Для меня важны воспоминания

Лучи солнца с трудом пробивались сквозь плотную ткань портьера. В комнате юного принца царила полная темнота, только слабый свет свечей, позволял юноше разлядывать строчки из французской «книжки». Комната в кровавых оттенках позволяла будущему королю чувствовать себя спокойно, несмотря на начинающиеся конфликты с соседней страной, но на данный момент, сидя на бархатной кровати с интересной спутницей под названием книга, написаная лично для принца от его милого «приятеля». Его наслаждение тишиной длилось не так долго как хотелось бы, ведь в дверь тихо постучали. Юноша тяжело вздохнул, но книгу закрывать не стал и поэтому легко сказал: — Входите. В комнату зашёл пухловатый мужчина средних лет в элегантном костюме. Он поклонился принцу и слегка дрожащим голосом начал говорить. — З-здравствуйте, п-принц Данте. — Здравствуй, Жозеф. — поприветствовал с улыбкой прислугу Данте. — Как в-вам ваши новые покои, г-господин? — смяная потные ладошки, спросил прислуга. — Ох, Жозеф. — начал Данте, снова разглядывая комнату, как в первый раз. — Эту великолепную красоту, мне не описать словами. Стиль ампера очень мне по душе, ещё прощу заметить, выполнина в моих излюбленных оттенках. Жозеф, — прислуга вздрогнул. — ты не знаешь свободна ли моя матушка в ближайший час? Я бы хотел её отблагодарить, ведь это её заслуга. — П-протите госпадин, но сейчас к-королева и король желают видеть вас в бальном з-зале. — заякаясь, признался Жозеф. — Сейчас? — повторил Данте. — Да. — почти шёпотом ответил Жозеф. — Хорошо. — ответил спокойно Данте, но в его голосе чувствовалась перчинка любопытства, но и одновременно лёгкое волнение. — Я в-вас провожу, господин. — поклонился мужчина. — Благодарю, Жозеф. Данте аккуратно провел пальцами по бумажной обложки «книги» и положил её на прикроватную тумбочку. Дрожащие свечи потухли в страхе от лёгкого ветерка созданого принцем. Данте подошёл к прислуге и сказал: — Пойдёмте. Алый плащь развевался за спиной Данте. В дворце царила необычная суета, что заставило Данте внимание наблюдать за происходящим, ведь постоянные приветствие слуг смущали юного принца, из-за взаимного приветствия с прислугами Данте немного отставал и чуть ли не сам бежал за Жозефом. Слуги бегали по всему дворце, сдувая с каждой мелкой драгоценности крохотные крупицы пыли и с замерающим серцем, молили госпада Бога, чтобы эта драгоценность не разбилась на мельчайшие осколки. Но больше всего Данте смущало, то что все они бежали в сторону бального зала. Данте уже собирался спросит Жозефа о непонятной ему суете, но он не заметил как оказался у входа самого бального зала. Двери были открыты и из зала сочился, больно режущий глаза, свет, но его красоту было сложно отрицать. Огромный зал заставлял юного принца почувствовать себя существенно крохотным, по сравнению с обычными залами этот был просторным, словно без крайнее поле. Дотертый до блеска пол, позволял увидеть собственное отражение не хуже зеркала. Данте в изумлении заскрыл рот. Белоснежные тонкие шторы пропускали каждый лучик света, а исписаные золотом стены блестели даже лучше пола, но красивые рисунки сделаные из этого самого золота, поражали до глубины сердца, аж дышание замерает, смотря на изображения имеющие большое значение, ведь эти росписи гласили историю происхождения рода Бубновых. По одну сторону стены стоял широкий стол, скатерть которого прислуги без устали поправляли и намывали. Из середины бального зал на Данте шло три человека: его матушка, отец и незнакомая юная девушка, которые вели давольно веселую, на взгляд Данте, беседу. Когда они подошли достаточно близко к Данте, он мгновенно поприветствовал их. — Приветствую вас, милая матушка. — Данте аккуратно, словно с фарфоровой куклой, взял матушку за руку и поцеловал тыльную сторону её ладони, на что женщина сделала реверанс и ласкова улыбнулась сыну. — Приветствую вас, отец. — Данте вновь покланился. — И приветствую вас, незнакомая мне, юная леди. — Данте не стал целовать её руку, а просто скромно покланился, на что девушка ответила взаимностью. — Я тоже приветствую тебя, мой сын. — ответил низким тоном король. — С огромным желанием хочу представить тебе твою будущую жену — Эмбер Малдер-ю. Девушка с волосами, цвета ярких лучиков солнца, сделала реверанс и ярко-голубыми глаза расматривала Данте, поправляя руками небесное роскошное платье, которое было открытым спереди. — Что прости, отец? — с округлеными глазами спросил Данте, сжимая кулаки. — Эта юная особа, твоя будущая жена. — чуть грубее повторил отец. Данте, словно пронзила стрела, при чём насквозь, в самое сердце. В голову лезли самые неприятные мысле о браке, так ещё с незнакомой ему девушкой. Он мало того, что он ней ничего не знает, так ещё и это значит что их заставят занимается плодскими утехам к которых Данте не готов от слова совсем. Думать о таком Данте себе не позволял, да и к женщинам он относился только как к хорошим знакомым или подругам, но не больше. Но долго стоять Данте не позволили и тут же посланили будущих «молодожёнов» в сад прогулятся и поближе познакомиться. — Матушка, я… — не упел договорить Данте как перед его носом закрыли дверь. Принц тяжело вздохнул, переводя взгляд на Эмбер, что смотрела на парня с полу-прикрытыми глазами и невозмутимым лицом. — Эм, — смущённо начал Данте. — Позвольте проводить вас по нашему прекрасному саду. — Позволяю. — утвердительно кивнула Эмбер. — Благодарю. — с улыбкой сказал Данте и двинулся вперёд. Но принц не спешил, а шёл с девушкой в один ритм. Прислуги так же судорожно бегали по коридору, кланялись королевской знати и вновь бежали вперед. Эмбер никак не реагировала на приветствия слуг, лишь иногда молча провожала их взглядом, останавливать она даже не думала, пока Данте улыбчева кивал и в ответ кланялся близким ему присугам, в верности этих прислуг Данте был уверен на все мешки с золотыми монетами. — Зачем вы приветствуете их? — с ноткой призрения спросила Эмбер. Несмотря на то что в бальном зале её взгляд казался Данте невинным, то в темном коридоре, где горели одни только свечи её взгляд был полон непонимания и осуждения. Данте с трудом проглатил слюну, складывая пальцы в замок и стараясь придумать оправдание такой открытости, хотя это сложно, ведь Данте делал всё по привычке, не особо забумываясь. — Если будете приветствать их будто они не просто прислуги, то они потеряют к вам уважение и потом будет хамить и возможно будут пользоваться вашей наивностью переставая выполнять свои обязанности. — задрав подборок и смотря вперёд, высказалась Эмбер. — Думаю, вы от части правы. — нелепа улыбаясь, кивнул Данте. Разгововаривать с барышнями у него плохо получалось, даже с хорошо знакомыми прислугами и знатными женщинами, Данте предпочитал молчать и расспрашивать их, чем самому говорить, но только с одним человеком у Данте не закрывался рот. Но с Эмбер, Данте не мог подобрать слов, она одним своим взглядом дала понять, что Данте ей неинтересен. — От части? — подняв одну бровь переспросила Эмбер. Данте вздрогнул от резкости её слов, отрывая его от мыслей о ком-то важном. По мере этого диалога о прислугах, они не заметили как оказались возле сада. Остановившись около стеклянных дверей в сад, Данте и Эмбер посмотрил друг другу в глаза при этом соблюдая приличное расстояние, не продходя и на сантиметр ближе. — Леди Эмбер, прошу простить меня, но мне нужно покинуть вашу прекрасную компанию, по причине появления неотложных дел. — покланился Данте. — И с кем вы меня оставите? — сложив руки на груди недовольно фыркнула Эмбер. — На. А. — немного замялся Данте. — Я бы был очень благодарен, если бы вы самостоятельно изучили сад. Вы в нём не заблюдитесь, садовники с огромным удовольствием укажут вам путь и даже сами могут провести вас по саду. — с улыбкой сказал Данте, когда речь зашла о садовниках, ведь они очень добры, особенно к принцу, да и новым свидетилям их трудов будут рады. — То есть, вы хотите оставить меня в окружении прислуг? — скривив лицо, возмутилась Эмбер. — Поверьте вам понравится, а я прошу простить, мне нужно срочно спешить. — сказал Данте и как можно быстрее отправился в противоположную от Эмбер сторону. Как только Данте свернул за угол, он побежал, так быстро как никогда ещё не бегал. Он должен послать ему письмо. Должен придупредить о предстоящих неприятностях в их отношениях.

***

— О! Здравствуйте, Господин Данте! — радостно улыбнулся светловолосый мальчика. — Я тоже рад тебя видеть, Фелекс. — кивнул Данте подходя к парнишке, который с нежностью расчесывал гриву белого коня. В конюшни были слышны цоконья копыт других коней и лошадок, что с радостью иго-гокали при упоминании принца, словно понимали человеческую речь. — Прошу, Фелекс. Доставь это письмо ему как можно бысрее, это дело очень важное. — протягивая запечатаный котверт, просил Данте. — Божечки! — удивился Феликс. Обыно Данте не требовал такой спешки. — Выдать и вправду что-то случилось, да господин Данте? — Да, Фелекс, поэтому и прошу тебя поспешить. — кивнул принц. — Не медленно выдвигаюсь, господин! — положив конверт в сумку, которая весела на его плече, Феликс тут же бросил расчёску и запрыгнул на белого коника. — Бла­го­да­рю, мой друг. Рассчитываю на тебя. — улыбнулся Данте, поправляя капюшон чёрной мантии. — Я не подведу вас! Скачи, милая. — крикнул Феликс и под громкий смех коней, поскакал вперёд.

***

Бело-гривый конь скакал по протоптоной тропе, пока его хозяин прижимался к любомому животному. В дали виднелась деревья, вокруг которой были поля с пшеницей и подсолнухом, с свёклой и капустой, с картошкой и горохом, этот список можно продолжать бесконечно, поэтому Фелексу нравилось доставлять сюда письма от принца Данте, ведь здесь сплошная красота. Солнце светит ярко, а возле реки, что находилась за пшеничными полями, мужчины с мальчишками ловили и носили на рынок. Феликс с радостью махал ребятам, порой останавливаясь, чтобы отдать письма от родных или друзей из своей страны. Женщины работающие в полях с хохотам наблюдали как окруженный детьми и мужчинами, Феликс всметении перебирал письма и как дети вместе с взрослыми мужчинами с огромной радостью взмахивали получинымы письмами. Эта деревня никому не принадлежала, она была сама по себе, да и народу здесь меньше, чем в других странах или даже государств, каждый тут друг друга знал, а если не знал, то точно что-то слышал о другом. Проскакав поля, Феликс попросил коня замедлится, ведь на въезде в деревну первым дело ты попадаешь на ярмарку, где Феликс и мог увидеть «приятеля» принца Данте. И он не ошибся. Возле лавки с выпечкой стоял юноша с каштановыми волосами и необычно заостренными ушами. Он стоял в уже привычному для глаз Феликса кимоно. — Здравствуйте, госпадин Габриэль! — крикнул Феликс, подскакивая на коне. Юноша тут же повернулся, с улыбкой приветствуя Феликса. — Здравствуй Феликс и милая Фелиция. — подойдя поближе, ласкова гладил юноша коняшку, на что та опустила голову, дабы госпадину было удобно её гладить. — Вам принц Данте просил незамедлительно передать письмо. Таким взволнованым я его ещё не видел, видать что-то серьёзное случилось. — резко изменившись в лице заявил Феликс. — Незамедлительно? — вопросительно перевёл взгляд на Феликс Габриэль. — Разве сегодня не бал? — Да, сегодня в начало шестого вечера бал, госпадин. — утвердительно кивнул Феликс. Габриэль нахмурил брови, непонимающе отвёл взгляд, а затем сказал: — Тогда отвези меня до дома, небось Фелеция и ты устали по дороги, у меня как раз сено есть и чай вкусный остался. — запрыгивая на коняшку, сказал Габриэль с улыбкой. Феликс засветился от счастья и с улыбкой до ушей попросил коняшку поскакать. Феликс с удовольствием попивал чай, параллельно разговаривая с матушкой Габриэля, что просила Феликса рассказать о Сукхавати всё больше-и-больше, как поживает будущий принц и король с королевой, на что Феликс только и рад был отвечать, ведь женщина внимательно его слушала подмечая мелкие детали и благодаря Феликса за его честность и открытость, а гонец смущался от каждого её комплимента. Габриэль сидел рядом, не обращая внимания на их светские беседы, ведь в его руках письмо написаное самим принц. Написаная для него от Данте. Вскрыв аккуратно коверт, Габриэль тут же начал бегать глазами по строкам с идеально выведеными буквами, но они растягивались не как обычно, словно его писали в спешке, на что Габриэль поморщил нос. С каждым прочитаным словом глаза Габриэля рассширялись в изумлении, а левая нога по привычке начала дрожать. — Что?! — резко поднимаясь со стула, завопил Габриэль. Женщина и Феликс вздрогнули от неожиданости. — Феликс, это правда? — протягивая письмо и тыкая на нужную строку, спросил Габриэль. — Простите, госпадин. — виновно опустил голову Феликс, да же не взглянув на письмо. — Я не умею читать. — от стыда щёки Феликса покраснели. Милая женщина наблюдая за встревоженным сыном, тихонько к нему подошла и положила пухлые ладошки на плечи высокого сыночка. — Габрюша, там написано что-то плохое? — поглаживая сына, ласкова спросила женщина. — Прости, мамочка и Феликс. — извинился Габриэль, занова присаживаясь за стол. — Просто, он написал, что должен женится на незнакомой ему девушке, чтобы остановить начало возможной войны с соседней страной. — тяжело вздохнул ушастик, проводя пальцами по письму. «Любовь между мужчинами — невозможна и грешна.» — вспоминал слова людей и строки из многих книг, Габриэль. — Ох, божечки, храние его господь. — уберая руки с плеч сына и нервно складывая палотенце на столе, пробормотала матушка. Феликс чуть чаем не подавился. — Боже, так вот почему в конюшне коней прибавилось. — дошла до Феликса причина большое количество лошадей и коней в конюшне, хотя до бала времени ещё ого-го. Габриэль же продолжил читать письмо в полной тишене. Но дочитав его до конца на щеках ушастика появился лёгкий румянец и улыбка. «Я тоже хочу доказать свою любовь к тебе, Данти.» *** В бальном зале были громкие разговоры. Знатные дворянины стояли у столов с бокалами в руках, обсуждая насущные проблемы, кто-то сплетни и громко хохотали с любой фразы, а кто-то отчаянно флиртовал со всеми присутствующими в зале. Музыканты с особой аккуратностью гладили свои инструменты в ожидании приказа — начать играть. Прислуги бегали по залу подливая вина и подавая изысканые блюда, да пирожные. Вдруг король вышел на середину и поднял правую руку, все мгновенно замолкли и с особым вниманием слушали короля. Побившись сквозь толпу Габриэль встал в первый ряд, прячась под золотой маской, красиво исписанной красной краской самим принцем. Рядом с королем стояла девушка в нежно-голубой маске, которая подчеркивала её глаза такого же цвета, собственно как и пышное платье с ярко украшеным, широким декольте. — Дамы и господа! — громко заявил король. — Прошу, поприветствовать моего сына и вашего будущего правителя — Принца Данте! Гости громко захлопали в ладоши, а слуги что стояли у дверей, открыли их и яркий свет бального зала осветил высокого, красноволосого юношу в бордовом костюме с мантей из более темного цвета с мехом на плечах. Все с восторгом любовались красотой юного принца, нахваливая и шепча о его красоте, на что Габриэль недовольно морщил нос, ведь они явно не станут восхвалять настоящего Данте. Принц подошёл к отцу и к красивой особе в маске. Лицо Данте не выражало радости, а наоборот отражали его нежелание присутствовать на данном мероприятие, которое решит его дальнейшую жизнь. Пряча правую руку за мантией, Данте бегал глазами по гостям, но это было не долго, ведь он столкнулся с теми глазами, ради которых он был готов на всё, а эти глаза с увереностью в совершении будущих действиях, гладели на него. Король протянул Данте голубую маску и вновь громко объявил: — Дамы и господа! Сейчас на ваших глазах произойдёт самый искренний танец любви между моим сыном и ваше будущей королевой Эмбер Малдер-ю. Музыканты музыку! Данте достал из мантии золотую маску и за одно мгновенние надел её на себя. Гости громко ахнули, но не успел кто-то что-то сказать, как Данте заявил, да так громко, что аж маленькое эхо разносилась по всему залу. — Я приглашаю на самый искренний танец любви тебя, мой милый Габриэль. — Данте протянул руку к уже подходящему к ниму парню, что лучизарно улыбался. В ярком свете золотые маски на лицах парней блестели, подобно звездам, заставляя восхитится их яркости, но в груди, души парней светились так же только тогда, когда они могли смотреть друг на друга. Музыканты уже давно начали играть, на такое яркое заявление король хотел тут же всё остановить, но Эмбер схватила короля за рукав пиджака и сказала: — Я хочу посмотреть на это, позвольте, молю вас, повелитель. Король сделал злобный аскал, но согласился невмешиваться и они отошли от центра зала. — Я с огромным удовольствием согласен на танец с тобой, мой милый Данте. — кладя руку на талию, а другой сжимая руку принца в свой, согласился Габриэль. — Я этому очень рад. — повторяя действия Габриэля, хихикнул Данте. Дамы громко шептались о мерзости их действий, а мужчины с призрением наблюдали на парой в центре. В танце Габриэля и Данте не было главного, они оба вели, сжимая руки в замок и прижимаясь к друг другу максимально близко. Музыканты с замерающим серцем наблюдали за необычностью танца, но их движения, словно созданы для мелодии которую они играли, что поражало их ещё больше и в каждую ноту они старались вложить максимум чувств, как в любищий танец парней. — Вот, это план Данте. — начал Габриэль, смотря сквозь маску в глаза любимого, прижимаясь к нему по-ближе. — А что ещё я мог придумать за такое короткое время? — словно смеясь над собственной задумкой ответил Данте. — Ничего, мне нравится. — смущенно сказал Габриэль, отведя взгляд в сторону. — Ты, кстати стал лучше танцевать. Не бось Жозеф до сех пор отходит от твоих репетиций? — Габриэль лукаво улыбнулся, вновь смотря Данте в глаза. Их разговор был непринуждённым, легким, словно их вовсе не разделяла разница в статусах и несколько километровая дорога друг от друга. Легкий, приятный, как долгожданные лучи солнца после дождя, разговор. — Не правда! — встрепеннулся Данте, краснея. — Нормально всё с ним. — надув щеки, буркнул Данте себе под нос, на что Габриэль тихо рассмеялся. — Ох, Данти, ты как маленький. — уткнувшись от смеха в плечо Данте, сказал Габриэль. Красные щеки на лицах обоих парней не заставили себя долго ждать. Серца стучали быстрее такта музыки, что была спокойна, в отличии влюбленных, что давно не касались друг друга и не позволяли делать это другим. И сейчас находясь в непривычной близости, хочется слиться воедино, чтобы полностью ощутить чувствова друг друга и наконец-то быть свободными, но они на балу, они в реальной жизни. — Я так скучал. — прошептал Габриэль. — Поверь, я тоже очень скучал. Мне так не хватало твоего присутствия, обычного присутствия. Твоих нежных рук, твоего голоса, твоего родного запаха. — кружась в танце, Данте провел носом по шее Габриэля носом, порой обжигая горячим дыханием. — Данте, — прошептал Габриэль, подняв голову и вытянув шею. — Я тоже хочу тебя касаться, ты наверное понял это из-за сходство героев из моих почеркушек с нами? — спросил Габриэль, смотря в огненные глаза партнёра. — Разумеется, как я мог этого не заметить, мой милый Габри? Те чувство, что ты описывал я не мог не почувствовать. Я читал не отрываясь, это восхитительно. — восхваливал труды Габриэля, Данте. — Да что ты, разве эти почеркушки восхитительны? — рассмеялся Габриэль, отводя взгляд в сторону. — Конечно! — возмутился Данте скромности любимого. — Твои чувства прекрасны как и ты. — утвердительно заявил принц, крепче сжав ладонь возлюбленного. — Спасибо. — облегчённо вздохнув, сказал легко Габриэль. — Приятно когдя тебя хвалит королевская знать. — качая от радости головой хихикнул Габриэль. Данте в ответ улыбнулся с полу-прикрытыми веками наблюдения за радостью в глазах Габриэля, что были красивы настолько, что Данте не мог подобрать даже одного сравнения, они были уникальны и ни с чем не сравнимы. Порой слова гостей звучали громче музыки, но эти слова явно были не самыми приятными. Король с отвращением смотрел на парней, что медленно кружились в танце, шепча себе под нос о том, что за это парни будут гореть в адском пламени за грех, но если они хорошо помоляться и искупят свои грехи, то возможно понесут менее жёсткое наказание за своё неуважение и нарушение всех норм правил в обществе. Королева старалась сдержать слёзы смотреть на их танец ей было больно, а ещё больнее осознавать, что её сын серьёзно болен, а ещё хуже, даже проклят и эту «болячку» не излечить. Где она могла ошибиться в его воспитании и создать его таким? Или это всё из-за этого юноши? Эмбер же стояла и внимательно наблюдала за невинным разговором парней, что порой тихо смеялись и неразрывали зрительный контакт. Обычно строго сложение руки на груди Эмбер были расслаблены и легонько косались собственых локтей из-за этого её образ становился менее строжей. Эмбер не могла оторвать от них взгляд, она не видела никогда ничего подобного, даже когда танцевали её родители в них не было такого тепла, который так и лился из танца Данте и Габриэля. Они не переставали улыбаться смотря друг на друга, не замолкая не на секунду, особенно Данте, что показался Эмбер давольно молчеливым и нелюдимым. Покой Данте и Габриэль закрывал глаза, танцую по ощущениям и прижимая вплотную, полностью доверяя друг другу и чувствам музыкантов, что играли необычайно красиво в отличие от родной страны Эмбер. Сердце девушки не преставало быстро биться, она прокусывала нижнюю губу, не понимая как она может восхищаться танцем грехников в которым было больше любви мира. «Сейчас на ваших глазах произойдёт самый искренний танец любви между моим сыном и ваше будущей королевой Эмбер Малдер-ю.» Вспыхнули слова короля в мыслях Эмбер, она недовольно поморщилась и сделала для себя другой вывод: «Сейчас на ваших глазах произойдёт самый искренний танец любви между моим сыном и вашим будущим королем Габриэлям.» На такое заключение в своих мыслях Эмбер была довольно и на её лице незаметно появилась улыбка. Девушка обняла себя за преплечья, покачиваясь из стороны в стороны, в такт музыки, мило улыбаясь. Но трепение короля было невечным и заметив, что уже некоторых гостей начинает в буквальном смысле тошнить, а одна пожилая гостья вовсе упала в обморок и женщину окружили прислуги, что увели её в комнату отдыха. Король сделал злобный оскал и сквозь зубы сказал рыцарю рядом: — Меч. Немедленно. Рыцарь мгновенно вытащих оружие и бережно протянул его королю, что резко схватил меч и уверенно направился в стороны неразделимой парочки. Гости улыбнулись заметив, что король собирается остановить этот танец грешников. Король шёл уверенно, в его глазах горело плямя в котором он хотел спалить мелкого черта, что совратил и заразил его сына, возможно, не излечимой болезнью. Он не отдаст своего сына во власть тёмных сил, обречённых на страдания и проклятых святам Богом. «Этот негодяй незаметно заманивал Данте к себе, проклятый Богом черт.» Крепче сжав меч, король уже подошёл к паре. Вдруг музыканты прикратили игру, у Габриэля ту же дрогнули уши, услышав тишину и грозный топот в их сторону, он открыл глаза и увидел короля, идушего с мечом на него и Данте. Габриэль мгновенно отталкнул Данте и вытащел маленький кенжал своего отца из-под кармана пиджака и во время удара короля защитился им. Раздался громкий удар метала об метал. — Ты! — громко крикнул король. — Прятал кинжал, чтобы потом убить будущего короля Данте? Мелкий демон! — надавливая на Габриэля мечом, кричал король, замечая как под его силой согнулся в коленях. — Ваше величество, как вы можете такое говорить! — громче крикнул Габриэля, выпрямляясь и отталкивая кенжалом короля с мечом. — Я боюсь лишний раз неправильно каснутся Данте, а вы говорить про убийство? Ваши убеждения пугают меня и… — Вот именно, бойся меня, заразный! — злобно перебил его король. Данте с широко распахнутыми глазами подбежал к Габриэлю, пряча его за свою спину. — Отец, что ты делаешь? — вскрикнул Данте. — А ты что делаешь, сынок? — выпрямив спину, спокойно спросил король. — Ты действительно думаешь, что этот незнакомый человек, которому ты всё рассказал о себе, дороже семьи? — состроив невинный взгляд и распахнув руки, якобы приглашая в объятия, спросил отец. Данте замер недовольно нахмурив брови. Гости, громко шептались и кричали о том, чтобы убить маленького демона. — Он просто использует тебя, иди к нам, к семье. Вспомни, как мы тебя воспитывали, любовные отношения с мужчинами не создадут потомства, что ты оставишь после себя? Это же противоречит природе. Иди, папа придумает как тебя вылечит. — Да, сынок мы тебя обязательно вылечим! — подбежала матушка, жалобно пролепитав. Данте крепко сжал кулаки. Стук его сердца раздавался по всему залу. Гости продолжали громко вопить о смерти Габриэля и эти слова, словно убивали Данте. Каждое слово пронзало сердце насквозь и эту рану не зашить, не забинтовать, не вылечить. Родители мило улыбались приглашая в объятия, но вдали за спинами родителей стояла потерянная Эмбер. Она с округлеными глазами смотрела за происходящим и не понимала, как из милой, теплой атмосферы, смеха и радостных улыбок парней, всё переросло в завоевание Данте, словно он вещь, а не человек. Как и все думают о ней, но не Данте. Оставив её одну в саду, он дал ей прекрасную возможность познакомиться с и в правду милыми садовниками, с которыми было невероятно весело, несмотря на их простоту они были самыми искренними, как и Габриэль. Эмбер подорвалась с места и приподняв пышное платья, чтобы быстрее передвигаться, она спешила в центер. С каждой секундой Данте хотелось рассплакаться. Да, прямо у всех на глазах. Жизнь без Габриэля невыносимо скучна и мучительна. Он бы не научился танцевать и опозорился перед Эмбер, не прочитал бы почеркушки Габриэля. Не проводил бы время с одним удовольствием, не увидел бы жизнь за предедами Сукхавати. Данте никогда не хотел кого-то касаться так же сильно, как Габриэля. Он не кого не хотел целовать, кроме Габриэля. Ничьи глаза не могли влюблять в себя так, как глаза Габриэля. Ничью руку ему не хотелось сжимать, как руку Габриэля. Ничьими ушки он не хотел восхищаться, как ушками Габриэля. Не кого он не хотел целовать в шею, кроме Габриэля. А эти слова, невыносимо ранили его, как острые шипы. — Иди к ним. — шёпотом сказал Габриэль с грусной улыбкой. — Что? — резко повернулся Данте, не веря в то что это сказал Габриэль. — Иди к ним. — повторил Габриэль, обнимая себя за плечи и отведя взгляд. Данте дрожашими руками прижал Габриэля к себе. — Я не брошу тебя! Никогда! — крикнул Данте, обнимая его сильнее. Гости громко ахнули. Нижняя губа Габриэля предательски задрожала и он в ответ прижался к Данте, утыкаясь носов в шею парня, Габриэль вновь вдыхал излюбленый запах, а по его щекам стекали горькие слезы. Данте громко шмыгнул носом, поглаживая спину Габриэля, понимая, что это возможно последний раз когда он может каснутся своего любимого. Гости ещё больше взбунтовались и уже на прямую кричали оскорблёния в сторону возлюбленной парочки. Король сжал меч. — Его уже не вылечить. — прошепил король. — Нет, мы его спасём. — уже билась в истерики матушка. Король сжав меч направился к парочке. — Не смейте! — крикнула Эмбер. — Если вы убьёте их, я объявлю вам войну, а вы уж не сомневайтесь в нашей мощи. — вернув привычный строгий образ, пригрозила будущая королева Вероны. Гости мгновено замолчали при упоминании войны. — Принцесса Эмбер, — фальшиво улыбнулся король. — Не каких «принцесса Эмбер». — строго перебила Эмбер. — Вы меня слышали. Данте и Габриэль разорвали объятия, но держались за руки, да так крепко, что даже железные цепи с этим не сравнятся. Эмбер с улыбкой подошла к ошарашенным парням, которые уже хотели биться с королем за свою любовь, но никогда не знаешь, когда на твоей стороне появится сильный союзник. Эмбер положила левую руку на плечо Данте, а правую на плечо Габриэля и легко сказала: — Спасибо. — Спасибо большое, королева Вероны — Эмбер. — резко и одновременно поклонились парни. — Дамы и господа! Сейчас на ваших глазах произойдёт самый искренний танец любви между вашим будущии королем Данте и его супругом, вашим будущим королем Габриэлям. Музыканты — музыку! — скомандовала Эмбер, похлопав три раза в ладоши. Вновь заиграла музыка и впредь никакие слова не смогут её остановить, как и любовь Данте и Габриэля, ведь никогда, не знаешь, кто окажется союзниким, а кто врагом, но одно известно точно, если вы кого-то любите, то вы справитесь, а те кто любят вашу любовь помогут вам.