SNUFF

Решил разбить большую главу на две маленькие. Вторая будет позже. Ох тяну же я, тяну POV AKIRA Съёмка только началась, а я уже устал. Изредка на меня бросали косые взгляды. Да, да, сегодня я плохо выгляжу, не выспался. А почему не выспался? Всё из-за того, что Ицуми-сан зашёл в палату Таканори. Значит, он имеет какое-то отношение к его болезни. Но… Боже мой, как уже надоела эта неизвестность? Почему, почему бы ему всё мне не рассказать? Но нет ведь… Новый ассистент совсем бестолковый. Я три раза объяснил ему, какой мне нужен фильтр, но он, кажется, понимает только с пятого. –Сузуки-сан… Ну вот, опять он. –Да, я вас слушаю, – устало отвечаю я. –Я хотел попросить вас…может…вы сходите со мной вместе сегодня в бар? Я рассмотрел его лицо. Красивые тёмные глаза, губы припухшие, почти как у Кою, нос прямой. –Извини, но я не могу. Один мой друг лежит в больнице. –Ах, ну ясно…– вздыхает он и отходит к камере в углу. Всю съёмку я чувствую на себе его взгляд, из-за чего никак не могу сосредоточиться. Кто-то уже начинает возмущаться его бестолковостью и моим бездействием. Я улыбаюсь и говорю: –Извините. Ребята, ещё один дубль! Нам ещё неделю работать над этим, вы же не хотите растянуть съёмку на две недели? Все кивают и разбредаются по местам. Я подхожу к главной камере и смотрю на картину ещё раз. На этот раз я сделал жестокий фильм о войне. Социальная короткометражка. Ребёнок лежит в крови, над ним стоит солдат, в углу плачет женщина в разорванном местами платье. Предположительно его мать. Солдат заносит руку и ударяет мальчика. Несильно, конечно, но выглядит всё очень натурально. Ребёнок вскрикивает, женщина тоже кричит, умоляет. Но солдат всё бьёт и бьёт ребёнка. У войны есть две стороны. У жизни есть две стороны. Последний тихий вскрик – и ребёнок умирает. –Снято…– упавшим голосом произношу я. Все вздыхают с облегчением и собираются уходить. Я смотрю на часы и чуть не вскрикиваю: двенадцать! А ведь я обещал Таке прийти сегодня. Как теперь попасть в больницу? Я накинул ветровку и вышел из помещения. –Сузуки-сан! – услышал я голос ассистента. –Извините, я очень спешу… –Я хотел сказать…до свидания! –До завтра. Я зашагал прочь от него. Не нравится мне что-то в этом парне. Я поймал такси и назвал адрес больницы. Таксист оказался неразговорчивым, но радио у него играло очень громко, так что под конец поездки голова разболелась. Рассчитавшись с таксистом, я зашёл в светлый холл больницы. –Куда это вы, молодой человек? Ну вот, отлично. А на что я надеялся? Пол первого ночи, а я пришёл в больницу. В прошлый раз Койю охмурил молоденькую медсестру, так что добраться до палаты Таки было проще простого. Сегодня же не было Койю, да и медсестра была женщиной бальзаковского возраста. –Я…к другу. –К какому другу? Вы знаете, что такие поздние визиты строго запрещены? Есть приёмные часы, в обед и… –Ему трудно ходить, пожалуйста, мне нужно его навестить. Медсестра как-то сразу смягчилась. –Так вы к Таканори-куну? Идите. Я кивнул. У самых дверей палаты я остановился. Как же зайти? Таканори будить не хотелось, но и под дверью стоять не вариант. Я тихонько приоткрыл дверь и зашёл в палату. Как ни странно, Таканори не спал. Он сидел за столом и, завидев меня, обернулся. –Привет, – первым поздоровался он. Во всём нём произошла какая-то перемена. Нет, это был всё тот же милый Така, который так мне нравился, но теперь в нём не было этой…болезненности. –Привет. Ты очень хорошо выглядишь, – я присел на кровать рядом с его стулом. Он улыбнулся, потянулся ко мне и поцеловал. В этом поцелуе было что-то новое. В нём была жизнь ,но не та, обычная, когда он будто хватается за меня, а тихая, размеренная. Я пересадил его со стула к себе на колени и поцеловал в макушку. –Что-то случилось, Така? –Знаешь, Сугияма-сан сказал, что я поправляюсь, – весело произнёс он. –Это же здорово, Така! –Тише ты, не кричи! Он засмеялся. Звонко, как и подобает человеку его возраста. В нём столько жизни, как же я не замечал этого раньше? –Тогда, может на выходные он отпустит тебя со мной…за город? –Надо спросить. Я так устал… Он зевнул, прикрыв рот своей ладошкой. Я поцеловал эту самую ладошку и уложил его в постель, накрыв одеялом. –Ты не останешься? –Я…завтра съёмка, но ничего. Я прилёг рядом, прижимая его к себе. –Ай! – внезапно вскрикнул он. –Что? –Живот, рана, больно!!! Я не помню, как быстро выскочил из палаты и позвал медсестру. Она подбежала к нему, велела меня сбегать за Сугиямой, а сама сняла с него майку. На майке были багровые пятна… –Сугияма-сан, там…Таканори… Как только он услышал имя, он отбросил все свои дела и бросился в палату. Перед моим носом медсестра захлопнула дверь. Привет, меня зовут Сузуки Акира. И теперь я буду ночевать в больнице. *** Голова заболела. Камера пищала о том, что разряжена. Я глубоко вздохнул. –Аки, ты что тут делаешь? Койю подошёл ко мне и сел рядом. –Не знаю, – честно ответил я. – Врачи отправили меня домой, но я не могу ехать домой, я… Говорить было трудно. А слушать меня ещё труднее. Койю смотрел на меня и молчал. –Что случилось? –Таку оперировали. И вроде сказали, что в порядке, но к нему не пустили, понимаешь? Я… Койю обнял меня. Я закрыл глаза. –Снимать снаффы, Койю, это было правильным решением? Я всегда снимал чужую смерть, тем самым игнорируя её присутствие в своей жизни. Сегодня я подумал, я вспомнил… Но говорить дальше я не смог. Из глаз потекли слёзы, я судорожно вытирал их руками, Койю гладил меня по спине, но я никак не мог успокоиться. Я вспомнил всё. Своё детство, Хиро, выстрел, больницу. И мне стало чертовски жаль себя. Почему, почему я, после всего этого, не мог стать счастливым? Если жизнь зебра, то какого чёрта у меня она чёрная лошадь? –Акира, всё будет хорошо, – произнёс Койю. –Нет, чёрт возьми, не будет всё хорошо! *** –Откуда у Таканори рана? – С добрым утром, Акира-кун, – поздоровался лечащий врач Таки. –Ответьте мне, откуда у него рана? –Ты не выспался? –Ответьте! Он испуганно отшатнулся от меня. –Акира, садись. Я сел на стул рядом с ним. Он снял очки, протёр их платком, затем отложил в сторону. Видимо, он читал чью-то медкарту. –Я скажу тебе, но ты пообещаешь мне, что, после того, как я отвечу, ты вызовешь такси и поедешь домой? –Хорошо. –Таканори ударили. В университете. Именно поэтому он лежал в больнице. Сейчас с ним всё хорошо, но… Я не слышал ничего после первого предложения. Он понял это, поэтому замолчал и посмотрел на меня, ожидая реакции. –Как…разве… –Ты обещал ничего не делать, помнишь? Ты должен поехать домой. –Вы же понимаете, что после того, что вы сказали, я нарушу своё обещание? –Нет, не нарушишь. Потому что Таканори не хотел тебе говорить. И ты должен уважать его желания больше, чем свои. Он встал, прошёлся по кабинету, остановился у окна и продолжил: –Таканори восемнадцать. Из этих восемнадцати десять лет он провёл в борьбе за своё здоровье. И он понимает куда больше, чем ты. В его школе все жалели его из-за болезни. А сейчас…сейчас он впервые получил удар из зависти, понимаешь? Эти люди, которые могут бегать и плавать, завидуют ему, тому, кому каждый шаг даётся с таким трудом. Сугияма-сан улыбнулся. –Така не такой слабый, как ты думаешь, Акира. –Я это понимаю. –Поэтому сейчас ты ничего не сделаешь. Завтра ты можешь прийти к Таке, если он захочет. Сегодня он слишком устал, ему пришлось пройти так много обследований. –Хорошо. Сугияма-сан, он ведь будет в порядке? –Конечно, Акира. *** К концу дня все решительно портили мне настроение. Начиная от парня, который помогал мне с монтажом, и заканчивая Койю, который забыл ключи и теперь ныл мне о том, как холодно на улице и просил, чтобы я заехал за ним в академию. Погода и правда была ужасной. Мою машину только вернули из ремонта, и мне не хотелось попасть под дождь и запачкать её. –Аки! Радостный Койю буквально запрыгнул в машину и чуть целоваться не лез. –Спасибо, спасибо, спасибо! – верещал он. –Ладно, мне нужно съездить к Таке, но… –Тогда едем к Таке. Вот так просто Ко всё решает. В больнице мы бы долго ждали времени приёма, если бы не Койю. Он обворожительно улыбнулся молоденькой медсестре и произнёс своим бархатным голосом: –Нам нужно в палату Таканори Матсумото. Вы не проведёте нас? –Но время приёма только через… –Пожалуйста. И да, Койю снова выиграл. Девушка улыбнулась и провела нас к Таке. –Ладно, ты иди, я подожду здесь, хорошо? –Хорошо, Ко. Я толкнул дверь и зашёл в палату, освещённую лишь светом ночника: шторы были задёрнуты, лампа выключена. Така спал. Я погладил его по щеке, он что-то пробормотал. –Таканори, прости меня, ладно? Я должен был лучше следить за тобой, ведь ты… Он заворочался. Я обнял его и коснулся губами его щеки. –Аки…–прошептал он.