Алый Король

Прошли всего сутки с тех пор, как Академия сослала Тигнари в деревню Аару, а он уже готов выть от тоски по родному лесу: спасительной прохлады тенистых растений, тонкому аромату лотоса, мурчащему гулу водопада… Тигнари поправил мокрый от пота платок на голове, прячась от палящих лучей солнца. Он только вступил в бесплодные земли пустыни, а уже ненавидит Караван-рибат и его вечную невыносимую жару. Один из матр толкнул его в плечо, приказав пошевеливаться. Фенек недовольно задёргал хвостом (последние сутки он делал так постоянно). — Не многовато ли конвоя? Три матры на обычного учёного? — пробурчал Тигнари, — А чего сразу генерала не пригласили? Матра ещё раз толкнул Тигнари, отчего фенек запнулся. — Если продолжите зубоскалить, даже генерал не сможет гарантировать вашу безопасность. Ещё вопросы? Учёный одарил толкнувшего его матру презрительным взглядом и зашагал быстрее. Всё это казалось не просто бредом, а дурно пахнущим… кхм, проектом. Хотя не стоило ожидать, что Академия так просто отстанет от Тигнари. Самые смелые студенты и учёные оборачивались вслед конвою, узнавая Тигнари по приметным ушам и хвосту. Их робкий, полный сочувствия шёпот только нервировал фенека. Да, он довольно известная личность не только среди лесных стражей, но и среди учёных, поэтому, это можно было назвать показательной поркой. Тигнари честно не понимал каким местом думают мудрецы: их ревнивое отношение к знаниям казалось ему абсолютно нездоровой вещью. Они готовы разбираться в последствиях массового отравления грибами, хотя это можно было предотвратить небольшой лекцией? Почему только избранные получают доступ к тому, что сможет сберечь их жизнь? А потом эти люди обвиняют его в преступном распространении знаний. Тигнари сжал ремень сумки крепче, хвост снова нервно задёргался. Все его исследования и эксперименты оставались в Гандхарве, друзья-стражи… вся его жизнь оставалась там! Рана, одна из лесных стражей, пообещала прислать всё необходимое, но Тигнари понимал, что, отправь она грунт для растений, Академия не выдала бы ему и песчинки. Академии, видимо, надоели выходки Тигнари, и лишить его всего казалось им отличным наказанием. Ему не позволят мирно существовать: его будут искать, если он сбежит, на него будут давить, заставляя принять правильное решение. От тягостных мыслей Тигнари отвлёк гомон толпы у таверны: — Вы видели вчера? — Это точно Алый Король! — Он вернулся! Тигнари посмотрел на свой конвой: те с непроницаемым выражением лица продолжали движение. Это забота других матр. «Алый Король вернулся», — вот о чём шептались за пределами стены Самиэль. Вчера яркая вспышка красного света озарила Сумеру. В тонкой дымке тумана едва угадывалась стена Самиэль, а за ней громоздилась тёмная фигура гробницы царя Дешрета. Тонкие лучи света, будто змеи, пронзили небо. Их кроваво-красные росчерки затмевали даже звёзды. В какой-то момент всё потонуло в красном цвете. Всё закончилось так же быстро, как и началось. Ночь снова стала тёмной, и ничего не напоминало о произошедшем. Возвращение Алого Короля… Мёртвые не воскресают, даже если они Архонты — так считал Тигнари. Механизмы эпохи правления царя Дешрета даже на взгляд современного учёного — чудо техники, поэтому логичнее предположить, что всё светопредставление началось из-за пустынников, которые наконец вскрыли гробницу. Наверняка так оно и было. Вряд ли кто-то из мудрецов действительно всерьёз воспринял слухи о воскрешении Алого Короля, скорее они пришли к тем же выводам, что и Тигнари. Мёртвые остаются мёртвыми, что с ними ни делай — таков закон жизни. И если учёным умам легко было постичь эту истину, то простой народ, склонный верить не науке, а всяким небылицам, предпочитал сказки о волшебном воскрешении. В Караван-рибате было полно пустынников, полно студентов и искателей приключений, которых в пустыню влекло мифическое воскрешение Алого Короля, и это сулило огромные проблемы, не говоря уже о возможной гражданской войне. Академия могла игнорировать слухи, но точно не смогла бы игнорировать наёмников, мотивированных избавлением от гнёта Дендро Архонта. Политические бурления лишь усиливаются, и сейчас мудрецам вряд ли будет дело до Тигнари. По крайней мере фенек надеялся на это. Когда они дошли до деревни Аару, вечер был в самом разгаре. Солнце скрылось за скалами, плотным кольцом окружающими деревню. Остывающая земля все ещё отдавала жаром, а сухой ветер забивал песок под шерсть и одежду. Тигнари с раздражением подумал о том, как долго он будет вычесывать песок из своего хвоста. Матры проводили его до старосты и тут же покинули деревню. Тигнари хорошо понимал — теперь он не их забота, в отличие от нерадивых студентов, которые собираются взять пустыню набегом. Может в этой суматохе Рана действительно сможет отправить Тигнари часть его исследований и оборудования… Вряд ли это произойдёт, но мечтать не запретишь. Он представления не имел, чем будет заниматься в деревне.