Потому что Судьба

До места назначения друзья добирались ещё двое суток, уже теряя всякую надежду на спасение. Просто от усталости, парни то и дело впадали в уныние, им казалось, что карта их так никуда и не приведёт, что это очередной розыгрыш от тайного похитителя. И всё же упорно шли вперёд, стараясь за день пройти как можно больше, а по пути часто питались фруктами — в основном это были папайя и манго. Каждый день они ждали встречи с зубастыми тварями, не зная о том, что «йети» было всего двое и они давно остались в той части острова, где состоялась их последняя встреча. На исходе четвёртого дня пути, грязные, уставшие, голодные, парни увидели наконец далеко впереди высокую каменную ограду и видневшиеся за ней крыши нескольких строений. Одно из них при ближайшем рассмотрении оказалось шикарным двухэтажным особняком. — Ребят, мы дошли… — выдохнул Джин и, забыв про усталость, почти бегом двинулся вдоль ограды, ища вход. Через несколько минут, показавшихся друзьям вечностью, они подошли к высоким металлическим воротам, которые тут же распахнулись. Два накачанных мордоворота выступили вперёд. Впрочем, нашим друзьям ничего не грозило. Абсолютно спокойно окинув путешественников оценивающим взглядом, один из охранников произнёс: — Ну что ж… Следуйте за мной, господин Миллер уже ждёт вас. Молча вошли парни на территорию особняка, озираясь вокруг с некоторой опаской. Проследовав за охранниками до самого входа, они остановились перед массивными резными дверьми. Оба «качка» распахнули тяжёлые створки, пропуская парней внутрь. Не успела за ними закрыться дверь, как откуда-то из недр особняка донеслось: — Милости прошу, идите вперёд! Друзья сбросили рюкзаки у входа и решительно пошли на голос. В огромном зале с окнами в пол, обставленном дорогой мебелью и не менее дорогими предметами интерьера, в глубоком кожаном кресле, с бокалом в руке сидел седовласый господин. Он окинул парней не совсем трезвым, но внимательным взглядом, и важно выдал: — Ну что, гости дорогие, поздравляю вас с успешным прохождением моего маленького квеста! Прошу, присаживайтесь, отдохните с дороги. Служанка вскоре покажет вам, где можно принять душ и переодеться, а затем я жду вас в столовой. Там и поговорим обо всём. Сокджин с презрением смотрел на Миллера. Гнев закипал в его тёмных глазах. Игнорируя приглашение присесть на заманчиво мягкий кожаный диван, парень стоял напротив похитителя скрестив на груди руки, и вдруг процедил: — Так вот значит кто виновник всех наших бед! Его Величество, пердящее на троне. Расселся тут, возомнил себя пупом Земли! Чимин, стоящий позади, положил руку Джину на плечо. — Хён… Это было… грубо. — Грубо?! — взвился Джин. — А похищать людей не грубо? А организовывать грёбаное реалити-шоу на этом грёбаном острове без их согласия, не грубо? Да я вас, господин недоделанный, засужу нахрен, как только вернусь на Большую землю! Томас Миллер ухмыльнулся. — Ребята, ну чего вы взбеленились? — он миролюбиво поднял вверх обе руки. — Ну да, поразвлёкся я малость, но вы же при этом не пострадали, верно? К тому же, все вы получите солидную компенсацию за… э-э-э… временные неудобства. — Неудобства?! — теперь уже психанул Чонгук. — Да мой друг здесь чуть не погиб! Мы еле вылечили его! — Ну, не погиб же! — господин Миллер кивнул своему секретарю, стоявшему у окна с кейсом в руках. Тот поспешил подойти и вручил кейс Миллеру. Открыв кейс, похититель развернул его к парням, демонстририруя ровные ряды новеньких долларовых пачек. — Вот. Возьмите деньги и забудем все неприятности. Вы утомили меня. Право слово, ну что такого произошло? Давайте, дуйте в душ, потом я вас накормлю и отпущу на все четыре стороны. А точнее — на моей маленькой яхте, мой человек доставит вас на Оаху. — Да пошёл ты, со своей яхтой и своими деньгами! — выплюнул Джин. Круто развернувшись, он направился к выходу из зала. Чонгук и Чимин двинулись следом. — Эй, эй, парни! От таких денег не отказываются! — Томас Миллер не скрывал удивления. Сокджин притормозил на пороге, оглянувшись на своих друзей. Он отметил грязную чонгукову шевелюру, насквозь пропылённую одежду, круги под глазами Чимина и тяжёлый вздох, невольно вырвавшийся из чиминовой груди. И вдруг подумал, что не имеет права решать за них. — Парни, что думаете? — тихо спросил он. — Я дико хочу помыться, — скребя голову, пробурчал Чонгук. — И поесть… — виновато взглянул на Джина Чимин. — Хён, давай хоть покушаем, а? Весь день же почти не ели… И устали, чего уж там. Всё равно без помощи этого… господина, нам на Оаху не добраться. — Ладно, с нас не убудет, — кивнул тот. — Только не расслабляйтесь. Хрен знает, что ещё может прийти в голову этому недоумку. Все трое обернулись, в упор глядя на своего похитителя, устало откинувшегося в кресле. Крупные капли пота блестели на его лбу и стекали к седым вискам. Заметно было, что ему явно нехорошо. Господин Миллер вдруг вымученно улыбнулся, принимая стакан воды и большую коричневую капсулу из рук засуетившегося секретаря. Выпив лекарство, он заговорил: — Парни, не злитесь. Не хотите брать наличные, не надо. Значит, поступим по другому. Гарантирую, без вознаграждения вы не останетесь. Я ж знаю о вас всю подноготную. Мои люди есть везде. Не нужно пытаться со мной воевать. У вас всё равно ничего не выйдет. Остров принадлежит мне. И позвольте напомнить, что вы сами, не глядя, подписали согласие на участие в квесте. А я… А что я? Мне осталось совсем немного. И все мои деньги, их в могилу не заберёшь… За время всех квестов ни один участник не пострадал и не остался в обиде. Или, один миллион баксов для вас ничто? Гордые слишком? МИЛЛИОН. На каждого. Неплохая компенсация, разве нет? — Управы на тебя нет, ублюдок. Раз купил остров, то решил, что можно развлекаться, играя жизнями людей?! — снова вскипел Джин. Господин Миллер усмехнулся. — Воу-воу, парень, остынь. Я же не виноват, что вы так поздно скумекали, что второй маячок на карте означал точку вашего возврата. Я бы, на вашем месте, отправился сюда на следующий же день! — Нет, он ещё и издевается! — Чон сжал кулаки и шагнул в сторону похитителя, но Джин рявкнул: — Стоять! Ты что, хочешь, чтобы тебя укокошили его же телохранители? Ладно, решено. Мы отмоемся, переоденемся, поедим и свалим отсюда. Осточертело ощущать себя грязным бомжом! Где там ваши слуги? Пусть покажут, где тут у вас ванная! — Джин сверкнул глазами в сторону Миллера. — Вот и правильно, вот и молодцы! — похититель широко улыбнулся и жестом подозвал маячившую в дверях служанку. — Улани, покажи гостям, где у нас ванная. Чонгук, которого Джин отправил мыться первым, яростно намыливался уже в третий раз, разбрызгивая повсюду клочья пены. Он торопился, помня о том, что снаружи ждут своей очереди его друзья. Друзья… Чон с уважением подумал о Сокджине, который в их нелёгком путешествии заботился о них с Чимином, как самый лучший старший брат. А Чимин? При мысли о нём моментально пересохло в горле. Чонгук переживал, как никогда в жизни. Он боялся что теперь, по возвращении домой, их с Чимином пути могут разойтись… Они ведь ничего не обсуждали до сих пор, и ничего не обещали друг другу… Сердце больно кольнуло. Чонгук вдруг почувствовал, что боится остаться с Чимином наедине. Боится услышать, что их зародившиеся чувства были ошибкой, что там, в Сеуле, Чимина ждёт девушка… Горло сдавил спазм. Чон замер под горячими струями, опустив голову и пытаясь унять сердцебиение. Он представил, как стоит здесь, под душем, его белокурый ангел… Стоит, закрыв глаза, подняв лицо и приоткрыв влажные от льющейся на лицо воды пухлые губы… Его Чимин… Или не его? Чон простонал сквозь сжатые зубы и ударил ладонью по крану, закрывая воду. Он схватил один из банных халатов, висящих на вешалке у двери и поспешно облачился в него. Грязную одежду пнул ногой в угол и глубоко вздохнув, выскочил из ванной, налетев на Джина. — Хён, извини, я… — Чимини, теперь ты, — подтолкнул того к двери старший, отмахиваясь от чонгуковых извинений. Через полчаса все трое, отмытые, в одинаковых белоснежных халатах, сидели за богато накрытым столом. Похититель не поскупился на угощения, видимо пытаясь загладить свою вину. Друзья, тем не менее, не стали долго рассиживаться. Они перекусили, съев ровно столько, чтобы утолить голод, а затем дружно встали из-за стола, изъявив желание побыстрее уйти из этого дома и вернуться в отель, на Оаху. Томас Миллер понимающе хмыкнул и сделал знак служанке. Та проводила парней в комнату, где для них уже была приготовлена чистая одежда, и несколько пар обуви — на выбор. Быстро одевшись, Джин, Чимин и Чонгук вышли на улицу, где их поджидал господин Миллер. Он настойчиво вручил Сокджину банковскую карту и бумажку с кодом. — Раз вы, ребята, отказались брать наличные, вот вам карта. На счету ровно три миллиона долларов. По приезде в Корею вы сможете снять деньги, поделив их между собой. Джин не стал ломаться, подумав, что в конце концов, он и его друзья заслужили моральную компенсацию. Холодно кивнув господину Миллеру, Сокджин обнял друзей за плечи. — Ну что, мелкие, едем домой? Все трое поспешили к пирсу, туда, где на волнах покачивались два судна — катер, очертаниями напоминающий яхту скромных размеров, и чуть поодаль — бело-золотое великолепие — роскошная яхта, на борту которой золотыми буквами было написано «JULIA». С катера доносилась музыка — бодрый речитатив какого-то американского рэпера. Именно на это судно указал приглашающим жестом Томас Миллер. — Прошу! — А что, прокатить гостей на яхте жаба душит? — съязвил Чонгук, смело встретив твёрдый взгляд бородача. Тот промолчал, усмехнувшись уголком губ. — Иди уже! — Джин толкнул Чона ладонью в спину. Берег стремительно удалялся, унося из поля зрения заметно приободрившихся друзей похитителя с его «свитой», роскошную яхту и очертания не менее роскошной виллы, тающие вдали. Меньше чем через час, друзья ступили на берег Оаху. Невдалеке от побережья виднелась красная крыша их отеля. Чуть не прослезившись от избытка чувств, Джин выдохнул: — Наконец-то! — и все трое рванули вперёд. Влетев в фойе, друзья подскочили к стойке администратора, наперебой пытаясь объяснить причины своего отсутствия и выяснить, куда подевали их вещи. Как оказалось, похититель позаботился и об этом. Номера парней спокойно дожидались своих гостей и все их вещи, документы и телефоны находились там же, в целости и сохранности. Девушка администратор после недолгой проверки личностей волнующихся друзей, с улыбкой вручила каждому их ключ, дежурно пожелав приятного отдыха. Парни разбежались по номерам, на ходу договариваясь встретиться через полчаса здесь же, у стойки, с вещами. Спустя ровно тридцать минут все трое уже сдавали ключи, мысленно прощаясь с Гавайями. — Уже уезжаете? — очаровательная девушка мулатка удивлённо улыбнулась и попросила друзей расписаться в журнале. — Да, спасибо, накушались, — буркнул Джин, молниеносно строча что-то в телефоне и переживая, что его сообщения не уходят адресату. Он уже прокручивал в голове все оправдания, которые скажет своей ненаглядной Со Юн. Что до Чонгука с Чимином, они до сих пор избегали смотреть друг другу в глаза. Они не знали, как вести себя в сложившихся обстоятельствах здесь, на «большой земле», среди людей, где вовсю кипела жизнь. Каждый переживал в душе свою драму. Чон мучился, думая, что теперь его любовь Чимину «нафиг не нужна», а Чимин не понимал, что он сделал не так и за что Чонгук игнорит его. Друзья сидели в фойе отеля, ожидая автобус, который отвезёт их в аэропорт. Каждый задумался о своём. Чонгук потёр руками виски. Нет, это невыносимо! Вот это вот всё: Гавайи, его непрошенная любовь к Чимину и их призрачное будущее. А что, если по возвращении в Корею их хрупкие отношения не выдержат испытаний в кругу родных и друзей? Что если они позволят себе зайти далеко, а потом наступит перелом и… конец? Будет больно. Гораздо больнее, чем сейчас, когда Чон думает об этом. Чонгук то и дело ёрзал на сиденье и вздыхал. — Хоспади, у тебя что, шило в заднице? — не выдержал Джин. — Иди, проветрись, если не сидится! Чонгук решился. Надо прекратить всё сейчас. Пока не слишком поздно. Он хмуро посмотрел на Чимина, поймав его взгляд. — Выйдем? — оба встали и направились к выходу. — Эй, парни, только недолго, одна нога здесь, другая там! — крикнул им вслед Сокджин. — Мы быстро, — раздражённо махнул рукой Чонгук. Выйдя на улицу, он потянул Чимина в сторону, к пестрящей цветами клумбе, высотой в половину человеческого роста. Парни, встав на некотором расстоянии друг от друга долго молчали. Наконец Чонгук в упор посмотрел на своего «ангела». Нежный румянец осветил лицо Чимина, который в напряжённом ожидании смотрел в глаза друга. Чон не выдержал, отвёл взгляд и пробормотал: — Чимини… Хён, ты прости. Я не знаю, что сказать. Не знаю что это было… Наваждение? Я… вряд ли понимал, что делаю. Мы должны всё забыть… — Чонгук сглотнул и с тоской вновь посмотрел в чиминово лицо. — Почему? — Чимин грустно улыбнулся, с тревогой глядя в потемневшие глаза напротив. Он смотрел, и ждал ответа. Смотрел в самую чонгукову душу, своим кошачьим прищуром разрывая сердце его на куски. — Выслушай, не перебивай, — голос Чонгука охрип, сердце отбивало бешеный ритм. Он торопился сказать. — Я подумал, неправильно всё это. Ты нормальный пацан. Я не хочу ломать твою жизнь. Может, тебя в Сеуле девушка ждёт… Он это сказал. И может, так будет правильно. Может… Тогда какого хера в душе ледяная пустота? Чон медленно сделал шаг навстречу Чимину и положил руки тому на плечи. — Я хочу попрощаться. Сейчас… Прости меня, — в тёмных глазах блеснула непролитая слеза. Чонгук опустил руки и развернулся, медленно уходя в сторону отеля. Он шёл, понимая, что кусок его сердца навсегда остался в руках его «ангела». — Я НЕ нормальный, — шепотом сказал ему вслед Чимин, беспомощно глядя в удаляющуюся спину. В голове вдруг стало пусто, до гулкоты. А внутри — холодно. Так холодно и больно, что это вымораживало душу. И то же мгновение Чимин со всей ясностью осознал — его одинокого прошлого больше нет. Есть только настоящее, вот оно, родившееся здесь, на оказавшихся такими негостеприимными Гавайях. И его настоящее уходило от него. Его Чонгук. Этот непокорный, вихрастый, излишне смелый, невозможно красивый, который стал ему очень дорог за эти долгие пару недель. Чимин понял, что должен его удержать, этого глупого парнишку. Потому что Судьба. Чимин сорвался с места, догоняя Чонгука. Он схватил его за руку. — Стой! Да остановись же! — Чимин развернул Чонгука к себе. — Я… Мы… Ты ни в чём не виноват, понимаешь?! Я сам только сегодня, только сейчас понял, как ты важен для меня! Я не знаю, что будет дальше. И не хочу знать! Вернее, я думаю, что всё будет хорошо! И даже лучше! Выпалив всё это, Чимин замер с колотящимся сердцем. А потом посмотрел в блестящие тёмные глаза Чонгука, шагнул ближе и ткнулся взмокшим лбом тому в грудь. Чонгук даже дышать перестал. Светлые кудряшки щекотали ему подбородок, секунды тянулись бесконечно долго. И вдруг послышалось приглушённое: — Ты только не оставляй меня одного, ладно? — Чимин поднял голову и на выдохе закончил: — Потому что я больше не умею без тебя жить. Губы Чонгука дрогнули и расцвели улыбкой. Душу окутало таким теплом, что захотелось крепко обнять не только стоящего рядом «ангела», но и весь мир. — Как до жирафа… — проворчал он и сгрёб своего Чимина в охапку. Уже своего. — А? Какой жираф? — запоздало спросил Чимин, тая в его объятиях. — Гуки, отпусти, ну люди же смотрят! — А, пофиг, — беспечно ответил тот и взяв Чимина за руку, потянул за собой. Наконец-то он поверил, что счастье есть. Вот оно, шагает рядом. И теперь всё у них будет зашибись. Без вариантов. Потому что Судьба. У автобуса, готовящегося отвезти туристов в аэропорт, обвешанный сумками, в нетерпении вышагивал Джин. Завидев приближающихся друзей, он неистово замахал руками. — Эй, вы, двое, где вас носит? Вы хотите опоздать?! — старший сжимал в руке телефон и весь светился. Впрочем, Чон с Чимином светились не меньше. — Ну как, хён, дозвонился своей девушке? — участливо спросил Чимин. — Дозвонился… — выдохнул Сокджин и ослепил друзей белозубой улыбкой. — Что, помирились? — подмигнул Чонгук, хлопая хёна по плечу. — Да, да! И… Это… Кажется, я женюсь! — Как, уже?! — рассмеялись Чимин с Чонгуком. Джин сиял. Джин суетливо заталкивал «мелких» в автобус, забрасывая туда же и сумки с вещами. Джин сиял и не обращал внимания ни на смотрящих с любопытством пассажиров, ни на бурчания недовольного Чона, которого от нетерпеливого тычка хёна усадило не на своё место. Когда все наконец расселись, и автобус тронулся с места, Сокджин, обернувшись к сидящим позади него друзьям, протянул свой смартфон. — А ну быстро, вы, оба два, вбили свои контакты в мою телефонную книгу! — Да запросто! — Чонгук выхватил телефон, пробежался пальцами по сенсорным кнопкам и передал его Чимину. Джин не успокоился. Он набрал каждый из номеров и удостоверился, что «всё работает» и его новые «абоненты» в сети. — Ну вот. Теперь точно не потеряемся, — удовлетворённо кивнул он. — Когда свадьба-то, хён? — спросил Чимин. — Как только, так сразу! Я позвоню. И не вздумайте в ближайшие две недели усвистеть опять на какие нибудь Гавайи! И, как по команде, «мелкие» воскликнули хором: — Да не дай бог! Спустя полтора часа, глядя в иллюминаторы на исчезающие внизу Гавайские острова, трое друзей переглянулись и, улыбаясь, выдохнули: — Домо-о-ой!