Чёрный клан

Непутёвого младшего брата Эймонд отыскал во внутреннем дворе, где он как раз закончил упражнения с мечом и выглядел чрезвычайно довольным жизнью и собой.        — А, брат! Решил потренироваться?        — Нет, я пришёл за тобой, у меня к тебе разговор, — ответил ему Эймонд, решительно схватил за руку чуть повыше локтя и потащил с собой.        Дейрон попытался выкрутиться, но потом вроде как смирился и покорно шёл рядом, пока Эймонд не отыскал пустой уголок в саду. Там отпустил.        — Ну и что за разговор?        — Как у тебя дела с Рейной?        — О, с ней всё просто прекрасно! — расплылся в глупой улыбке Дейрон. — Я уже её полностью очаровал.        — Ты заставил её тебя возненавидеть, идиот! — не сдержавшись, рявкнул Эймонд.        Улыбка сползла с лица Дейрона.        — Что?        — Только что при мне она жаловалась Деймону, что ты превратил её жизнь в седьмое пекло! Что ты её преследуешь, не даёшь покоя ни днём, ни ночью. А то, что ты творишь по утрам, и вовсе кошмар!        — Неправда! Я хорошо играю на лютне. Мне все это говорят, — возмутился Дейрон.        — Может и хорошо, но Рейна любит по утрам долго спать! Она не высыпается уже два дня, и она хотела запустить в тебя стулом. Понимаешь? Стулом! Он просто в окно не пролез.        — Да ну, ты преувеличиваешь.        — Преувеличиваю? Она считает тебя чудовищем и вредителем. Ты же договорился со служанкой подсунуть ей фиолетовые цветы.        — Да, и я за ними специально летал, очень трудно было достать, — горделиво заулыбался Дейрон. — Но я смог.        — Ты смог, а она от них чихала несколько часов подряд! Она их не выносит! И даже к нам с Деймоном подошла с ещё красными глазами. Ты что, решил сжить её со свету, брат? Рейна убеждена, что это именно так.        Эймонд сделал паузу, чтобы дать брату осознать то, что тот услышал, и увидел на его лице совершенную растерянность. Потом Дейрон спросил:        — Может, ты что-то не так понял?        Эймонд вздохнул, шагнул к нему и положил руку сзади на шею, заглянув в глаза.        — Послушай меня ещё раз. Рейна. Пришла. Жаловаться. Деймону. Ты понимаешь? Дочь Деймона Таргариена пришла жаловаться на тебя Деймону Таргариену! — только теперь на лице Дейрона появилось что-то похожее на испуг. — Ты осознаёшь, что он за своего ребёнка мог тебя и Караксесу скормить? Это тебе крупно повезло, что я оказался рядом в тот момент и убедил обоих не спешить. Я очень долго уговаривал Рейну, чтоб ты знал, умолял её дать тебе шанс.        — Шанс?! — тут же посветлел лицом Дейрон.        — Ма-а-аленький шанс, но да. Я пообещал ей, что ты сможешь извиниться, и она будет ждать тебя в самой верхней галерее на стене сегодня на закате. Ну а дальше всё в твоих руках, брат.        Дейрон моментально воодушевился, заволновался, потоптался на месте.        — Значит, она меня выслушает. Спасибо, Эймонд. Тогда надо мне… Так… А что она на самом деле любит?        — Без понятия.        — Брат! Ты же там вместе с ними на Драконьем камне жил, как мне говорили. Ты обязан знать! Вспоминай!        Дейрон вцепился в Эймонда за обе руки и потряс. Эймонд искренне попытался хоть что-то подходящее припомнить, но он не слишком наблюдал за привычками этой сестры в гостях на Драконьем камне, разговоры там обычно были общими, кроме…        — Она любит орехи, — сообразил он.        — Орехи?        — Да. Вкусные орехи. У неё хорошее воспоминание связано с ними.        — Понял, это уже кое-что, — обрадовался Дейрон. — Ладно… Что-нибудь придумаю.        И быстрым шагом куда-то ушёл.        Оставшись один, Эймонд от души понадеялся, что хоть на этот раз братишка ничего не испортит и подберёт правильный ключик к сердцу Рейны. Ему шестнадцать лет, в конце концов! Должен уже соображать!        Однако на сердце всё же было неспокойно, потому Эймонд так и не смог заняться ничем дельным и убил несколько часов впустую, дожидаясь заката. Он решил проследить за встречей брата и своей сестрёнки на стене, однако для этого требовалось встать в самом начале галереи за стеной и выглядывать оттуда. Услышать оттуда ничего бы не получилось — к вечеру поднялся ветер, да и дистанция была приличной, но вот раздражённая Рейна, расхаживающая вдоль каменного парапета в ожидании обидчика, была как на ладони.        Внезапно Эймонд ощутил чужое присутствие, оглянулся и едва не упёрся носом в собственного отца: Деймон и Бейла с одинаково хмурыми лицами умудрились тихонько приблизиться к нему и молча встали рядом. Теперь шпионов стало трое, а Дейрон… Наконец, появился и он — поднялся по лестнице с другой стороны, очень медленно двинулся к Рейне, подняв руки и демонстрируя открытые ладони. Затем и вовсе остановился шагах в пяти от неё, продолжая о чём-то говорить.        Эймонд вздохнул: очень бы хотелось подслушать, но увы. Пока радовало уже то, что Рейна своему обидчику внимала, а потом тот и вовсе опустился на колени и продолжил говорить, глядя на неё снизу вверх.        Рядом с ухом Эймонда фыркнул Деймон, вероятно, посчитав этот ход дешёвым приёмом. Собственно, он таким и был, но Эймонд твёрдо решил оставаться на стороне брата в этот вечер, ведь кто-то же должен!        Подействовал приём или нет, но вскоре Дейрон поднялся на ноги, отряхнулся, и они вместе с Рейной отправились к лестнице, никак не соприкасаясь друг с другом. Вот это уже выглядело интересно: она согласилась с ним куда-то идти.        — Что он такого ей наплёл? Куда ведёт? — сердитым шёпотом спросила Бейла.        — Понятия не имею, он мне не говорил, — так же тихо ответил Эймонд. — Но можно проследить.        Он нисколько не удивился, что сестра и отец к этой слежке присоединились, так что они втроём прошли за парочкой по аллеям сада, а затем остановились за густыми кустами, когда увидели, что Дейрон и Рейна вышли на площадку к драконам. Все эти дни драконов не запирали в Драконьем логове, они держались поблизости — сначала из-за того, что требовалось быстро захватить Королевскую гавань и продемонстрировать силу, затем они были нужны для проведения казней, да так и остались летать над столицей и отдыхать на свободных площадках.        Среброкрылая с топотом приблизилась к Рейне, требовательно подставила морду по её ладонь, а затем подозрительно уставилась на её спутника.        — Это Дейрон, Среброкрылая, — донеслось до Эймонда. — Он уверяет, что желает мне добра и увлечён мною. Ему можно верить?        Драконица подалась головой к Дейрону, так что Эймонд сжал пальцы в кулаки в большой надежде, что она его, по крайней мере, не испепелит. Она же миролюбивый дракон, правда?        Ведь правда же?        — Сожри его! — прошептала рядом добрячка Бейла.        — Давай же! Сразу и целиком! — присоединился к ней великодушный Деймон.        Сестрёнка Рейна поступила жестоко, сразу подставив жениха под взрослую драконицу, но Дейрон не растерялся и принялся громко расхваливать Среброкрылую как легендарного дракона, восхищаться её красотой, а затем принялся рассказывать о себе. И всё это в такой уверенной и учтивой манере, что серебристая драконица заслушалась, а затем и вовсе стала смотреть благосклонно.        — Так с ней, Дейрон! — тихо проговорил Эймонд. — Молодчина, брат!        Деймон и Бейла недовольно фыркнули и засопели одинаково громко.        Сколько бы продолжалось очарование Среброкрылой Дейроном — неизвестно, но с неба с пронзительным криком спикировала синяя драконица Тессарион и приземлилась сразу за своим хозяином. Рейна даже шарахнулась в сторону, но Дейрон успел поймать её за руку и помог устоять, а потом развернулся к Тессарион и заговорил уже с ней, стал рассказывать, какая она замечательная, и как он рад представить ей чудесную девушку Рейну, расхваливая и её, и Среброкрылую.        В этот раз Деймон и Бейла начали сопеть ещё недовольнее, потому что Дейрон умудрился утихомирить всех, а потом и вовсе убедил Рейну погладить Тессарион — та это любезно позволила, а сам осторожно погладил Среброкрылую.        — Отлично, брат! — прошептал Эймонд. — Горжусь тобой.        Он стоял и наслаждался благостной картиной и победой своего братишки над ревнивыми драконицами, чувствуя, как отпускает напряжение последних часов, как неожиданно Дейрон решил Рейну поцеловать.        Эймонд и сам не понял, как только успел преградить путь Деймону, врезавшись в него плечом и ухватив обеими руками. Плечо, конечно, тут же заныло, но это было хотя бы не то, которое он прежде вывихнул.        — Пусти меня, Эймонд, — злобно процедил сквозь зубы Деймон, давя сильно.        — Нет, отец, пожалуйста, давай досмотрим! Бейла, помоги же мне!        Он с надеждой повернул голову к сестре и увидел, что та колеблется между желанием рвануть к Рейне и негодяю рядом с ней с кровожадными намерениями или же…        — Пожалуйста, сестра! — взмолился Эймонд.        Недовольно вздохнув, Бейла всё же поддержала его и тоже упёрлась в грудь отцу рукой рядом с ним, сказав:        — Давай и правда досмотрим, пап.        — Бейла, и ты туда же.        — Мы же дали ему шанс.        Они все трое посмотрели на парочку перед драконами, и там как раз закончился поцелуй. И Рейна тут же заорала на Дейрона:        — Ты что себе позволяешь?!        — Не понравилось? Я могу лучше! Сейчас! Я тебе докажу, — самоуверенно заявил тот и поцеловал её снова, причём прижал спиной к морде Среброкрылой и начал между поцелуями ей что-то бормотать. Ветер доносил обрывки фраз, и это были комплименты вроде «ты такая красивая», «роскошная», «изумительная» и всё в этом духе.        Эймонд мысленно пожелал, чтобы Рейна сменила гнев на милость поскорее, потому что здоровая рука уже отваливалась вместе с плечом, всё тело затекло, а Деймон напирал и дышал по-прежнему свирепо.        Наконец, Дейрон отстранился от Рейны, а та облизнула губы, одёрнула розовое платье и с неохотой в голосе признала:        — Ладно, так действительно лучше.        Дейрон засиял, как солнце, широченной улыбкой и заявил:        — И это только начало. Я готов сделать всё для тебя, чтобы ты была довольна. И для начала я предлагаю тебе полетать на наших драконах. Я заметил одно чудесное место недалеко отсюда, там потрясающий вид на закат.        — И что ты ещё задумал на то место? — подозрительно уточнила Рейна.        — Клянусь, что ничего! — торжественно прижал ладонь к сердцу Дейрон. — Мы только посмотрим и поедим орехи.        — Орехи, значит?        — Да. Самые вкусные. Я разные набрал с собой, они уже в мешке на Тессарион.        Рейна на это промолчала.        — Соглашайся! Подумай сама: ну что я тебе сделаю, что вообще может грозить тебе, если рядом всё время будет твой дракон, который вон насколько больше моего? Среброкрылой мы вместе с Тессарион на один укус! Вон она у тебя какая огромная.        — Хороший аргумент, — тихо признал Эймонд в расчёте больше на Деймона.        Рейна же постояла ещё немного, но в итоге кивнула.        — Ладно. Полетаем.        Они полезли каждый на своего дракона, а затем взмыли в небо и полетели куда-то над заливом. Больше можно было не прятаться, так что Эймонд отпустил своего сердитого отца и растёр плечо.        — Ты, — мрачно уставился на него тот.        — Он ничего ей не сделает, отец. Я ему сегодня напомнил, что у Рейны есть ты, так что он поостережётся и стать ужином для Караксеса не захочет. Ей ничего не грозит.        Деймон ещё посопел, потом покосился на Бейлу, и та неуверенно сказала:        — Он вроде и правда ничего, Рейне понравилось с ним целоваться.        Деймон засопел более шумно.        — А то, что нравится Рейне, должно нравиться и нам, папа. Мы же семья. И Рейна заслуживает счастья.        Эймонд нащупал руку сестры и благодарно сжал её пальцы. Деймон ещё похмурился, но затем вроде бы слегка смягчился и с угрозой в голосе проговорил:        — Если только твой болван-брат позволит себе что-то лишнее… Хотя бы одна жалоба от Рейны, Эймонд…        — Я тебе обещаю, что этого не случится. Дейрон хоть и болван, но он хочет жить.        — Увидим.        Со стороны сада послышался шум, а затем и показался бегущий мальчишка-слуга. Он совершенно запыхался, но всё же смог пробормотать:        — Меня послала за вами принцесса Хелейна, принц Эймонд!.. Она говорит, это важно… Она увидела, что ваш племянник вот-вот появится в столице, и что у него свой дракон!        — Племянник? У меня нет никаких племянников, у меня дети, и они все в замке. Откуда бы он взялся, если…        — Геймон, — резко перебил Эймонда Деймон. — Бастард твоего брата с арены. Его должны были привезти морем вместе со слугами с Драконьего камня. Как раз сегодня.        Эймонд ощутил холодок по спине и уставился на слугу.        — Постой, ты сказал: дракон?        — Да, мой принц! — подтвердил мальчишка. — Племянник с драконом!        Больше не говоря ни слова, Эймонд рванул по дорожке в сторону Красного замка, и Деймон с Бейлой не слишком отстали от него. В голове билось: «Где он его взял? Откуда он добыл дракона?.. Какого дракона?..» А ещё, что раз Хелейна за ним послала, это действительно важно, потому что как отнесётся королева Рейнира к бастарду с драконом — большой вопрос…        Разгадка оказалась простой: Эймонд увидел в тронном зале Рейниру, перед которой стоял знакомый мальчишка с рыжим драконёнком в руках. Посторонних в зале не было — только родня, королевская гвардия и какой-то драконоблюститель.        — Что здесь произошло? Откуда дракон? — громко спросил Деймон.        — Да вот, как рассказывает Ауран, этот мальчик сбежал от мейстера Герардиса и заблудился в нашем замке на Драконьем камне, зашёл в зал с Расписным столом и заинтересовался драконьими яйцами в печах, — пояснила Рейнира. — Одно ему приглянулось настолько, что он протянул к нему руки, а то возьми и вылупись. Всё так было, Геймон?        — Да, королева, — медленно проговорил Геймон, поглаживая перепуганного драконёнка. — Меня как будто тянуло к нему. Будто что-то плакало у меня внутри один… два дня... А когда я потрогал яйцо, оно плакать перестало. А Рыжик полез ко мне на руки.        — Рыжик, значит, — скептически повторила Рейнира.        Эймонд видел, что она недовольна, и поспешил вмешаться:        — Кровь моего брата в Геймоне оказалась настолько сильна, что он родился драконом, хоть и в трущобах. И второй дракон это почувствовал и позвал его.        — И что теперь? Кто угодно может касаться драконьих яиц и забирать их себе?        — Нет, но…        — Покажи руки, Геймон, — вмешался Деймон, подойдя к мальчишке совсем близко.        Тот замешкался, осторожно прижал Рыжика к себе, отчего тот пискнул, а потом продемонстрировал по одной белые ладошки.        — Ни следа от ожогов, — констатировал Деймон. — Их вообще не было, или они успели у тебя зажить?        — Ничего не было, милорд, — с недоумением в голосе ответил мальчишка.        — У него действительно драконья кровь, Рейнира. Эймонд прав, она в нём сильна, — Деймон осторожно почесал драконёнка под мордочкой, и тот заурчал.        — Речь не о том, какая кровь у него. Речь о том, что трогать драконьи яйца… А куда смотрела стража, Ауран?!        — Стражник отвлёкся на разговор с другим, королева. Мальчик мелок ростом, поэтому он пробрался незаметно. Когда стража увидела его, он уже был у яиц.        — Ясно. Вопиющая беспечность. Такое точно нельзя…        Рейниру перебили ввалившиеся в тронный зал наперегонки дети — Джейхейрис, Джейхейра и Джоффри, а за ними прошла и Хелейна.        — Нам сказали, тут наш кузен с драконом! — завопила Джейхейра. Она первой добежала до Геймона, притормозила и восторженно уставилась на него. — И он у тебя рыжий! Рыжий! Красивый какой!        — Да, я назвал его Рыжиком, — слегка смущённо ответил Геймон.        — Какая прелесть! Джей, Джоффри, смотрите, теперь у нас есть маленький дракончик! И мы сможем за ним наблюдать!        — Это же отлично! — поддержал её брат. — Даже дракона Мейлора можно не ждать! А когда он вылупится, дракончики смогут вместе играть.        Они запрыгали вокруг Геймона втроём с Джоффри, который оглянулся на Рейниру и воскликнул:        — Мам, я не знал, что драконы бывают настолько рыжими!        Подошла и Хелейна, ласково погладила Геймона по голове и с улыбкой сказала:        — Здравствуй, племянник. Я рада, что ты прибыл сюда и обрёл своего дракона. Я напишу об этом твоему отцу, он тоже будет рад.        — Правда? — с большой надеждой воскликнул Геймон. — Ему есть до этого дело?        — О, он будет тобой гордиться, я его знаю. Ну а нашим с Эймондом детям и Джоффри теперь будет ещё с кем играть, они всё тебе здесь покажут, — она перевела взгляд на Рейниру. — Мы тогда пойдём, сестра? Я скажу слугам, чтобы они поставили кровать для Геймона в наших покоях, чтобы он не оставался пока один, он ведь многое пережил и наверняка голодный. Ты ведь это понимаешь?        — Хелейна, я всё понимаю. Но…        — Прекрасно! Значит, вместе мы дадим нашему племяннику хорошую жизнь. Идёмте дети.        И не дав никому сказать больше ни слова, Хелейна ловко вывела всех маленьких детей из зала. Эймонд даже поморгал, внутренне гордясь женой: пришла, заболтала всех и увела пацана вместе с драконёнком. Быть может, и слугу она до этого послала, чтобы он прибежал и немного потянул время, пока она детей приведёт.        И что теперь? Драконьего воришки в зале нет. Украденного дракона в зале нет. Драконоблюститель, потоптавшись, в итоге ушёл вслед за Хелейной. Претензии предъявлять некому. Топать ногами не на кого!        — Умница Хелейна, — не сдержавшись, прошептал Эймонд так, что расслышали только Деймон и Бейла, и поймал от Деймона уважительный взгляд с кивком.        Рейнира же в итоге, посидев немного в растерянности, встала и сказала:        — Что ж, мы собирались провести заседание малого совета.        Её охотно поддержали Корлис с Рейнис и пошли за ней следом. Эймонд решил отправиться за женой и детьми, и это оказалось верным выбором — он провёл отличный вечер, наблюдая за своими детьми и племянниками и слушая их оживлённую болтовню вместе с любимой женой. Под рукой у Хелейны мирно дремал Рыжик, облюбовавший в итоге именно её колени, когда пожелал сбежать от чрезмерно активных детей.        — Мы с отцом улетим в Эссос уже через два дня, — тихо предупредил её Эймонд.        — Я знала, что вы не задержитесь.        — Мне жаль расставаться, — он поцеловал её в висок и уткнулся носом в пахнущие чем-то цветочным волосы.        — Мне тоже… Но зато после вашего завоевания мы расставаться уже больше не будем.        — Это очень вдохновляет.        Ещё позже, в глубоких сумерках, когда Эймонд вышел на балкон, он увидел идущих по дороге из сада Дейрона и Рейну, и они держались за руки и о чём-то оживлённо разговаривали. После, уже перед самим замком, оба остановились и поцеловались, причём в этот раз Рейна прижимала Дейрона к себе обеими руками, а её волосы оказались сплетены в толстую косу с блестящей серебристой лентой с широким бантом. Она точно улетала любоваться закатом без неё, так что это, вероятно, братишка подсуетился и хоть что-то сделал правильно.        Эймонд довольно улыбнулся и вздохнул.        «Есть, есть у них шанс — у моей великодушной сестрёнки и влюблённого братца. Правильные подарки вон начал дарить. Значит, не безнадёжен…»        — Ты хорошо им помог, — услышал он тихий и родной голос за спиной, затем его тело обвили мягкие белые руки, отчего тут же захотелось расцеловать каждый пальчик Хелейны. — А я, кажется, готова, чтобы у нас с тобой появилась дочка. Собственная принцесса для наследника будущего Красного короля.        Никто не смог бы закончить для Эймонда лучше этот длинный день!