Как жаль, что ты моя сестра

- У нас есть незаконченное дело с прошлого августа. - Ну как бы да. О чём я думала, когда вернулась к этой теме, написав Дипперу? Я спросила это у своего отражения в зеркале ванной комнаты и пожала плечиками: просто захотелось. Может, и не секса, а какого-то единения. Скорее, душевного, но почему бы и не ощутить снова его руки на своём обнажённом теле. Я представила, как Диппер стоит сзади, опустив голову, чтобы скрыть чуть покрасневшие щёки, и обнимает одной рукой на уровне груди, а вторая рука спускается ниже, поглаживает промежность, и как пальцы, немного поскользив по влажной поверхности, начинают нежно массировать меня... Я отвернулась от зеркала - стало неловко видеть себя такой взволнованной. Боже, какой вид дурацкий, какое дебильное выражение лица, никогда нельзя заниматься с кем-то любовью при освещении. Мы не виделись уже несколько месяцев: я училась в своём колледже, он учился в своём, а в свободное время ездил в Гравити Фолз помогать дяде Форду в его исследованиях. Но при встрече я не почувствовала каких-то изменений, нет, он оставался таким же Диппером, словно мы не виделись только полдня. Через неделю после того, как я упомянула август, мы встречаемся и гуляем по центру студенческого городка, тихонечко распивая слабоалкогольные напитки, и болтая обо всём и ни о чём конкретно, не упоминая прошлый август. "Как будто бы не собирались потрахаться в том году. И сегодня", - думается мне. В магазинчике мы покупаем продукты, потому что у меня дома ничего, кроме сладостей и чего-то уже непонятного в сковороде, нет, и я беззастенчиво, по крайней мере мне так чувствуется после бутылочки напитка, говорю, что надо купить гондоны. Диппер кивает и невозмутимо выбирает нужный товар. Мы вместе готовили перекус. Ну да, вместе: он готовил, а я сидела и смотрела, как и что он делает. Контролировала процесс приготовления, в общем. После лёгкого ужина и ещё нескольких разговоров я просто предложила переместиться в комнату. Мы не обсуждаем ничего из того, что делали прошлым летом, что делаем в данный момент и что хотели бы сделать. Он говорит, что в комнате очень тёмно и просит включить настольную лампу. Я говорю, что он и так найдёт меня, но включаю какой-то случайный фильм на ноутбуке, а потом забираюсь с ногами на кровать, и мы начинаем целоваться и помогать друг другу с раздеванием. Он знает, что я уже не девственница, мне помог с этим знакомый моего однокурсника, мы встречались почти полгода, но разошлись, оставшись хорошими знакомыми. Не знаю, что остановило Диппера в ту летнюю ночь, честно, я не настолько сентиментальна, чтобы испытывать какие-то особые чувства к первому в жизни мужчине. Это просто физиология. Диппер отбрасывает в сторону бюстгальтер и, немного погладив мою грудь, ложится и тянет меня к себе. Его рука почти сразу же устремляется к внутренней поверхности моих бёдер, поглаживая её, а затем движется по идеально выбритой коже к увлажнившейся промежности, и я замираю, полностью сосредоточившись на такой небольшой территории моего тела. Я даже не сразу вспоминаю, что его тоже надо помассировать в определённом месте. Взаимный массаж, так сказать. Я провожу рукою по его предплечью, талии, делаю полукруг на бедре и нахожу его член. Немного неловко, хотя казалось бы, чего тут уже стесняться. Весь мой сексуальный опыт сводится к полноценному сексу только с одним парнем в колледже и обнажённым поглаживаниям и всякому такому с одним парнем в старшей школе. Очень интересно, какой на ощупь Диппер, так как с прошлого августа в голове таких подробностей не осталось. Он упругий, даже твёрдый, шире у основания, чем головка. И когда я, обхватив его член рукой, начинаю движения, он втягивает меня в долгий поцелуй и начинает какие-то заигрывания своими пальцами со мной внизу. Я расплываюсь или, точнее сказать, растекаюсь в ощущениях, громко выдыхаю, а он громким шёпотом произносит, что хочет меня, давно хочет меня. Мы прерываем все действия, чтобы он мог "приодеться", и уже в презервативе он медленно входит. Мне всегда казалось, что Диппер очень эмоциональный, бодрый и болтливый, но в постели он слишком нежен и ласков, медлителен и молчалив. Я прошу его сказать мне что-нибудь пошлое, а он говорит, что занят. Я прошу его развернуть меня к себе спиной и взять в догги-стайл, а он говорит, что устал. На него так влияет алкоголь? С другими девушками он такой же? Я спрошу его об этом позже. Он двигается размеренно, словно зачарованный, и мне даже кажется, что он вообще где-то не здесь мыслями. - Ты мой самый близкий родственник, - шучу я, когда он снова полностью внутри, и между нами внизу нет никакого свободного пространства, и он перестаёт двигаться, потому что начинает смеяться. Наше занятие затягивается, и мы делаем перерыв на простые поглаживания и медлительные поцелуи. Честно говоря, я бы уснула, но Диппер, не прерывая поглаживаний моего тела, смешно комментирует какие-то сцены в фильме на ноуте. Это одна из сотни причин, почему я люблю его. Я спрашиваю его, как отнеслись бы к этому наши родственники, но он молчит в ответ, не задумывается, нет, - о чём тут можно думать, какой смысл, - а просто безмолвно наслаждается нашим совместным досугом. Мы возвращаемся к активным действиям, и ночь проходит быстро и приятно. Утром он собирается к себе. Улыбается мне и молча уходит. Я никогда не думаю о произошедшем. И ни о чём не жалею. Мы никогда не обсуждаем это. Только изредка повторяем.