Not understanding.

- Крейг, Крейг… - Твик еле слышно шепчет моё имя уже в который раз. Его потные ладони буквально приклеились к моим джинсам, и я честно не понимаю его. Хотя, понимал ли когда-нибудь по-настоящему? Наверное, нет. О таких моментах принято говорить как о чем-то драматичном, непонятном, запутанном и трагичном. Но, что может казаться удивительным, я не чувствую себя растерянным, скорее наоборот, держусь достаточно уверенно. Или пытаюсь таким казаться, хотя бы для самого себя, если не для Твика. Впрочем, ему сейчас не нужна моя уверенность. Точно не сейчас. Она его пугает. Его, такого нервного, непредсказуемого и вечно дерганного и озабоченного постоянно какой-то дрянью. Признаюсь, иногда он выглядит жалким. И даже противным и мерзким. Я его не понимаю. И теперь чётко и ясно осознаю это. Я не понимаю, какую эмоцию пытаются донести до моего мозга почти незаметные белёсые брови, сведённые к переносице по-детски невинно, широкие васильковые глаза, белок которых уже покраснел от, кажется, бесконечных слёз. Это слишком сложная эмоция. Точнее, их несколько, они сплелись в один большой ком нечта, и это усложняет задачу. Но Твик явно ждёт, пока я что-то скажу. - Иногда ты так жалок, - без заминок, на удивление ровно говорю я. Васильковые глаза замирают, останавливаются. Точно на моём взгляде. Меня это вполне устраивает. Я даже усмехаюсь от того, насколько эта ситуация абсурдна. Мы оба никогда не понимали друг друга полностью. Улавливали все те долгие два года отношений, точнее, максимально глупой попыткой их изобразить, подражать всем тем многочисленным сладким парочкам из кинофильмов, только верхушку айсберга. А как только дело доходила до возможности углубиться в характеры, проблемы друг друга, мы сбегали. И не винили друг друга в этом. Тупо, но зато практично. Ты всегда знаешь, что у тебя есть губка, которой можно выплакаться. И эта губка не скажет тебе ничего плохого, а просто прижмет к груди и пожалеет. Здорово же, да? Только вот всегда есть одно «но». Ничто не вечно. А особенно такие недо-отношения. - Было глупо притворяться, будто между нами что-то есть, - я невольно слабо улыбаюсь. – С самого начала это было тупой затеей. Было и так понятно, что всё сведеться к такому исходу. - Так почему ты не прекратил этот театр? – Твик не спускает с меня глаз. Он тяжело дышит. И ему явно с болью дается сделать вдох. – Ты же знал…знал… Он не договаривает. Поднимается с колен, и с тяжестью и неохотой поднимает глаза на меня. Смотрит, как охотник на свою добычу. В его взгляде отчётливо читается острое желание что-нибудь со мной сделать. И если не убить, то хотя бы просто пощёчины будет достаточно - Можешь ударить, если тебе станет лучше, - пожимаю плечами, и развожу руки в привычном пригласительном жесте. - Ты…Да как ты! – и вот, я снова его не понимаю. Твик яростно размахивает руками во все стороны и пытается не сорваться на ещё более громкий крик. Просто воплей пока достаточно. – Какой же ты чёрствый.. И ты всегда таким был! В любой ситуации держишься так невозмутимо! Аж бесишь! Твик весь трясется. Точнее, дергается гораздо чаще, чем обычно. У меня стойкое ощущение, что он вот-вот упадёт, нет, даже рухнет на пол. Я не могу его как-то объяснить, честно говоря. - Ты..Ты просто отвратительный! –Твик расхаживает по комнате и очень эмоционально жестикулирует. Меня это забавляет, не буду врать. – Грёбанный придурок! Действительно удивителен тот факт, что он до сих пор мне не врезал. - Ты понимал все с самого начала! И ничего не сделал! – он останавливается на против меня, прожигает холодным взглядом до костей. - Только не говори, что ты не понимал того же, - меня это уже начинает раздражать. Хотя, на подкорке сознания я осознаю, что ему нужно выпустить пар, мне не приятно, что всегда и во всем виноват я. – Ты, знаешь ли, мог сделать первый шаг к разрыву наших очень искренних отношений. - Я!.. Я не мог, - на его больших глазах снова наворачиваются слезы. Тонкие бледные руки тянутся зарыться в ломкие волосы. Меня поражает то, как он пытается справиться с эмоциями. Закрывается от реальности, и до боли в голове уговаривает игривых плаксивых демонов оставить его. - Я не мог.. Просто не мог. Ты был мне необходим всё это время, - Твик шепчет, но я слышу отчетливо каждое слово. Меня пробирает мелкая дрожь. Ком застревает в горле. Я начинаю понимать, что он хочет сказать. Что имеет в виду. Кажется, впервые за два года. Но подходить и утешать его я не спешу. Мне нужно понять его точные мотивы, прежде чем вернуться к начальной точке, на которой мы оба, как полнейшие мудаки, были зациклены только на самих себе, на своих чувствах, на своих проблемах. - Ты прав, я жалок. Действительно жалок. – Твик выглядит как брошенная кукла. Стоит сгорбившись, прижав руки к груди и постоянно дергаясь. Ладно. Я сдаюсь. До меня снова не доходит, к чему он это сказал. Чувствую себя максимально глупо и потерянно, словно в тумане. - Но ты, конечно, не понимаешь, зачем я это говорю. Ничего нового, – тихо вздохнув, он подходит ко мне, с совершенно пустым взглядом. И это гораздо хуже, чем если бы в них читалась какая-нибудь, пускай хоть и самая сложная, непонятная в мире эмоция. Мне хочется пойти к нему на встречу, но ноги словно прибиты к полу. И мне остается только догадываться, что следующее сделает Твик. Неожиданно, холодные пальцы касаются моей ладони, они тянут её к лицу напротив, держат на острой щеке. Я в ежовых рукавицах. Не могу сказать, что меня это задевает, или что мне это не нравится. - Мне жаль, что тебе пришлось так много времени уделять мне. Правда жаль… я должен был закончить всё это первым. Ты снова оказался прав. - Подожди, Твик, -он не даёт мне договорить, нагло перебивая. - Наши отношения никогда не будут достойны существования. Эта абсолютно неудачная попытка изобразить какую то любовь, и все ради каких то людишек этого дурацкого городка.. Тупость какая. Он всё еще держит мою руку на своей щеке, но, в какой-то момент, который я не успеваю уловить, Твик уже утыкается мне в плечо. И я чувствую, как он дрожит. Уже не трясётся. Нет, всего лишь дрожит. И это даже успокаивает в некоторой степени. Потому что Твик сейчас уязвим. И я хоты бы примерно представляю, что он чувствует. - О чем ты думаешь? – осторожно спрашиваю я, переплетя пальцы наших рук в один единый бежевый комок. И, мне кажется, я примерно представляю, что он ответит. - О нас. О тех двух годах.. Господи, какие же мы идиоты! Неужели мы не могли просто догадаться расстаться, и всего этого бы не случилось! – он неловко усмехается. - Могу понять. -Подожди..Можешь повторить? - Ну..Могу понять? - Уверен, что действительно можешь? – Твик нервно поднимает голову с плеча и отдёргивает ладонь, резко расцепляя наши пальцы. Хотя минут назад мне даже показалось, что он крепко сжимает мою руку. Он смотрит на меня, его взгляд бегает по моему лицу. - Я… - уверен ли я..честно, без понятия. Я не могу дать чёткий ответ на этот вопрос. Но именно сейчас, мне кажется, что да. Либо это только кажется? – Не уверен. Но, думаю, сейчас я действительно понимаю. Твик неопределённо вздыхает, перебирает пальцы. Осторожно подхожу, сковываю его ладони своими. Мне бы хотелось, что бы это «сейчас» длилось вечно. Что бы я понимал характер и повадки этого нервного парня на все сто процентов. Но не могу этого гарантировать. И Твик это понимает. Принимает, как бы неприятно не было. Не думаю, что наша игра в отношения протянет еще долго. Жизнь через-чур сумбурна и непредсказуема. Но, в чём я точно могу быть уверен, так это в том, что мы с Твиком стали гораздо ближе. Может, это повлияет на дальнейшие события. Не могу точно утверждать, что так будет.