Состояние не состояния.

-Слышали о том странном мужике, который сегодня почти целый день шастается по всем этажам и расспрашивает нашу директрису о здешних пацанах? - голос Норайо вмиг разрушил царящую в комнате тишину. -Что за мужик? - тут же отозвался Изаму. -Да какой-то подозрительный тип лет сорока. - Норайо слегка понизил голос, - Кажется, именно его я и видел, когда выходил покурить в последний раз. Ходит по комнатам в сопровождении старшей, детей осматривает. Может, подобрать кого намеревается. Возможно, и до нас ещё успеет добраться. -До нас? Не неси чушь. Наша комната считается одной из самых неспокойных, нас самих считают абсолютно не контролируемыми.. А этот дядька как-то слишком придирчиво всех осматривает. -А кого, по-твоему, он хочет найти среди беспризорников? Одарëнного и воспитанного ребëнка? Ха, размечтался. - Вмешался в разговор Иори. -Хочешь сказать, - начал Изаму, - что поголовно все здесь одни моральные уроды и ублюдки? -А что, нет? Мы все предоставлены сами себе, у нас никогда не было нормального воспитания. Говоришь так, словно эти слова задели твою гордость - фыркнул Иори. - Или, может, ты хочешь чтобы тот загадочный дяденька забрал тебя к себе домой? - вдруг он осëкся и посмотрел в направлении двери. - Дазай, ты куда?       Осаму, уже открыв дверь, обернулся и бросил через плечо: -Подышать свежим воздухом. - и, не став дожидаться ответа, вышел за пределы комнаты.       Парень направился прямо по коридору, стараясь не обращать внимания ни на что вокруг. Он не хотел видеть никаких претендентов в родители, людей вообще. Тем более, если верить словам его соседей, тот мужчина, что ходит вместе с директрисой по этажам, очень придирчиво рассматривает всех детей. Будто ищет кого-то конкретного.       Противно. Ведь это не первый человек, который приходил к нам в корпус, чтобы усыновить ребёнка. Они все, как один, внимательно смотрят, хмурятся и в отвращении отводят взгляд, если сказать им какую-нибудь грубость, а воспитатель в этот момент лишь неловко потирает шею и говорит, что забыла предупредить о сложном характере здешних детей. Да уж. Забыла. Звучит очень смешно, особенно от человека, который вынужден постоянно наблюдать за нами и ежедневно разгребать все неприятные последствия нашего общего поведения. Одни устраивают драку, другие вечно сбегают с уроков и нарушают дисциплину, третьи вообще закуривают помещение до такой степени, что срабатывает пожарная сигнализация. Но воспитатели вынуждены скрывать правду, ведь в ином случае их будет ругать начальство, зарплата упадëт, да и рейтинг самого государственного учреждения тоже от того, что детей не берут, не повысится.       Поэтому именно в нашу комнату приходили очень редко.       О том, что живу не в совсем обычном помещении детского дома, я узнал в первый год проживания здесь от Иори. Как оказалось, именно здесь находились мальчики с особо сложными и неуживчивыми характерами. Истории их попадания сюда очень печальны, как и последствия для психики. Близких, которые могли бы забрать подростков к себе, у ребят не осталось совсем. Как оказалось, я был одним из них.       Обычно к нам приходили очень редко, в основном очень сентиментальные люди, которые верили в идею перевоспитания человека, а наше дурное поведение списывали на нехватку любви от прошлых родителей, которую они могли бы нам подарить. Быстро же они и разочаровывались в своих убеждениях, потому что никто из нашей маленькой компании не имел ни малейшего желания уходить в новую семью, и у каждого на то была своя, личная причина. У меня она тоже была.       Я привык к Иори, Изаму и Норайо, хоть и после того самого случая никого из них полностью так и не простил, даже спустя почти два года совместного проживания. Иори предпринимал множество попыток вновь заполучить моë доверие, а остальные просто делали вид, что ничего не произошло. Если не считать того, как Изаму несколько раз чересчур сильно пихал меня локтëм под рëбра, как бы невзначай, когда позволяла ситуация. Наверное, пытался отомстить за разбитый в кровь нос. Но так или иначе, жить с ними было перспективой менее ужасной, чем с совсем незнакомыми людьми.       Лишь об одной мысли об этом меня передëргивало, и каждый раз, когда какая-нибудь милая женщина или улыбчивый мужчина спрашивали: "Не хочешь ли ты ко мне в семью"? я резко и грубо отвечал "Нет" и обязательно добавлял какую-нибудь неприятную колкость, после чего отворачивался и всячески стремился закончить диалог. Я не хотел, да и просто не мог жить с приëмными родителями. Для меня это казалось предательством высшей степени к моим родным, несмотря на то, что их и не было в живых. Я не мог так просто взять и уйти к другим родителям, боялся, что те не примут настоящего меня и вскоре откажутся. Лучше не рисковать и не подпускать никого близко к себе. Да, так действительно... -Дазай! - от громкого голоса директора я вздрогнул и остановился у самой лестницы, ведущей на первый этаж. Вот дерьмо, до выхода ведь оставалось так немного.       Я услышал приближающиеся шаги. Ошибки быть не может, она направляется прямо ко мне. Я так и остался стоять на месте и не шелохнулся до тех пор, пока еë рука не легла на моë плечо. -Дазай, некрасиво так вести себя со старшими. - ох, сколько же раз я слышал эти слова. Столько же, сколько побывал на пороге еë кабинета, а побывал я там не один десяток раз. - Повернись к нам лицом, а не спиной.       К нам? Неужели она пришла с тем самым мужчиной, про которого говорили парни? Закатив глаза, я медленно развернулся на пятках и монотонно промолвил: -Что не так я сделал на этот раз? - и замер, не поверив своим глазам. Тело накрыла холодная волна страха, сердце забилось чаще. Этого просто не может быть. Это невозможно. -Что? Нет, ничего плохого ты пока не сделал. Я хочу познакомить тебя с дорогим гостем нашего приюта - Мори Огаем.       Мужчина сделал шаг вперëд и оказался прямо напротив меня. Он сдержанно улыбался и смотрел мне прямо в глаза. -Наконец-то мы вновь встретились, Дазай.       Сердце ушло в пятки. Он... Искал меня? Зачем? Мори Огай, он же в прошлом заместитель моего отца на работе... Пришëл сюда, чтобы просто увидеться со мной? Не верю. -Итак, пройдите за мной на первый этаж, в приëмную комнату. - сделав вид, что не услышала слова мужчины, она зашагала в сторону лестницы. - я буду ждать вас в коридоре. Как следует всë обсудите.       Шли мы молча. Состояние у меня было, мягко говоря, неопределённое. Я абсолютно не понимал, зачем он пришёл сюда, почему именно сейчас? Это что, какой-то розыгрыш? Сегодня, вроде, не первое апреля.       Дверь кабинета захлопнулась, и мы остались одни. Директриса же ждала, когда мы наговоримся, в коридоре. Мори лëгкой походкой обогнул стол и сел за него, жестом показывая сделать мне тоже самое. Теперь мы находились друг напротив друга. Оба молчали. Огай внимательно рассматривал меня, а я в ответ настороженно смотрел на него. Если подумать, это наша первая встреча после новости о смерти родителей. А с того момента прошло уже два года. -Ох, Дазай, Дазай. Как же ты повзрослел и изменился. - его взгляд намертво прилип ко мне, от чего стало очень неуютно. - Ваш директор мало что о тебе рассказала, на мои расспросы давала уклончивые ответы. Может быть, ты сможешь рассказать мне, как тебе здесь? -Что вам от меня нужно? - я решил не томить. Отвечать на эти глупые вопросы не было никакого желания. -Действительно очень изменился. Раз так, давай говорить по-взрослому. Я здесь, чтобы забрать тебя отсюда.       Тело вновь будто окатило ледяной волной страха, а потом, спустя несколько секунд, я уже не мог сдерживать громкий хохот, который никак не получалось контролировать. Ситуация была столь абсурдна и смешна, что смеялся я над ней около минуты точно. Наконец, успокоившись, взглянул на серьëзного и совсем не разделяющего моего веселья друга покойного отца. -Что смешного? -Что смешного? Вы серьёзно? - я смахнул с глаза невидимую слезинку прежде, чем продолжить, - С того момента, когда мы в последний раз виделись, прошло уже два года, а вы только сейчас вдруг решили позаботиться обо мне и забрать к себе. Почему так поздно, и с какой вообще стати? Да с чего вы решили, что я захочу с вами разговаривать?       Мори ухмыльнулся. -Да, понимаю, очень странная ситуация. Извини за то, что смог прийти только сейчас, но такая возможность появилась только недавно. -Какая "такая"? - нервы начали сдавать, и, неосознанно,я повысил тон, - Да что вас останавливало хотя бы просто навестить меня, Мори? С Харуной вы знакомы, с тем милиционером тоже, и легко могли бы найти меня раньше. Но вам было всë равно. А сейчас, с какого-то перепугу, я должен идти к вам жить. Не много ли на себя берëте, заместитель? -Как грубо. Сколько бы времени не прошло, ты всë ещё остаëшься младше меня и должен соблюдать хоть какие-то правила приличия. Но, не смотря на твой тон, всë же попытаюсь объяснить. - он сомкнул руки в замке, сильно сжимая пальцы. - Раньше у меня не было возможности навестить или забрать тебя, Дазай. Было много проблем с компанией, которой руководил твой отец, с моей личной жизнью, в конце концов. Я развëлся с женой, долго ходил по судам, чтобы Элис осталась со мной, потом ещё какое-то время вставал на ноги. Сейчас же такая возможность появилась и так или иначе, ты должен будешь пойти со мной, ведь твои родители ещё при жизни подписали на тебя доверенность, которая до сих пор в силе.       Вопросов становилось всë больше и больше с каждым словом, сказанным Мори, но более всего меня пугало то, что слова про доверенность могут оказаться правдой. Да нет, это бред. -Вы... Не имеете права. Что такое говорите? Родители погибли два года назад, документ не может быть действителен! - я неосознанно повысил голос и тут же увидел, как помрачнело лицо Огая. Хотел продолжить доказывать ему свою правоту, но не успел, так как он оборвал меня на полуслове: -Если чего-то не знаешь, лучше помолчи. Я имею на тебя все права, как опекуна, и это неоспоримо. Ты несовершеннолетний, а это значит, что самостоятельные осознанные решения сам ещё принимать не вправе. Дазай, я хочу как лучше, почему ты упираешься? Неужели тебе нравится находится здесь?       Нет, конечно, нет. Я не простил своих соседей, не простил предательства Иори, хоть и пытаюсь этого не показывать. Мне не нравится сама обстановка этого места, воспитатели и учëба. Но так или иначе, жить здесь намного лучше, чем с Мори и его дочерью Элис. В детском доме я хоть и не полностью, но свободен. Могу сам решать, что делать и как прожить день, меня никто не контролирует, а наказания за проступки не приносят мне того же дискомфорта, которого, я уверен, буду чувствовать на попечении у Мори. Я не хочу быть никем опекаемым, хочу жить свободно и не перед кем не отчитываться. Не хочу вспомнать о том, какого это жить в семье и как больно еë лишиться. -С чего вы решили, Мори, что сделаете лучше? Я живу здесь с поддержкой государства, на мой счëт начисляют денежные средства, которыми я смогу пользоваться, когда стану совершеннолетним, а ещё, возможно, выделят квартиру.       Заместитель же на мои слова недобро ухмыльнулся. В его взгляде появился стальной блеск, который всегда вызывал у меня мурашки, что неимоверно злило. -Ты хоть знаешь, какие стоят очереди на эти квартиры? Я объясню тебе, как это работает. Ты можешь подать заявку, годами стоять в этой очереди, так ничего и не получив и не двигаясь ни вперëд, ни назад. Хотя, вполне возможно, что назад-то двигаться ты будешь, ведь детей, оставшихся без родителей, очень много.       Я зло фыркнул, не принимая слова Мори, хоть в глубине души и понимал, что он прав. Но показывать своë поражение в этом споре был не намерен. -В любом случае, с Харуной мы оформили наследство, и у меня есть, куда поддаться. -Ах, да, конечно. Наследство. А скажи-ка мне, дорогой мой, на что ты будешь жить? У тебя нет образования, следовательно, хорошо оплачиваемой работы тоже. В этом учреждении только школа, а дальше ты уже сам будешь поступать, если, конечно, сможешь. Знаешь, сколько нужно документов? Сам ты никак не справишься. -В любом случае, вас это не касается! - последняя струна терпения лопнула, и я сорвался на крик. - Оставьте меня в покое, я сам разберусь со своей жизнью и с вами никуда не поеду! -Глупый ребëнок. У тебя нет выбора. - абсолютно спокойно ответил Мори. -Да вы мне никто! - не переставал надрываться я. -Никто? - равнодушие мужчины резко сменилось на раздражение и злость, - А ты знаешь, кто всë это время помогал тебе оформлять то самое наследство? Думаешь, что Харуна? А с чего бы ей этим заниматься просто так? Уволилась и уволилась, у неë и своих проблем по горло, а тут бы она ещё стала помогать какому-то несчастному мальчику. Сводила бы его сначала в нотариальную контору, потом и на кладбище... Конечно, Дазай, такое бывает только в сказках, хоть я и не отрицаю вклад Харуно в наше общее дело. Было бы ей действительно всë равно, она бы ни за какие деньги не согласилась бы с тобой возиться. - эти слова стали ударом под дых, но Мори на этом не остановился, добивая окончательным и неоспоримым фактом. - Но самое важное доказательство того, что я не являюсь тебе посторонним человеком, - он достал из своего портфеля лист, поднял его на уровень моих глаз и ткнул пальцем в подписи отца и матери и нижестоящую синюю печать, - этот документ. Так что, Дазай, я имею полное право. Сегодня же мы уезжаем отсюда, так что собирай вещи. Надеюсь, ты не будешь опровергать решение своих родных родителей подписать эту доверенность на тебя. - последним предложением он попал точно в цель и окончательно меня добил. -Но... Зачем вам это? Какая от этого выгода? - тихо, уже почти шепча вопросил я. Сил кричать не осталось. -Выгоды нет. Просто я обещал твоему отцу, а ещё мне не всë равно. Так что, если и тебе не всë равно, не сопротивляйся и иди собирать вещи. А в это время мне нужно обсудить кое-какие вопросы с директором.       Мори встал, обошëл меня сзади и положил ладонь на моë плечо. Наклонился над ухом и вкрадчиво произнëс: -Я буду ждать тебя снаружи, Дазай. Надеюсь, ты не вытворишь никаких выкрутасов. Хорошенько попрощайся со своими друзьями и преподавателями. До встречи. - с этими словами он вышел за пределы кабинета.       И я остался один.