они оба это знают. Поэтому, он предполагает, что Кэйа думает, простое чтение о процессе вызовет у него головную боль. – Просто скажи мне... ты узнал что-нибудь, чего бы предпочёл не знать? – Я сделал несколько важных открытий, – честно отвечает Альбедо, – Я могу жить с тем, что я узнал. Я думаю.       Кэйа задерживает на нём взгляд ещё на мгновение, затем кивает. – Если тебе понадобится помощь, ты знаешь, где меня найти. – Спасибо. Я надеюсь, ты знаешь, что это чувство взаимно.       Кэйа натянуто кивает. Затем он подходит к открытому ящику с продуктами у основания стенки и начинает вытаскивать из него ингредиенты. По-видимому, это всё, что нужно сказать на эту тему. – Мне хочется Чёрного окуня, но, конечно, у тебя нет ничего из того, что нужно для его приготовления, – говорит Кэйа, очень сознательно меняя тему, – Только овощи и пшеница... У меня есть кое-какие припасы, так как я нёс аварийный паёк, на случай, если мы попадём в беду на обратном пути от Каменных врат. Мясное ассорти и копченая курица. Хлеб с джемом. Думаю, сейчас мы оба хотим горячего... Как насчёт картофельных оладий? – Хорошо, – отвечает Альбедо, – Но есть ли у нас... – Кедровые орешки? Да. Недалеко от твоего лагеря было несколько сосновых шишек. Я подобрал их, когда прочесывал местность, принося всё, что казалось хоть отдаленно полезным, и складывая ящики, чтобы сделать эту ветрозащиту. Жаль, что у нас нет яиц, чтобы пожарить их вместе с картофельными оладьями.       Альбедо вспоминает кое-что очень огорчающее. – Мы упускаем наши заснеженные сладости. – Да. Надеюсь, Кли не отправится на сахарную пирушку без нас, – Кэйа хихикает, – Может быть, если нам повезёт, мы сможем спуститься с этой горы и вернуться в Мондштадт завтра. У меня есть лошади в базовом лагере. Ну, одна лошадь и один пони, но всё должно быть в порядке. – Будем надеяться, – говорит Альбедо, – Я скучаю по своим пирожным с джемом. – Ну-ну.       Кэйа начинает готовить картофельные оладьи. Альбедо предлагает помочь, но Кэйа отказывается и говорит продолжать разминаться, что Альбедо и делает. Ему действительно это нужно. Постепенно его мышцы расслабляются и перестают так сильно болеть. Этот процесс утомляет его настолько, что он готов задремать снова, но затем Кэйа протягивает ему тарелку обжигающе горячих картофельных оладий с щедрой порцией джема, и Альбедо находит в себе силы бодрствовать ещё немного.       Когда он, наконец, ложится, чтобы снова заснуть, завернувшись в зимний плащ Кэйи с полным животом, Альбедо делает это на полу пещеры, так что ему не нужно сворачиваться калачиком, чтобы снова поместиться в отсеке. Кэйа следует его примеру, с противоположной стороны костра. – Посмотрим, какая погода будет завтра, – говорит Кэйа, – Если это возможно, и если ты чувствуешь себя достаточно хорошо, мы отправимся по Занесённой снегом тропе в Базовый лагерь. Тогда мы посмотрим, возможно ли вернуться в Мондштадт. – Хорошо. Мы должны принимать решения по каждому шагу после того, как проанализируем текущие условия, чтобы понять, возможно ли дальнейшее продвижение, – соглашается Альбедо.       Он надеется, что завтра они смогут вернуться в Мондштадт. Он очень, очень надеется, что они смогут. Прямо сейчас он скучает по своей кровати с мягким матрасом и толстыми зимними простынями, хотя плащ Кэйи, по крайней мере, является хорошей заменой им. На этот раз Альбедо самостоятельно натягивает капюшон, и хоть он не заменяет ему подушку, но делает его нынешнее состояние немного более комфортным, таким тёплым и мягким. – Спокойной ночи, Кэйа. – Спокойной ночи, Альбедо.

_______________________

      Дилюк старается казаться не слишком пугающим или нетерпеливым, когда Вэл объясняет, почему она здесь. К счастью, информатор Кэйи не из тех, кто ходит вокруг да около. – Ходят слухи, что Похитители сокровищ вокруг Драконьего Хребта ищут вас обоих, – она смотрит на Люмин, – И Капитана Альбедо. В основном его, хотя они будут более чем счастливы ограбить вас, если им представится такая возможность. Ходят слухи, что ты украла у них проклятый меч и что Альбедо изменил его, чтобы им можно было владеть, не убивая себя. – Это не так, – быстро говорит Люмин, – Я не крала у них меч. Альбедо дал его мне. Очевидно, он был конфискован рыцарями Ордо Фавониус некоторое время назад. – Не думаю, что их волнуют детали, – говорит Вэл, – Они просто хотят меч... и Капитана следственной группы, чтобы он мог сделать для них больше жутких, светящихся проклятых мечей. – Но Альбедо не делал меч, – протестует Паймон. – Опять же, я не думаю, что их волнуют детали. – Вы не знаете, есть ли у них какие-либо конкретные планы выступить против него? – спрашивает Дилюк, – Или это просто общее предупреждение? – Общее предупреждение, – отвечает Вэл, – Если бы не шторм, обстоятельства были бы намного более тяжёлыми. Они собирались вокруг Драконьего Хребта, готовясь напасть на его лагерь, похитить, чтобы он стал их рабом по изготовлению оружия. Однако шторм определенно сорвал их планы, – она издает короткий смешок, – Я думаю, что они были чуть ли не последними, кто узнал об этом. Я уверена, что им пришлось попотеть, чтобы добраться домой вовремя. Вероятно, у них не было возможности купить выпивку до того, как закрылись таверны. Между прочим, "Кошкин хвост" — единственная таверна в городе, где остались бутылки и бочонки маленького размера. Всё остальное закончилось. И, вероятно, завтра и их тоже не останется. – Спасибо, что дала нам знать, – говорит Дилюк, – Завтра мы попытаемся забрать Кэйу и Альбедо. Мы передадим то, что ты нам рассказала. – И Прекрасный принц, без сомнения, разработает хитроумный план, – Вэл плотнее запахивает на себе пальто, – Тогда я ухожу. Это всё, что у меня есть на данный момент, но если я узнаю что-нибудь ещё, я буду на связи.       Они провожают информатора, а затем запирают за ней дверь на засов. – Ты же не думаешь... – начинает Люмин, выглядя обеспокоенной. – Вероятно, нет, – говорит Дилюк. Честно говоря, он тоже немного волнуется, но, по-видимому, Похитители сокровищ были вовремя предупреждены о шторме, даже если они узнали об этом последними, – Кэйа и Альбедо более чем способны справиться с каким-нибудь сбродом Похитителей, как по отдельности, так и вместе. – Это правда, – его уверенность заставляет Люмин немного оживиться. Дилюк улыбнулся. – Почему бы вам двоим не поужинать? Тогда мы начнём готовиться к завтрашнему дню.       Люмин и Паймон убеждают Дилюка поесть с ними. Им не нужно слишком сильно выкручивать ему руки. Тушеное мясо Люмин пахнет потрясающе, и после их короткого пребывания на Драконьем Хребте и холодной прогулки обратно к дому Кэйи, горячая еда слишком соблазнительна, чтобы отказаться. Они быстро заканчивают трапезу, так как все хотели горячей пищи и стремятся приступить к работе, не оставляя в кастрюле ни ложки рагу. Ягодный пирог "Волчий крюк" они приберегают на потом, когда им понадобится что-нибудь перекусить.       Затем они приступают к своим приготовлениям.       У Кэйи в подвале достаточно запасов тычинок пылающего цветка . На самом деле смехотворно большое их количество хранится в толстых керамических контейнерах. – Он продаёт их Сян Лин, – объясняет Люмин, хотя Дилюк не спрашивает, почему его брат запасается именно этим ингредиентом, – Пылающие цветочные тычинки в обмен на венчики цветов тумана. Они оба хорошо снабжают друг друга. – Практично, – комментирует Дилюк, – Однако, поскольку кузница закрыта из-за шторма, мы мало что можем с этим сделать сейчас. Мы можем отложить немного и, может быть, если нам повезет, Вагнер откроется завтра... – О, разве я не упоминала? У меня в чайнике есть кузница, – говорит ему Люмин. – ...Ты что?       Люмин смотрит на него большими, честными глазами. – Ты не знаешь? Тебе никто не сказал? – Я не совсем понимаю, о чём ты говоришь, так что я так не думаю. – Что ж, – говорит Люмин, вызывая заварочный чайник в стиле Ли Юэ, чтобы он завис в воздухе перед ней, – Будет проще просто показать. – Да, да! – Паймон соглашается, в её глазах появляется какой-то недобрый блеск.       Дилюк очень насторожен, когда Люмин берёт его за руку. Когда подвал Кэйи исчезает вокруг него, и он внезапно оказывается под ясным ночным небом, на зелёной траве без снега, Дилюк делает всё возможное, чтобы не показать своего удивления. – Куда ты нас переместила? – спрашивает он.       Он действительно не хочет ещё одной прогулки обратно к дому Кэйи от телепорта, но если здесь есть кузница... и теперь, когда он думает об этом, почему он не попросил Люмин отвезти их в кузницу в Ли Юэ для начала? Он предполагает, потому что не привык строить планы, которые вращаются вокруг её странных способностей к телепортации... – Адепты подарили мне этот чайник в знак благодарности за помощь Ли Юэ, – объясняет Люмин, – Мы находимся внутри обители, которая сейчас закреплена в ней. Кэйа позволяет мне размещать его у себя дома, когда я бываю в Мондштадте, так что я не удивлю никого, кто наткнётся на чайник, парящий в воздухе. – Понятно... И когда мы покинем это место... – Мы вернёмся в подвал Кэйи, – отвечает Люмин, – У меня здесь есть кузница, которую ты можешь использовать для изготовления тепловых бутылей. Я не так хороша в ковке, как ты, но я могу начать с зелий ледяного щита на моём алхимическом станке.       Они приступают к работе. Кузнечное дело не входит в сферу компетенции Дилюка. Не то что ковка клейморов. Однако он знает, что делает, и чем больше тепловых бутылей он делает, тем эффективнее становится. Люмин тоже неуклонно работает со своими зельями. В течение двух часов они накопили неплохой запас и решают, что этого достаточно. Люмин забирает их из своей обители в чайнике и возвращает в подвал Кэйи. Дилюк роется в складах припасов, которые его брат держит здесь аккуратно организованными, и одалживает длинный моток верёвки, который может пригодиться.       Когда он возвращается наверх, Люмин находится на кухне Кэйи с четырьмя кастрюлями на плите, готовя в них гуляш. Дилюк помогает нарезать ингредиенты, чтобы добавить их в кастрюли. Когда всё было добавлено и им оставалось только время от времени помешивать, пока оно варится на медленном огне в течение часа или двух, они садятся и едят пирог.       Дилюк наблюдает, как Паймон откладывает себе впечатляюще большой кусок, в то время как Люмин защищает свой собственный кусок от парящей феи, которая пытается украсть его вилкой, одновременно кусая свой собственный. Он качает головой, радуясь, что Паймон не делает никаких попыток забрать его пирог... и на мгновение задумывается о том, что прошло всего около полугода с тех пор, как эти двое ворвались в "Долю Ангела" и в его жизнь.       С тех пор всё, конечно, стало интереснее... но иногда кажется, что так было всегда. С самого детства Дилюк ни с кем так быстро не заводил дружбу, так что, возможно, это одна из причин, по которой он так себя чувствует.       Паймон так или иначе следует за компанией, в то время как Люмин — движущая сила, та, что бегает повсюду, вызывает перемены, спасает людей и целые города. Несмотря на то, что она много путешествует и у неё много забот, она, кажется, всегда рядом, когда Дилюк нуждается в помощи. В большинстве случаев по стечению обстоятельств, хотя Дилюк начинает задаваться вопросом, не судьба ли это.       Какова бы ни была причина, он рад. Она достойна доверия, надежна и хороший друг. Ему повезло, что она есть в его жизни. Он только надеется, что, когда ей понадобится помощь, он сможет быть рядом с ней. – Люмин, – говорит он, как только они доедают пирог и начинают прибирать за собой, – Я надеюсь, ты знаешь, что если тебе когда-нибудь понадобится...       Стук в дверь заставляет его остановиться на полуслове. Они оба, нахмурившись, смотрят в сторону входа. – Кто может быть в такую погоду? – Паймон озвучивает то, что интересно им всем.       Оказывается... это Ноэлль и Эмбер. Люмин и Дилюк впустили их, хотя это дом Кэйи, а не их собственный. Дилюк сомневается, что Кэйа будет возражать. – Что-то не так? – спрашивает Люмин, в то время как Дилюк старается не хмуриться. Лучше бы всё было так. Лучше бы ничему не вставать на пути по спасению его брата и Альбедо. – Нет, ничего нового, – говорит Эмбер, – Джинн сказала нам, что ты, возможно, планируешь отправиться за Альбедо и Кэйей... Ну, что Мастер Дилюк может быть, то есть... – И она послала тебя остановить меня? – спрашивает Дилюк, скрещивая руки на груди. – Нет, – говорит Эмбер, – Она дала мне отгул... Сразу после того, как сказала мне... Абсолютно без причины... Если вы понимаете, что я имею в виду.       Ох. – Я не знала, что Люмин и Паймон здесь, – говорит Эмбер, выглядя смущённой, – Неужели... – Мы не смогли, – говорит Люмин, отвечая на вопрос, который Эмбер только что собиралась задать, – Добраться до лагеря Альбедо, то есть. Этот обрыв на пути... Ветер был слишком силён и отправил бы нас кувырком через долину Драконьего Хребта. Мы собираемся попробовать ещё раз завтра, если ветер достаточно стихнет. – Ох. В этом есть смысл, – говорит Эмбер, – Ну, с тобой здесь, это, безусловно, сократит время в пути. Если у вас найдётся для меня место в отряде. – Пожалуйста, позвольте мне тоже помочь, – говорит Ноэлль, – У меня есть некоторый опыт в поиске и спасении, и мой Глаз Бога даёт мне доступ к исцеляющей магии, хотя я надеюсь, что это не понадобится.       Люмин бросает быстрый взгляд на Дилюка, чтобы убедиться, что всё в порядке, и когда он не делает ничего, чтобы показать, что это не так, она улыбается девушкам. – Будем рады, если вы к нам присоединитесь.       Это будет означать многократную телепортацию с горы, но пока они могут добраться до одного из телепортов, это не должно быть большой проблемой. До тех пор, пока они смогут добраться до лагеря Альбедо в первую очередь. Если ветер сделает ситуацию рискованной, они могут перебросить верёвку, чтобы тот, кто не телепортировался первым, мог вернуться к телепорту, чтобы его подобрали... или, если видимость не ужасная, направиться к следующему ближайшему, который не подразумевает планирования над участком с крутым обрывом у скалы... Всё, что проще и безопаснее. Конечно, они не узнают об этом до завтра, и поэтому разберутся с логистикой позже. – Отлично, – говорит Ноэлль, сияя, – Если позволите, ветер на Драконьем Хребте имеет тенденцию стихать ранним утром. Не везде на горе, и нет никакой гарантии, что там всё ещё штормит, но, в целом, именно тогда ветры на горе самые спокойные. Я знаю это, потому что Капитан Кэйа собрал для меня специальный учебный приказ, который включал в себя запоминание таблиц ветра, температуры и осадков для региона Драконьего Хребта после того, как я в последний раз спасала Искателей приключений с горы. – Ты имеешь в виду, что он заставил тебя запомнить это в наказание, когда ты была больна и лечилась, потому что он безжалостный садист, – ворчит Эмбер. – Что? О нет, я очень благодарна Капитану Кэйе за то, что он помог мне совершенствоваться. Я узнала так много полезного о горе, чего раньше не знала! Вещи, которые могли бы помочь нам сейчас. – Ты шутишь? Кэйа всегда... – Мой брат, вероятно, не будет возражать, если Люмин и Паймон займут его кровать на сегодня, – отрезает Дилюк, перебивая Эмбер, – Я займу диван, если Эмбер и Ноэлль не против разделить кровать в гостевой спальне.       Эмбер розовеет и что-то бормочет себе под нос. Дилюк улавливает только слово "брат". Он предполагает, что она забыла, что Кэйа и Дилюк на самом деле братья, и чувствует, что теперь она засунула ногу в рот. – На самом деле, – говорит Люмин, – В этом нет необходимости. У меня есть две комнаты в моём чайнике, а также моя собственная спальня. – ...Конечно, они у тебя есть. – Итак, ты можешь занять комнату Кэйи. Если только ты не предпочитаешь спать в одной из моих. – Я буду спать у Кэйи, – сразу же говорит Дилюк.       Чайник Люмин определённо имеет свою пользу, но он всё ещё не уверен в этом... Хотя, если условия на Драконьем Хребте слишком опасны, а многократные телепортации слишком рискованны для оставшихся людей, он предполагает, что они все могли бы укрыться в нём на время шторма... Он предпочёл бы этого не делать, но это хороший запасной план. – Тогда нам нужно готовиться ко сну прямо сейчас. Завтра мы отправляемся в путь пораньше.