BlackCamp

      Крик раздался внезапно. Лили замерла на месте с мокрым полотенцем в руке, не в силах заставить себя посмотреть на источник звука. Преодолев секундное помешательство, она обернулась: Джеймс, оказавшись в воде рядом с Лиамом, тащил барахтающегося мальчика к берегу. Римус бросился к ним, едва не задев Лили плечом, однако она не сдвинулась с места. Ноги, словно поглощённые раскалённым на солнце песком, отказывались подчиняться. Ей казалось, будто кто-то случайно обратил её в камень, оставив ей лишь роль беспомощного зрителя. Солнце почти что скрылось за горизонтом, окутав пляж мягким золотистым светом.       — Лили! — голос Джеймса показался ей совсем незнакомым: слишком твёрдым, слишком требовательным, безапелляционным. Однако именно благодаря ему она вновь обрела способность передвигаться.       — Боже, — она схватила чистое полотенце и побежала к парням, окружившим мальчика, на ходу вспоминая всё, что когда-либо слышала об оказании первой помощи утопающему. — Лиам в порядке? Нужно вызвать скорую!       — В этом нет необходимости, он в порядке, — лаконично заключил Римус. Парень оставался удивительно спокойным, хотя ситуация казалась Лили критической.       К счастью, мальчик был в сознании. Мало того, он вовсе не выглядел ни пострадавшим, ни даже напуганным. Лили замешкалась: не было ни единого признака, что он пострадал. Он совсем не кашлял, не задыхался и дыхание оставалось нормальным, так что «сухое утопление» тоже можно было исключить.       — Лиам, у тебя что-нибудь болит? — Лили накинула на него полотенце и присела перед ним на корточки. — Как ты себя чувствуешь?       — Всё нормально, — судя по выражению лица, мальчик смутился. — Лилс, ты только не плачь, пожалуйста…       Лишь сейчас она заметила, как трясутся её руки, а по щекам текут слёзы, смешиваясь с каплями воды, стекающими с непросохших волос.       — Я очень испугалась, — Лили сжала мальчика в объятьях. Полотенце, накинутое на плечи Лиама, уже намокло, светлые пряди, прилипшие к лицу, пахли солью. — Если бы с тобой что-то случилось…       — Прости, я не хотел тебя пугать, — теперь мальчик выглядел виноватым. — Я же не по-настоящему тонул! Марлин сказала, что это всего лишь шутка…       — Марлин сказала? — уточнил Джеймс, впервые вмешавшись в разговор.       — Ой, мне нельзя было это говорить… — Лиам прижал ладони к губам, точно это могло бы вернуть слова обратно, после чего вновь посмотрел на девушку.       Она закрыла глаза, не в силах поверить в то, что только что услышала. Неужто Марлин потеряла последние крупицы здравомыслия, раз додумалась подбить младшего брата на такое? Нет уж, подобную глупость она без внимания не оставит! Марлин придётся объяснить свой поступок, и не дай боже её объяснение покажется Лили неубедительным…       — Тебе нужно переодеться, — к счастью, ей удалось придать голосу мягкое звучание. — Уже холодно, а ты весь мокрый.       — Да ладно, не страшно, — отмахнулся мальчик, хотя Эванс прекрасно видела, как стучат его зубы при каждом порыве прибрежного ветра.       — Мы же не хотим, чтобы ты заболел и остаток смены пролежал в комнате совершенно один? — она умела поставить логическое ударение так, чтобы собеседник потерял всякое желание спорить и пререкаться. Недолго думая, девушка сняла с себя футболку и протянула мальчику, оставаясь в красном ретро-бикини и шортах. — Лучше переоденься сейчас.       — Спасибо, — Лиам явно не рассчитывал на подобный поворот и теперь смотрел на Лили так, будто видел её впервые в жизни. Он с трудом стянул с себя мокрую майку и, обтеревшись влажным полотенцем, надел её футболку. — Ты злишься на меня?       — Нет, Лиам, на тебя я совсем не злюсь, — она погладила его по голове. Разве можно было злиться, когда на тебя смотрят таким взглядом?       — А на Марлин?       — Немного, — призналась она. Лили обернулась в поисках Джеймса и Римуса, слишком внезапно пропавших из её поля зрения. Парни стояли чуть поодаль и, кажется, о чём-то спорили, периодически поглядывали на них с мальчиком.       — Ты только не ругайся на неё! — жалобно произнёс Лиам, несильно дёрнув её за руку, чтобы привлечь внимание. — Она же для тебя старалась…       — Я не…       — Лили, мне очень неловко тебя просить… Я думаю, что Лиаму лучше поскорее вернуться в замок, — Римусу явно было некомфортно от сложившейся ситуации.       — Конечно, идите, я разберусь тут со всем, — она неопределённо махнула рукой в сторону оставшихся в беспорядке шезлонгов. — Лиам, как придёшь в замок, сразу же прими тёплый душ и переоденься, понятно?       — Не волнуйся, я прослежу за ним, — Люпин кивнул, словно стремясь подтвердить свои же слова, и, не глядя на девушку, подтолкнул мальчика в сторону замка. Лишь напоследок он бросил на неё беглый взгляд: она прижимала к груди использованное Лиамом полотенце. — Большое спасибо, Лили, я у тебя в долгу.       В голове всё смешалось: слова Лиама о том, что Марлин действовала ей во благо, никак не соотносились с тем, какую глупость совершила подруга. Лили действительно испугалась! Никогда прежде она так сильно не волновалась. В ушах по-прежнему звучал детский крик. Если бы с Лиамом на самом деле что-то случилось, как бы она посмотрела в глаза Марлин? Что бы она сказала Фелиции? Есть вещи, с которыми не шутят, и жизнь ребёнка, определённо, входила в их число.       На глазах вновь выступили слёзы. Лили, обхватив себя руками, присела на корточки и уткнулась носом в колени. Теперь, когда ребята ушли, она могла дать волю нахлынувшим на неё чувствам.       — Эй, Лили, ты чего? — голос Джеймса прозвучал совсем близко. Он аккуратно, словно опасаясь причинить ей боль, дотронулся до её плеча. Лили вздрогнула: она совсем забыла о том, что осталась тут не одна. Почему-то она подумала, что Поттер уйдёт вслед за другом, но всё же он предпочёл остаться с ней. — Лили?       — Почему ты не пошёл с ними? — она подняла глаза и лишь теперь заметила, что он тоже промок насквозь, пока вытаскивал Лиама из воды. Почему только она не обратила на это внимания раньше? Спохватившись, она тут же вскочила на ноги. — Ты же заболеешь! Сейчас я принесу сухое полотенце и…       — Лили, подожди, — Джеймс схватил её за руку, вынудив остановиться. — Посмотри на меня. Пожалуйста.       Она была уверена, что выглядит хуже некуда, но никак не могла понять, почему её вообще это волнует. Мокрые рыжие пряди липли к плечам и шее, глаза наверняка покраснели, а кожа покрылась мурашками. Ей стало ужасно неловко из-за того, что Джеймс видит её такой: плачущей, беспомощной, жалкой. Они вновь оказались на пляже вдвоём, однако теперь всё было совсем иначе. И всё это случилось по вине Марлин! Если бы не МакКиннон, ей бы не пришлось сейчас краснеть перед Джеймсом.       — Всё хорошо, слышишь? — он осторожно положил ладонь на её щёку, призывая посмотреть ему прямо в глаза. — Лиам в порядке, никто не пострадал.       — Я… — Лили ощутила, как дрожат её губы. Слова комом застревали в горле.       — Испугалась, да? — Джеймс притянул её ближе, и Лили покорно упала в его объятья, которые в данный момент казались ей жизненно необходимыми. — Это нормально, любой бы испугался.       — Но не ты, — Лили и сама не поняла, произнесла ли она это вслух или только подумала. Верх купальника тут же намок, впитав воду с футболки парня, однако ей не было холодно. По телу, несмотря на вечерний бриз, разливалось тепло.       — Ты ошибаешься. Я тоже испугался и действовал, скорее, инстинктивно. Я впервые оказался в подобной ситуации.       — И всё же ты его спас! — Лили сжала его футболку, впиваясь ногтями в ладони. Она ощущала почти что физическую потребность в том, чтобы оказаться как можно ближе к парню. Как будто это могло помочь ей раствориться в нём, чтобы избавиться от собственных недостатков. — Я же просто застыла… Не знаю, что на меня нашло. Пока ты не обратился ко мне по имени, я даже пошевелиться была не в состоянии. Это так неправильно, так унизительно…       — Это же просто защитная реакция. «Бей, беги или замри», уверен, ты знаешь об этом гораздо больше меня, — в попытке успокоить девушку, Джеймс легонько гладил её по спине, едва проводя ладонью по оголённой коже.       — А если бы это была не шутка? А если бы тебя не оказалось рядом? Если бы я была тут совсем одна? Я бы также застыла и смотрела, как он тонет? — Лили говорила очень тихо, уткнувшись носом в ключицу Джеймса. Сейчас от него пахло солью, хотя Лили казалось, что она до сих пор улавливает успокаивающий аромат корицы.       — Не думаю, — твёрдость в голосе заставила Лили отпрянуть и посмотреть в медово-карие глаза Поттера. Кажется, он действительно верил в то, что говорил. Лили чувствовала благодарность, которую никак не могла выразить словами.       Она вновь шагнула к парню и, приподнявшись на цыпочки, оставила на его щеке поцелуй со вкусом соли. На лице Джеймса удивление смешалось с восторгом. Он дотронулся до места, которого мгновение назад касались её губы, и улыбнулся. Лили смущённо улыбнулась в ответ, ощущая, что ледяные стены, которые она старательно возводила весь день, превратились в талую воду.       Он прикоснулся к её талии и провёл рукой до бедра, запустив пальцы под пояс хлопковых шортов. Она закрыла глаза и слегка наклонила голову назад, разрешая ему подойти ближе. Лили чувствовала его дыхание на своей шее, ощущала прикосновение его губ, исследующих её ключицы. Её пальцы тонули в его непослушных волосах. Возбуждение пульсировало внутри, стягивая низ живота тугим узлом. Она прикусила губу, из последних сил сдерживая стон. Ей хотелось вновь испробовать его поцелуй на вкус, однако он не спешил удовлетворить её желание…       Лили распахнула глаза. Она задыхалась. Казалось, она сгорает заживо в собственной постели. Она отбросила одеяло и сделала глубокий вдох. Воздух казался ей спёртым, вязким, удушающим. Ноги были ватными, она с трудом поднялась с кровати и, подойдя к окну, открыла его настежь.       Лишь теперь она услышала звуки барабанящих по крыше капель. Лишь теперь она могла вдохнуть живительный кислород. Она всё ещё ощущала фантомные прикосновения, слышала его низкий голос и сладкий аромат корицы. Ей снова приснился этот сон…       Она прекрасно помнила события того вечера и ни раз прокручивала их в голове. Наверное, именно поэтому сон оказался настолько реалистичным: всё, за исключением последних нескольких минут, происходило на самом деле. Конечно, она ни за что не позволила бы Джеймсу вновь оказаться настолько близко, хотя и думала об этом едва ли ни каждый день. Они действительно поговорили о случившемся, Джеймс и впрямь смог её утешить, она на самом деле поцеловала его в щёку, после чего Джеймс отдал ей свою кофту, и они вернулись в замок. Лили бросила взгляд на серую кофту, аккуратно висевшую на стуле. На щеках выступил предательский румянец. За прошедшие пару дней они с Джеймсом пришли к негласному соглашению и теперь вели себя так, словно ничего не произошло. Не самый лучший вариант, но теперь, по крайней мере, Лили не приходилось его игнорировать. Она понимала, что Поттер просто пошёл навстречу, подарив ей ещё немного времени перед разговором, который рано или поздно должен был состояться. Они продолжали играть в гляделки, и каждый раз её сердце пропускало удар.       Марлин часто повторяла, что Лили слишком много думает, но разве она могла иначе? Что вообще она знала о Джеймсе? Если предать могут даже те, кого знаешь много лет, то чего ожидать от тех, с кем и недели незнаком? Каша в голове с каждым днём становилась лишь гуще, мысли путались, сменяя друг друга в бешеном хороводе. Желание сменялось страхом, тревога — эйфорией, и всё по-новой.       Дождевые капли медленно стекали с подоконника, на полу образовалась небольшая лужа, которую Лили заметила лишь после того, как намочила ноги. Опять она витала в облаках! Пора бы уже вернуться на землю и сконцентрироваться на работе. Тёмные тучи сковали небо над замком, как если бы хотели лишить его обитателей понятия времени, смешав воедино день и ночь. Лили прикрыла окно и направилась к прикроватной тумбочке за телефоном. «4:47». Она смахнула несколько уведомлений, судя по количеству которых, Марлин опять полночи провела в Инстаграме, пересылая ей разные видео. Она посмотрит их позже, главное, не забыть ответить на каждое, чтобы не обидеть подругу.       Лили зашла в мессенджер. Её последнее сообщение так и осталось непрочитанным. В носу засвербело от обиды, она сделала глубокий вдох, проглотив слёзы. В последнее время она уж слишком часто плакала, с этим определённо нужно было что-то делать. Хотелось поделиться последними новостями с Марлин, вот только Лили прекрасно знала, что та ответит. МакКиннон предпочитала решать проблемы, а не обсуждать их. Она уже давным-давно высказала ей своё мнение и ни разу не изменила его с тех самых пор. Разговор с ней ничего бы не изменил. Возможно, ей следовало бы поговорить с Джеймсом? Нет, ей не хотелось загружать его настолько личной информацией. Ещё не время. Лучше ничего никому не говорить. Нужно всего лишь сделать вид, что всё хорошо, уж в этом-то она профессионал…       До будильника оставалось чуть больше двух часов. Ей следовало ещё немного поспать, чтобы набраться сил, но липкое чувство тревоги не позволяло расслабиться ни на секунду. Хотелось сделать какую-то глупость, чтобы отвлечься. День обещал быть насыщенным: несмотря на плохую погоду, Фрэнк решил не отступать от намеченного плана и провести спортивный день в замке. Большой зал был достаточно просторным для игр с мячом. Сложнее всего оказалось успокоить МакКиннон, переживающую за сохранность витражей. Пожалуй, Лили не очень-то и хотелось знать, как именно Блэк смог её переубедить.       Оставив телефон на кровати, Лили накинула на плечи кофту Джеймса и вышла в коридор. Прикосновение мягкой ткани подействовало успокаивающе, или же дело было в исходившем от неё едва уловимом запахе корицы? В коридоре было куда холоднее, чем в комнате, Лили тут же пожалела, что не переодела короткие пижамные шорты. Звук дождя здесь казался куда громче, словно заполняя пустое пространство вокруг. И всё же утренняя прогулка по коридору была совсем не тем, чего ей на самом деле хотелось. Да и глупостью это можно было назвать разве что с натяжкой. Она остановилась перед дверью Джеймса, осознавая, что ей бы не помешала частичка беспринципности Марлин для того, чтобы совершить поистине безумный поступок. Она не сильно верила в судьбу, но отчего-то ей хотелось, чтобы провидение подало ей какой-нибудь знак.       Словно в ответ на её просьбу дверь отварилась. Джеймс доставал наушники из кейса и не сразу заметил Лили, стоящую в метре от него. У Лили перехватило дыхание. Бежать было слишком поздно, её застали врасплох.       — Доброе утро, — ей захотелось ударить себя по лбу. И как она только до этого додумалась? Неужели за пару дней кортизол успел нарушить синаптические связи между нейронами и уменьшить объем префронтальной коры мозга? Иначе почему она настолько плохо соображает…       — Лили? — Поттер едва не выронил наушник от столь неожиданной встречи. — Что ты тут делаешь? Почему не спишь?       — Ну, я… — она и сама плохо понимала, что тут забыла, и понятия не имела, как ответить на этот вопрос. — А ты?       — Я всегда выхожу на пробежку в это время.       — Там же дождь, — нахмурившись, Лили оглянулась и вновь посмотрела в окно, словно оглушительного звука разбивающихся о стёкла капель было недостаточно.       — Да, спасибо, я знаю, — Джеймс усмехнулся. Их диалог был чем-то на грани фантастики.       — Ой, прости, — Лили скрестила руки на груди, пытаясь подавить смущение. — Без утреннего кофе мой мозг не функционирует…       — Бывает и такое, — Поттер поправил очки и тут же взъерошил волосы свободной рукой. — Так как, говоришь, ты тут оказалась?       — Я не знаю, — честно призналась Лили. — Мне приснился… странный сон.       — Кошмар? — Джеймс слегка наклонил голову, в глазах цвета мёда читалось беспокойство.       — Не совсем… Просто… — Лили вздохнула. — Кажется, теперь я не смогу уснуть.       — Кхм, — он прочистил горло, вероятно, почувствовав неловкость от того, что они стоят на пороге. — И всё же я бы посоветовал тебе попытаться, хотя бы просто полежать.       — А ты… — Лили сделала шаг в сторону, позволяя Джеймсу наконец-то закрыть дверь комнаты. — Ты можешь остаться?       — Что? — лицо парня выражало недоумение. — Я, кажется, не совсем тебя понял.       — Ты можешь никуда не ходить и остаться со мной? — вот эта была глупость подходящего масштаба, Марлин определённо бы ей гордилась. — Пожалуйста…       — Ого, это, км, неожиданно…       — Ладно, я сказала какую-то глупость, забудь. Прости, не хотела мешать, — Лили попыталась обойти парня, но он преградил ей путь.       — Я останусь, — выпалил он, неосознанно протянув к ней руку, однако сразу же одёрнул её, запустив в и без того спутанные волосы. — Как ты уже сказала, на улице дождь, так что, вероятно, будет лучше остаться.       — Могу я зайти? — Лили поджала губы, сжигая последние пути к отступлению. Наверное, впервые в жизни она поступила настолько необдуманно и теперь понятия не имела, во что это может перерасти.       — А, конечно, — Поттер открыл дверь и пропустил девушку в комнату.       Его комната оказалась точно такой же, как и её собственная, разве что в зеркальном отражении. Она ожидала увидеть беспорядок, однако обнаружила перед собой почти что идеальную чистоту. Пара книг на прикроватной тумбочке, ноутбук на рабочем столе. Оставалось разве что поправить покрывало на кровати…       Лили сглотнула. Она действительно находилась в его комнате, но понятия не имела, что делать дальше. Настолько далеко она не загадывала. Лили задумалась: что бы сделала Марлин, оказавшись на её месте? Скорее всего, направилась бы прямиком к кровати или же набросилась на парня с поцелуями. Вот только Лили не была столь же раскрепощённой, как подруга, и уж точно не была готова переспать с Джеймсом прямо сейчас. Так что она вообще здесь забыла?       — Ты говорила, что не можешь уснуть, верно?       — Ага…       — Не хочешь немного полежать? А я могу посидеть рядом, — предложил парень, прислонившись спиной к стене. Кажется, ему было не слишком-то уютно. — Конечно, только если ты этого хочешь…       — Да, спасибо…       Если бы Лили попросили составить топ самых неловких моментов её жизни, то сегодняшнее утро, определённо, вошло бы в тройку лидеров. Не задумываясь, она сняла с себя кофту парня, прежде чем лечь на его кровать. Лили заметила, как он на неё посмотрел, хотя Джеймс, как и подобает приличному молодому человеку, всё же заставил себя отвести взгляд. Внезапно майка на тонких бретельках с кружевными вставками под грудью показалась Лили слишком откровенной, а шорты, едва прикрывающие округлые ягодицы, слишком короткими.       — Можешь укрыться пледом, — подсказал парень, слишком уж увлечённо изучая резную спинку стула. — Если что, я не садился на кровать в уличной одежде.       — Спасибо, — вновь повторила Лили, мысленно ругая себя за подобную немногословность.       Ситуация явно выходила из-под контроля. Лили не думала, что всё обернётся подобным образом: она лежала в кровати парня, в то время как он сидел на стуле подле неё, не выпуская из рук книгу, которую явно не собирался читать. По крайней мере за последние пять минут, которые показались ей вечностью, он так и не перевернул страницу. Она же не могла всерьёз поверить, что сможет уснуть в таких условиях? Неужели она даже глупость нормально совершить не способна?       Лили повернулась на другой бок и посмотрела на Джеймса. Их взгляды встретились. Внезапно она осознала, что хочет чего-то большего. Лили почувствовала острую необходимость в его прикосновениях. Вероятно, пришла пора вновь совершать опрометчивые поступки, о которых впоследствии она может не раз пожалеть.       — Так и не смогла заснуть? — Джеймс положил книгу на колени.       — Нет, — Лили привстала на локтях, совершенно не беспокоясь о слетевшем с груди покрывале. — Можно тебя кое о чём попросить?       — Конечно, что такое? Хочешь открою окно? Или принести воды?       — Можешь со мной немного полежать?       — Да, конечно, — парень поднялся со стула, но тут же остановился. — Стой, ещё раз? Мне лечь с тобой? На кровать? С тобой?       — Да, это именно то, что я сказала, — Лили подвинулась в сторону, освобождая для Джеймса место. Она едва удержалась, чтобы не рассмеяться при виде выражения его лица.       — Хм, я… Тогда мне надо будет раздеться и…       — Предлагаешь мне закрыть глаза? Или лучше отвернуться?       Поттер удивлённо вскинул брови, однако на лице Лили не было ни тени сомнения. Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы избавиться от лишней одежды. Конечно, Лили уже видела его без футболки, когда они все вместе ходили на пляж, но теперь всё было совсем иначе: сейчас она могла позволить себе не отворачиваться. Ей пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы наконец-то оторвать взгляд от его рельефной груди, широких плеч и выступающих вен на мускулистых руках. Как долго можно рассматривать обнажённого человека, чтобы это не выходило за рамки приличия?       Джеймс аккуратно опустился на край кровати, всё ещё не уверенный в том, что Лили не передумает. Она вновь опустила голову на подушку и прикрыла глаза. Парень не спешил приближаться, и это её порядком нервировало. Быть может, она перегнула палку своей нелепой просьбой?       — Можешь лечь ближе, я не кусаюсь, — Лили приоткрыла один глаз и повела плечом. Она двигалась сонно и как будто немного лениво, словно кошка, задремавшая на солнышке.       — Могу поспорить, — едва слышно прошептал Джеймс, в голове которого фейерверком вспыхнуло воспоминание об их первом и пока что единственном поцелуе. К счастью, Лили его не услышала.       Усталость настигла её внезапно. Лили потянулась и вновь перевернулась на другой бок: она всегда долго ворочалась в кровати, прежде чем уснуть. Марлин постоянно ворчала на неё за это, когда они ночевали вместе. Зато с соседкой по комнате в этом смысле было куда проще: та возвращалась в общежитие, когда Лили уже спала. Судя по тому, как промялся матрас за её спиной, Джеймс наконец-то решился к ней приблизиться. Расстояние между ними сократилось до десяти дюймов, уже что-то, но всё ещё недостаточно. Неужели ей снова придётся делать шаг самой? Она надеялась, что он сам обо всём догадается, хотя получше некоторых знала, что чтение мыслей людям, увы, не свойственно.       — Можешь меня обнять?       На этот раз вопросов не последовало. Ответом стало тихое движение пружин в матрасе, когда он придвинулся ближе. Секунду спустя она почувствовала его руку на своём животе. Тепло его тела проникало сквозь тонкую ткань майки, на талии ощущалась приятная тяжесть. Она ещё немного сдвинулась назад и удовлетворённо улыбнулась в подушку, ощутив спиной твёрдую грудь парня. Как же давно она не спала с кем-то в одной постели…       Непривычный писк где-то над головой заставил Лили открыть глаза. Звук был совсем незнакомым, на секунду она подумала, что всё ещё спит. Это могло бы объяснить, почему она не может пошевелиться. Внезапно ей стало жарко, а ощущение, будто её сжали в тисках, лишь усилилось. Осознание пришло не сразу: ей потребовалось больше минуты, чтобы понять, что происходит. Правая рука Джеймса покоилась под её подушкой, левая — под майкой на её груди. Парень крепко прижимал её к себе, точно боялся, что она может сбежать. Наверное, такое положение должно было её смутить, однако она впервые за последнее время почувствовала себя на своём месте. В его объятиях было слишком уютно, а мерное дыхание у уха и исходящий от парня аромат корицы действовали не хуже феназепама.       Лили высвободила руку, которая каким-то образом оказалась сжатой ладонью парня, и нащупала звенящий телефон Джеймса. Лишь сейчас она поняла, что оставила собственный мобильный на кровати в своей комнате. «7:23». Пора вставать.       — Джеймс, — спросонья голос звучал как-то хрипло. Должного эффекта это явно не произвело: парень промычал что-то нечленораздельное и крепче сжал её в объятьях. — Джеймс, просыпайся, пора вставать.       — Ещё пять минут…       — Нас ждёт работа, — Лили повернула голову, и его нос уткнулся в её щёку. — Мне нужно идти.       — Ты вкусно пахнешь, — парень улыбнулся и оставил на её щеке поцелуй.       — Эй, прекрати! — вот теперь Лили по-настоящему смутилась. — Отпусти меня!       — И что потом? Снова будешь делать вид, что ничего не происходит? — шутливый тон мгновенно испарился, но руки он всё же убрал.       — Я не… — Лили запнулась. Он был прав. Именно так она и собиралась поступить. В последнее время она всё чаще сбегала от проблем, хотя это было на неё совсем не похоже. — Я не знаю. Всё слишком запутанно.       — Запутано? Ты сейчас серьёзно?! — Поттер потянулся за очками, лежащими на прикроватной тумбочке. — Как по мне, всё до смешного просто.       — Ты не понимаешь!       — Так объясни! В конце концов это ты залезла ко мне в постель. Что я, по-твоему, должен думать?       — Я не думала, что…       — Я заметил, — Поттер уже успел натянуть на себя футболку и шорты.       — Ты несправедлив, — Лили вскочила на ноги, но не решилась подойти ближе. Сердце бешено колотилось в груди. Она даже не обратила внимание на то, что одна бретелька соскользнула, обнажив плечо и приоткрыв грудь.       — Куда уж мне, — Поттер отвернулся. Лили почувствовала укол обиды. Неужто она не заслуживает того, чтобы с ней разговаривали лицом к лицу?       — Что плохого в том, чтобы сперва узнать друг друга получше? Я думаю, нам не стоит торопить события.       — В этом нет ничего плохого. Вот только чтобы «узнать друг друга» нужно, как минимум, друг с другом общаться, а ты только и делаешь, что бегаешь от меня и игнорируешь любые попытки наладить контакт, — в прежде мягком голосе Джеймса звучали стальные нотки. — Говоришь, не торопить события? Позволь напомнить, что ты сама пришла ко мне сегодня. Да и в прошлый раз, на пляже, ты совсем не возражала. Если кто-то из нас и торопит события, то это явно не я.       Он был прав. Чертовски прав! Джеймс ни разу не попытался воспользоваться ситуацией, хотя она дважды давала ему такую возможность. Лили мотнула головой, пытаясь отбросить мысли о том, что бы могло с ней случиться, окажись на месте Поттера другой, менее порядочный парень. Его замечание было более чем справедливым. Возможно, она вела себя так неосмотрительно из-за того, что знала, что Джеймс не причинит ей вреда. Но ведь она только что уверяла его в том, что они ничего друг о друге не знают. Тогда откуда в ней такая уверенность? Что из этого правда?       — Твою ж… — выругался парень, взяв в руки телефон. — Тебе пора.       — Но я же…       — Лили, пожалуйста, иди к себе, — он протянул ей кофту, которую она повесила на спинку стула пару часов назад.       — Хорошо, — Лили проигнорировала протянутую к ней руку и, наконец-то поправив сползшую бретельку, вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Он её не окликнул, а она не обернулась.       Не на такое она рассчитывала, когда решила совершить какую-нибудь глупость. Хотелось плакать. Это уже становилось похоже на привычку. Она всего лишь хотела получить немного эндорфинов и дофаминов, а в итоге ей вновь достался лишь кортизол.       Как только Лили открыла дверь своей комнаты, она услышала звон будильника. Телефон разрывался где-то в недрах кровати. «7:41». Через двадцать минут они должны будут разбудить детей, а Лили ещё даже не умылась.       — Да уж, день будет очень долгим…

***

      — Эй, Лилс, идти сюда, нужна твоя помощь! — громкий окрик Марлин мгновенно привёл её в чувство.       Лили бросила взгляд на подругу, но та уже отвернулась и, присев на корточки, склонила голову на чьей-то светловолосой макушкой. Рядом с ней с виноватым видом стояли Оливер и Натаниэль, а также Римус, то и дело подглядывающий то на Лили, то на сидящего на полу ребёнка. Судя по всему, в центре событий вновь оказался Лиам. Впрочем, Лили этот факт ничуть не удивил: брат был точной копией своей сестры.       — Разбил колени, — констатировала Марлин, словно без её помощи никто не смог бы догадаться. — Можешь помочь?       — Прости, Лиам, я не специально, — сдавленно произнёс Оливер. Судя по всему, он извинялся уже не в первый раз.       — Мы не хотели, чтобы он упал, — Натаниэль выглядел так, словно вот-вот заплачет. Было не очень понятно, перед кем он пытается оправдаться: мальчик то и дело переводил взгляд с одного вожатого на другого.       — Да ладно вам, мне даже не больно, — судя по тому, как Лиам скривился, пока поднимался, это было неправдой. Но желание оставаться сильным в глазах друзей, судя по всему, было сильнее.       — Марлин, ты можешь отвести ребят к остальным? Я помогу Лили, — просьба прозвучала столь безапелляционно, что МакКиннон пришлось согласиться.       Римус помог Лиаму дойти до холла и усадил его на диван. Лили не хотелось заставлять его подниматься по лестнице, поэтому сама сходила в свою комнату за всем необходимым. Разбитые коленки — часть взросления любого ребёнка, в этом она не раз убеждалась на личном опыте. Зачастую такие ссадины выглядели гораздо хуже, чем были на самом деле. Этот случай не был исключением.       Лили обработала колени мальчика перекисью водорода, стараясь действовать как можно аккуратнее. Лиам кривился от боли, сопровождаемой тихим шипением при появлении чуть розоватой пены. В детстве это казалось ей магией, теперь она знала — это всего лишь химическая реакция: каталаза, содержащаяся в крови, выступает в роли катализатора, необходимого для реакции разложения Н2О2 с выделением газообразного кислорода.       Естественные науки всегда давались ей легче, чем многим одноклассникам. Ей с раннего детства нравилось рассматривать анатомический атлас, случайно найденный в кабинете отца. Ещё в начальной школе она решила, что хочет стать врачом, когда вырастет, и до сих пор ни разу не пожалела о своём выборе, хотя учёба оказалось куда сложнее, чем она представляла.       — А можно без зелёнки? — жалобный голос Лиама должен был вызвать сочувствие.       — Думаю, можно, — Лили ещё раз осмотрела разбитую коленку и ободряюще улыбнулась. — Но обработать рану всё равно нужно, чтобы туда не попала инфекция.       — Не-е-ет, — протянул мальчик, сморщив нос. — Это больно!       — У меня есть специальный порошок, который не щиплет, — Лили показала ему маленькую белую баночку. — Обещаю, что больно не будет. Ты же мне веришь?       — Угу, — несмотря на согласие, доверием тут и не пахло. Он зажмурился в ожидании, уверенный, что его обманули.       Лили открыла крышку и высыпала на ранки немного белого порошка, по виду похожего на детскую присыпку. После чего убрала лекарство в аптечку и потрепала мальчишку по голове.       — Всё? — удивлённо спросил Лиам, тщательно осматривая собственные колени.       — Да, — Лили улыбнулась. — Только прошу, не падай больше, а то в следующий раз буду использовать зелёнку!       — Ладно, ладно, — МакКиннон усмехнулся. — Спасибочки, Лилс! Можно я уже пойду?       — Да, можешь идти, только аккуратно. Не забудь сказать сестре, что с тобой всё нормально, — Римус открыл дверь в Большой зал и пропустил мальчика внутрь, однако сам остался на месте.       — Всё в порядке? — Лили склонила голову, взгляд её упал на Римуса.       — Я бы хотел с тобой поговорить, если ты не возражаешь, — парень протянул руку, чтобы забрать у неё аптечку. Лили послушно отдала ему коробку с лекарствами и двинулась следом.       — О чём? — Люпин производил хорошее впечатление, хотя до этого момента ей не выпадал шанс поговорить с ним наедине.       — Мы, вроде как, единственные, кто до сих пор не удосужился как следует познакомиться, — невесомая улыбка на лице Римуса вызывала доверие где-то на подсознательном уровне.       — Прости, — Лили опустила глаза. Вероятно, всё выглядело так, будто она специально его избегает.       Римус был абсолютно прав: со всеми остальными вожатыми она действительно уже успела выстроить те или иные отношения. Лили сама не заметила, как подружилась с Алисой и Доркас. Во время второй ночи в лагере, когда дети уснули, они с девчонками собрались в комнате Марлин и до рассвета болтали обо всём на свете, начиная от нытья про учёбу и заканчивая рассказами о бывших. Оказалось, что Алиса и Марлин были косвенно знакомы, хотя Лили это совсем не удивило. Иногда ей казалось, что МакКиннон знает, как минимум, половину жителей Лондона. С Фрэнком она успела пообщаться ещё до первой личной встречи. К тому же Алиса и Доркас постоянно упоминали его в своих рассказах, лишь укрепляя положительное мнение насчёт него.       А вот в своём отношении к Блэку она до сих не была уверена: конечно, сперва он показался ей заносчивым, самовлюблённым и раздражающим, но одного разговора с ним хватило, чтобы понять, что это не так. Он слишком уж напоминал Лили лучшую подругу. Такой же взбалмошный, эксцентричный, своенравный. И всё же его отношение к друзьям и дяде было достойно уважения. Судя по всему, он был далеко не так глуп, хотя почему-то предпочитал этого не показывать. И всё же по какой-то необъяснимой причине он продолжал ежедневно приставать к ней с дурацкими вопросами и нелепыми комментариями по любому поводу и без. Ей даже казалось, что он получает удовольствие, каждый раз, когда она закатывает глаза или тяжело вздыхает. По крайней мере в этом плане доставалось не только ей, Поттер получал от лучшего друга ещё больше внимания.       При мысли о Джеймсе сердце вновь пропустило удар: день близился к концу, а она до сих пор не знала, как ей поступить. Лили весь день перебирала в голове варианты, прямо как Доктор Стрэндж в «Войне бесконечности», но так и не смогла принять хоть какое-то решение. Она даже не знала, каким словом можно охарактеризовать их отношения. Что между ними вообще происходит? Дружба? Симпатия? Что-то большее? Пока что это всё было похоже лишь на эмоциональные качели, причём вина за это лежала исключительно на ней.       — Почему ты извиняешься? — Римус внимательно за ней наблюдал. — Разве в этом есть твоя вина?       — Нет, но… По правде говоря, я не знаю. Мне кажется, я ужасно запуталась и теперь совсем не знаю, что мне делать.       — Хочешь сказать, ты испытываешь трудности в принятии решений, и это тебя беспокоит?       — Да, — неужели он и впрямь её понял? Общаться с ним было на удивление легко.       — Я правильно понимаю, что это ощущение у тебя уже довольно давно?       — Римус, ты же помнишь, что я учусь в меде? У нас тоже были курсы и по психологии, и по психиатрии, — в голове внезапно что-то щёлкнуло, Лили остановилась перед дверью в свою комнату и вдруг осознала, что именно парень пытается сделать.       — Прости, — он подавил смешок. — Один-ноль в твою пользу. Но согласись, попытаться стоило.       — Ладно, это было неплохо — она улыбнулась. И всё же было в Римусе что-то располагающее. Возможно, стоило сделать вид, что она ничего не замечает, и просто поговорить с ним обо всём?       — Послушать, я не должен был так поступать, но Доркас сказала, что вчера ты вела себя немного странно. Она не стала просить, но я, правда, беспокоюсь. Просто хотел убедиться, что у тебя всё хорошо…       — Ого, это очень мило с твоей стороны. И я думаю, что мне и впрямь нужно с кем-нибудь поговорить. Вот только я даже не знаю, с чего начать.       — Лили, ты же помнишь, что именно в этом и заключается моя специализация?       — Один-один, — вздохнув, она открыла дверь и шагнула внутрь. — Проходи.       Лили убрала аптечку в шкаф и посмотрела в окно. Наконец-то дождь прекратился, хотя небо по-прежнему оставалось тёмно-серым. Римус устроился на стуле, который поставил рядом с кроватью, и теперь выжидающе смотрел на неё.       — Нам не влетит за то, что мы отлыниваем от работы? — она присела напротив парня, всё ещё испытывая тревогу из-за предстоящего разговора.       — Если что, возьму ответственность на себя, не стоит беспокоиться. Так о чём ты бы хотела поговорить?       — Слушай, может быть, мы зря всё это затеяли? Такое ощущение, что я тебя использую…       — Я же сам предложил тебе поговорить, так почему у тебя возникло такое ощущение? — для полной картины ему не хватало блокнота и ручки. Лили никогда не обращалась к психологу, но видела подобные сцены в фильмах.       — Ну, — она задумалась. Ей хотелось придумать хороший ответ, — просто я понимаю, что у всех есть свои проблемы. Так зачем нагружать окружающих ещё и моими, если я вполне могу сама со всем разобраться?       — То есть ты хочешь сказать, что если бы я попросил у тебя помощи, ты бы не стала помогать?       — Нет, почему же? Конечно же, я бы сделала всё, что от меня зависит!       — Получается, что только тебе нельзя «нагружать окружающих»?       — Нет, я не это… — осознание пришло внезапно, не позволив Лили закончить фразу. Она никогда не думала об этом в таком ключе.       — Я могу ошибаться, но позволь задать личный вопрос: ты ведь не единственный ребёнок в семье? — этого вопроса она боялась больше всего и надеялась, что они дойдут до него не так сразу.       — У меня есть сестра, — она понимала, что стоит предоставить парню чуть больше информации, и, чуть подумав, добавила. — Петунья. Она на два года старше.       — Насколько я помню, ты говорила про своих родителей, но ни разу не упомянула сестру. Почему?       — У нас с ней непростые отношения, — Лили нервно покрутила кольцо на среднем пальце. — Мне кажется, она меня ненавидит.       — Что заставляет тебя так думать?       — Вчера она вышла замуж. Мама прислала фотки. Я знала, что она помолвлена, но не понимаю, почему мне никто не сказал о свадьбе.       Лили посмотрела на Римуса, однако тот не произнёс ни слова. Судя по выражению его лица, он тоже не знал, что можно сказать в такой ситуации. На самом деле Лили это совсем не удивило, Петунья и на помолвку позвала её исключительно из-за родителей. В голове крутилось множество вопросов: когда сестра озвучила дату свадьбы? Что такого сестра сказала родителям, если они ни задали ей ни одного вопроса? Почему они ни разу об этом не упомянули?       — Не буду лукавить, мне сложно представить, что ты сейчас чувствуешь, но я здесь, чтобы тебя выслушать. Если честно, я думаю, что вам с сестрой нужно поговорить. Боюсь, никто не сможет объяснить тебе причину поступков Петуньи, кроме неё самой.       — Не уверена, что она хочет со мной разговаривать. Вчера я написала ей сообщения с поздравлениями, но она так и не прочитала.       — У вас всегда были такие трудности в отношениях?       — Нет, конечно нет! В детстве мы часто вместе играли, было здорово. Она всегда казалась мне такой взрослой. Я мечтала быть похожей на неё, даже пошла на танцы после того, как она начала туда ходить. Правда, она быстро бросила, а я осталась: мне нравилось участвовать в соревнованиях и конкурсах.       — А родители тебя в этом поддерживали?       — О да, мама была очень рада! И папа приходил на каждое выступление, хотя для этого ему приходилось отпрашиваться с работы.       — А Петунья? Как она к этому относилась?       — Ей это не очень нравилось. Она говорила, что это глупо, что мне надоест и я брошу в ближайшее время. Конечно, в старших классах мне пришлось уйти, чтобы подготовиться к поступлению в Кембридж, но я действительно любила танцевать.       — Ты никогда не думала о том, что она могла тебе завидовать? — тихий голос Римуса действовал успокаивающе, позволяя сосредоточиться на собственных мыслях.       — Завидовать? Но чему? Она всегда была лучше. Именно поэтому мне хотелось на неё походить, — Лили отрицательно покачала головой. — Завидовать мне? Это нелепо…       — Лили, послушай, я хочу сказать тебе не как психолог, но как твой друг: многое прояснится, если ты просто поговоришь с сестрой. Большинство разногласий, возникающих между людьми, можно решить обычным разговором. Конечно, я не могу обещать, что вы с ней обязательно помиритесь. Иногда мы никак не можем повлиять на ситуацию. Если человек уже сделал какой-то выбор, переубедить его бывает очень сложно, а иногда и вовсе невозможно. И всё же она твоя сестра, думаю, на самом деле она всё равно тебя любит, хоть и может этого не показывать.       — Спасибо, Римус, — Лили всегда надеялась услышать от кого-нибудь эти слова. Почему она до сих пор не попыталась поговорить с Петуньей? Она никак не могла вспомнить, когда вообще в последний раз нормально разговаривала с сестрой. Лет пять назад, когда Петунья поступила и уехала из дома?       Заметив, что Лили вот-вот расплачется, Люпин подсел к ней и заключил в объятья. Ей определённо стало легче после этого разговора. Одной проблемой меньше. Осталось только разобраться с прошлым, которое никак не хотело её отпускать, и, конечно же, поговорить с Джеймсом.       — Есть ещё кое-что… — Лили отстранилась и, опустив взгляд, разгладила складки на юбке.       — По поводу сестры? — он не спешил вернуться на место напротив неё.       — Нет, это… другое, — она вздохнула. Слова комом застревали в горле. Она уже давно ни с кем об этом не говорила. Марлин не была объективна, а вот Римус мог дать ей хороший совет. — Я была бы очень признательна, если бы ты меня выслушал.       — Конечно, я же сказал, что я здесь именно для этого, — парень вновь пересел обратно на стул и кивнул, обозначив свою готовность слушать.       — Кхм, мне ужасно неловко, если честно…       — Это абсолютно нормально, — успокоил её Римус. — Ты можешь опустить детали, если не хочешь об этом говорить. Я не настаиваю и, уверяю тебя, всё, что будет сказано в этой комнате, останется между нами.       — Ладно, — она прикусила губу. — Не возражаешь, если я открою окно?       Лили распахнула окно и вдохнула прохладный воздух полной грудью. Ветер игрался с подолом длинной жёлтой юбки и волнистыми прядями рыжих волос. Она обхватила себя руками, досадуя, что надела такую тонкую белую майку, и посмотрела вверх. Тёмное небо было затянуто серыми облаками. Кажется, Марлин когда-то рассказывала, что такие облака называют слоистыми. Осадки из них выпадают редко, но это не невозможно. Неужели снова начнётся дождь?       Пасмурная погода всегда нагоняла на неё тоску. В отличие от МакКиннон, уверенной в том, что нужно радоваться любой погоде, Лили не видела в этом ничего красивого. Тёмное небо, крупные капли дождя, разбивающиеся об асфальт и стучащие по крышам домов. Грусть, тоска, уныние. Съедающее тебя изнутри одиночество и смешанные с тушью слёзы, стекающие по лицу бесконечным потоком…       Порой память играет с людьми злые шутки, подбрасывая ненавистные воспоминания в самый неподходящий момент. Лили вновь оказалась в Равенскорт парке, куда не забредала уже много лет. В тот день дождь не был неожиданностью, мама дважды за утро напомнила ей о зонте и лично проследила, чтобы он оказался в школьной сумке. Вот только пользы от него оказалось немного.       Ледяной апрельский ветер продувал до костей, заставляя холодные капли перемещается по совершенно невообразимой траектории. Яркие пряди то и дело вздымало вверх, прибивая к нейлоновому куполу над головой. Лили заправила волосы за уши и натянула на голову шарф, надеясь, что это хоть немного поможет. Нижнюю часть куртки можно было выжимать, тёмно-синяя школьная юбка прилипла к коленям. Тонкая струйка, стекающая по металлической спице зонта, намочила безвольно свисающую вдоль тела руку, и теперь Лили чувствовала, что локоть насквозь промок. Однако, это было ещё терпимо по сравнению с ощущением, что ноги, облачённые в тонкие капроновые колготки, пронизывают тысячи игл.       Слёзы давно прекратились, оставив вместо себя зияющую дыру глубоко внутри. Лили провела промокшей рукой по лицу и посмотрела на холодные перепачканные тушью пальцы. Вероятно, сейчас она выглядела не лучшим образом, но это волновало её меньше всего. В голове не было ни одной мысли, только голос Тайрона Уэллса в наушниках.

I think we're all afraid

That we might be alone, alone down here

We all want to have some faith

At least that's true in my case to just believe

      В голове снова зазвучали строчки из песни, некогда стоящей на повторе сутки напролёт. Голова гудела от наплывших воспоминаний, о которых больше всего на свете хотелось поскорее забыть. Хотелось оказаться в чьих-то объятьях и остаться в одиночестве одновременно. Очередное противоречие в её жизни, избежать которого ей никак не удавалось. Лили вздрогнула, когда Римус дотронулся до её плеча. Он снова обнял её и погладил по голове, словно ребёнка.       — Прости, пожалуйста…       — Всё хорошо, не стоит извиняться. Мне показалось, ты была где-то далеко. Хочешь поделиться?              — До поступления в университет у меня был лучший друг, — Римус отвёл её обратно к кровати, но на этот раз сел рядом. — Мы познакомились ещё в детстве: жили в одном районе, хоть и учились в разных школах. Это не мешало нам общаться. Мы виделись после школы и на выходных. Мне нравилось слушать его рассказы и обсуждать с ним разные книжки и мультфильмы.       Понимаешь, мы всегда были очень близки. Если честно, я даже не уверена, были ли у него в детстве другие друзья. Я даже познакомила его с Марлин, но они не смогли поладить. Тогда я не обратила на это внимание, но теперь понимаю, что это странно: Марлс же буквально со всеми может найти общий язык.       В средних классах он подружился с ребятами из своей школы. Тогда-то всё и изменилось. Конечно, я никогда не думала, что он должен общаться только со мной: у меня была Марлин и другие подруги из класса, так что я была даже рада, когда он сообщил мне, что завёл друзей. Вот только со временем я начала всё чаще ловить себя на мысли, что что-то не так. И дело не в том, что мы начали реже видеться. Просто… Он стал другим? Я не знаю, как это объяснить.       Мы перестали общаться в старших классах, после одного случая. Иногда мы с одноклассницами заходили после уроков в одно кафе. Ну, знаешь, просто посидеть, поболтать, ничего особенного. Мы ходили туда почти ежедневно, считай, были постоянными клиентами, — Лили сдавленно улыбнулась. — Я не ожидала увидеть там Северуса, но он пришёл туда со своими друзьями спустя полчаса после нас. Он никогда не знакомил меня с ними, поэтому я была даже рада посмотреть, с кем он там общается. Вот только всё оказалось гораздо хуже, чем я могла подумать. Эти ребята вели себя так, словно они — короли мира, а все остальные им должны. Это было отвратительно! Они оскорбляли официантку, мешали другим посетителям, а потом заметили нас с девчонками… Честно, мне даже вспоминать об этом противно. Было ужасно страшно и неприятно. Я предложила девчонкам уйти и за это выслушала столько нелицеприятных слов в свой адрес… Но самое худшее было в том, что он и не думал за нас заступиться. Как будто он не видел в действиях своих друзей ничего плохого.       Мы столько лет были лучшими друзьями. Я думала, что знаю его, но оказалось, что это не так. Он приходил ко мне, извинялся, говорил, что это была шутка, но я решила, что больше не хочу с ним общаться. Не знаю, правильно ли я тогда поступила. Марлин очень категорична на этот счёт. Она безумно разозлилась, когда узнала. К счастью, в тот день она не смогла пойти с нами, иначе всё могло закончиться куда хуже. В какой-то момент она хотела даже пойти к школе Северуса, чтобы высказать ему и его друзьям всё, что она о них думает. Я еле смогла её успокоить…       — Я бы тоже был зол на её месте. Это естественная реакция для такой ситуации, — Римус нахмурился. — Могу разве что представить, насколько это тяжело для тебя. И всё же я думаю, что ты поступила правильно. Помнишь, что я говорил? Если человек уже сделал выбор, вероятно, он не изменит его, что бы ты ему не сказала.       — Просто мне до сих пор сложно принять, что я ничего не сделала, я же видела тревожные сигналы!       — А что, на твой взгляд, ты могла бы сделать? Сказать ему, чтобы он не общался с этой компанией? Ты думаешь, это бы сработало? Ты же сама понимаешь, что это не так.       — Ты прав, — Лили закрыла глаза и подняла голову вверх. — Вот только… Как я могу довериться кому-то после того, что сделал человек, которому я доверяла больше всего?       — Не стоит проецировать негативный опыт прошлого на настоящее. Возможно, это прозвучит немного банально, но, опять же, лучше всего искренне поговорить с человеком и поделиться своими чувствами, страхами и сомнениями. Если ты будешь продолжать цепляться за прошлое, тебе не удастся построить новые здоровые отношения.       — И снова всё сводится к разговорам, — она горько усмехнулась, поражаясь тому, насколько всё оказалось примитивно. Она ведь и сама всё это прекрасно знала, так почему же ей потребовалось, чтобы кто-то сказал об этом вслух? — Можно задать тебе вопрос?       — Конечно.       — Только прошу, никому…       — Лили, как я уже сказал, ничего из сказанного тут не выйдет за пределы этой комнаты.       — Как ты думаешь, могу я довериться Джеймсу? Ты ведь заметил, да? Что между нами что-то происходит…       — Боюсь, это было сложно не заметить, — Люпин поджал губы в попытке скрыть улыбку.       — Конечно, я так и думала. Сегодня я очень сильно облажалась, и Джеймс вправе злиться на меня за это. Просто я не была уверена, как мне поступить, но теперь, кажется, знаю, что нужно делать. Просто хочу убедиться, что я не совершаю ошибку.       — Не уверен, что я вправе давать тебе советы на этот счёт. Джеймс — один из моих лучших друзей, и, очевидно, я необъективен. Но, если ты хочешь знать моё мнение, то да, ты можешь ему доверять.       — Спасибо большое, Римус. Ты очень мне помог. Правда, я не знаю, что бы я без тебя делала…       — Всё хорошо, Лили. Рад, что смог быть полезным, — он улыбнулся, поднимаясь с места. — И, кстати, я не думаю, что он на тебя обижается. Уверен, что вы во всём разберётесь. Конечно, если поговорите…       — Да, обязательно! Сегодня же!       — Вот и славно, а теперь нам пора возвращаться, а то и впрямь придётся объясняться перед остальными.       — Ой, — Лили бросила взгляд на экран телефона, где отображались несколько пропущенных от Марлин. — Кажется, мы сильно опаздываем на ужин.       — В таком случае стоит поторопиться, пока Сириус не оставил нас без еды.       По дороге к Зимнему саду, Лили закидывала Римуса вопросами, чувствуя себя несколько неловко. Теперь Римус знал о ней слишком много, а она всё ещё не знала о нём почти ничего. Конечно, она не могла компенсировать свой пробел за каких-то десять минут, но попытаться стоило. Перед тем, как присоединиться к трапезе, Люпин заверил её, что с удовольствием поговорит с ней ещё и ответит на любые вопросы, если у неё будет такое желание.       Римус извинился за опоздание и, как ни в чём не бывало, сел на место рядом с Доркас. Лили постаралась скрыть улыбку. Марлин подняла брови, очевидно, удивляясь слишком уж хорошему настроению подруги. Сириус наклонился к Римусу, лицо его выражало негодование. Доркас то и дело переглядывались с Алисой и Фрэнком, очевидно, осведомлёнными о том, где Лили с Римусом пропадали всё это время. Она опустилась на свободный стул. Джеймс увлечённо ковырял содержимое тарелки, хотя, судя по всему, так и не притронулся к еде.       — Вы где были?! — прошипела МакКиннон ей на ухо, как только Лили протянула руку к стакану тыквенного сока, который оказался на удивление вкусным. — Я тебе, между прочим, звонила! Могла бы взять трубку хотя бы ради приличия…       — Марлс, ты можешь немного подождать? Обещаю, что завтра я всё тебе расскажу!       — Ладно, ладно, — надула губы Марлин. — Но только во всех подробностях!       На самом деле есть Лили совсем не хотелось. Она допила сок и посмотрела на по-прежнему пустую тарелку. Когда она ела в последний раз? День прошёл как в тумане, кроме утреннего кофе в памяти ничего не осталось. И всё же она с удовольствием пропустила бы ужин, лишь бы побыстрее оказаться с Джеймсом наедине.       — Тебе что-нибудь положить? — Лили обернулась. Джеймс выжидающе смотрел на неё.       — М? О, нет, спасибо, не нужно, — она взяла в руку стакан. К сожалению, он отказался пустым.       — Ты и в обед ничего не съела, это не нормально, — Поттер налил в её стакан сок из кувшина.       — Не знала, что ты следишь за тем, как я питаюсь, — Лили удивлённо подняла брови. Как она не старалась, сдержать улыбку у неё не вышло.       — И как же меня угораздило… — неразборчиво пробубнил парень, качая головой. Он выглядел больше уставшим, нежели рассерженным.       — Что ты сказал? — она наклонилась к парню, почувствовав до боли знакомый аромат корицы.       — Ешь давай, — Джеймс подвинул к ней блюдо с запечёнными овощами и отвернулся.       После ужина вожатые отвели детей наверх. Несмотря на все попытки сосредоточиться на рассказах своих подопечных, Лили то и дело смотрела на время, отсчитывая минуты до отбоя. Ей было бы стыдно в этом признаться, но она пропустила большую часть свечки, размышляя о том, с чего именно начать разговор с Джеймсом. Время тянулось, как на зло, слишком медленно. Она покрутила кольцо, выслушивая очередное положительное впечатление от победы в игре «вышибалы». Да уж, вожатая из неё получилась непутёвая, раз о достижениях своего же отряда она узнаёт только сейчас. Джеймс в этом плане справлялся куда лучше: по крайней мере он не бросал детей на своего напарника, чтобы поболтать с коллегой за закрытыми дверями. Она решила, что нужно будет обязательно извиниться перед ним за это.       — Лили, а можешь рассказать нам сказку? — попросила Шарлотта, прежде чем Лили успела подойти к выключателю.       — Да, пожалуйста-препожалуйста! — закивала Кэролайн для большей убедительности.       — Сказку? — Лили скрестила руки на груди. В отличие от Марлин, она не слишком хорошо умела придумывать сюжеты на ходу. — Какую же сказку вы хотите?       — Про принцессу! — Шарлотта радостно хлопнула в ладоши.       — И принца! — рассмеялась её подруга.       — Ну что ж, хорошо, — Лили присела на край кровати девочки и задумалась. — Я расскажу вам сказку про принцессу-трусишку, которая очень боялась выйти из замка.       В далёком королевстве, где каждый день светило солнце и распускались волшебные цветы с разноцветными лепестками, жила прекрасная принцесса. Она была очень красива, но очень несчастна, поскольку очень сильно всего боялась.       — А как её звали? — спросила Шарлотта, поудобнее устроившись в кровати.       — Принцессу звали Розой. Жители города никогда не видели её, но слышали от стражников, что у неё были длинные розовые волосы до пят, — ответила Лили, поразившись, как просто оказалось придумывать небылицы. — С детства принцесса росла за высокими стенами замка. Она часто слышала веселые голоса, но не решалась выйти из своей башни, опасаясь, что за её пределами поджидают только неприятности и страдания. Она думала, что не заслуживает любви и дружбы и что её сердце слишком хрупкое, чтобы выдержать боль и разочарование, подстерегающие на каждом шагу.       Однажды в королевство прибыл храбрый принц Гарри. Подданные принцессы сразу же полюбили его за доброту и весёлый нрав. Он был дружелюбен со всеми, всегда помогал нуждающимся и быстро завоевал всеобщее уважение. Принц был необычайно любопытным и жаждал приключений, поэтому решил пробраться в королевский сад, чтобы посмотреть на волшебные цветы. Оказавшись там, он увидел необычайной красоты девушку с длинным розовыми волосами. Принц был очарован и захотел познакомиться поближе. Но она, увидев его, тут же убежала обратно в замок. Принц спросил у горожан, кто эта девушка, и смог узнать её имя. Гарри не растерялся и решил, что будет раз за разом приходить в сад в надежде увидеть её ещё раз.       Он каждый день гулял по саду, но Роза не появлялась: она спряталась в своей башне, испугавшись названного гостя. Тогда принц обратился за советом к знакомому волшебнику. Старец внимательно выслушал его просьбу и рассказал принцу, что нужно делать. С тех пор Гарри не пытался заставить Розу выйти из башни. Он стал проводить время у её окна, рассказывая ей о своих странствиях, о красоте мира, о том, как сильно он хотел бы узнать её лучше. Он каждый день читал ей стихи и пел серенады.       Сначала Розе было страшно даже посмотреть в окно, но вскоре она привыкла к голосу, доносившемуся с улицы. Ей стало интересно, кто же этот смелый молодой человек, решившийся с ней заговорить. Она начала выглядывать из башни, наблюдая за принцем. Он казался ей добрым и честным. Она чувствовала, что он искренне желает с ней познакомиться, поэтому решила, что выйдет к нему на следующий день. Она всю ночь не могла сомкнуть глаз, ожидая его появления. Ночь сменилось утром: время шло, но в саду так никто и не появился.       — Как же так? — удивлённо спросила Кэролайн, явно недовольная таким поворотом событий.       — Неужели они не будут вместе? — Шарлотта была готова расплакаться. — Принцесса же наконец-то решилась выйти к принцу! Почему он не пришёл?       — Принц устал дожидаться принцессу. Ему нужно было совершать подвиги, помогать людям. Не мог же он вечно сидеть под её окнами?       — Это плохая сказка, — Кэролайн обиженно надула губы. — Они же любят друг друга, значит, должны быть вместе!       — Сказка вовсе не плохая, просто вы не дослушали до конца, — голос Поттера прозвучал словно гром среди ясного неба. Лили была готова проводиться сквозь землю. Неужели он всё слышал?       — Так это не конец? — удивилась Шарлотта. Слёзы, мелькнувшие в её глазах секундой ранее, испарились. — Ты тоже знаешь эту сказку?       — Конечно, — несмотря на то, что Джеймс говорил с девочкой, смотрел он исключительно на Лили.       — Расскажи! — попросила Кэролайн, вцепившись пальцами в одеяло от нетерпения. — Хочу узнать, чем всё закончилось!       — Принцесса прождала незнакомца весь день, гуляя по волшебному саду, но даже прекрасные цветы совсем её не радовали. Ей очень хотелось ещё раз услышать его голос, увидеть улыбку на его лице. Она поняла, что, если ничего не предпримет, то может потерять его навсегда. Это напугало её гораздо сильнее, чем мысль о том, чтобы наконец-то выйти из замка.       Роза бросилась на поиски юноши, позабыв о том, как страшно ей было раньше. Она бежала по улицам, надеясь вновь его увидеть. Подданные принцессы застывали на месте, восхищённо глядя на неё: настолько она была прекрасна. Лишь старый волшебник, заметив страдания Розы, подсказал ей правильный путь. Принцесса сердечно поблагодарила мудреца и направилась к морю, откуда уходил корабль в страну принца. Она надеялась, что успеет добраться до порта до того, как принц ступит на палубу.       Много людей собралось в гавани, желая проводить славного принца. Гарри к каждому из них относился так, словно они были старыми друзьями, но всё же на сердце его лежал груз разлуки с принцессой. Горожане рассказали ему о том, какой она была хорошей и доброй и как много она делала для своей страны, находясь в стенах своей башни. За время их недолгого знакомства принц полюбил принцессу и не хотел с ней расставаться.       — Тогда почему он уезжает? — спросила Шарлотта. — Если он её любит, то должен остаться!       — Он побоялся, что Роза не ответит ему взаимностью. Он же не мог заставить её полюбить его, верно?       — Но ведь она тоже его любит! — возразила Кэролайн. — Неужели они не могли раньше признаться друг другу? Как глупо!       — Верно, иногда из-за страха люди совершают глупые поступки, а потом всю жизнь жалеют об упущенной возможности, — Лили заправила за ухо рыжую прядь и взглянула на парня, сидевшего на соседней кровати.       — Что было дальше? Роза успела увидеться с Гарри?       — Да, она добралась до порта как раз вовремя. Горожане, заметив принцессу, начали дружно её приветствовать. Гарри обернулся, услышав её имя, и наконец-то увидел Розу. Она подбежала к нему и кинулась в его объятья под радостные крики толпы.       — Они поцеловались? — в голосе девочек звучал восторг.       — Поцеловались, а потом принцесса призналась принцу в любви.       — Вообще-то это принц должен признаваться первым!       — На самом деле не так важно, кто первым признался, — успокоила девочек Лили. — Главное, что Роза и Гарри наконец-то поняли, насколько важны друг для друга. Принцесса обещала, что больше не будет бояться и станет открыто выражать свои чувства, ведь принц подарил ей надежду на счастливое будущее. Рядом с ним она наконец-то преодолела страх, который преследовал её долгие годы.       — А принц обещал, что обязательно сделает Розу самой счастливой на свете и всегда будет её защищать, — добавил Джеймс. Лили не решалась на него посмотреть, но в его голосе слышалась улыбка.       — А потом они поженились и жили долго и счастливо? — мечтательно спросила Шарлотта.       — Да, именно так. А теперь вам пора спать!       — Ну, Лили!       — Лили права. И советую вам поскорее уснуть, иначе не хватит сил для завтрашней дискотеки, — Джеймс приложил палец к губам, заключая немой договор о неразглашении.       — Круто! — взвизгнула Кэролайн. — Спасибо за сказку, спокойной ночи!       — Спокойной ночи, девочки, — Лили задёрнула шторы, погасила свет и вышла из комнаты.       Джеймс ожидал её в коридоре, прислонившись спиной к стене.       — М, привет? — Лили неловко улыбнулась.       — Ну, привет, — Джеймс поправил очки. — Позвольте проводить вас до ваших покоев, Ваше Высочество.       — Как много ты слышал?       — Достаточно, чтобы догадаться, что принцесса первой признается в любви. Хорошая сказка, я бы даже сказал, поучительная.       — Угу, хотелось бы мне услышать такую же в своё время, — она вновь дотронулась до кольца.       — Полагаю, никогда не поздно узнать что-то новое, — как ни в чём не бывало пожал плечами Джеймс. — А вообще это даже забавно…       — Что именно?       — Получается, и принц, и принцесса ходили за советом к волшебнику.       — Оу, хм, и вправду забавно. Значит, они должны быть благодарны ему за хорошие советы…       — Ага.       — Слушай, Джеймс, — Лили вдруг остановилась. — Прости меня, я не должна была…       — Ничего, — он не дал ей договорить. — Я тоже повёл себя не лучшем образом. Мне не следовало так с тобой разговаривать.       — И что теперь? — Лили прокрутила кольцо.       — А чего ты хочешь?       — Я… — голос предательски дрогнул. Неужели она так ничему и не научилась? — Я не хочу торопиться.       — Хорошо, — Джеймс согласно кивнул.       — Но куда больше я хочу быть с тобой!       — А вот это было неожиданно, — он усмехнулся. — Предлагаешь мне отношения?       — Да…       — Если я соглашусь, то можно ли мне будет поцеловать свою девушку? — рука парня взметнулась к волосам.       — Можно, — робко ответила Лили, на этот раз глядя прямо в медово-карие глаза.       — Чудесно, тогда я согласен.       Лили шагнула вперёд, не отводя взгляда, и чуть приподняла подбородок. Джеймс ухмыльнулся, удивлённо приподняв бровь, точно не понимая, чего она от него хочет.       — Что-то не так? — Лили даже опешила от невинности в голосе Джеймса.       — Я думала, ты… — она опустила голову. Стало ужасно стыдно. Джеймс тут дотронулся до её подбородка, заставив вновь посмотреть на него.       — Нет-нет, расскажи мне, о чём это там ты думала?       — Ни о чём!       — А как же ваше обещание, принцесса? Разве не вы обещали принцу, что будете открыто выражать чувства? — он сделал ещё один шаг навстречу. Расстояние между ними стало пугающе ничтожным. — Если чего-то хочешь, нужно всего лишь попросить. Чего же ты желаешь?       — Поцелуй.       — Кажется, я не расслышал, — ладонь Джеймса легла на её талию. Он склонил голову. Его горячее дыхание касалось её губ. — Что ты сказала?       Вместо ответа, она приподнялась на носочках и сама прильнула к его губам. По венам словно прошёл электрический разряд. Она провела языком по его губе. Он притянул её ближе, углубив поцелуй. Лили слышала собственное сердцебиение в тишине пустого коридора. Или это его сердце билось так часто? Едва ли она смогла бы ответить. Мысли были заняты его языком в её рту. Дыхание сбилось.       — Принцессе не обязательно о чём-то просить, — Лили провела языком по собственной припухшей губе и улыбнулась. — Особенно, если она может сделать это сама.       — Справедливое замечание, обязательно приму к сведению, — Джеймс вновь прикоснулся губами к её губам. — Спокойной ночи, Лили.       — Спокойной ночи, Джеймс…