Осенние листья на мокрой земле

Глава 4 «Надену я Белую Шляпу, поеду я в город Анапу» В Питере дождь со снегом или снег с дождем. Холодно, темно и сыро, и все в отделении шмыгают носами и кашляют. Совершенно неподходящая обстановка для Игоря Грома. А тут, в Анапе – теплое осеннее солнце и желтые листья. - Золотая осень в конце ноября. - А знаешь, что общего между осенью Питерской и южной? - И что? - Осенние листья на мокрой земле. Накануне был дождь, но когда Хазин и Гром вышли из самолета, их ослепило совершенно южное, даже в ноябре солнце.       Набережная длинная – гулять можно хоть весь день. Народу мало, уже не сезон. Хотя туда выбирались только во второй половине дня, по утрам было лечение. Игорь уговорил Петю оплатить для себя хотя бы бассейн с морской водой. - А то – побывать у моря и не поплавать. Непорядок. - Верно. Жаль, в бассейне полно народу, не подурачишься вдвоем. Игорь плавает размашистыми гребками. Петя подныривает и хватает его за ноги. И старается не смотреть туда, где на груди виднеется шрам от пулевого. Но все-таки смотрит. Игорь ловит его взгляд, улыбается чуть виновато. Кроме бассейна еще уйма процедур – соляная пещера, которая на самом деле никакая не пещера, а обычная кабинка с аппаратом для того, чтоб дышать. Массаж, обертывания, какие-то хитроумные ванны. Хазин ждет Игоря в коридоре, залипает в телефон. Процедуры, как ни странно, выматывают силы похлеще физической нагрузки. Или это Игорь так ослаб в больнице? Во всяком случае, сил хватает только на то, чтобы пообедать, дойти до дома и упасть на кровать. - Тихий час – как в садике, - шепчет Петя, укрывая Игоря одеялом и заползая под бок. Он и сам не прочь подремать, чтоб, проснувшись чуть раньше, разбудить любимого нежным поцелуем. А после сна, точно, как в садике, чай с печеньем и прогулка. Соленые брызги хлещут по волнорезам, чайки летают над волнами. И пахнет… этот запах не спутаешь ни с чем. Морем, немного рыбой и водорослями. - Надену я белую шляпу, поеду я в город Анапу - звучит из кафе на берегу. - Могу себе представить, как тут летом, - сказал Игорь. - Летом? Толпы народу и жара, тебе бы может и понравилось, а я не в восторге, - хмыкнул Петя, - уж лучше сейчас. Некоторые люди, особо закаленные, еще плескались в теплые солнечные дни. Точнее, заходили, охали и бежали обратно из воды на берег. Но Игорю врач запретил такие купания, сказав, что бассейна вполне достаточно. Гром и не возражал. Вообще, он изменился после того, как побывал «на краю». Пете казалось, Игорь стал более задумчивым, более серьезным, что ли. И больше прислушивался к себе. Хазин в такие моменты обнимал Игоря, даже если это было на той же набережной или в кафе, где столики стояли прямо у моря. И плевать, что смотрят. Пускай смотрят пускай завидуют. Такой Гром есть только у него, у Петьки. И непонятно, чем он заслужил это чудо. А Игорь, уткнувшись носом в родную макушку, пахнущую чуть-чуть шампунем, чуть-чуть водой из бассейна, думал, что если б не было Пети, лежал бы он сейчас на том же кладбище, где похоронен отец. Потому что дорога к морю была той самой дорогой, по которой уходят в вечность. И только Петя удержал его на этом свете.

***

- М-м-м, Петь, как вкусно! Готовят они дома, чтоб поужинать, правда, дело ограничивается пельменями или наггетсами. А еще тут продают свежие овощи, фрукты – совсем не такие, как в Питере. Игорь сам научился строгать салат из огурцов и помидоров. - М-м-м, как вкусно. Горь, я ел во многих ресторанах, но уверен на все сто, твой салат куда вкуснее. - Ешь, давай. Отощал весь. - Дядь, да я всегда был таким.       Вечерами прохладно, от моря тянет туманом. Все-таки осень дает о себе знать даже в этом благословенном краю. Но оба даже не думают сидеть взаперти. Парк в Анапе живописный, можно пройтись по дорожкам, полюбоваться фонтанами, пока их еще не закрыли на зиму. И только пару дней, когда разыгралась непогода, решили отменить прогулки и устроить «марафон валяния в постели». - Петь, ты чего такой сладкий? - Не знаю, вроде родители кондитерами не были. Отец уж точно. Хазин смеется, но как-то невесело. Не может забыть вечные разлады родителей, испуганно-ласковую маму и властного строгого папашу, который был попросту домашним тираном. Игорь целует его мягко, но настойчиво, отвлекая от этих мыслей. Игорь все понимает.

***

- Смотри, я нашел камешек с дыркой. Море штормом выбросило, наверное. У Игоря на ладони морской сувенир. Маленький камушек, овальной формы, а дырочка, словно ее нарочно просверлили – в верхней части. - Дома на цепочку повешу. И буду жить с камнем на шее. Петя убирает подарок Игоря и моря в карман. Этот камешек станет его талисманом. И – кто знает, может когда-нибудь отведет от него шальную пулю? А пока они сидят, укутавшись в пледы, в уютном летнем кафе. Крепкий эспрессо отчего-то тоже пахнет морем. Кофе и морем одновременно. - Разве так бывает, Горь? - Конечно, радость моя. Еще как бывает.