Я люблю тебя.

      Снова лишь утихающие гудки. Ответа нет. — Чёрт!       После шестого неотвеченного звонка Мартинес сжал в руке свой телефон и готов был уже швырнуть его в стену, чтобы тот разлетелся на части и перестал мерзко пищать. С каждой секундой его лицо становилось всё более озлобленным и мрачным. Брови всё время были опущены и сведены, образуя вертикальные, глубокие морщины между ними, веки напряжены, а зубы стиснуты. Он пристально смотрел на тёмный экран, чувствуя какую-то безнадёжность и абсолютную беспросветность обстоятельства.       Мэган, конечно, ликовала, однако её не устраивало его состояние и настроение, и, чтобы хоть как-то утешить и успокоить парня, она легко и плавно провела руками по его широким плечам и накаченной груди, а затем наклонилась и нежно поцеловала его в шею пару раз. Это не оказало должного и полного эффекта на Райана сразу, но на пару секунд он всё же отвлёкся от экрана на горячую брюнетку. — Малыш… Не люблю, когда ты злой и такой угрюмый… — она укусила его за мочку уха, а после прикоснулась к ней губами. — Эмили немного капризна и категорична, но скоро она перестанет дуться и всё будет хо-ро-шо… — она села на его колени и погладила рукой по щеке, пытаясь заглянуть в его глаза, — Дай ей остыть и всё само собой образуется. Впрочем, как и всегда.       Парень поднял голову, и губы девушки накрыли его, вовлекая в нежный поцелуй со стремительно нарастающей страстью и дикостью. Её пленительные, глянцевые губы, на вкус сладкие от бальзама, ловкий язычок, звуки причмокивания спутывали мысли в голове и постепенно снимали напряжение с тела. Затем она оборвала поцелуй и аккуратно взяла его руку, обмотанную после сильного удара бинтом поверх костяшек, и со всей нежностью два раза поцеловала её, не отрывая от юноши взгляда. После такого мягкого проявления нежности она снова охотно прильнула к его губам, на этот раз желая намного большего. Однако вопреки этому она ощутила, как парень снова напрягся и девушка тотчас отстранилась, заглянув в его янтарные глаза… Обычно они пронзительные, всегда пылают живым, безумным огоньком, но теперь кажутся такими опустошёнными и утомлёнными. — Что-то не так? — непонимающе спросила брюнетка.       Райан откинул голову назад, на спинку стула, и как-то удручённо выдохнул. — У меня нет настроения, Мэги.       Черноволосая вновь почувствовала себя обиженной и глубоко оскорблённой в собственном достоинстве. Неужели так и должно быть, чтобы за ним всегда оказывалось последнее слово? Неужели ему настолько безразличны её чувства? Ей пришлось очень постараться, чтобы придать своему лицу выражение ложной, притворной любезности. Она потупила взгляд вниз, а после улыбнулась. — Хорошо, я понимаю.       Парень виновато уткнулся носом ей в ключицу, вдыхая сладкий аромат её духов. — Спасибо.

***

      Ближе к вечеру парень поехал к дому родителей, чтобы поговорить с Эмили. Он очень переживал из-за сегодняшней ссоры, которая теперь ему казалась такой нелепой и ничтожной. Мартинес спешил, ему хотелось поскорее увидеть сестру и прижать к себе.       По пути парень решил зайти в магазин выпечки и взять там упаковку манговых пирожных, проторчав в очереди добрых минут двадцать пять, не меньше.       Райан торопливым шагом дошёл до двери и нажал на дверной звонок несколько раз подряд, как бы тем самым поторапливая хозяев впустить его внутрь. За той стороной послышались два голоса, шарканье тапок и вскоре быстро приближающиеся шаги. Дверь открыла Абель. — Райан? Заходи, дорогой, — она отошла в сторону, чтобы рыжеволосый вошёл внутрь. — Ох, ты купил пирожные к чаю? — Привет, где Эми? — он снял свою чёрную ветровку и отдал Абель в руки, держа упаковку всё так же в руках. — У себя. Кажется, она чем-то расстроена. Просила её не беспоко…       Парень не стал дослушивать, сорвался с места и по лестнице рванул к ней в комнату, перешагивая несколько ступенек за раз. Ему очень хотелось наконец поговорить и получить прощение за всё что он натворил. Райан негромко постучался в дверь, оглядывая выпечку со всех сторон, убеждаясь в её полной целостности и сохранности. Поверх коробочки был приклеен маленький розовый бантик. — Мам, я же сказала, что я не голодна. И ещё… Если Райан придёт, не впускай его, — безжизненный и вялый голос девушки свидетельствовал о её подавленном настроении.       «Отлично», — он с ненавистью и разочарованием посмотрел на сладости, в которых на мгновение потерял уже какой-то смысл. — Эми, это я, твой любимый, неповторимый, харизматичный и просто офигенный старший брат, — каждое слово он выговаривал с какой-то восходящей и певучей интонацией.       Эмили покосилась в сторону двери и усмехнулась такому наглому заявлению рыжеволосого. — Что? Я не знала, что помимо моего придурковатого брата Райана у меня есть ещё один. Надеюсь, ты то не идиот? — съязвила она.       Райан скорчил гримасу, сжал губы и показал средний палец, тыкнув им в дверь. — Я не хочу с тобой разговаривать, зря приехал, — внезапно её тон сменился и стал более серьёзным, нежели был до этого.       Парень как-то протяжно и тяжело выдохнул, а затем монотонно продолжил: — Прости меня, детка. Я снова вышел из себя и был очень груб сегодня… — Райан облокотился боком о стену возле двери. — Понимаешь, когда я вижу, как кто-то крутится возле тебя, когда замечаю эти похотливые, цепкие взгляды каких-то прохожих выродков… — он немного напрягся. — Чёрт возьми, руки так и чешутся головы оторвать этим уродам! — он прикрыл глаза, делая глубокий вдох, и нервно сглотнул. — Я волнуюсь за тебя, ты же знаешь… Поэтому если он сделает тебе больно, вмиг душу из него вытрясу.       Послышался тихий смешок из комнаты, который очень обнадёжил парня, и тот даже взбодрился. — Ну так что? Братик прощён?       После недолгой паузы дверь комнаты с щелчком приоткрылась и оттуда высунулась рука Эмили. Она подёргала пальцами, а потом в ожидании раскрыла ладонь. — Давай сюда.       Мартинес фыркнул и закатил глаза, но пирожные сразу отдал в качестве взятки за вход. — Тоже мне… Дегустаторша недоделанная…       Рука с коробочкой тотчас скрылась, и Эмили снова закрыла дверь на замок, а затем было слышно, как каштановолосая с восторгом и радостью воскликнула:"Манговые! Мои любимые!». Шуршание упаковки, с блаженством и наслаждением протяжное:"М-м-м…» — означали, что примирение наконец свершилось.       Рыжеволосый с облегчением улыбнулся. — Может быть, уже откроешь? А-то я как придурок тут с дверью любезничаю.       Девушка дожевала, потом тихонько подошла к двери и прямо в щёлочку прошептала: — Обещаешь, что больше не будешь вести себя, как псих?       Райан усмехнулся, сообразив, что она сейчас стоит прямо за дверью. Парень наклонился и также прошептал в щель: — Обещаю. — И пересмотришь своё отношение к Ноа? — …Обещаю… — И не тронешь его, ведь так? — Следующий вопрос. — Райан! — Ладно, не буду, — подтрунивал Мартинес. — И угрожать ему? — Нихрена себе, может быть, мне ещё прощения попросить и оплатить моральный ущерб? — не скрывая возмущения, осерчал он.       Эмили цыкнула, а затем стукнула рукой по двери, отчего рыжеволосый дёрнулся и отпрянул от неё. — Хорошо! Я понял! — И больше не будешь говорить, что от моего пения блевать хочется? — Не блевать, а сдохнуть. — Ах ты…       Наконец, дверь отворилась и Эмили в футболке, шортах и собранными в пучок волосами, довольно улыбаясь, протянула ему свою руку, как королева Англии, Елизавета вторая. — На, целуй. — Ну ты тоже не наглей и вообще дай сюда, — с этими словами он схватил со стола коробку с выпечкой. — Уже половину схомячила. — Ну-у, это моё! Ты их мне купил!       Дюпре захлопнула дверь и истерично подбежала к нему с целью выхватить лакомство, однако это оказалось не так легко, когда ты ростом в сто шестьдесят семь сантиметров, а твой брат во все сто девяносто три. Райану хватило всего-то приподнять руку и не беспокоиться. — Я в очереди полчаса потерял.       Он резко засунул пирожное целиком в рот и прикрыл глаза, довольствуясь райским вкусом нежного, тающего бисквита. — Тепферь пофнятно… Пфочему ты их так любиф…       Эмили с обидой в глазах посмотрела на брата. — Чтоб ты подавился.

***

      Ноа сделал равномерный вдох и выдох, затем взял ворот своей футболки и понюхал его, ощущая лёгкий, едва уловимый запах одеколона. В руках он держал маленький букет живых, нежных, розовых пионов в пурпурной перламутровой бумаге. Под лучами солнца она магически отдавалась розовым, блестящим отблеском.       Парень был безумно рад тому, что может провести с Эмили какое-то время наедине в непринуждённой и комфортной обстановке. Хоть это и не совсем обычное свидание, но всё же лучше, чем сидеть на парах под нудную и скучную болтовню преподавателей и лишь ловить взгляды друг друга под смешки и пошлые подколы друзей под боком. Он испытывал приятное душе волнение и трепет. Такие чувства всегда в нём зарождаются от одной мысли о ней.       Шатен в предвкушении позвонил в дверь и пригладил рукой немного растрёпанные и торчащие в стороны волосы. Ноа прислушался к звукам, но не услышал ничего. Тогда он решил постучать чуть более настойчиво, посматривая в окно сбоку от входа. Возникло тревожное чувство, что дом пуст. Но парень был уверен в том, что не мог ошибиться с временем и адресом. «Может быть, она не слышит?» — решил он. Снова стук, но ни шагов, ни голоса, ни звука. Парень вытащил телефон из кармана джинс и собирался позвонить девушке, как вдруг он услышал шум по ту сторону и сразу успокоился. Прозвучал звук щелчка, и дверь настежь распахнулась. — Хах, я уже было подумал, что…       Глуповатая и радостная улыбка на лице моментально испарилась. Ноа ошеломлённо и растерянно смотрел на стоящего перед ним в проходе Райана в чёрных спортивных штанах с оголённым торсом, мокрыми волосами, с которых ещё стекала вода, видимо, после душа, и полотенцем, накинутым на его мускулистые плечи. В глаза сразу же бросилось то, что на всей груди рыжеволосого было изображено жуткое тату трёхголового свирепого пса Аида, стража входа в мир мёртвых. Цербер был охвачен неистовым, адским пламенем, переходящим на область плеч. По левому предплечью сверху вниз была набита мерзко извивающаяся чёрная змея, выползающая из огня.       Ламбер нервно сглотнул. К такому он уж точно не был готов. Однако и Райан был не меньше удивлён гостю. Он недоумённо вскинул бровь. Оба парня явно испытывали сильную, нескрываемую неприязнь друг к другу. А Мартинес так вообще мечтал придушить своими руками надоедливого шатена и избавиться от него вмиг и навсегда. Его охватило нешуточное, дикое раздражение, быстро перерастающее в злость. Пару секунд они испепеляли друг друга пытливыми и уничтожающими взглядами, после чего Ноа решил прервать этот, казалось бы, бесконечный немой бой глазами. — Кхем… Привет, я… — Да расслабься ты, не трясись.       Рыжеволосый, не разрывая контакта глазами с Ноа, с недружелюбной ухмылкой облокотился о дверной косяк, засунув руки в карманы, и оглядел его сверху вниз. Взгляд зацепился за цветы в его руках. — Оу… — он грубо выхватил букет и как-то брезгливо осмотрел его. — Это мне? Ну что ты, не стоило, пупсик, — Мартинес вдохнул цветочный аромат, наигранно наслаждаясь им. — И на будущее: я больше люблю ромашки, — он одарил шатена своим злорадным оскалом.       Рыжеволосый вдруг резко выпрямился и рывком буквально затащил Ноа внутрь, крепко обхватив его за плечи. «По-дружески». Ноа растерянно шагал туда, куда его толкал Райан. — Где же мои манеры? Присаживайся, приятель!       Ноа, пытаясь справиться с тревогой внутри, плюхнулся в кресло, а точнее его туда усадили. Шатен был напряжён, невозможно было не почувствовать, сколько злобы и ненависти исходило от брата Эмили. Ламбера словно окружило чёрное, густое облако. Ему просто хотелось не ввязываться с Райаном в конфликт или перепалку, пусть даже словесную. Но мысль, что тот готов в любой момент разорвать его на части, не покидало голову ни на секунду. Ноа оставалось просто надеяться на то, что Эмили вскоре появится и обстановка изменится на более дружественную и мирную. Тем временем рыжеволосый вальяжной походкой прошёл на кухню, всеми силами пытаясь держать себя в руках и не сорваться. Он нажал на педаль урны, та открылась, после чего в неё полетел букет цветов, и та обратно захлопнулась. Шатен даже не заметил этого. — Может, хочешь чая? Кофе? Сока?       «Или по морде…», — в мыслях пронеслось у Мартинеса.       Его неестественно натянутая, до жути маниакальная до ушей улыбка была весьма пугающей. Шатену стало не по себе от такой гнетущей, тёмной атмосферы в комнате. Ему казалось, что от Райана так и исходила какая-то непостижимая, зловещая, мрачная ментальная аура, которая вселяла страх, подкреплённая убийственными намерениями. Сейчас Мартинес превосходно играл свою роль пассивного агрессора, всю свою враждебность он проявлял скрытно, но одновременно заметно и весьма красноречиво. — Спасибо, пожалуй, откажусь, — вежливо ответил Ноа, следя за каждым движением рыжеволосого, который возился на кухне возле кофемашины. — Не бойся, я не собираюсь плевать туда или добавлять крысиный яд.       Райан усмехнулся, взял в руки две белые небольшие чашки, доверху наполненные чёрным горячим кофе и понёс их в гостиную. Одну он поставил перед парнем на стеклянный журнальный столик, а вторую напротив. Сам Мартинес стянул с плеч влажное полотенце и накинул на голову, небрежно поворошив им мокрые волосы. После чего он откинул его куда-то в сторону, а сам уселся на другое кресло. Он пристально посмотрел в глаза Ноа, наклонившись за своим кофе и отхлебнув небольшой глоток.       Когда Ноа действительно занервничал и начал оглядываться по сторонам в поисках Эмили, Райан фыркнул и сказал ему: — Она наверху, — Мартинес вдохнул кофейный аромат. — Скоро твоя защитница спустится вниз.       Шатен с недоумением взглянул на него. — В каком смысле?       Рыжеволосый не спешил ему отвечать, он всё так же спокойно пил свой кофе, не спеша и сполна наслаждаясь тем, как горячая жидкость после очередного глотка оставляет весьма приятное сладко-горькое послевкусие, а по всему телу плавно распространяется тепло. Ноа терпеливо ожидал ответа от собеседника, как неожиданно тот жёстко и со звоном поставил чашку на стол, отчего содержимое немного расплескалось на стол. — Да, сопляк… Поблагодари мою сестру за то, что ты сейчас сидишь в этом кресле, а не в инвалидном… Ты ещё дышишь только благодаря Эмили… Но посмей только пальцем её тронуть, я…       Он замер и резко замолчал. — Райан! Ты случайно не видел…       Эмили обратилась к старшему брату, поспешно спускаясь по лестнице босыми ногами, но вдруг неожиданно обнаружила Райана и Ноа в гостиной, сидящих друг напротив друга и, как ей показалось, довольно мирно попивающих кофе. Это бы даже походило на светскую беседу, будь рыжеволосый одет. Она шокированно посмотрела то на одного, то на другого. Ноа взглянул на неё с такой благодарностью и нескрываемой радостью, а Райан вот, наоборот, выглядел недовольным, будто бы своим появлением она помешала ему что-то сделать. Странно, но Дюпре даже не слышала, как кто-то стучал в дверь, не слышала, как брат с кем-то разговаривал всё это время.       Эмили, конечно, ждала Ноа у себя дома. Ждала так томительно и нетерпеливо… Но в её планы никак не входил Райан, а уж тем более учитывая всю его импульсивность и вспыльчивость, а также «прекрасное» отношение к шатену. Но, к её превеликому сожалению, обстоятельства сложились так, что вчера Мартинес вдруг внезапно решил переночевать здесь. Вспомнить, так сказать, детство, время прожитых в этом особняке лет. А теперь он убедился, что выбрал удачный момент, застав обоих врасплох. Эмили была бы только рада этому решению, но… Не в данной ситуации и не при данном положении дел. Она рассчитывала на то, что брат уедет до прихода Ноа и не станет им мешать наслаждаться компанией друг друга. Но все планы успешно рухнули. И сейчас ей придётся выкручиваться. Эмили знала одно — Райана нужно как-то выпроводить из дома. Вот только вряд ли Мартинес теперь собирается уезжать. Оставить их наедине? Оставить Эми с ним? Ну уж нет, только через его труп. — Н-Ноа, прости, я даже не слышала, как ты пришёл… — виновато проговорила она. — Привет, Эми. Не переживай… — Да, не переживай, детка, — его специально прервал грубый и холодный голос Райана. — Мы тут славно поболтали.       Эмили как-то натянуто и зло улыбнулась Райану, прекрасно понимая по измученному и страдальческому выражению лица Ноа, насколько эта «славная болтовня» пришлась ему не по душе. Будто бы он испытал невероятно сильный стресс минутой раннее, хотя теперь старался скрыть этот очевидный факт. — Ноа нужна была помощь с макроэкономикой. Мы договорились встретиться с ним на этой неделе, и я позвала его сюда. Я обещала ему, — чётко и уверенно отчеканила каштановолосая, стараясь выглядеть максимально бесстрашно и непоколебимо перед грозным Райаном.       На что тот в ответ лишь хмыкнул и не по-доброму улыбнулся краем рта, пальцами деловито постукивая по подлокотнику кожаного чёрного кресла. — Хорошо, — подозрительно легко и не раздумывая ни секунды, ответил старший брат, подмигнув при этом шатену. — У меня как раз нет никаких дел, так что… — Мартинес встал и потянулся так, что было слышно, как хрустят его позвонки. — Я, пожалуй, останусь с вами.       Райан подошёл к Эми и потрепал её по волосам, наверняка осознавая, каким отборным и трёхэтажным матом удостоила младшая сестра его наглую персону.       Эмили сжала кулаки, при этом нервно улыбаясь. Ей хотелось провалиться сквозь землю… А лучше бы Райан провалился отсюда прямиком в ад.