Бой за любовь

      После инцидента с Данилом жизнь словно раскололась на «до» и «после». Хёнвон внезапно оказался завален работой: новые бойцы, новые контракты, бесконечные встречи. Их свидания превратились в короткие украденные моменты.       — Прости, – в его голосе звучала усталость, когда он в очередной раз отменял встречу. – Срочное совещание.       Они виделись урывками: пять минут в пустом коридоре клуба, десять минут в кофейне, короткий разговор в машине. Каждая встреча была драгоценной, каждый момент – на вес золота.       «Скучаю», – приходило сообщение посреди ночи.       «Я тоже. Как ты?»       «Устал. Засыпаю над документами».       «Береги себя».       «И ты. Люблю».       Рина чувствовала – это не случайно. Кто-то намеренно пытается их разлучить, загружая Хёнвона работой до предела. Она видела тени под его глазами, замечала, как подрагивают от усталости его руки.       А параллельно она искала Данила. Звонила – номер всё ещё работал, но трубку никто не брал. Проверяла его старую квартиру – пусто, только пыль на подоконниках. Расспрашивала общих знакомых.       — Давно его не видела, – пожала плечами продавщица в магазине, где он часто покупал энергетики. – Вроде заходил на прошлой неделе. Какой-то дёрганый был.       — Дэн? – переспросил бармен в их любимом пабе. – Не появлялся уже месяц. Говорят, его видели в Каннаме, в каких-то новых клубах...       С каждым днём тревога росла. Она проверяла новости – нет ли сообщений о подпольных боях, о несчастных случаях. Искала его имя в криминальных сводках.       — Может, он просто залёг на дно? – предположил Хёнвон во время одной из их коротких встреч.       — Нет, – покачала головой Рина. – Что-то случилось. Что-то плохое.       Она позвонила его матери – та плакала в трубку:       — Ирочка, он даже мне не звонит! Я не знаю, что делать...       Старые друзья пожимали плечами – никто ничего не знал. Или не хотел говорить. В воздухе висело напряжение, словно перед грозой.       Однажды она наткнулась на его фотографию в аккаунте социальной сети какой-то девушки – в дорогом костюме, с новыми часами, окружённый незнакомыми людьми с хищными улыбками. Его глаза на фото были пустыми, безжизненными.       — Дэн, где ты? – шептала она в темноту. – Что с тобой происходит?       Но ответа не было. Только тишина и растущее чувство беспомощности. Словно она смотрела, как тонет человек, а сделать ничего не могла: руки связаны, голос не слышен. Рина не собиралась принимать его предложение, но ливень хлестал как из ведра, а такси всё не было.       — Садись, – Бэм-Бэм открыл дверь автомобиля. – Просто подвезу.       В салоне пахло дорогой кожей и его парфюмом. Рина пристегнулась, стараясь сидеть как можно дальше. Между ними повисло тяжёлое молчание. Он вёл машину одной рукой, непринуждённо лавируя в вечернем потоке. Свет фонарей скользил по его лицу, делая его почти красивым. Почти человечным.       — Я не домой, – вдруг сказал он, сворачивая на незнакомую улицу.       — Что?       — Нам нужно поговорить.       Она напряглась:       — Останови машину.       — Это важно, – его голос стал жёстче. – Речь о твоём друге.       Машина петляла по ночному городу. Рина узнавала места – здесь они гуляли с Хёнвоном, тут был их любимый ресторан, там...       — Помнишь того мальчишку? – вдруг спросил Бэм-Бэм. – С последнего боя Данила?       Она кивнула. Такое не забывается.       — Его нашли вчера. В реке, – он говорил спокойно, словно о погоде. – Следы пыток. Профессиональная работа.       Рина почувствовала, как к горлу подступает тошнота.       — Это новый формат, – продолжал он, внимательно следя за её реакцией в зеркале заднего вида. – Бои насмерть. Большие ставки. Очень большие.       — Зачем ты мне это рассказываешь?       — Потому что твой друг там. В самой гуще, – он усмехнулся. – Ему нравится. Он хорош в этом – в убийстве. Прирождённый талант, – его голос сочился ядом. – Пять миллионов за бой. Десять за чистую работу. Пятнадцать за особые пожелания клиентов. Неплохо для мальчика из Хабаровска, а?       Рина молчала, чувствуя, как немеют губы.       — Что, страшно? – он резко затормозил у обочины. – А должно быть. Потому что это только начало. Твой Данил... он уже не остановится. Вошёл во вкус.       — Ты лжёшь, – её голос дрожал.       — Зачем мне лгать? – он повернулся к ней. – Я просто рассказываю, во что превратился твой драгоценный друг детства. В монстра. В убийцу. В того, кем ты так боялась его увидеть.       В его глазах плескалось что-то похожее на сочувствие. Или на злорадство – в темноте не разобрать.       — Это вы привезли этот… формат.       — Мы приехали за баблом в первую очередь. В Таиланде такое уже практикуют не первый год. Признаюсь, я сам не в восторге, что Сингха так активничает. Скоро будем на ножах с корейцами, а мне бы этого не очень хотелось.       Рина закрыла глаза и вздохнула.       — А как у вас с Хёнвоном? – вдруг спросил он другим тоном. В его голосе появилось что-то надломленное. – Счастливы?       Рина на секунду задумалась. Можно было соврать, но... он заслуживал правды.       — Да, – тихо ответила она. – Счастливы.       Бэм-Бэм резко выдохнул, словно от удара:       — Я... – он запнулся, подбирая слова. – Я хотел быть тем, кого ты полюбишь.       — Бэм...       — Когда ты ушла той ночью... Это было как пощёчина. Впервые в жизни меня использовали и бросили. А не наоборот.       В его голосе звенела такая искренняя боль, что у неё сжалось сердце.       — Прости меня, – она осторожно коснулась его плеча. – Я не должна была...       — Что? Переспать со мной? – он горько усмехнулся. – Или уйти после?       — И то, и другое. Это было нечестно по отношению к тебе.       В машине повисла тишина. Только дождь барабанил по крыше, да где-то вдалеке завывала сирена.       — Никогда не думал, – наконец сказал он. – Что буду вот так сидеть с тобой и говорить о чувствах. Как в дурацкой дораме.       — Жизнь иногда удивляет.       — Да уж, – он невесело рассмеялся. – Особенно когда влюбляешься в девушку, которая любит другого. И нихрена не можешь с этим сделать.       Она молчала, не зная, что ответить. А он вдруг стал прежним – дерзким, циничным:       — Ладно, хватит соплей. Куда тебя подбросить, принцесса?       Но что-то изменилось между ними. Словно треснула стена недопонимания и обиды. Он высадил её у дома, даже не попытавшись пошутить или флиртовать. Просто кивнул на прощание:       — Береги себя.       Рина долго смотрела вслед удаляющейся машине. В этот вечер она увидела другого Бэм-Бэма – не того самоуверенного плейбоя, а человека, способного на настоящие чувства. Человека, которому она причинила боль.       Дождь всё ещё лил, но она не спешила в подъезд. Слишком много мыслей, слишком много эмоций. Данил превратился в убийцу. Бэм-Бэм оказался способен на любовь. А она... она стояла посреди всего этого хаоса, пытаясь понять, как всё так запуталось.