Чёрный клан

Малышка Висенья уютно сопела в своей новой кроватке в приятной ночной тишине. Глядя на неё, Рейнира чувствовала умиротворение — первое за бесконечно длинный и сложный день. Полёт с Драконьего камня в Королевскую гавань, собственная коронация, назначение членов малого совета, свадьба Эймонда с Хелейной и пир после неё, и даже личная месть убийце сира Харвина лорду Ларису Стронгу! Так много всего случилось, но главным было то, что она начинала этот день как принцесса и наследница, а закончила как королева семи королевств, первая своего имени и защитница государства.        Конечно, Деймон и Эймонд были недовольны её решением: Эймонд буквально кипел от злости, а вот Деймон, напротив, словно закаменел, но затем поздравил её первым и повёл себя как консорт. Рейнира верила, что он вскоре поймёт, что так даже лучше для него самого — помилуйте, стать королём самому? Деймону? Да он заскучает через месяц-другой! Визерис всегда так говорил. И к тому же отец не доверил ему пророчество Эйгона за все десять лет, что Деймон считался наследником, а ей рассказал ещё перед присягой лордов, так что трон по праву её.        …Хотя, конечно, те слова Эймонда на Дрифтмарке о том, что ей стоит посвятить время давно желанной дочери, Рейниру всё же зацепили: она вспоминала их и в полёте в Королевскую гавань, и сейчас, когда смотрела на спящую Висенью. Да и Эйгон с Визерисом были ещё совсем маленькими, они тоже нуждались в материнской любви…        Долг перед отцом и государством и сильные родительские чувства боролись в её душе, но она приняла решение, что долг всё же важнее. Она уже и так была вынуждена прибегнуть к помощи кормилицы для Висеньи после того, как от новости о смерти отца пропало молоко. И теперь в этой детской у окошка, стараясь быть незаметной, сидела проверенная кормилица Рози.        Рейнира чувствовала вину перед дочкой за то, что не сможет выкормить её так же, как пятерых своих мальчиков, так пусть это будет хотя бы не зря! Она намеревалась стать сильной королевой и оставить своему сыну Джейсу сильную и мирную страну. А Деймон…        Что ж, Деймон не устроил никакой сцены, когда она объявила о своём решении перед всеми. Он открыто и уверенно поддержал её перед другими лордами, а значит, он смирится с новым положением дел. Сделает это сам и притушит драконий характер своего старшего сына, хотя Эймонд и сам никакого протеста перед другими тоже не выразил и даже поблагодарил её за свой брак с Хелейной.        Так что всё было хорошо.        И всё успокоится уже в ближайшие несколько дней.        Рейнира склонилась и осторожно поцеловала спящую дочку, потом кивнула Рози — та учтиво поклонилась в ответ, одними губами прошептав: «Моя королева», — и вышла из комнаты. Сонливость накатывала волнами, даже мысль о ванной вызывала отвращение — купание потребовало бы усилий, так что она хотела лишь раздеться и уснуть. Она не знала, в каком состоянии королевские покои после смерти отца, поэтому направилась в комнаты Деймона, заодно и чтобы убедиться, что он не таит на неё злость или обиду, и, возможно, объяснить свой выбор, если понадобится.        Деймон сидел в кресле у камина и задумчиво смотрел на огонь.        — Спасибо, сир Гаррольд. Больше ваши услуги сегодня не понадобятся.        — Ваше величество.        Белый рыцарь учтиво поклонился и закрыл двери. Посомневавшись, пройти ли сразу к постели, Рейнира, тем не менее, решила сперва занять второе кресло перед камином и дать Деймону себя осмотреть. Он задержал взгляд на рукавах её платья, пропитанных кровью, и негромко спросил:        — Правосудие восторжествовало?        — Оно восторжествует завтра, когда я скормлю его Сиракс. Но месть за сира Харвина свершилась. К месту казни Лариса Стронга теперь придётся нести на руках.        — Как и сира Кристона. Твоего первого любовника, как он сказал твоему сыну.        Рейнира нахмурилась.        — Он заявил это при Джейсе?        — Да, чем привёл его в ярость. Твой сын отомстил ему за длинный язык, а я добавил. Его тоже придётся завтра нести на руках для Вхагар.        — Не для Караксеса?        — У моего старшего сына к нему личные счёты. Я ему уступлю.        Деймон побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, и Рейнира решила воспользоваться поднятой темой.        — Насчёт твоего сына… Эймонд сильно на меня злится? Я видела, что вы оба выходили из зала, когда… — она запнулась.        — …Когда ты объявила, что всё-таки станешь королевой сама? — невозмутимо закончил фразу за неё Деймон. — Нет, он позвал меня не ради злости, а чтобы мы с ним и его братьями завоевали Эссос. Именно этим мы и займёмся через десять дней.        Рейнире показалось, что она ослышалась.        — Что?!        — Мой сын бескровно посадил на трон свою старшую сестру — то есть тебя, — с отчетливой гордостью произнёс Деймон. — Придумал как и вывел из игры всех твоих соперников. Теперь он хочет завоевать новые земли и посадить на другой трон своего отца. Ну и стать моим наследником, конечно.        — И ты отправишься завоевывать с ним Эссос?!        — Разумеется.        — Ты… ты… — Рейнира даже стала заикаться. — А как же я?        — А у тебя достаточно своих доверенных людей, на которых ты решила положиться. Вроде твоего десницы лорда Корлиса, например. И прочих назначенных тобой членов малого совета. — Но я хотела поручить тебе возглавить Городскую стражу, чтобы ты тоже вошёл в совет!        — Рейнира, я тебя умоляю! — небрежно отмахнулся он. — С этой ролью справится любой достойный рыцарь. Вон, можешь наградить этой должностью сира Эррика Каргилла за верность тебе. Все равно после того, как он покинул пост в Королевской страже ради спасения наших с тобой сыновей, обратно он туда уже не вернётся. Честь не позволит. А вот с золотыми плащами он справится вполне: там есть чем заняться.        Рейнира мимолётно подумала, что сир Эррик — и правда хороший кандидат на этот пост, и в нём она будет уверена. Хотя Деймон…        — И ты не хочешь снова сам навести там порядок?        — Я считаю расточительством тратить силы опытного драконьего всадника на службу, которая не требует крыльев. К тому же мне нужно обеспечить наследством моего старшего сына, его жену и моих внуков. У тебя этой проблемы нет: тебе наследует Джейс, а вот Эймонду в Вестеросе не достанется ничего. Пусть получит хотя бы часть Эссоса.        — «Хотя бы»… — скептически фыркнула Рейнира. — Зная тебя, это будет целое новое королевство на полматерика. Как бы не Новая Валирия!        — Прекрасное название, дорогая, — улыбнулся Деймон. — Использую его, когда обустрою где-нибудь в Волантисе свой трон.        Он заявил это с такой уверенностью, что у Рейниры не возникло и тени сомнений: обустроит! Завоюет, обустроит, назначит Эймонда своим наследником. Да и вообще она видела, что у Деймона горят глаза, когда он строит эти свои новые планы. Ей захотелось поучаствовать в этих завоеваниях и самой, но затем пришла отрезвляющая мысль, что у неё и в собственном королевстве теперь много дел.        — Сделав всё это, ты вернёшься ко мне?        — Зачем мне к тебе возвращаться? — с искренним недоумением осведомился Деймон. — Новой стране понадобится король, и я буду править ею.        — Но тебе же это быстро надоест! Вспомни себя: тебе никогда не хватало терпения ни на какую должность! Отец столько раз говорил…        — Твой отец лично и каждый раз лишал меня всякой должности, на которую назначал сам. Делал это по указке своей пиявки Отто, не давая довести дело до конца. Мне удалось это только с Городской стражей, но и то потом пришлось лететь и защищать от пиратов Ступени, на которые твой отец отказался выделять войска и корабли.        — Он не хотел погружать королевство в войну.        — Нет. Он не хотел замечать войну, которая уже вовсю шла на нашей территории, и заботиться о наших моряках, которых живьём скармливали крабам пираты Триархии. И ты будешь такой же слабой королевой, если станешь закрывать глаза на подобные вещи и следовать примеру своего отца.        — Я не буду слабой! — в возмущении вскочила с кресла Рейнира.        Деймон на это выразительно промолчал.        — Ты что, не веришь? Ты сомневаешься, что я смогу управлять этой страной? Что справлюсь с протестами тех, кто не захочет видеть женщину на Железном троне? Что при мне в королевстве будут мир и процветание, и я добьюсь и того и другого?!        Она ощущала злость и обиду, её трясло от них, от красноречивого молчания Деймона, который, как оказалось, до сих пор явно видел её несмышлёной девчонкой, ни на что не способной, слабой, никчёмной и…        Деймон внезапно тоже встал, подошёл и взял лицо Рейниры в ладони.        — Я буду только рад, если у тебя всё получится, Рейнира, — негромко, но проникновенно произнёс он, глядя ей прямо в глаза. — Я не желаю падения нашему Дому, и у тебя подобрались достойные советники, чтобы этого не допустить. Те же Корлис и Рейнис, например.        Моргнув, она медленно выдохнула, потом судорожно схватилась за его запястья.        — Но ты собрался обустроить себе трон в Волантисе! Это так далеко! Что если мне понадобится твоя помощь? Что если нашим детям, твоим детям понадобится помощь?        — Я прилечу и ради тебя, и ради них по первому же твоему призыву, — спокойно пообещал он. — И так и быть, устрою себе трон поближе, в Пентосе.        — Это уже куда не шло… — вырвалось у Рейниры. Но она тут же поправилась: — В смысле, нет, не думай, что я рассчитываю, что ты будешь помогать. Это я просто так спросила. Само собой, я со всем справлюсь сама. У меня же есть лорды… Разные, всякие лорды, чтобы мне в этом помочь. И у меня есть мой старший сын, да… Джейс, он…        Она осознавала, что говорит всё более бессвязно, однако остановиться не могла до тех пор, пока Деймон не улыбнулся и не поцеловал её в губы, отбив всякую охоту продолжать… А потом ещё и обнял, и она плотно прижалась к нему в ответ, жмурясь и наслаждаясь его теплом.        Мимолётная паника и обида развеялись, вместо них в дело вступили соображения личной выгоды: всё же куда лучше, чтобы такой амбициозный человек, как Деймон, завоёвывал себе новый трон и строил новое королевство где-то на стороне, а не оспаривал её власть здесь, в Вестеросе. Да и останься он хоть в каком-то качестве в малом совете — и возможности реализовать собственные желания ей не видать, в этом случае придётся на каждом шагу оглядываться на него. А так у неё будет шанс попробовать себя в роли правительницы самостоятельно, и при этом останется возможность вызвать Деймона к себе на помощь, если что-то пойдёт не так.        «Да нет, он отлично всё придумал… Они придумали — мой муж и мой брат. Пусть летят и завоёвывают Эссос, так и быть. А я справлюсь сама…»        — Я надеюсь, у тебя хватит терпения объединить все вольные города в Новую Валирию и стать достойным королём, Деймон, — совершенно успокоившись, произнесла вслух Рейнира, всё ещё прижимаясь щекой к его груди. — Докажи, что мы с моим отцом ошибались на твой счёт.        — Я докажу, любовь моя, — кратко откликнулся Деймон и поцеловал её в макушку. — Скоро будет твоя очередь участвовать в моей коронации.        — О, уж этого я не пропущу!        «Если он думает, что его корона и собственный трон как-то разделят нас как мужа и жену, он чрезвычайно заблуждается! Мы соединили кровь, у нас нерушимый брак. А значит, Узкое море — это вообще не преграда для драконьей всадницы, если ей захочется встретиться с мужем.        Он больше никогда не сможет бросить меня так, как оставил в борделе. Во всём мире нет такого места, где он смог бы скрыться! А раз так — пусть играет в завоевание, раз ему так хочется. В конце концов, будет даже неплохо, если моя милая сестра Хелейна и мой брат однажды получат собственное королевство, дружественное к моему дорогому Джейсу…»        Рейнира окончательно расслабилась, уверившись в мысли, что королевство Деймон, скорее всего, для Эймонда завоюет, но потом все равно на него же всё правление и скинет, а сам вернётся к ней в Красный замок через пару-тройку лет, и всё у них будет хорошо. А затем услышала над головой насмешливо-ласковое:        — Ты никак решила уснуть на мне, дорогая? Я совсем не против, но давай всё-таки сначала уложу нас обоих в постель.        — Укладывай и раздевай, дорогой, — сладко зевнув, согласилась Рейнира. — В конце концов, я-то уже твоя королева, а ты пока что всего лишь мой подданный, а не самостоятельный король.        ***        Рассвет наступил, по мнению Отто Хайтауэра, как-то разочаровывающе быстро. Главный узник темницы настраивался на долгое и мучительное ожидание собственной казни, однако ночные часы пролетали преступно быстро, и вот уже со стороны ступеней послышались шаги. Отто на пробу пошевелил руками и ногами, порадовавшись, что ни одна из костей не была сломана, и испытал сожаление из-за того, что не сдержался вчера — возможно, его бы даже и не выпороли, Деймон вон прямо сказал, что мог бы этого и не делать, но решил порадовать сына, которого Отто оскорбил.        «Ладно, что уж теперь. Сейчас важно произнести убедительную речь перед судом».        Он был уверен, что его, как и всех узников, ждёт традиционное королевское правосудие с несколькими судьями и лордами-свидетелями, на которых можно будет повлиять, однако сначала в темнице появились стражники и забрали с собой стонущего от головной боли рыцаря Улиса, посоветовав ему умолять принца Эймонда о казни мечом, чтобы не отправиться в пасть Вхагар.        Затем пришли за сиром Кристоном Колем и вынесли его из камеры.        — Мой суд! Наконец-то дождался, — бросил им сир Кристон.        — Мы несём вас не на суд, а на казнь, сир Кристон. У королевы слишком много забот, чтобы тратить время на выслушивание мятежников, чья вина и без того очевидна всем лордам. Вас скормит Вхагар принц Эймонд во дворе замка.        — Мерзавцы! Подлые твари! У меня есть право на нормальный суд!        — Его нет ни у вас, ни у кого-то ещё…        Ругательства сира Кристона вскоре стихли вдали, а Отто не сразу вспомнил, что надо дышать. Ужас пронзил его от макушки до самых пяток от одной мысли, что правосудия не будет вообще. Ни права сказать своё слово, ни шанса на милосердие… Вообще ничего!        «Она точно отдаст меня Деймону, и он пустит на корм Караксесу… Он всегда об этом мечтал…»        Стражники вернулись слишком быстро за Ларисом Стронгом и вынесли его окровавленное, но ещё живое тело на руках.        — Вас наша королева казнит лично, лорд Ларис. Она решила, что вы станете хорошим завтраком для её драконицы Сиракс.        «Меня точно отдадут Караксесу!» — окончательно запаниковал Отто и судорожно вцепился в прутья решётки. Он чувствовал, что надо как-то сообразить, что сказать Деймону, чтобы убедить его хотя бы казнить его мечом — быстро и чисто, а не скармливать большому и злому дракону. Но мысли метались в голове, не желая складываться ни во что связное.        Когда от лестницы вновь послышались шаги, Отто даже не смог разжать сведённые судорогой пальцы и отойти к дальней стене камеры, хотя ему очень хотелось. Он с ужасом вглядывался в лишь слегка разгоняемую светом факелов темноту, ожидая прихода стражников, но те почему-то появились со стульями в руках и направились к его камере, а вот за ними по ступеням спустились Рейнира и Джейс.        Почти не моргая, Отто с удивлением наблюдал за тем, как подходят и садятся на принесённые стулья прямо перед его камерой Рейнира в короне и Джейс с кнутом в руках, и силился понять, что происходит. Эти двое решили, что от Деймона с Эймондом ему досталось недостаточно? Решили добавить? Что вообще привело сюда такую занятую королеву?        Тем не менее, он на всякий случай решил в этот раз быть вежливым, оттого и с достоинством поздоровался первым:        — Ваше величество. Принц Джекейрис.        Мальчишка с кривой усмешкой только кивнул в ответ, поигрывая рукоятью кнута. А вот Рейнира заговорила:        — Мой муж Деймон с самого пробуждения сегодня испытывал сильнейшее желание скормить вас своему дракону. Можете себе представить?        — Со всей ясностью, королева, — кивнул Отто, ощутив холодок по спине: всё-таки способ казни он угадал верно.        — И я была готова исполнить его горячее желание, ведь вы действительно совершили акт измены, да и не только его, однако моя некогда близкая подруга Алисента очень горячо попросила за вас. Она стояла на коленях перед троном и уверяла, что вы способны полностью раскаяться в своих ошибках и заслуживаете хотя бы один шанс на искупление своей вины… — Рейнира выдержала многозначительную паузу, и Отто поспешил её заполнить:        — Моя дочь, безусловно, права: я действительно раскаиваюсь в тех препятствиях, которые пытался создать на вашем пути к трону, и признаю свою вину перед вами, моя королева. Уверяю, что мои действия не были продиктованы неприязнью к вам, а лишь заботой о том порядке вещей, который я считал верным.        — И в том порядке на трон должен был сесть Эйгон?        — Как старший сын короля, да. Однако сейчас я вижу, что стоило проявить больше уважения к воле вашего отца, короля Визериса, решившего, что именно вы должны править после него. Я прошу о шансе искупить свою вину и доказать, что я осознал все свои заблуждения.        В темнице стало тихо. Отто с гулко бьющимся сердцем жадно всматривался в лицо Рейниры, испытывая отчаянную надежду и одновременно убеждая себя не слишком поддаваться ей.        Рейнира же переглянулась со своим мальчишкой и заговорила снова:        — Буду с вами откровенна: одних слов Алисенты не хватило бы, чтобы выторговать вашу жизнь. Однако на ваше счастье этой ночью кое-что изменилось. Мой муж Деймон принял решение завоевать для себя и для Эймонда Эссос, основать там новое королевство, а потому он скоро покинет меня. Я же только начинаю свой путь в управлении страной, а значит, в какой-то момент мне может понадобиться совет от такого опытного человека, как вы.        — Я полностью к вашим услугам, королева, — поспешил заверить Отто, весь обратившись в слух.        Рейнира повернула голову к Джейсу и кивнула ему. Дальше продолжил он:        — У королевы к вам следующее предложение: вы будете давать ей советы, когда они понадобятся, а взамен получите жизнь, еду и пожизненное содержание под арестом в Башне Мейгора. Любая ваша оплошность — и вы познакомитесь с моим кнутом. Любая попытка сговора с кем-то из слуг или интриги против королевы — и королева скормит вас своей Сиракс. Это понятно, сир Отто?        — Предельно понятно, принц Джекейрис, — твёрдо ответил Отто. — Я клянусь, что сговора не будет, и я готов честно служить своей королеве.        — Очень хорошо, — произнесла Рейнира и встала со стула. — В Башню Мейгора вас переведут прямо сейчас.        И она быстро пошла к выходу в сопровождении сына.        — Я благодарю ваше величество за милость! — успел громко бросить вслед Отто.        А потом выдохнул с большим облегчением.        Получилось!        Ему всё же удалось использовать свой ум и убедить Рейниру в своей полезности, да и дочка тоже заступилась вовремя. И ему даже не придётся сидеть в темнице или надевать чёрное.        Всё в итоге сложилось неплохо, и теперь можно будет дождаться заживления спины и первых вопросов от растерянной королевы, на которые Отто охотно ответит. Самое главное — постараться не давать повода сынку Рейниры использовать против него кнут.