Я видел свет в твоих глазах

      Время близилось к обеду. Солнце вошло в зенит и нещадно слепило глаза, заставляя щуриться. Оливия спала крепким сном в объятиях Бога, блуждающего в чертогах своего разума, кропотливо собиравшего по кусочкам, точно карту сокровищ, цепочку произошедших событий. И выходила, надо заметить преинтереснейшая картина.       Альва, спасенная от опаснейшего Титана, по счастливой случайности или неслучайности, находит один из камней бесконечности, что должен был и так принадлежать ей. Со слов Одина, дедуля отдал эфир на хранение альвхейцам и Оливия подтвердила это, доверив ему тайну своего прошлого. Но почему именно им? Трикстер повернул голову в бок, поцеловал светлую макушку и уперся в нее точеным подбородком, устремляясь невидящем взгляд в даль.       Предположим, что дело в чистых и искренних душах альв, которые не подвластны дурному влиянию. Их телепатические и магические возможности способны обуздать артефакт, что древнее самой вселенной. А жизненной силы хватает, чтобы не умереть, заключив в себе это невероятное могущество. Тонкие губы Бога искривились в довольном оскале. Сила внутри Оливии принадлежала ему практически так же, как принадлежала ему сама Оливия.       Черноволосый свел красиво очерченные брови к переносице, и меж ними залегла вертикальная морщинка, имеющая свойство появляется в момент приходящего к нему озарения. Локи был далеко не глуп, напротив. Он отлично знал, что ни одна сила не дается просто так. Во всем есть подвох… За все есть своя цена… Но готов ли он заплатить эту цену… Следовало наведаться в Асгард, в древних фолиантах должна быть хоть какая-то информация, да и одноглазый старик знает, наверняка, куда больше, чем говорит. Последняя мысль заставила заходить желваки по скулам, а глаза вспыхнуть злостью. Но это чувство быстро отступило, уступая место предвкушению от возможности обладать силой способной рушить реальности, мирно спящей сейчас в его объятьях.       — Душа моя, — позвал бархатный голос, но реакции не последовало. Мужчина аккуратно вытянул руку из-под расслабленного женского тела и, нависнув над ней, всмотрелся в ее безмятежное лицо. — Моя глупая, безрассудная девочка… — Локи провёл рукой по белым шелковистым волосам, что разлились мягкими волнами, скрывая от наглых глаз небольшую грудь, и распадались в районе тонкой талии словно нити белого золота.       В груди хаотично кружила жгучая смесь эмоций и чувств, выбивая из лёгких воздух и путая мысли. Затаив дыхание, Бог смотрел на бледную кожу, покрытую россыпью золотистых веснушек. Пушистые ресницы едва подрагивали от ласкового касания ветра. Пухлые чувственные губы были приоткрыты и манили, вызывая навязчивое желание коснуться их.       Локи отчетливо видел, что они с Ливи были совершенно разные. Начиная от цвета волос, формы губ, заканчивая характером, мышлением, мировоззрением. Они были не просто разные… Они — полная противоположность друг друга. Но норны, видели куда больше, сплетая их жизни причудливой нитью слепой судьбы, разящей без промаха. Привязывая друг к другу все сильнее с каждым новым взглядом, жестом, касанием. С момента их первой встречи, Локи задавал себе один и тот же вопрос, силясь понять ответ, отчаянно тянувший руки к его сердцу, сиротливо блуждая на задворках догматического сознания.       Над головой, издав хриплое гарканье, раскинул свои крылья черный ворон, ловя потоки сентябрьского воздуха. Сморгнув наваждение, уводящее мысли в пугающее, неизведанное направление, Локи потянулся к рубашке, лежащей у ног Оливии, и краем глаза заметил мохнатую тушу, что должна была стать их завтраком.       Полностью одевшись, Бог легким движением подхватил спящую Оливию на руки, кутая в мягкую ткань плаща и двинулся в сторону излюбленного места под раскидистой кроной кипариса, имевшего необъятный ствол.       Время близилось к закату. Солнце стремилось к горизонту приглашая на танец светлячков, а тишину нарушали размеренные ритмы звуков цикад и сверчков. По поляне тянулся аппетитный аромат жаренного на костре мяса. Локи, покрутил висевшую над углями подрумяненную тушу и уже в сотый раз окинул беспокойным взглядом Лив. Она так и не проснулась, лежа под деревом, во все в той же позе, в которой он ее положил. Её тело было совершенно неподвижно, за исключением плавно вздымающейся груди. — Оливия, — негромко позвал черноволосый, направляясь в сторону девушки. — Ливи, — присаживаясь рядом, шепнул он у самого заостренного ушка и провел рукой по светлой макушке.       Альва, едва заметно шевельнулась и медленно открыла глаза. Глаза, в которых загнанным зверем кружила эфемерная красная материя. Тело девушки на мгновение свел мелкий спазм, и она слабо улыбнулась любимому лицу напротив.       — Как ты себя чувствуешь, душа моя? — елейно, не выдавая зародившееся беспокойство, спросил Трикстер, не в силах отвести взгляд от завораживающего зрелища.       Оливия, испытывая непосильную слабость медленно моргнула и с трудом вновь открыла с поволокой красного, глаза.       — Счастливой, — едва улыбаясь произнесла она, словно не замечая своего состояния.       — Иди ко мне, — умело держа маску спокойствия, Локи подтянул девушку к себе.       Его руки объяло зеленое свечение, и он плавно скользнул ими под зеленую ткань, касаясь женского тела. Оливия вздрогнула от внезапного, но приятного прикосновения, и растворяясь в ощущении, прикрыла глаза. Слух ласкали звуки природы, а обоняние улавливало чудесный запах жареного мяса.       — Мммм… пахнет волшебно, — не размыкая век, еле слышно произнесла Ливи.       — Угу, — невнятно ответил маг, сосредоточенный на своих действиях.       Его лицо было напряжено, о чем свидетельствовали хмурый взгляд и поджатые губы. Ситуация была странная и вводила в замешательство. Физически девушка была в полном порядке, но вот внутреннее… Растущая энтропия вызванная силой эфира, заставляла таившуюся внутри магию, вступать в борьбу. Пытаясь упорядочить рождающийся хаос, она медленно истощала свои запасы, лишая Оливию сил.       В памяти вспыхнул образ Фригги. И сознание мага перенеслось в далекое детство, утопая в зелени дворцовых садов Асгарда.       В тени раскидистых ветвей могучего дерева, чьи корни причудливо сплетались в узор выступая на поверхность земли, сидел мальчик. Пытливым взглядом он следил за ползущей по земле словно змея, тонкой лозой, невиданного прежде растения. Детские пальчики потянулись к загадочному гостю.       Нежная кожа ощутила ласку, даримую тёмными замшевыми листьями, коварно притупляя чувство боли. Тонкое запястье обвил стебель, затягивая все сильнее свою петлю. По виднеющимся синеватым венкам, еле заметно пульсируя, двигался золотистый поток энергии. Это зрелище завораживало, не позволяя отвести глаза, что украшали чёрные длинные ресницы. Минута за минутой шло время, ускользая безвозвратно. Теперь, даже если бы мальчик захотел отдернуть свою руку, это едва ли стало бы возможным. Тело капля за каплей лишалось магии. Обволакиваемое вязким чувством беспомощности, погружая рассудок в небытие.       — Локи, — раздался родной голос, наполненный тревожными нотами, за которым последовало торопливое шуршание тканей юбки легкого платья.       Изящным жестом красивые пальцы, объятые тёплым свечением, высвободили из плена детскую ручку. — О, милый… это диффенбахий. С ним следует быть осторожнее. — Материнская рука нежно прошлась по чёрным волосам Локи. — Магия, сильное оружие, вселяющее многим страх или желание обладать им.       Маленький Бог, перевёл взгляд с уползающего прочь растения, на руку Фригги. Касаясь освобождённого мальчишеского запястья, с кончиков ее пальцев побежали потоки золотых нитей, вливаясь в синие венки, проступавшие под тонкой кожей. По телу разлилось приятное тепло, вновь наполняя его силой.       — Мама… — позвал принц, и его глаза наполнились непрошенными слезами.       Образ Фригги растворился в зеленой листве садов Асгарда, теряющий свои очертания в складках бархатного плаща. Локи тряхнул головой, отгоняя от себя внезапное замаячившее на горизонте чувство меланхолии.       На траву, у томившегося на углях зайца, приземлился черный ворон. Издав словно вопросительное «кар», он оттолкнулся от земли и, очертив круг в воздухе, сел на низкую ветвь кипариса, чуть левее головы Локи. Черноволосый бросил на незваного гостя косой взгляд и ухмыльнувшись, посмотрел на свои руки. Возможно, это сработает. И если это та самая цена за силу, что ж… она по карману Богу.       На кончиках длинных ровных пальцев появилось легкое сияние. Едва ощутимо коснувшись пульсирующей яремной вены чуть ниже острого ушка, маг немного помедлил, прислушиваясь к своим ощущениям и следя за реакцией Ливи. Происходящее казалось невероятно интимным процессом. Локи мягко завел руки за тонкую шею, оставив большие пальцы в районе острых ключиц, нежно поглаживая их. Желая полностью раствориться в непознанных ранее ощущениях, Бог закрыл глаза и откинулся спиной на грубую кору дерева. Секунды растянулись в вечность. Отдавать было приятно, возможно даже чуть больше, чем получать.       — Что ты делаешь? — смеясь спросила Оливия, проводя своей рукой от локтя к кисти мужчины, обвивавшей ее шею.       Запасы магии пополнялись, давая отпор эфиру и возвращая девушке силы. Локи ощутил, как ее тело словно напитавшись, замедляло волшебный поток его энергии.       — Надо будет найти мандрагору, — хмыкнул маг и, склонившись над улыбающимся лицом Оливии, прикоснулся пересохшими губами к ее — мягким и приоткрытым.       Кончики его черных волос коснулись узких обнажённых плеч, вызывая у девушки волну мурашек. А ночной воздух смешивался с ароматом жареного мяса, напоминая о том, что неплохо было бы уже и поесть.