Увидеть мгновение чувств

      От лица Тобирамы Прошло с того инцидента два с половиной месяца, а от учих нет ни слуху, ни духу. Я думал, что сразу же буду убит Мадарой, как только попаду ему в поле зрения или он сам меня найдет. Я ждал и надеялся, что этот ад закончится после моей смерти, но шинигами, в лице старшего Учихи, будто забыл обо мне. После смерти Изуны, от моих рук, я начал сходить с ума. Сначала слышал его злой смех в тишине ночи, а днём по всюду мелькала тень с веером на спине и чёрным хвостиком, а затем он начал появляться предо мной во снах. Он смеялся и зубоскалил, называл убийцей и тварью, потомком демона, которому не должно было рождаться, грозился разорвать тело и душу на части, и разбросать их по всему свету. Теперь же я видел его и днем, он приходил и говорил со мной, его голос был сладок, а слова были раскаленными гвоздями, столь же ржавыми и обжигающими. Изуна рассказывал о том, как прекрасны омеги с которыми он делил ложе, и как ему противно смотреть на меня. На мое изуродованное в боях тело, на тренированные как у альфы мышцы, а шрамы на лице он называл мерзостью. Я понимал, что это говорит не Изуна, а мое больное сознание, но каждое предложение, слово, врезались в сердце и драли его словно дикие звери. Мое ментальное и физическое состояние ухудшалось с каждым днём. Я почти перестал есть и спать, полностью погрузившись в работу старался забыть, прожить хоть день дольше и не прервать жизнь собственной катаной. Ради брата я должен прожить чуть дольше. Постепенно все начали замечать что-то не ладное. Старейшины смотрели с надеждой на мою скорую кончину, а остальные с деланным беспокойством. И только мой брат знал, что со мной, и что осталось мне недолго. И вот наконец-то Учихи появились, во главе, как всегда, Мадара. Под глазами чёрные синяки, всегда растрёпанные волосы были в ещë большем беспорядке и красные, не от шарингана, глаза испугали даже меня. Как-то стало даже жалко этого ало-глазого демона, но я знал, кто виноват в его плохом состоянии, я. В ожидании удара, наш отряд, во главе которого стоял Хаширама, достали катаны и сюрикены. Но Мадара Учиха вышил вперëд и сказал то, что ни кто из нас не ожидал: — Клан Учиха предлагает перемирие. Но с одним условием, главные ветви семей должны обручиться.       От лица Мадары Как же меня всë это достало. Я устал как проклятый, лучше бы помер. Воевать два с половиной месяца с собственным кланом и братом, это ад во плоти. После того как Изуна очнулся он, сказал, что нашёл истинного и это Тобирама Сенджу. ТОБИРАМА, эта ледышка и он же АЛЬФА. Нет я слышал о подобном и не раз, но не мог и представить, что такое могло произойти с моим братом. Ну ладно пусть альфа, но это же ТОБИРАМА. На все аргументы Изуна лишь ехидненько смеялся. И ещё эта зараза представила три варианта развития событий: 1. Изуна уходит к своей паре. То есть к Сенджу, моего милого и доброго младшего братика. Не позволю! 2. Изуна забирает из клана свою пару. То есть похищает Тобираму из клана Сенджу. То же плохо. Хаширама со всей своей дружелюбностью за это убить может не только меня, но и клан. Не походит! 3. Кланы Учиха и Сенджу подписывают мирный договор и залогом будет бракосочетание Тобирамы и Изуна. Ну это уже лучше. Раньше вся загвоздка была в не желание моего брата помогать направлять клан в мирное русло, но теперь всё изменилось. Вот только большая часть работы упала на меня, по причине того, что Изуне запрещено вставать с постели месяц, если бы не это закончили быстрее. Мы уже даже подготовили всë к венчанию, осталось только согласие Сенджу, а они не откажут, если не вмешается этот белобрысый. И теперь стою я перед лесным кланом предлагаю перемирие, и наблюдаю за братом Хаширамы. Мне аж жалко стало эту нечисть. Кожа словно прозрачная, глаза потухшие, как будто неживые, нездоровая худоба. А его вообще кормят? Или это он так переживает из-за того что сделал? Похоже на то. Неожиданно это полуживое вышло вперëд и спросило: — Подойду ли я, Тобирама Сенджу, ОМЕГА, брат главы Сенджу, Хаширамы Сенджу? Сначала мне показалось, что я ослышался. Огляделся, удивление было написано на лицах всех присутствующих как Учих, так и Сенджу. Только у Хаширамы было обеспокоенное выражение лица. Нет не послышалось. То-то Изуна был таким довольным, а на заявление, что Тобирама — альфа ехидно смеялся. Просто он ОМЕГА. Блин и как это можно было не заметить? Хотя если даже его клан не знал, то что говорить о нас. Нельзя более затягивать с ответом, но его дал уже не я: — Тобирама Сенджу, омега, согласен ли ты на кандидатуру, Изуны Учиха, альфы, в свои будущие мужья? Ведь тогда тебе придётся переселить в мой клан и в мой дом? Изуна медленно вышел из-за спин товарищей и показывая себя во всей помятой красе. Со стороны Сенджу послышался сип, посмотрев туда, я увидел, как до этого безэмоциональный Тобирама хрипя и сипя, садится на землю. На его лице было написано радость и страх, надежда и боль. — Ты жив? — задал ещё больше побелевший «белый демон». — А ты думал, что я помру? — ехидничал Изуна. — Да. Ну теперь понятно почему он себя до такого состояния довëл, ведь убить собственную пару даже самому ненавистному человеку не пожелаешь.       От лица Изуны Все обсуждения и договоры продлились ещё пару дней, всë же я очень сильно хотел побыстрее закончить со всеми документами и наконец сыграть свадьбу. А со стороны Сенджу был их глава, Хаширама, что своим энтузиазмом подгонял всех, за что я ему был благодарен. Тобирама от меня бегал, ну ничего, совсем скоро эта зараза, от меня никуда не денется. Всë больше начал замечать сочувствующие взгляды соплеменников в сторону моей пары. Завтра, всë завтра будет наша с ним свадьба, и судя по запаху завтра будет и течка у МОЕЙ ОМЕГИ.