Это вечная война...

— Ханджи! — Эрвин мчится к титанам на всех парах. Периферийным зрением, он видит рядом Леви и Майка, которые тоже спешат на помощь подруге. Надежда еще есть. Но они не успевают… Эрвин слышит хруст костей и видит кровь, что течёт из все ещё сжатой руки титана. — Нет! — он выпускает больше воздуха и это его ошибка. Газ в баллонах резко заканчивается. Эрвин падает. — Эрвин! — Майк отвлёкся на него и стал лёгкой жертвой для титана. — Ах ты мразь! — Леви налетает на гиганта. Тот тянется за ним, но Аккерман быстрее. Он цепляется за шею титана, делает поворот, удар и вот, гигант падает на землю. Эрвин устало закрывает глаза, пытаясь успокоить эмоции. Все закончилось. Двое мертвы, но Леви все еще жив. Он встаёт и бежит к рядовому, но останавливается, когда за спиной Аккермана из не откуда возникает новый титан. — Леви! — Эрвин не успевает предупредить его, гигант хватает Аккермана и разрывает пополам, откидывая части тела в разные стороны. Эрвин чувствует, что ноги перестают его держать и он оседает на землю. Слезы начинают щипать лицо, а глаза болеть. Он слишком давно не плакал. Эрвин больше не может, не хочет. Он бьет кулаком о землю и поднимает взгляд на титана. Девиант проходит мимо него, будто упиваясь горем человека. Капитан хочет встать, хочет разозлиться и убить существо, которое только что лишило Эрвина всех друзей. Но у него не получается. Сейчас он думает только о том, что готов самостоятельно отдаться титану, он хочет перерезать себе горло, только бы больше не мучаться... Эрвин резко просыпается и садится на кровати, тяжело дыша. Картины из сна все ещё мелькают перед глазами, а в ушах стоит хруст костей и крики друзей. Он откидывает одеяло и идёт к умывальнику. Он должен остановится, должен снова лечь в постель, он должен смириться… но он не может. Перед глазами появляется всё та же картина: Ханджи, Майк, Леви, титан, кровь… Почему-то его сводит с ума плод собственного воображения. Эрвин уверен, что слышит звук разрывающегося пополам тела и чувствует привкус метала во рту. Привкус… Эрвин замирает, вкус крови — это уже не фантазия. Он прокусил нижнюю губу, сам того не заметив. Неприятное ощущение отрезвляет и прогоняет образы из сна. Капитан шумно выдыхает. Острое лезвие медленно скользит по его руке. На левом предплечье, чуть ниже локтевого сгиба проступает алая полоса, потом ещё одна и ещё… Капли крови, по чуть-чуть начинают появляться на руке, не торопясь катиться вниз. Эрвин заворожённо смотрит на них, пока самая крупная не расплывается и не стекает тонкой струйкой. Мужчина быстро облизывает предплечье, снова ощущая металл во рту. Он на своём опыте понял, что оттирать кровь с пола, это та ещё морока, особенно с его графиком. Капитан шумно выдохнул и положил лезвие на тумбочку. Он сосредоточился на боли в предплечье, отбрасывая все, что его тревожит. Этот метод был проявлением слабости, но все, что помогало Эрвину — это боль. Ему надо было показывать солдатам за дверьми этой комнаты, что он собран, что он в порядке и в любой момент готов их спасти. Но последнее время на вылазках они теряли слишком много людей и это ударило по капитану сильнее, чем раньше. В прошлый раз Эрвин потерял восемь из десяти человек своего отряда. И нет, это не была его вина, Шадис приказал им разделиться, забрал часть его группы к себе, отправил на верную смерть… но Эрвину это не помогало. Он все равно винил себя, за бездействие с Шадисом, надо было что-то придумать, сдвинуть его с места командора. Но ничего на ум не приходило. Оставалось только глушить моральную боль физической и избегать друзей. Эрвин искренне надеялся, что это поможет, ведь если ты ни к кому не привязан, то тебе и терять нечего. Правда оказалось, что прекратить общение далеко не равно отвязаться. Он все еще боялся потерять Ханджи, которая не переставала весело смяться рядом с ним и рассказывать безумные теории. Эрвин не был готов, что Майк, который продолжал сыпать на Смита своими наставлениями, когда-нибудь умрет. И уж тем более капитан не был готов однажды увидеть безжизненное тело Леви. Этот паренек ворвался в его жизнь ураганом и сразу чем-то зацепил. Сначала Эрина впечатляли его способности, потом он начал радоваться, что в его окружении есть человек готовый высказать все, что думает в лицо и Смит не заметил, как обычное наблюдение за действиями Леви переросло в нечто большее, жизненную необходимость, такой вид привязанности, которого Эрвин старался избегать со времен Мари. А лезвия всегда отлично справляются со своей задачей, оставляя достаточно болезненные, чтобы прогнать плохие мысли, но не слишком заметные на бледной коже следы. — Что ты с собой делаешь? — Эрвин тяжело оседает на полу, зарываясь руками в волосы. Слез нет. Их нет уже давно. Грусть закончилась, когда Эрвин устал терять товарищей раз за разом. Осталось только отчаяние. *** — Он сегодня какой-то не такой, — Ханджи подходит к Леви, который проверяет снаряжение перед очередным походом. — Он какой-то не такой последние две недели, — рядовой даже не стал спрашивать о ком именно речь. «Какой-то не такой» здесь был лишь один человек. — Но сегодня больше обычного, — оба солдата косятся на Эрвина и Леви нехотя признает, что Ханджи действительно права. Капитан стоит около своего коня. Он уже явно собран и готов отправляться, однако не спешит седлать животное. Будто бы боится, — Раньше он любил выходить за стены. Он ради этого отправился в разведку, но посмотри на него, он же… — В ужасе, — заканчивает за неё Леви. — Кто в ужасе? — солдаты одновременно оборачиваются на голос рядового из отряда Ханджи. Майла смотрит за Леви и удивлено поднимает брови, — К-капитан Эрвин в ужасе? Почему? Что-то случилось? — Нет, — Леви запрыгивает на коня и косится в сторону Смита, который все ещё не спешит отправляться, — Эрвин не бывает в ужасе, мы про новичков, — он кивает в сторону группы ребят, которые не особо радостно о чем-то перешептываются. Леви заметил, что пару раз они кидали напуганные взгляды на застывшего Эрвина. Рядовой бьёт по бокам лошади и подходит к капитану, — Эрвин, — он наклоняется так близко, как может. Смит дёргается и поднимает взгляд на Леви, — Залезь уже на гребаного коня и перестань вгонять новобранцев в ужас своим испуганным видом. — Что? — Эрвин смотрит на солдат, которых ему кивком обозначил Леви, — Понял, — он сдержанно кивает и возвращает себе свой обычный спокойный вид.

***

Леви бьёт по коню, заставляя того ускориться, чтобы догнать Шадиса. — Какого мы творим? — он обгоняет командора и останавливается, заставляя того дёрнуть за поводья и встать. — Уйди с дороги, — злобно шипит он. — Им нужна помощь, — Леви не намерен отступать. Если понадобится он прямо здесь и сейчас убьёт Шадиса и почему-то ему кажется, что отряд не сдаст его, а наоборот придумает алиби, — Мы просто уходим? — Они справятся сами. — Они долбанные новобранцы. — Там несколько опытных капитанов, — Шадис хочет объехать Леви, но тот снова преграждает ему путь. — Они слишком близко друг к друг, титаны быстро настигнут отряд Эрвина в центре. Это будет бойня, если мы не поможем, — и Леви уверен, что он прав. Как бы Эрвин не пытался заставить его слушать высших по званию, сейчас он не собирался этого делать. Шадис собрал вокруг себя самых опытных бойцов, скинув на других капитанов новичков или не самых лучших кандидатов и вот, он говорит, что эти бездари справятся сами. — Мы продолжаем миссию, это приказ! — Поебать мне на твои приказы, — Леви бьёт коня и скачет в сторону левого фланга, но не отходит далеко от центра. Он знает, что титаны скорее всего уже разгромили отряд капитана Кия и приближаются к Эрвину. Шадис хорошо прикрыл себя, построение было выполнено не так, чтобы выжили все, а так, чтобы выбрался командор. Леви видит девианта и ещё нескольких обычных титанов за ним, значит он был прав. Кий проиграл. Аккерман выглядел спокойным, как всегда. Даже когда он перечил Шадису на его лице ни один мускул не дрогнул. Но вот внутри разразилась целая буря. Он бьёт коня с двойной силой и спешит к Эрвину, надо предупредить и помочь пока не поздно. Поздно. На полпути он сталкивается с гигантами и приходиться вступить в бой. По его подсчётам перед ним пять титанов и один девиант. Леви не справится. Но он все равно цепляется тросами за одну из целей, что находится дальше всех и взлетает. По пути, он отцепляется, разворачивается на девианта. Сначала надо разобраться с самым опасным из всех, тогда даже у новичков, которые идут с Эрвином будет шанс. Титан резко разворачивается, обращая все свое внимание на Леви. Аккерман режет ладонь гиганта, когда тот почти поймал рядового. Очередной выстрел УПМ, разворот. Леви уже готов нанести решающий удар, но титан хватает его за трос и со всей силы бьет о землю. Аккерман тяжело дышит, в ушах стоит звон, а картинка перед глазами до ужаса нечеткая. Однако это не мешает ему, адреналин в крови не позволяет лежать на месте. Леви быстро встает и доверяется своим инстинктам. Он отпрыгивает в сторону от стопы девианта, который пытался его раздавить. Леви снова летит к шее титана, но на этот раз удачно. Девиант валится на землю, но Леви некогда обращать на это внимания. Он подзывает к себе лошадь и на всей скорости скачет за титанами, которые уже успели уйти. По пути он встает и снова использует УПМ. Он убивает ещё одного, но не успевает увернуться от руки другого и в итоге оказывается схвачен. Пасть титана открывается. Аккерман пытается двинуть лезвиями, но титан слишком сильно его сжал. Леви уже продумывает план, как выкрутится из ситуации, однако хватка монстра резко ослабевает, и он падает на землю. Рядовой встаёт на ноги. Левая повреждена, скорее всего перелом, но ноги ему не нужны. Он снова взлетает, оценивая изменившуюся обстановку. Леви видит Эрвина с отрядом и выдыхает. Шансы на победу повышаются. — Леви, бери крайнего справа, остальные действуют по моему прежнему приказу. — Эрвин, я могу… — Некогда, выполняй! Леви не стал спорить, на размышления правда не было времени. Если Эрвин сказал, что его отряд разберётся с двумя, а сам Смит сможет обезвредить одного, то так и будет. Почему-то он уверен, что Эрвин не мог ошибиться. Так и происходит. Четыре титана поочерёдно падают на землю. Обошлось без жертв, хотя Леви все равно пришлось спасать Лору, у которой заел пояс. Он разобрался со своим титаном быстрее остальных и краем глаза заметил девушку, ему пришлось использовать максимум газа, чтобы успеть вырвать ее из лап гиганта до того, как она стала его обедом. Из-за повреждённой ноги приземление вышло не самым удачным, и они оба упали, не слабо ударившись о землю. — Ты в норме? — Лора кивает. Леви уверен, что девушка не слабо напугана, но отдает ей должное, так как у неё все равно получается сохранять видимость спокойствия, — Отлично, вставай, — Аккерман сам поднимается на ноги и переносит вес на правую, надеясь, что никто не заметит его слабости. — Леви, что ты творишь? — Эрвин подбегает к нему и хватает рядового за плечи, — Почему ты не со своим отрядом?! — Потому что Шадис придурок, — Аккерман чуть внимательнее осмотрел отряд Эрвина. Среди пятерых человек трое были в корпусе меньше года. Наверное Леви стоило все же обратить на это внимание раньше, ведь сказанного не вернешь. Хотя с другой стороны, им следует знать всю правду о том, куда они попали, — Бросил тебя с тремя зелеными и двумя не самыми одарёнными солдатами, — двое разведчиков кинули злобный взгляд на Леви и продолжили успокаивать лошадей, — а сам ускакал вперёд, окружив себя опытными бойцами. Построение полное дерьмо, мы слишком близко друг к другу, если бы я не отвлек титанов на себя, они бы очень быстро добежали до вас и не факт, что все бы сложилось так хорошо, это была бы обычная бойня. — Ты все равно не должен был… — Даже не думай говорить, что я должен был слушать его, — Леви грубо прерывает Эрвина. Сейчас ему уже откровенно плевать, что новички в открытую пялились на их спор, за столько месяцев могли бы и понять, что Шадиса никто не любит, а Леви делает, что хочет, — Я начну выполнять его приказы ровно в тот момент, когда он признает твоё построение и… — Эрвин, — все солдаты оборачиваются на приближающего Майка. За ним скачут ещё четыре человека — только треть всей его группы, — План провалился. Построение разрушено! — он дёргает за поводья и лошадь останавливается, — Шадис отдал приказ отступать, мы потеряли бóльшую часть солдат, левый фланг полностью разбит, от правого осталась никудышная горстка солдат. Титаны приближаются, их слишком много и, если не поторопимся, нам тоже не жить. — Быстро садитесь на лошадей! — солдаты послушно выполняют приказ, и они начинают отступать.