Глава 1
25 октября 2022 г., 01:00
***
Первый поцелуй
***
Первый раз, когда это произошло, Уилл решил всё списать на несчастный случай. Они с Майком плелись по бесконечно длинной и узкой дороге к их общежитию после студенческой вечеринки, которая включала в себя слишком много не совсем легальных напитков. Они были первокурсниками, которые учились в колледже немногим больше пары месяцев, и, после стольких лет жизни в небольшом городе на окраине Индианы, им было до сих пор трудно привыкнуть к настолько отличающемуся образу жизни в большом городе. Майк был пьяный в стельку, Уилл заметно навеселе, именно поэтому обычно короткий путь до общежития казался просто непреодолимой дистанцией. Они крепко держались за руки, опираясь друг на друга почти всем телом, потому что в противном случае они вряд ли бы могли сохранять более-менее вертикальное положение дольше нескольких минут. На улице становилось прохладнее, но, судя по едва смеркающемуся небу, они ушли с вечеринки достаточно рано. В основном, это было благодаря Уиллу, потому что даже несмотря на явно нетрезвое состояние, у него остались остатки здравого смысла, чтобы понять, что если они с Майком хотели появиться на следующей неделе на занятиях, то было пора уходить. — Выпрямись немного, а? — буркнул Уилл, пихнув Майка локтем в бок. Но тот лишь весело усмехнулся и что-то неразборчиво промычал в ответ, не предпринимая никаких попыток, чтобы передвигать ногами самостоятельно. Уилл постепенно начинал задыхаться от тяжести чужого тела, и он честно не мог понять умиляла его подобная ситуация или, наоборот, раздражала. — Майк, мы сейчас упадем. — Ну значит так тому и быть, — заявил Майк, демонстративно пожав плечами. Уилл чуть не споткнулся о собственные ноги, на что Майк заливисто рассмеялся, будто это была самая забавная вещь, которую он видел в своей жизни. Уилл кинул в его сторону недовольный взгляд и пихнул Майка в плечо, довольно наблюдая, как тот неуклюже запнулся, едва не прочесав носом асфальт. — Ох, блять… — Ну же, соберись, Майк, — выдавил Уилл, прикрыв одной ладонью лицо, в попытках скрыть рвущийся наружу смех. Ладно, возможно, он был пьянее, чем думал. Сегодня был первый раз, когда он позволил себе выпить настолько много, ведь ему до сих пор претил вкус алкоголя. Но Майк оказался слишком хорошим собутыльником, и Уилл просто не мог отказаться от очередной стопки, дружелюбно протянутой в его сторону. — Ты завтра наверняка проснёшься с ужасным похмельем. Уилл всегда чувствовал себя намного свободнее в присутствии Майка, что было логично, потому что они были лучшими друзьями. И это было неудивительно, что именно Майк мог вытащить его из почти непробиваемой скорлупы и заставить забыть о неподъёмном количестве травм хотя бы на один вечер. Майк задушенно ахнул, всем своим видом пытаясь показать, насколько ранили его эти слова. Но в следующий момент он не выдержал и зашёлся ярким смехом, который звонким эхом растворялся в темноте. Его карие глаза отражали в себе тёплый отблеск фонарей, а и без того бледная кожа казалась практически прозрачной в свете полной луны, из-за чего его веснушки яркими крапинками выделялись на точёных скулах и впалых щеках. Уилл почувствовал, как сбилось его дыхание и дрогнули кончики пальцев, желая встретиться с нежной кожей и прочертить путь вокруг каждой веснушки, пересчитав все до единой. Но он быстро успел взять себя в руки, даже несмотря на опасное количество алкоголя в крови. За все эти годы он научился себя контролировать и больше не паниковал каждый раз, когда Майк смотрел на него настолько ласковым взглядом с широкой искренней улыбкой на губах. Прямо сейчас его глаза слегка косили в сторону из-за нескольких бутылок ликера, отполированных пивом, но почему-то даже в таком, казалось бы, жалком состоянии Майк умудрялся выглядеть невероятно красивым. — Ой, Байерс, — мягко шепнул Майк и придвинулся ещё ближе, совершенно не обращая внимания на такое понятие, как личные границы. Он обнял одной рукой Уилла за плечи, как часто делал в детстве и практически постоянно последние два месяца. Уилл пытался не вспоминать о тех временах, когда эта близость между ними безжалостно испарилась, грозясь не вернуться никогда, именно поэтому сейчас он наслаждался каждым моментом, каждым небольшим прикосновением. Он положил свою руку Майку на талию, пока тот продолжал причитать: — Не будь таким злым. Ты ведь всегда обо мне позаботишься, правда? — Не понял, — весело фыркнул Уилл, покачав головой. — Я что — твоя личная медсестра? — Ну если ты так хочешь, — невозмутимо согласился Майк, из-за чего щёки Уилла вспыхнули ярким румянцем. Это не осталось незамеченным, и Майк довольно положил свою голову ему на макушку, воспользовавшись преимуществом в росте, чтобы уничтожить те мизерные крупицы личного пространства, которые оставались между ними. — О, видишь? Тебе явно понравилась эта идея. Поверь, ты не пожалеешь. Я отличный пациент. — У тебя такая огромная голова, когда ты пьяный, — тяжело выдохнул Уилл, пытаясь вывернуться из крепких объятий. Майк недовольно хныкнул и обиженно надул губы, с силой встряхнув его за плечи, видимо, таким образом пытаясь выбить из Уилла нормальный ответ. Но он прекрасно знал, что если сейчас поддастся и продолжит перебрасываться этими «дружескими» поддразниваниями, то в итоге Майк выдаст что-то такое, из-за чего Уилл не сможет нормально функционировать ещё несколько дней. — Ты ведь взял свои ключи, да? — спросил Уилл, заметив приближающееся здание общежития. Майк молчал несколько секунд, серьёзно обдумывая заданный вопрос, после чего беспечно ответил, даже не удосужившись проверить свои карманы. — Я не помню. — Майк, — усмехнулся Уилл, закатив глаза и проигнорировав очередной приступ истеричного смеха слева от себя. Было тяжело поверить, что обычно угрюмый и вечно чем-то недовольный Майк превращался в полнейшего придурка благодаря всего одному глотку алкоголя. Не то чтобы Уилл жаловался. — Тебе очень со мной повезло, потому что если бы не я, то сегодня ты бы отмораживал свою задницу на лавочке. — Мне повезло, да, — легко согласился Майк, весело блеснув глазами. Уилл чувствовал его горячее дыхание на своей щеке, потому что они по-прежнему шли непозволительно близко друг к другу. Но это было приятно. С тех пор, как они уехали из Хоукинса, Уилл осознал, насколько сильно мама с Джонатаном разбаловали его объятиями. Сейчас он мог рассчитывать только на такие дни как сегодня, когда у Майка было особо хорошее настроение, и тот становился к нему чуть ближе, чем положено. Касался чуть чаще и дольше, чем обычно. Тот факт, что судьба раскидала их с друзьями по разным концам страны, давался Уиллу тяжело. И даже то, что они регулярно поддерживали общение, не особо помогало с этим справляться. Но по крайней мере у Уилла был Майк. А у Майка был Уилл. И это было самое главное. — И ты даже не скажешь, что тебе тоже со мной повезло? — возмутился Майк, всем телом повиснув у Уилла на руке и с интересом наблюдая, как он боролся с замочной скважиной. — Уилл. Ну пожалуйста-а-а. Уилл проигнорировал его умоляющий скулеж и молча завёл их внутрь. Убедившись, что входная дверь крепко захлопнулась, он потащил Майка к лифту. Их комната была на втором этаже, и ещё никогда прежде она не казалась настолько далеко, как в этот момент. — Что такое? Тебе нужно в туалет? Майк на это заявление громко рассмеялся. Слишком громко, если учесть, что они уже были не на улице, а стрелки часов давно перевалили за полночь. Уилл сердито шикнул, и Майк послушно убавил громкость, продолжив тихо хихикать себе под нос. — Скотина. Ты прекрасно знаешь, о чём я тебя спрашивал, — протянул Майк, решив сделать Уиллу одолжение и нажать кнопку их этажа самостоятельно. — Хм, извини, я слишком пьян, — пожал плечами Уилл, и Майк игриво пихнул его в грудь, после чего моментально вернул свои руки ему на плечи. Тот уже даже не спотыкался и прекрасно мог идти без чужой поддержки… но кто Уилл такой, чтобы с ним спорить? — Тебе придётся быть немного оригинальнее, чтобы выудить из меня комплимент, Майкл. — Ты серьёзно сейчас назвал меня полным именем? Значит, вот так ты хочешь продолжить наш разговор? — театрально ахнул Майк, заставив Уилла прыснуть от смеха. Лифт плавно остановился, и Уилл был безумно благодарен, что их комната была первая по коридору, потому что ему понадобилось всего несколько шагов, чтобы оказаться перед закрытой дверью. — Хорошо, Уильям, что если я тебе скажу, что ты мой самый лучший друг на свете… — Это не считается, ты постоянно это говоришь, — отмахнулся Уилл, из-за чего Майк снова недовольно рыкнул сквозь зубы. Они зашли в их общую комнату, и Уилл включил верхний свет, тихо прикрыв за собой дверь. Парни резко зажмурились от ярких флуоресцентных ламп, и им понадобилось несколько минут, чтобы дать глазам привыкнуть. Наконец, спустя почти целую вечность, Уилл пришёл в себя и повёл Майка к его кровати, рассчитывая отделаться от висящего на нём тела и переодеться в уютную пижаму, вместо жёстких джинсов. — Приложи чуть больше усилий, я прекрасно знаю, что ты можешь, когда хочешь… Уилл повернулся лицом к Майку, уже собираясь бросить в его сторону лукавую ухмылку, но весь его игривый настрой испарился, как только он осознал, насколько близко они сейчас стояли друг к другу. Их носы соприкоснулись, поскольку Майка слегка клонило вперёд, будто он хотел полностью лечь на Уилла. Его улыбка была просто огромной, как и всегда, когда тот был пьян, но в его тёмных глазах сейчас было столько радости и нежности… Это был тот же взгляд, который Уилл уже видел сегодня на улице минутами ранее, но, находясь в такой непосредственной близости, он чувствовал себя жалким тринадцатилетним подростком, который не мог нормально вздохнуть в присутствии объекта своей симпатии. Да, наверное, некоторые вещи действительно никогда не меняются. — Майк, — задушенно начал он, пытаясь звучать как можно серьёзнее. Майк заинтересовано приподнял одну бровь, не предпринимая ни единой попытки отодвинуться чуть дальше, хотя Уилл был абсолютно уверен, что тот должен был почувствовать это слово на своих губах, учитывая, что их лица сейчас были практически вплотную друг к другу. Уилл нервно взмахнул рукой в сторону кровати. — Нам стоит лечь спать, да? Он не знал, почему это прозвучало как вопрос, но Майка это, видимо, не сильно волновало. — Конечно. Не успел он моргнуть, как Майк протянул руку в сторону выключателя, и комната снова погрузилась в темноту. У них была безумно тесная спальня, а Майк был ужасно длинным, что всегда забавляло Уилла, потому что тот мог достать буквально до любого предмета в их комнате, не двигаясь с места. Но смех умер на полпути к его горлу, когда Майк внезапно пихнул его на свою кровать, тут же завалившись сверху на него. Уилл несильно ударился головой о стену, чувствуя, как из легких выбило весь воздух, когда Майк мёртвым грузом приземлился ему на грудь. — Майкл, — просипел Уилл, с силой ударив друга по спине. — Уильям, — весело парировал Майк. Уилл начал извиваться на кровати, и его щёки безжалостно вспыхнули от такого плотного контакта тела к телу. Майк, в свою очередь, лишь спрятал лицо в изгиб его шеи и жалостно пробубнил: — Прекрати двигаться, ты такая неудобная подушка… — Майк, я хочу лечь в свою постель! — возмущённо заявил Уилл, по-прежнему пытаясь выбраться на свободу. Майк соизволил слегка сдвинуть ноги, чтобы они смогли хотя бы снять обувь, после чего ещё сильнее вжал его в кровать, пытаясь уместить их обоих на небольшом матрасе. Уиллу было невероятно тесно. Он чувствовал, как щекотало тёплое дыхание Майка его шею, запрещая себе думать о том, насколько ему нравилось происходящее. Это нужно было поскорее заканчивать. — Майк, я серьёзно. Мы не помещаемся. Мы сломаем кровать. — Боже, пригласи меня хотя бы сначала на кофе, — фыркнул Майк, заставив Уилла покраснеть до такой степени, что на его лице сейчас можно было спокойно жарить яичницу. Майк довольно улыбнулся, явно наслаждаясь тем, что из-за его дурацкой шутки Уилл совершенно потерял дар речи. Он приподнялся на локтях, поставив руки по обе стороны от головы Уилла, и, глубоко заглянув ему в глаза, произнёс: — Уилл. Всё в порядке. Давай просто ляжем спать. — Ты просто невозможный, — устало выдохнул он, встряхнув головой. Уилл хотел улыбнуться, хотел сделать вид, что ничего необычного не происходило, но он чувствовал, как постепенно начинал трезветь. Чувствовал, насколько плотно соприкасалась каждая часть их тела, насколько приятно было находиться в такой непосредственной близости от Майка после… Ну… После того как с Векной было покончено, они начали налаживать отношения только за год до выпуска из школы. Семья Уилла всё же решилась переехать обратно в Хоукинс, когда им удалось сфабриковать правдивую историю «воскрешения» Хоппера. Уилл не любил вспоминать своё первое возвращение домой. Ту нескончаемую дорогу, пустынные блеклые виды из окна, удушающую тишину. Его картину. Каждую ложь, которую ему впоследствии пришлось опровергнуть. Им обоим пришлось сильно постараться, чтобы вернуться к нормальным дружеским отношениям, и Уиллу иногда казалось, что стоит ему сказать одно неверное слово, как всё снова рассыплется вдребезги. И даже постоянные заверения Майка, что всё было в порядке, что их связь была такой же как прежде, если не крепче, мало успокаивали его потрёпанные нервы. Уилл просто… он не хотел ничего испортить. — Мы до сих пор в верхней одежде. И в джинсах. Твои простыни завтра будут ужасно вонять. — Я могу справиться с этими последствиями, — невозмутимо пожал плечами Майк и наклонился чуть ближе — так, что их носы опять соприкоснулись. Уилл тяжело сглотнул, мысленно умоляя всех святых, чтобы его румянец было незаметно в относительной темноте спальни. Майк сонно зевнул ему прямо в губы, после чего невесомо прислонился своим лбом к его и мягко шепнул: — Просто расслабься, Уилл. Всё в порядке. Это всего лишь я. Уилл бы очень хотел ему ответить, что в этом как раз и заключалась основная проблема, поэтому подобные слова мало его утешали, но, скорее всего, тогда ситуация станет ещё более неловкой. Было такое ощущение, что Майк не замечал, как сильно Уилл был сейчас напряжён. А если и замечал, то он, видимо, решил всё списать на то, что Уилл просто не хотел спать в чужой кровати. Майк ведь знал, что он гей. Разве он не понимал, что делает? Уилл не хотел, чтобы из-за него Майк чувствовал себя неуютно. Да, их дружба всегда включала в себя абсурдное количество физического контакта, но даже для них это было слишком… интимным. Уилл искреннее не знал, как ещё он мог убедить Майка сжалиться над ним, потому что судя по упрямо сжатым губам его лучшего друга, тот явно не собирался его никуда отпускать. Поэтому… — Ладно, — обречённо кивнул Уилл, заметно вздрогнув, когда кончик его носа коснулся носа Майка. Тот с энтузиазмом кивнул в ответ, и Уилл заставил себя приложить все оставшиеся силы, чтобы расслабиться и перестать думать о своих совершенно неуместных чувствах. Он сделал глубокий рваный вдох и продолжил: — Ладно, хорошо. Сегодня твоя взяла. Но если ты свалишься с кровати, то я не виноват. — Я не свалюсь, — невнятно буркнул Майк и наклонился ещё ближе, если такое было вообще возможно. Следующее предложение Уилл почувствовал уже на своих губах: — Спокойной ночи, Уилл. Он собирался было открыть рот, чтобы пожелать доброй ночи в ответ, или хотя бы попросить Майка перелечь в менее компрометирующее положение, но чужие губы, настойчиво прижавшиеся к его, не дали ему такой возможности. Майк целовал его. Секунду, две, три, пять… целых семь секунд, после чего он слегка съехал на бок, плотно вжавшись лицом Уиллу в грудь. Ну. Блять. Уилл не мог уснуть на протяжении нескольких следующих часов, истерично пытаясь осознать, что между ними произошло, но в его голове, как назло, не осталось ничего, кроме белого шума. Утром он проснулся от яркого солнечного света и отборного мата Майка, который ковылял к окну, чтобы задёрнуть шторы. Когда тот повернулся обратно к кровати и заметил широко распахнутые ошалевшие глаза Уилла, то едва заметно улыбнулся и пробубнил: — Подвинься. Уилл честно пытался с собой что-то сделать. Пытался перестать вести себя как влюблённый идиот, пытался перестать пялиться на заспанного Майка, пытался заставить себя перелечь, встать с кровати… что угодно! Майку явно надоело ждать от него какой-либо реакции, поэтому он, едва слышно буркнув себе что-то под нос, самостоятельно отпихнул Уилла к стене и лёг рядом, обняв его одной рукой за талию. Секунда тишины, после чего Майк жалостно протянул: — Чёрт, у меня раскалывается голова. Уилл не смог себя сдержать и громко рассмеялся, заставив Майка ещё сильнее поморщиться от боли. Он твёрдо решил забыть о поцелуе. Майк — придурок, который сейчас не мог отличить верх от низа и право от лева, не то что вспомнить события прошлой ночи, когда он был пьяный в хлам. Боже, Уилл был влюблён в полнейшую катастрофу.***
Второй поцелуй
***
После той вечеринки всё вернулось на круги своя. Майк ни разу не упоминал поцелуй, а Уилл был готов скорее умереть, чем добровольно рассказывать ему о той небольшой случайности. Ему так было спокойнее. За последние годы он научился особо не зацикливаться на внезапных всплесках повышенного внимания со стороны Майка, именно поэтому Уилл решил не ломать себе голову по поводу очередного импульсивного инцидента. Возможно, ему стоило переживать. Возможно, он должен был думать об этом ночами напролёт, прокручивать в голове разные фантазии и паниковать каждый раз, когда Майк смотрел в его сторону. Возможно, ему действительно нужно было начать волноваться, поскольку Майк внезапно решил, что целоваться с его лучшим другом-геем было вполне нормально, раз они оба парни. В таком случае, Уилл тем более не горел желанием проводить с Майком беседу по поводу того, как работали подобные вещи, поэтому избегать этой темы в принципе было самым оптимальным вариантом. К тому же, Уилл совершенно не возражал навсегда забыть об этом несчастном случае. Потому что это было просто… ладно, одна из проблем была в том, что Уилл абсолютно не понимал, что это было. Он знал, что тот поцелуй определённо точно не был романтичным. Чёрта с два. Уилл строго запретил себе даже задумываться о такой возможности, ведь это был слишком скользкий и прямой путь к самообману. А он не занимался подобными вещами. Скорее всего, жизнь была бы намного веселее, если бы он мог забить себе голову иллюзиями и несбыточными надеждами. Но, к огромному несчастью для Уилла, он родился пессимистичным реалистом с нездоровой тягой к самоуничижению. Не то чтобы его это сильно беспокоило. Ещё одной вещью, которую Уилл для себя понял, было то, что этот поцелуй был совершенно не таким, как он себе представлял. В те редкие моменты, когда он позволял себе мечтать, что возможно однажды, благодаря какому-то абсолютному чуду, Майк ответит ему взаимностью, Уилл представлял… Да, наверное, это было глупо, но поскольку речь шла о Майке, он всегда думал, что перед их первым поцелуем тот обязательно провернёт какой-то широкий жест. Возможно, признается в своих чувствах и скажет Уиллу всё то, что он так долго мечтал услышать. По правде говоря, поцелуй был просто отвратительным. От Майка жутко несло спиртом, а Уилл лежал бревном на протяжении всех семи секунд, пытаясь не обращать внимания на то, как скручивало его живот от мерзкого коктейля из шока, нервов и щедрой порции дешёвого алкоголя. И, может быть, это было даже к лучшему. Возможно, Майк Уилер — его лучший друг, в которого он был влюблён сколько себя помнит — на самом деле был пустоголовым придурком, который совершенно не умел целоваться. И это было нормально. Их отношения никак не изменились. Они по-прежнему жили в одной комнате. Они всё так же ходили каждую пятницу после занятий в кино, деля одно ведро попкорна на двоих и тайно пронося с собой несколько банок газировки. Каждую среду они как обычно встречались в библиотеке в их общее свободное время, молча подтягивая хвосты по учёбе и передавая между собой термос с заранее приготовленным кофе. Периодически они даже спали в одной кровати, поскольку их обогреватель не всегда хорошо работал, а Майк прекрасно знал, что Уилл терпеть не мог холод. Иногда, на долю секунды, Уилл позволял себе притворяться, что их отношения не были сугубо дружескими. Но в тот же момент его с головой накрывало жуткое чувство вины, что он фантазировал о Майке в таком ключе без его согласия. Именно поэтому подобные мысли были очень редкими и мимолетными. Каждый раз у него щемило грудь от осознания, что эти мечты навсегда так и останутся мечтами. Но затем он поворачивался к Майку, который смотрел на него всё тем же искренним нежным взглядом с огромной идиотской улыбкой на губах, и боль постепенно утихала. Он мог с этим справиться, довольствуясь хотя бы небольшим кусочком Майка в своей жизни. Этого было больше, чем достаточно. Сегодня была пятница, и они решили остановиться в недорогой забегаловке рядом с их колледжем, чтобы поужинать после еженедельного похода в кино. Майк настоял на том, чтобы они взяли заказ с собой, вместо того чтобы сидеть в заведении, и когда Уилл спросил почему, тот лишь загадочно пожал плечами и начал увлечённо изучать меню, которое они оба знали наизусть. — Не знаю, — усмехнулся он, взглянув на Уилла из-под длинных ресниц. Майк наклонился почти через весь стол, чтобы их лица оказались на одном уровне, и едва слышно добавил: — Наверное… Я хочу, чтобы сегодня ты был полностью в моем распоряжении. От такого неожиданного заявления челюсть Уилла чуть не встретилась с полом, и он, еле собирая слова в предложения, промямлил: — Я… эм. Я… мы. Мы видимся каждый день, Майк. Мне приходится иметь дело с твоими грязными носками уже второ… вообще, нет. Мне приходится иметь дело с твоими грязными носками каждый день с тех пор, как мы познакомились. Майк снова неопределённо повёл плечами, после чего его губы изогнулись в самодовольной улыбке, которая ещё сильнее сбила Уилла с толку. — Это другое. О, наш заказ готов. Пошли, я умираю с голоду. Господи Иисусе. Уилл решил списать такое странное поведение Майка на то, что у него сегодня было просто слишком хорошее настроение. В кинотеатре не было новых премьер, именно поэтому им пришлось смотреть «Оно» уже, наверное, десятый раз за этот месяц. Да, это был не самый подходящий фильм для поднятия предрождественского настроения, учитывая, что ноябрь стремительно подходил к концу. В этот раз осень обошлась без монстров из потусторонних измерений, если не считать нескольких кошмаров, от которых Уилл до сих просыпался в холодном поту. Ему теперь каждый год приходилось справляться с юбилейным синдромом, но это не мешало Уиллу наслаждаться их уже ставшим привычным распорядком недели, который включал в себя обсуждение недавно просмотренного фильма каждую пятницу. У них до сих пор были достаточно смешанные чувства по поводу этой адаптации. Майк в принципе был не особым фанатом книги, а Уилл должен был признать, что другие работы Стивена Кинга ему нравились больше, хотя первый раз он прочитал оба тома практически залпом. После каждого просмотра экранизации, они зацикливались на новых, почти незначительных деталях, перекидываясь между собой разными мнениями, словно это был мяч на уже довольно затянувшемся теннисном матче. Парни говорили об этом всю дорогу до общежития, не прекратив спор даже тогда, когда они зашли в свою комнату и начали нетерпеливо разбирать из пакета остывающую еду. Они сели рядом друг с другом на пол, слегка соприкасаясь локтями и коленями. Майк активно жестикулировал руками, пока пытался доказать свою точку зрения, и его бургер от встречи с полом отделял всего один неверный взмах запястья. — По крайней мере первая половина была страшная, — произнёс он, заставив Уилла прыснуть себе под нос и едва не поперхнуться при этом колой. Майк недовольно сузил глаза, пригрозив: — Даже не начинай… — Там не было ничего особо страшного, Майкл, — пожал плечами Уилл, наблюдая за тем, как Майк обиженно фыркнул и закатил глаза. Уилл весело усмехнулся и, слизнув острый соус с губ, продолжил: — Серьёзно, мне кажется, что почти каждая сцена была достаточно пресная и даже ожидаемая… — Это у тебя просто слишком завышенные ожидания! — возразил Майк, на что Уилл решил ничего не отвечать и только молча откусил ещё один кусочек своего бургера. — Слушай, там есть интрига. Начало держит тебя в постоянном напряжении! И даже не спорь, что клоун не был страшным! Спроси кого угодно, они со мной согласятся, поэтому твоё предвзятое мнение, когда дело касается ужастиков, не считается… — Предвзятое мнение? Ты хочешь сказать, если я не боюсь клоунов, то это значит, что я отношусь к фильму предвзято, Майкл? — Мне не нравится, как ты используешь моё полное имя, словно от этого твой аргумент станет более весомым, — недовольно цокнул языком Майк, но широкая искренняя улыбка и веселящиеся искры в карих глазах портили впечатление его напускной обиды. Он даже отложил свою еду в сторону, явно проникшись их обсуждением. — Тебе разве не кажется, что сцена с Джоржди была как минимум жуткой? Хотя бы это признай! Уилл устало закатил глаза и, сделав очередной глоток колы, выдохнул: — Майк, мы видели вещи и похуже. Ты ведь помнишь Истязателя Разума, да? Или Генри Крила? Вот он выглядел жутко. Намного страшнее обычного клоуна как по мне. — Мы не говорим сейчас о реальном мире, Уилл. Ну же, так не честно, — настаивал Майк. Он резко схватил Уилла за запястье и как следует его встряхнул, видимо решив, что так его мысль дойдёт быстрее. — Суть фильма в том, чтобы извратить и разрушить образ из нашего детства, Уильям… — Ах, значит, когда ты так делаешь, то это нормально? — …нам придётся снова потратить два часа, чтобы пересмотреть его в сотый раз! — заявил Майк, театрально вздохнув и упрямо дёрнув Уилла за запястье, игнорируя его смех. — И в следующий раз, когда мы будем его смотреть, я хочу, чтобы ты забыл обо всех предрассудках и дал этому фильму шанс. Ну же, Уилл, тебе ведь понравилась книга, полдела уже сделано, я даже не… Майк так и не закончил свою мысль, внезапно опустив взгляд куда-то в район губ Уилла. Он до этого даже не осознавал, насколько близко они сидели. Уиллу сейчас не составляло труда разглядеть небольшие янтарные вкрапления в карих глазах и маленькие созвездия веснушек, которые обычно было видно только на солнце. Он тяжело сглотнул, поскольку Майк себя вёл немного… ну. Тот сейчас чуть ли не лежал сверху на Уилле, даже не пытаясь скрыть того, что он откровенно пялился. И, да, хорошо, Уилл к такому привык, но подобное поведение было слишком неприкрытым даже для Майка. Уилл приоткрыл рот, собираясь духом, чтобы спросить, всё ли было в порядке, потому что у него постепенно начинала кружиться голова от замешательства. Но, прежде чем он успел хоть что-то сказать, Майк наклонился вперед, сократив ничтожное расстояние между ними и решительно прижавшись своими губами к его. Уилл резко замер, наблюдая широко распахнутыми глазами за тем, как ресницы Майка щекотали его щёки. С его губ сорвался небольшой испуганный писк. По какой-то совершенно непонятной причине Майк придвинулся к нему ещё ближе и слегка приоткрыл рот, из-за чего по спине Уилла побежали мелкие мурашки. Майк прошёлся кончиком языка вдоль уголка его рта и… И на этом всё закончилось. Уилл тупо смотрел на то, как Майк непринуждённо сел на своё место и ласково заглянул ему в глаза, улыбаясь так же весело и открыто, как и во время их спора. Майк демонстративно облизнул губы, и Уиллу пришлось приложить все свои оставшиеся силы, чтобы не завизжать от ужаса. — Извини, ты немного заляпался горчицей, — пояснил Майк, схватив бургер свободной рукой, поскольку он так и не отпустил запястье Уилла. Более того, большой палец Майка сейчас нежно вырисовывал круги на его коже, и это незамысловатое действие одновременно успокаивало и заставляло нервничать ещё сильнее. — Так вот, на следующей неделе мы опять пойдём на «Оно», поэтому настраивайся, Байрес. Никаких оправданий, я хочу, чтобы ты забыл о реальном мире и полностью погрузился в сюжет… Уилл его практически не слушал, изредка кивая головой и смеясь, когда ему казалось это уместным. Что, блять, только что произошло? Он… а? Ему это снилось? Майк где-то успел напиться, а он не заметил? Какого чёрта? Уилл чувствовал, как у него начинала болеть голова, поэтому он молча доел свой бургер, позволив Майку продолжить о чём-то безостановочно болтать, чтобы заполнить тишину. Тот, видимо, заметил изменившееся настроение Уилла, потому что после того, как они убрали за собой мусор, Майк снова аккуратно взял его за запястье и обеспокоенно спросил: — Эй, ты в порядке? — Да, всё хорошо, — ответил Уилл несмотря на то, что всё было явно не хорошо. Он до сих пор чувствовал, как горели его губы в тех местах, куда его целовал Майк. И Уилл был не уверен расстраиваться ему по этому поводу, или наоборот, радоваться, или что? — Я просто немного устал. Майк знал, что это была неправда, но решил не настаивать. Вместо этого он отвёл взгляд в сторону, и на секунду на его лице промелькнуло что-то отдалённо напоминающее вину. Что? — Давай тогда ложиться спать. Я уверен, что завтра утром тебе станет лучше. Уилл согласно кивнул и сделал небольшой шаг в сторону своей кровати. Но Майк безмолвно потянул его за руку, уводя на свою сторону спальни. Он робко ему улыбнулся, застенчиво спросив: — Ты не против? Я немного замерз. Это была наглая ложь. Их обогреватель сегодня прекрасно работал. Но вспомнив то необычное выражение лица Майка, Уилл решил, что тот таким образом пытался его утешить, не вникая особо в подробности. Это было очень глупо и мило, как, в принципе, и всё остальное, что касалось Майка, поэтому Уилл решил особо не переживать по поводу поцелуя. Пока что. — Да, хорошо, — пробубнил он, забравшись на кровать и позволив Майку укрыть их одним одеялом. Он почти не обратил внимания на то, как Майк обнял его за талию и придвинулся чуть ближе, потому что это было нормально. Это было привычно, пускай Уиллу по-прежнему хотелось кричать от такой близости. Хотя опять же, в последнее время Майк постоянно вытворял что-то такое, из-за чего ему хотелось кричать. Чёрт возьми.
