Шкет

***

      — Что ж, до встречи, Гарри Поттер. И, — с отвращением передёрнулся, — Уизли, — и вышел.       Поезд тихо-тихо ехал и потом начал останавливаться. Громкий скрип, наконец, привёл в чувство двух застывших гриффиндорцев. Они начали в спешке собираться, и, выходя из поезда, Гарри подумал:       «Шрамом чую, этот год сулит мне неприятности».

***

      Толкаясь и крича друг на друга, ученики роем начали вылезать из поезда. Каждый то и дело норовил выскользнуть из дверей и первым оказаться на платформе. Так что Гарри с Роном вышли чуть ли не последними, когда поезд опустел.       Но через несколько минут Поттер всё-таки оказался на неосвещённой маленькой платформе. На улице было холодно, и он поёжился. Затем над головами стоявших на станции ребят закачалась большая лампа, и Гарри услышал знакомый голос:       — Первокурсники! Первокурсники, все сюда! — это был Хагрид. Полувеликан, который несколько лет назад забрал Поттера из дома Дурслей и стал гидом в мире волшебников. Сейчас же он встречал первокурсников и провожал их в школу традиционным путём. Гарри даже захотелось снова проплыть по этой реке, увидеть, как яркие огоньки отражаются в воде, и вновь ощутить восторг от величественного Хогвартса. Вдруг Хагрид обернулся и, заприметив Рона и Гарри, крикнул: — Привет, ребятки!       Поттер с другом крикнули приветствие в ответ и помахали руками, но полувеликан не мог долго с ними миловаться. Так что, дождавшись, пока все первокурсники встали в одну большую кучу, начал громко кричать, привлекая внимание то и дело отвлекающихся детей:       — Так, все собрались? Тогда за мной! И под ноги смотрите! Первокурсники, все за мной!       Поскальзываясь и спотыкаясь, дети шли вслед за Хагридом по узкой дорожке, резко уходящей вниз. Гарри наблюдал за этим, и взгляд сам невольно наткнулся на белобрысую макушку, но она быстро скрылась за высокими деревьями. Мальчик ещё немного посмотрел в спины удаляющихся первокурсников, пока его не отвлёк голос:       — Гриффиндорцы, все сюда. Кареты уже готовы. Прошу быть внимательными и не толкаться, их на всех хватит, — это был Перси, староста Гриффиндора. Гарри обернулся и увидел, что парень строго стоял, уже одетый в форму старост, и что-то записывал в помятую на вид тетрадку, попутно сажая в кареты учеников своего факультета.       Так что Гарри и Рон направились к каретам. Когда они уже подходили, их окликнул девичий голос:       — Мальчики, стойте! — это была их подруга, Гермиона Грейнджер. Девочка, как всегда, была одета с иголочки: аккуратно выглаженная школьная форма, расчёсанные кудрявые волосы и чистые башмачки. Она приближалась к ним полубегом, немного запыхавшись. — Вот вы где! — облегчённо выдохнула Гермиона, когда добралась до мальчиков, попутно приглаживая и до того идеально уложенную юбку.       — Ну, мы вроде никуда и не уходили… — неуверенно протянул Рон, почёсывая затылок и глядя на подругу. — А вот где была ты?       Девочка, наконец, перестала прихорашиваться и немного укоризненно посмотрела на друга:       — Я искала жабу Невилла. Он в очередной раз потерял её, так что мне пришлось лазить по всем вагонам, чтобы отыскать это несчастное создание.       Мальчики рассмеялись, глядя на то, как Гермиона, хмурясь, рассказывала это. Та же лишь недовольно на них зыркнула и отвернулась, ожидая, когда же до них дойдёт очередь садиться в карету. Гарри с Роном лишь переглянулись и, сдержав смешок, пожали плечами и начали ждать.       И вот через несколько минут ожидания, наконец, подъехала карета. Гарри с друзьями взобрались в неё.       «И всё же удивительно, что карета едет сама», — думал Поттер, глядя, как карета начинает движение. Но тут оно обрывается, и друзья немного поддаются вперед.       «Что произошло?» — мелькала мысль у троих третьекурсников, когда они смогли прийти в себя. Оглядевшись, друзья поняли, что же было виной остановки кареты. Или, вернее, кто.       Это были два рыжих, коротко постриженных парня. Их лица были в стольких веснушках, что казалось, на них, кроме мелких пятен, ничего и не было. Хотя, любой мог разглядеть глаза, полные азарта, и весёлые ухмылки.       Первый очухавшийся Рон вдруг начал меняться: сначала его лицо позеленело, потом посерело и вдруг начало быстро краснеть. Через несколько секунд он уже напоминал чайник, который вот-вот закипит, а из его ушей пойдёт пар.       — Вы совсем, что ли?! — закричал младший Уизли, озлобленно глядя на двух юношей. Те же в ответ лишь засмеялись и ловко запрыгнули в карету. Стукнув по бортику три раза, они почувствовали, как карета начала двигаться.       — Рон, ну не…       — Кипятись…       — А то вон сейчас…       — Как чайник засвистишь!       Дополняя друг друга, весело проговорили мальчишки и засмеялись над выражением лица рыжего друга Гарри. Похлопывая друг друга по плечам, они все не могли остановиться смеяться.       — Вам надо быть осмотрительней. Так можно и создать аварийную ситуацию, — как всегда, заумно проговорила Гермиона, с укором глядя на близнецов.       — Да ладно…       — Тебе.       — Все же…       — Обошлось.       Парни, еще немного посмеиваясь, вдруг впёрлись взглядом в сидящего напротив Гарри, который изо всех сил старался вжаться в плечи. К сожалению, его старания не увенчались успехом.       — Кто же…       — Это?       — Это ведь…       — Гарри По-о-оттер!       Снова засмеялись мальчишки, глядя на несчастного Гарри, и продолжили:       — Не даст ли нам…       — О, великий герой…       — Автограф!       И снова заливистый громкий смех.       — Фред, Джордж, прекратите! — устало проговорил Гарри, глядя на двух близнецов, которые сейчас над ним весело измывались. — Хватит уже издеваться. Вы это из года в год практикуете.       Парни вдруг резко прекратили смеяться, одновременно глядя на Гарри. Поттер даже немного перепугался, что ненароком обидел близнецов, но тут они посмотрели друг на друга и, опустив головы, сказали:       — Мы и…       — Издеваться?!       — Да мы…       — Никогда!       По-театральному обиженно раскинули руки близнецы, и, кажется, Фред даже пустил слезу. Несколько секунд и снова смех.       Золотое трио лишь хлопнуло себя по лбу.

***

      Большие двери Хогвартса распахнулись, впуская учеников всех факультетов и курсов к себе в обитель. Гарри, как всегда, зачарованно начал разглядывать школу, как он это делал из года в год.       Высокие потолки, у которых, казалось, нет предела. Холодные мраморные полы, которые лежали тут уже не одно столетие и по которым ходили великие волшебники всех времён.       «И Волан-де-Морт…» — грустно подумал Гарри, но тут же отвлёкся на громкие голоса.       Какой-то ученик поспешил и взбежал на лестницу, но та вдруг решила поменять направление, отправляя несчастного пуффендуйца в другую часть Хогвартса. Паренёк довольно сильно растерялся, а дети начали смеяться, тыкая пальцем и шушукаясь.       И вот они вошли в Большой зал. Он был освещён тысячами свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели.       Старшекурсники начали садиться за столы своих факультетов, рассматривая блюда, поданные в этом году. Все были очень голодны и жаждали уже начать пир, но надо было дождаться первокурсников и их распределение.       «А ведь тот Малфой вроде как первокурсник», — ненароком подумал Гарри, но одёрнул себя, ведь какое ему дело до того наглого мальчишки.       Так что Гарри отвлёкся на разговоры со своими друзьями, будучи слишком радостным их встрече после долгих каникул. Каждый был рад друг друга видеть, все делились прошедшими каникулами, рассказывали, что делали и куда ездили. Слушать бессмысленную болтовню и вместе смеяться — вот что было нужно Гарри все эти долгие годы заточения в старом чулане.       Но вот двери в Большой Зал открываются, и внутрь входит целый рой первокурсников. Гарри узнаёт в них себя: он тоже в первый раз рассматривал весь замок, пытаясь, как губка, впитать всё, что видят его глаза. Дети шли с открытыми ртами и глазами, и Поттер даже боялся за их шеи, которыми те ворочали, пытаясь всё углядеть.       Но тут взгляд Поттера нашел беловолосую макушку и ее обладателя. Драко Малфой, в отличие от всех детей, шёл прямо и уж слишком по-аристократически, лишь кидая немного заинтересованные взгляды на стены и потолок. С ним рядом шёл невысокий мальчишка, однако выше ростом, чем Драко. Он был тёмного цвета кожи и с короткой прической, поэтому Гарри догадался, что, видимо, это тот самый Забини.       Мальчишки переговаривались, и на лице Драко была лишь снисходительная улыбка, которой он одаривал всех девчонок, липших к нему.       Первокурсники подошли к столу преподавателей, и Гарри понял, что будет дальше. В зале воцарилась полная тишина. Дети не понимали почему и начали вертеться. Заприметив, что все смотрят на шляпу, они так же начали неотрывно глядеть на нее, ожидая, что же произойдет.       Шляпа же, несколько раз громко кашлянув, чем вызвала у некоторых шок, начала петь. Исполнив весёлую песню, она замолчала, а в зале раздались громкие аплодисменты. Гарри тоже хлопал, так как уважал шляпу. Она ведь изменила всю его жизнь и отправила его к таким прекрасным людям. Поттер с теплом посмотрел на друзей и вновь взглянул на шляпу, заметив, что она вовсю уже распределяет ребят на факультеты.       Многие фамилии были для него не знакомы, но ради приличия Гарри хлопал. Когда же шляпы выкрикивала заветное «ГРИФФИНДОР», стол с друзьями Поттера просто разрывался аплодисментами, встречая на факультет новых людей.       Фамилия за фамилией, и так учеников оставалось всё меньше и меньше. Отвлёкшись на нового студента Гриффиндора, Гарри и не заметил, как в зале вдруг стало тихо. Мальчик поднял голову и понял, почему же.       К шляпе поднимался Драко Малфой.