Пурпурный океан.

Слышали вы когда-нибудь о такой вещи, как синергия? Возможно, мало кто знает значение этого термина, но в своей жизни каждый с ним сталкивался. Синергия-это группа методов эффективной командной работы, и Шинобу в каждом командном задании всеми силами пыталась его достичь, ибо эффективная синергия-один из навыков эффективных людей. Хотя, конечно, контекст книги подразумевал другое, но младшая Кочо видела это в своём свете. Однако как достичь синергии с таким человеком, как Томиока, она и предположить не могла. Уроки кончились, обед девушке заменили парочка спортивных батончиков, и теперь она шла в библиотеку, чтобы начать хоть как-то заниматься проектом. Тема досталась не самая сложная для десятого класса-обычная кинематика и механика, занюханная вдоль и поперёк ещё в восьмом классе, но теперь было всё несколько сложнее. Учитель дал сделать проект на целую четверть, а значит нужно было собрать макет, грамотно показать все расчеты, обьяснить применение какого-либо раздела этих наук. Конечно, за один день это было сделать невозможно, но сегодня стоило хотя бы выбрать тему и составить план, чем Кочо и планировала занятся. Девушка уже прошла и села за стол, открывая книгу, и только сейчас заметила, что всё это время за ней молчаливо, словно маньяк следовал Томиока. Всё также не говоря не слова, парень взял тот же учебник и сел напротив, начиная листать, и стал выписывать что-то себе в блокнот. Шинобу в свою очередь, также не сказав не слова, тоже открыла тетрадку и принялась выписывать возможные темы. Занятие это было не самое увлекательное, но необходимое. Девушка уже писала минут десять, как вдруг худая ладонь Томиоки шлепнула ей на стол бумажку с темами. -Что это? -нахмурилась Кочо. -Список самых легкоосваемых тем. -сухо ответил Гию и вышел из библиотеки. Пурпурные глаза проводили его с непониманием и злобой. ********************* "-И вообще, меня бесит его депрессивный вид. -Ой, да ладно тебе, Ши-чан! Может, в один день вы станете парой?~ -Дура ты круглая, Мицури." Кочо отложила телефон, уставившись в потолок. Что Мицури, что Канаэ совсем не поняли её, когда она сообщила, с кем делает проект. Времяпрепровождение с Томиокой было тошнотворным и непродуктивным, а лучшая подруга и сестра лишь радостно хлопали в ладоши, радуясь, что они наконец подружатся. Однако делать было нечего, и дни тянулись своим чередом. Проносились уроки, Шинобу приходила в библиотеку и начинала работать над проектом, а затем домой. Так прошло уже две недели. Между ней и Гию не проскользнуло не больше двадцати слов, но по крайней мере парень искренне пытался помогать ей, принося хоть какую-то пользу и вклад в проектную деятельность. По её расчетам, они должны были закончить проект ровно через месяц с таким темпом работы, а дальше уже начать украшать его, но в конце концов, это было пыткой, пусть и не настолько извращенной, как показалось в начале. ******************************* На улице мрачная темнота. Ночь принесла тяжелые тучи, и с них валит холодный, свинцовый дождь, прошибающий тонкую куртку насквозь, однако высокая, тощая фигура не обращает внимание на этот дискомфорт. Когда моральная боль и унижение льют через край, не оставляя разуму выхода в бесконечном самобичевании и одиночестве, физическая боль приедается и становится безвкусной. Можно конечно сказать, что на физическую боль только мертвый внутри человек не будет обращать внимания, но ведь сначала умирает тело, а потом душа, и даже физиология так говорит. Дверь в старый, пыльный дом с заколоченными окнами тихо скрипит, открываясь, и то ли мужчина, а то ли юноша проходит внутрь, скидывая ботинки в прихожей. В доме холодно, денег на отопление нет, потому парень проходит внутрь, более не раздеваясь, молчаливо и медлительно шагает вверх по лестнице, отворяет дверь в спальню и садится за стол, скидывая портфель на пол. На дворе уже час ночи, всё-таки и работа, и школа не оставляют времени совсем, но его это не волнует. Дома ведь всё равно никакого нет, никто не будет ждать, ругать или воноваться. Бледная, тощая рука откидывает капюшон, и видно, что это Гию. Парень закатывает рукава кофты, обнажая шрамированные множеством почти исчезнувших полос запястья, и начинает писать внутрь тетради с черным переплетом. "К черту. Я устал. Я так устал. От всего. Я устал быть один. Устал..." Из худой груди юноши вырывается тяжелый, болезненный кашель и запись прерывается, нечайно изрисовав половину страницы. Перечеркнув написанное, Томиока написал заново. "Температура по ощущениям поменьше." Синие глаза перебегают на календарь, высматривая дату. Двадцать первое января. Руки Томиоки нервно подрагивают, но в конце концов отчаянно и решительно выводят на желтой бумаге. "К черту. Если не найду за месяц смысл жить, то покончу с собой. "

Осталось тридцать дней...