Один второй шанс

      Постепенно ко мне возвращались мои прежние чувства, как происходит после потери сознания.       - Слава богу, живой!       Я повернул голову и через разбитое стекло увидел мужчину средних лет армянской национальности, в рабочей форме водителя. Все еще плохо соображая, я оглядел персону, суетящуюся около моей машины:       - Вы кто?       - Водитель грузовика, под колеса которого ты только что бросился на своей машине.       - Точно, грузовик... - теперь я вспомнил аварию и то, как только что вернулся с того света.       Боже, это все мне не снилось. Это реально происходит со мной. Я окончательно пришел в себя и понял, что абсолютно здоров. На мне не осталось ни единого повреждения и это после таких-то полетов. Единственное: странное чувство жжения в левой руке.       - Ты что, мужик, пьяный? Так, я звоню в полицию и скорую, пусть решают, что с тобой делать.       "Уже решили..."       - Стой, стой, стой... - Спохватился я и выбрался из машины, дверь которой смогла открыться только после удара в нее ногой. - Слушай, видишь, я цел. Мне не нужны лишние проблемы, тебе, думаю, тоже. Давай разойдемся с миром. В конце концов, я разбил только свою машину, с этим я сам разберусь.       Было видно, что мужик не очень-то хочет дожидаться полицию и влезать в разборки. Тем более, не факт, что если покопаться в документах на его грузовик, там все будет чисто. Поэтому, как и ожидалось, сильно настаивать он не стал.       - Ладно. Я смотрю, мужик ты приличный и не особо пострадал. Бывай, только под колеса больше не бросайся. А то так и на тот свет отправиться можно.       На тот свет, ага, как же. Слушать подобные речи было забавно, хоть я и осознавал, что любой на его месте сказал бы то же самое.       Мужчина поднялся обратно к дороге, сел за руль своего транспорта и довольно быстро скрылся из виду. Я все еще стоял возле своей разбитой машины, не понимая, что делать дальше. И тут, я снова почувствовал жжение в руке. Я расстегнул запонку, поднял рукав и онемел. На коже, чуть выше запястья, будто ожогом виднелась надпись "7 дней". Только я успел ее прочитать, как она тут же бесследно исчезла, словно никогда и не была. "Столько дней мне осталось, чтобы изменить жизнь", - понял я. Поверить в произошедшее было до сих пор очень сложно. Хоть я и отлично помнил все свое пребывание в том мире, это казалось скорее страшным сном, чем жестокой реальностью. Если бы не возникшая на руке печать, через какое-то время я бы действительно подумал, что просто потерял сознание.       Делать было нечего. Машина разбилась напрочь, и ремонт вряд ли бы помог. С ней я решил разобраться позже. Осмотрев свою одежду, порезанную осколками стекла, я понял, что для начала надо попасть домой, переодеться и поспать. Я чувствовал невероятную усталость и слабость, по всей видимости, из-за моих недавних путешествий в "другие миры". Я полез обратно в машину через открытую водительскую дверь, достал свой потрепанный в аварии портфель и вытащил из него предмет, который пять минут назад лишил меня жизни. Вправду говорят, гаджеты - это зло!       - Слава богу, хоть телефон не разбился...       Я просмотрел пропущенные вызовы. Три звонка, все от Светланы. Надо будет узнать, что она хотела. Но для начала, домой. До дома осталось пара километров, я вызвал такси. Наверное, водитель сильно удивился моей растрепанной внешности, однако довез без вопросов. Через полчаса я, наконец, добрался домой. Как приятно было снова здесь оказаться. Но вскоре я понял, что не очень-то и рад возвращению сюда. После такого приключения я чувствовал себя особенно вымотанным и разбитым, однако пока был не дома, не ощущал этого в полной мере, отвлекаясь на другие проблемы. Сейчас я отвлечься не мог, и, из-за чувства расслабленности, мне в голову лезло все больше разных мыслей.       Над письменным столом в моей спальне висел календарь с передвижным окошком. У меня была привычка переводить его по утрам. Красный квадратик выделял 19-е число.       "Сегодня 19 октября. Значит, точка отсчета начинается с 19 октября 22 часов 7 минут, как и сказал судья. А отсюда следует... - я задумался, бегло просмотрев числа. - Мой срок выйдет 26 октября в 22:07."       Я обреченно выдохнул, бросил портфель на письменный стол и, не раздеваясь, упал на кровать, думая о том, как быть дальше.       "Значит, жизнь после реально существует... - я сжал пальцами переносицу. До сих пор казалось, что все это мне приснилось, что не было никакой аварии, смерти и воскрешения. И только разбитая машина, до сих пор валяющаяся в кювете, да порванное пальто напоминали о случившемся. Я уставился в потолок. - И что мне делать теперь? Говорить о том, что произошло, точно никому нельзя. Все равно не поверят. Судья сказал мне найти счастье, исполнить мечту, понять, чего хочу от жизни... И все это за одну неделю. Звучит, как бред, будто фильмов насмотрелся... Если бы еще знать, чего я хочу больше всего. Я не привык думать о чем-то, кроме работы и планирования завтрашних дел в ежедневнике. Пожалуй, если действительно забыть о работе, у меня и правда много желаний. Но что именно он имел в виду? Что-то конкретное? Если хочу жить дальше, то нужно срочно начинать что-то менять в своей жизни. Иначе, через неделю, как воскресили, так и заберут обратно".       Лежа на спине, я поднял над собой левую руку и спустил, до сих пор расстегнутый, рукав. Печати на руке не было. "Странно, что исчезла..." - подумал я и провел ладонью по месту, где раньше была надпись.       - Двадцать два-ноль-семь... - произнес я по памяти. - Значит, завтра в это время пройдет уже ровно день... А что я буду делать в этот день, даже не представляю. А ведь еще и работа... - Я прижал руки к лицу и потер уставшие глаза. - Да хватит! - стал ругать я себя. - Хотя бы сейчас надо выбросить работу из головы!       "Вот до чего я докатился. Разговариваю сам с собой. Если срочно не отвлекусь от этих мыслей, к утру точно сойду с ума, и меня заберут «туда» раньше, чем через неделю".       Спать я не мог и стал думать, чем заняться. Тем временем, стрелки на часах уже перевалили за полночь. Я вспомнил о Свете, которая отчаянно пыталась мне дозвониться, и понял, что так и не перезвонил ей. Вдруг она хотела сказать что-то важное. Я встал с кровати и взял свой портфель со стола. Открыл, чтобы достать телефон, но сразу же мне попали под руку документы. Я вспомнил, что взял с собой жалобу, на которую нужно было дать ответ. Но работать абсолютно не хотелось, я впервые в жизни был готов доверить выполнение работы любому сотруднику, лишь бы не делать ее самому. Я достал сотовый и снова зашел в пропущенные, глядя на Светланин номер. Что же делать? Ведь уже очень поздно. Разумно ли звонить ей в такое время, она, верно, спит. Я привык всегда быть один: когда я не работал, я от всех отдыхал, а когда не отдыхал - работал. Третьего было не дано, и я не привык ни с кем разговаривать о чем-то, кроме работы. Но сегодня я не мог больше оставаться наедине со своими переживаниями, и безумно хотелось их с кем-то разделить, а звонить было некому. Внезапно мне пришло осознание того, что за всю жизнь я даже не завел друзей. Со всеми, с кем я общался, у меня были рабочие отношения. Даже Света была мне не так близка, как иногда хотелось бы. После нескольких минут обдумывания я все же решил набрать номер.       - Алло... Александр Геннадиевич? - раздалось спустя нескольких гудков. Голос на той стороне трубки звучал удивленно и неуверенно.       - Да... Извини, что поздно, я просто... - только сейчас я понял, что абсолютно не подумал о том, что буду говорить, если она все же возьмет трубку. - Был на работе до сих пор. Телефон, он... разрядился, поэтому я не мог позвонить. Я тебя разбудил?       - Нет, я не спала. Даже хорошо, что вы позвонили.       Мне послышались смущенность и радость в ее голосе.       - Ты что-то хотела?       - Я... На самом деле я хотела... узнать, нужна ли вам помощь с работой.       "Снова говорит про работу, делает паузу, словно боится сознаться в чем-то. Неужели я настолько зарекомендовал себя одержимым работой, что ко мне даже подхода другого нет. Хотя... Кому я вру? Так и есть".       - Знаешь, а я решил взять отпуск с завтрашнего дня...       "И когда это я решил? Что я несу? А вообще, отпуск действительно теперь не помешает. Иначе, так и не удастся заняться собой".       - Правда? Это же здорово. Вам уже давно необходимо отдохнуть.       "Да, верно. Как хорошо, что ты меня понимаешь".       - Завтра заеду в фирму, завезу кое-какие бумаги, а дальше вам придется справляться без меня.       " Мда... Возможно уже все время..."       - Можете не волноваться, все будут очень стараться. Так что после вашего возвращения вы будете довольны. - Кажется, она сейчас улыбалась.       - Хорошо.       "Очень надеюсь, что мое возвращение все-таки настанет". Пока я задумался об этом, она, видимо, решила, что мне было больше нечего сказать.       - Ну-у, ладно... Тогда... Спокойной ночи?       - Спокойной ночи.       Я знал, она сейчас положит трубку, мне хотелось остановить ее, хотелось чуть дольше послушать ее голос. Когда телефон отключится, я снова останусь один, а я абсолютно не желал возвращаться к одиночеству.       - Света? - поспешно позвал я.       - Да?       - Я хотел спросить... В чем, по-твоему, заключается настоящее счастье?       По всей видимости, она не ожидала такого вопроса: он поставил ее в тупик и, возможно, вызвал странные подозрения. Но после недолгого раздумывания снова зазвучал ее голос.       - Наверное... в том, что в жизни человеку дороже всего... Когда сбывается самая его заветная мечта. Когда рядом находится его любимый человек, готовый во всем поддержать. Когда по-настоящему счастлив тот, кто тебе дорог... Да. По-моему, тогда ты и испытываешь настоящее счастье.       - Возможно, ты права. Спасибо тебе.       - У вас... точно все хорошо?       "По мне что, слышно, как все на самом деле плохо?"       - Да. Я просто... Услышал где-то и задумался. Решил узнать твое мнение.       Теперь неопределенное молчание повисло с ее стороны трубки.       - Ладно. Уже действительно очень поздно. Не буду больше мешать. Еще раз спокойной ночи.       - До завтра, Александр Геннадиевич.       Я положил трубку, кажется, первый, и поймал себя на мысли, что впервые говорил с кем-то в такой непринужденной обстановке. После разговора со Светой стало невероятно спокойно на душе. Я снова лег на кровать - теперь я думал не о том, что случилось со мной сегодня, а об этом разговоре. Я вспоминал все, что она мне сказала. По крайней мере, теперь я понял, что делать дальше. Следующим моим шагом станет то, что я возьму отпуск и, наконец, смогу отдохнуть от дел.       Я думал обо всем этом так долго, что сам не заметил, как погрузился в сон.