Can't pretend

Щербаков выходит в школу через неделю, кладя на учительский стол липовую справку о болезни. Нурлан лишь недоверчиво смотрит на ученика, но всё же кивает головой, тем самым дав понять, что Лёша может быть свободен. — Нурлан Алибекович, — о да, Лёша всё-таки соизволил выучить правильное отчество учителя, — а Вы правда из Армении? — только где родился Сабуров, Лёха так и не выучил. — Алексей Сергеевич, а ты правда стал таким тупым, как в 10 класс перешёл или это всё слухи? — язвительно ответил учитель, не поворачивая головы, — иди на русский уже. — а я не пойду! — ладно, не иди. только за тебя придут твои родители, которым я подробно расскажу, что ты делаешь и не делаешь в школе, — Нурлан хитро улыбнулся, полностью разворачиваясь на стуле к ученику. — блять, ну и похуй, — ответил Щербаков, вылетая из класса. Нурлану хочется надавать Лёше по губам, и в пятидесятый раз за несколько дней сказать, мол, завали ебасос, так в школе не разговаривают, закрой пасть, так в школе не разговаривают. но, не успевает и рта открыть, как след блондина тут же пропадает. — сука. Алексей всё-таки приходит на урок русского языка, опоздав на добрые 20 минут. Наталья Владимировна пускает его без лишних вопросов, не желая знать какой туалет в этот раз подорвал Щербаков. не подорвал конечно, а просто засыпал пару пакетиков дрожжей в унитаз. старинные шутки, которые повторяются уже не один год. — Наталья Владимировна, — забегает в класс Орлов, — там туалету пизда, — матерится случайно парень, но никто внимания не обращает, ведь сейчас есть проблемы посерьёзнее.

***

— Нурлан, — забегает в класс математики Вячеслав Сергеевич, учитель биологии, — тебя к директору вызывают, что-то с Щербаковым связано, — Нурлан отрывает взгляд от каких-то важных документов, смотря на Комиссаренко. встаёт с места, и, поправляя волосы, выходит из кабинета вместе с учителем биологии. — почему тут так воняет каким-то дерьмом? — спрашивает Сабуров, зажимая нос пальцами, и оглядываясь по сторонам, ища источник запаха. — Лёха дрожжи в унитаз засыпал, -читает информацию с телефона Вячеслав. оба учителя были в шоке. в небольшом, но шоке. Комиссаренко обучал Щербакова с класса пятого, поэтому насмотрелся много. а Нурлан ещё и классное руководство над этим неугомонным классом взял. тяжко ему будет. — как он меня уже задолбал, — цедит сквозь зубы казах, желая набить ученику лицо, — он всегда такой бешеный был? — с рождения такой. его пытались отчислить много раз, но каждый раз не удавалось почему-то. слухов много — правды мало, — рассказал учитель, уже подходя к кабинету директора. — расскажешь мне про него.

***

Щербаков вальяжно расположился на стуле перед директором, который даже не хотел проводить никакие воспитательные беседы, зная, что всё бестолку. Иван Петрович давно бы отчислил этого засранца из школы, да только отец Лёшин, многое для школы сделал в свои годы, поэтому, обещал не выгонять его сына. но, выговор сделать всё-таки придётся, уже в который раз. — здравствуйте, Нурлан, присаживайтесь, — директор указывает рукой на кресло, стоящее рядом с Лёхой, — я кучу раз проводил с Лёшей воспитательные беседы и тому подобное, но ему всё равно. поэтому, я Вам хочу сказать, что за ним нужен глаз да глаз. не уверен, что Вы с ним справитесь и с его классом, могу предложить отказаться от роли классного руководителя. — не переживайте, я справлюсь с ними. можете даже не сомневаться в этом, — Сабуров грозно посмотрел на ученика, сидящего рядом, который как будто бы не замечал ничего вокруг, — но может его, — кивает головой в сторону блондина, — просто исключить? — Щербаков дёргается и поднимается со стула. — Иван Петрович, можно я пойду? — волнительно спрашивает парень, показывая большим пальцем на дверь, и, теребя край длинной футболки. директор понимающе кивает, и Лёша выбегает из кабинета. Сабуров смотрит удивлённо на только что закрывшуюся дверь, и бешенным взглядом смотрит на Ивана. — И всё? Это всё, что вы можете сделать? — завёлся вдруг Сабуров, не понимая, как можно отпустить ученика, даже ничего не сказав ему. — Нурлан, Вы ничего не знаете о прошлом Щербакова, поэтому, попрошу не лезть не в своё дело, — строгим голосом ответил директор на истерику Сабурова. — Я его классный руководитель, я обязан знать! — Да ничего Вы не обязаны, Нурлан Алибекович.

***

Лёша стоит на крыльце школы, ища бутылку воды в рюкзаке, в котором чёрт ногу сломит. парень вытаскивает все вещи из сумки, ставя их на холодную плитку. сам же Щербаков садится рядом со своими учебниками не в силах больше сидеть на корточках. бутылка с водой так и не находится. парень закрывает глаза, упираясь затылком о стену, и, глубоко вздыхает, пытаясь привести дыхание в норму. любое упоминание отца, приводило Щербакова сначала в бешенство, потом в отчаяние, а после во что-то и похуже. чем вызвана такая реакция — никто из друзей практически не знают, но возможно догадываются. но, ради Лёши, парни стараются не заводить тему о родителях вообще, дабы избежать всего выше перечисленого. рядом неожиданно приземляется Рустам, который пугает блондина до смерти. кабардинец открывает только что купленную бутылку воды, и подносит к губам друга. Лёша делает большие глотки, после, облегчённо вздыхая. — опять? — коротко спрашивает Саидахмедов, и получает такое же короткое «угу», — может тебе к психотерапевту сходить или к кому там надо. — я не пойду к этим мозгоправам. у меня всё нормально, — твердил уже который год блондин. хотя, кому он пиздит тут вообще? — нет, Лёха, это не нормально, — вскочил Рустам, — у нормального человека нет такой реакции на обычный разговор о ком-то. — нахуй ты меня учишь, если знаешь, что я никуда не пойду? — спросил Лёша и отпил из бутылки. ведь и правда. Щербаков никогда не верил тому, что какой-то мозгоправ сможет ему чем-то помочь. нет, возможно, он поможет ему исправить оценки по математике, но это же вроде не его работа. тогда зачем и идти к нему? поговорить он и с друзьями сможет, мол, какой урок лучше прогулять и куда вместо него пойти. а об остальных его переживаниях, знать всем необязательно. если расскажет кому, дак реально в психушку положат, а он не хочет этого. но хочет жить спокойной, размеренной жизнью, которой жил лет 7 назад, до того страшного, для него дня.

***

Сабуров заходит в пустую квартиру, в которой уже пару лет так точно, не чувствовал никакого уюта. кроме кота его здесь его никто не ждал. после расставания с девушкой, квартира обрела только мрачную атмосферу. хоть Нурлан и любил порядок практически во всем, в своей квартире он прибирался наверное никогда. ведь за него это делала бывшая девушка. естественно, казах мог протереть пыль, помыть посуду и прочее, но делать что-то грандиозное — нет. о генеральной уборке здесь и речи идти не может. обувь в прихожей валяется в разных углах, одежда в шкафу просто закидана комками на разные полки; а про протирание пыли, Сабуров вспоминает дай бог, раз в пол года. казах кидает рюкзак на пол, снимает обувь и идёт в ванну. моет руки и несколько минут пялится на своё отражение. в голове мелькал вопрос: нахуя он взял классное руководство над этим дебилами? нет, все ученики этого класса хорошие. половина из них довольно-таки спокойные и тихие, а другая половина наоборот шумные и гиперактивные. но, естественно, больше всех запомнился Щербаков, на пару с Саидахмедовым. что они за эту неделю только не вытворяли, аж голова кругом. они как будто бы специально пытаются его вывести и довести до белого каления. Нурлан не включая свет в спальне, ложится на кровать, накрываясь одеялом. он устал настолько, что готов прямо сейчас выпрыгнуть из окна. в голове крутились слова Ивана Петровича: «могу предложить отказаться от роли классного руководителя». но, Сабуров не какой-нибудь там слабак, который с двадцати подростками не справится. он старше их всего лишь на несколько лет, поэтому, надо просто найти общий язык. наверное. Комиссаренко 18:09 «привет, Нурик!» «помнишь я тебе обещал про Лёшу рассказать?» телефон вибрирует где-то в сумке, которая валяется в коридоре. вставать было лень, поэтому Нур хотел забить на это сообщение огромный болт и лечь спать, не просыпаясь до завтрашнего утра. но, умные часы на руке, думали по другому. Сабуров поднял левую на уровень глаз, прочитал сообщение, и, ответив коротким «го», закрыл глаза с надеждой поспать хотя бы пару часов.

***

просыпается Нурлан к 11 часам вечера. вспоминает про непроверенные контрольные работы, которые всё ещё в рюкзаке лежат. кладёт на это уже огромный болт, мол, не обязан на следующий день результаты говорить, и идёт на кухню. там заваривает себе крепкий чай, опуская дольку лимона, и садится на мягкий диван. рядом запрыгивает кот Тима, ложась на спину. Сабуров по доброму усмехается, и, держа одной рукой кружку с напитком, другой гладит кота по пушистому животу. спустя час такого времяпровождения, Нур встаёт с нагретого места, ставит кружку в раковину и идёт в коридор. единственное, что ему сейчас нужно — это телефон, заряд которого был почти на нуле. поставив мобильник на зарядку, казах заходит в диалог со Славой. Комиссаренко 18:15 «Короче, только я тебе об этом не говорил если что»