Happy Death Day!

31 октября

      Атмосфера последних дней была слишком мрачной. Было выплакано много слёз, а улыбка почти не озаряла лица друзей. Но несмотря на это, в доме Чана сегодня слышна праздничная суета, а из окон доносится аромат имбирного и шоколадного печенья. Им нужно немного развеяться.       Было принято решение отмечать в большом доме Бана. Комната, в которой происходило основное празднование, украшена гирляндами, свечами и другой продукцией, что ежегодно начинает активно продавать чуть-ли не каждый магазин начиная с середины октября. Пока Чан и Ликс готовили печенье и горячий шоколад, остальные раздумывали над дизайном тыквы.       — Хорошо выглядишь, Чани, — протянул Ликс, следом начав напевать какую-то песенку. Старший сегодня одет в коричневый свитер с изображением тыквы и джинсы. — О, я знаю, что дополнит твой образ! — вскрикнул Ли, подбегая к раковине, чтобы очистить свои руки от муки, а затем выбегая с кухни. Он вернулся через минуту, надевая на озадаченного Бана ободок с двумя маленькими тыковками на пружинках. — Очаровательно, — вздохнул тот, разглядывая милое зрелище.       Старший взглянул на экран телефона, чтобы увидеть своё отражение, и издал лёгкий смешок.       — Да, думаю, именно этого мне и не хватало, — он оглядел Феликса, что сейчас с восторгом и счастьем смотрел на него. — Ты, кстати, тоже очень мило выглядишь.       — Спасибо, — расплылся тот в улыбке. На парне был большой и мягкий свитер оранжевого цвета и чёрные обтягивающие джинсы, но самое главное, что вызвало умиление всех гостей, это чёрные кошачьи ушки, красующиеся на пушистых светлых волосах, тёмненькая точка на носу, имитирующая носик, и несколько полосочек на щеках в виде усов. Даже старший, что должен сейчас лепить печенье, не мог оторвать взгляд от такой милой картинки.       — Ну хён, не смотри на меня. Мне неловко, — хныкал Ли, уже действительно чувствуя себя немного некомфортно.       — Ой, прости. Просто наш Ликси, сегодня такой милашка, — он слегка ущипнул того за щёку, чем вызвал смех младшего.       — Я за то, чтобы тыква была доброй и улыбалась! — кричал Хан.       — А я хочу, чтобы она была мрачной и устрашающей, — настаивал на своём Со.       — Ну хёёён! — не унимался Джисон.       — Как думаешь долго они ещё так будут? — равнодушно спросил Чонин. Он и Сынмин сидели на диване и наблюдали за спорящими парнями.       — Они могут спорить до бесконечности, — так же без эмоций сказал Ким.       — Почему бы не вырезать с одной стороны то, что хочет Хан, а с другой то, что хочет Бин? — не понимал Ян, на что Сынмин просто вскинул руками, показывая, что сам не понимает этого.       Чонин ещё раз оглядел парней, что так яростно спорят. На них сегодня была обычная одежда, но вокруг шеи Хана был обмотан шарф Гриффиндора, а вокруг шеи Чанбина шарф Слизерина. Чонину стало смешно, ведь сейчас двое парней ссорятся, прям как два факультета в фильме.       У самого Яна лицо накрашено слишком уж светлой пудрой, отчего оно кажется практически белым. На глазах тёмные тени, а на щеках и губах ярко-красная помада, изображающая широкую улыбку Джокера. Нельзя не отметить волосы, что он покрасил толи каким-то тоником, толи чем-то другим. Неизвестно, какой химией или чудо-средством он воспользовался, но сегодня волосы его были зелёные. Сынмин уже успел несколько раз за вечер съязвить, что тот покрасил волосы зелёнкой, за что получил пару лёгких подзатыльников.       Сам же Ким не стал заморачиваться с образом, ибо не ребёнок же он маленький. На нём был клетчатый жилет, надетый на чёрную водолазку и заправленный в какие-то тёмные брюки.       — Слишком серьёзно выглядишь, Минни, — окинул презрительным взглядом его Ян. — В твоём наряде ни намёка на Хэллоуин.       — У меня хотя бы волосы не в зелёнке.       Чонин закатил глаза, вновь поворачиваясь на парней, что никак не могут поделить бедную тыкву. Изредка он бросал косые взгляды, на Сынмина, что с невозмутимым видом сидел в телефоне, абсолютно не замечая младшего.       — Нет, ну так не пойдёт, — не выдержал Ян. Ким лишь вскинул бровь, ожидая ответ на свой не озвученный вопрос. — Ты выглядишь даже более неинтересно, чем обычно, — теперь очередь Сынмина закатывать глаза.       — Сиди на месте, — сказал Чонин, будто бы старший собирался куда-то уходить. Сам парень ушёл за своим рюкзаком и в скором времени вернулся.       — И что же ты хочешь? — спросил Сынмин, при этом осознавая, что сейчас произойдёт.       — Хочу, чтобы ты не выглядел, как белая ворона. Посмотри вокруг. Даже Чан более празднично одет в отличие от тебя.       Ким тяжело вздохнул, признав своё поражение, и стал терпеливо ждать окончание работы Яна. Зеленоволосый припудрил лицо всё тем же средством, что создавало эффект белой кожи, и теперь взялся за тени. И Сынмин спокойно принимал действия младшего, пока тот не взялся за резинки для волос.       — Что ты хочешь сделать? Мои волосы короткие, ты не сделаешь нормальную причёску с помощью резинок.       — Просто подожди немного, — сказал Чонин, усердно собирая пряди.       В какой-то момент, он обошёл Сынмина сзади и начал проводить какие-то действия с хвостиками. В это время Ким начал задумываться, а правильно ли он делает, что до сих пор не остановил Яна?       — Готово, — с фальшивой торжественностью сказал парень. — Можешь подойти к зеркалу.       Сынмин направился в ванную комнату, не замечая, что младший идёт за ним.       — Ян Чонин! — закричал он не свойственно для него громко. На бедном лице парня был довольно-таки яркий макияж. Одно веко было накрашено голубыми тенями, а другое розовыми. Красная помада украшала губы, а под глазом было маленькое чёрное сердечко. Но не только это повергло Сынмина в шок. На голове расположились два маленьких хвостика, на кончиках которых была красная и синяя краска, напоминающая краску на волосах Чонина.       — Что это, мать твою, такое? — злился он, не веря своим глазам.       — Теперь ты моя Харли Квин, — как обычно, равнодушно, но при этом подмигнув, сказал Ян. Ещё несколько секунд Ким смотрел на него, думая какой же Чонин засранец, но потом резко потянулся к крану, другой рукой выдавливая средство для умывания.       — Нет нет нет, оставь, — остановил его Ян. — Это же праздник, — Чонин посмотрел в глаза старшему и улыбнулся искренней улыбкой, что уже давно являлось редкостью для него. Сынмин лишь тяжело вздохнул, смывая с рук средство и принимая решение оставить всё как есть. — Вот и умница. Пошли, тебя ещё нужно переодеть, — бедный Сынмин посмотрел вопросительно на зеленоволосого и понадеялся на то, что неправильно его понял. Но нет.       — Чан-хён, можно взять твою одежду из шкафа? — прокричал он хозяину квартиры.       — Можно, Нини.       — Фу, сколько можно просить не называть меня так?       Чонин не любил, когда его называют ласково и нянчатся с ним. Но в то же время, когда тому неимоверно страшно, он так нуждается в этом. Так было и в той пещере, когда его нашёл Чанбин. Но Ян не любит говорить об этих моментах.       — Я не надену это, — практически хныкал Ким, смотря на стопку одежды в руках Чонина.       — Серьёзно? Это просто белая футболка и чёрные шорты, которые тебе примерно по колено будут. Они даже не короткие! Ну может только чокер и ремень с шипами будут смотреться странно на тебе. Но знаешь, все в костюмах хоть немного да выглядят по-дурацки, но почему-то же это многим нравится, — Сынмин с недоверием принял одежду заходя в пустую комнату, чтобы переодеться. — Один я только выгляжу, как бог, — сказал Чонин, когда старший уже прикрыл за собой дверь.       — Сейчас кто-то получит ремнём с шипами! — грозил ему Ким, на что младший только усмехнулся. Как же ему нравится доставать Сынмина.       — О, вау, вы всё-таки додумались сделать её двусторонней, — сказал Чонин, входя в гостиную. На полу сидели, явно уставшие Чанбин и Джисон, а рядом с ними тыква, с двумя лицами.       — Ребята, мы приготовили печенье! — воскликнул Ликс, неся в руках две тарелки с шоколадным печеньем, а следом за ним шёл Чан с такими же тарелками, но теперь с имбирным печеньем.       — Пробуйте быстрее, пока тёплые! — сказал Бан, ставя тарелки на столик.       Все кинулись на сладости, что приготовили друзья, и были просто в восторге.       — Боже мой, вы просто чудесные, — с набитыми щеками говорил Хан. — Я забираю вас к себе! Будете готовить мне их каждый день. Чан и Ликс залились смехом, ведь им невероятно приятно услышать такую оценку за своё творение.       Вечеринка проходила, на удивление, хорошо и более менее спокойно. Конечно, некоторые вспоминали Минхо, находя его в разных вещах. То на фото, что стоит у Бана на тумбочке, то на кофте Чана, которую он давал поносить Хо, когда тому было холодно. Даже видя образ Ликса, кто-то вспоминал его, ведь Ли так любил кошек. «Наверное если бы Хо был с нами, у него был бы похожий образ,» — всплывало в голове Хана, при виде Ликса. Но никто не осмеливался сказать что-то подобное вслух.       Друзья сидели, распивая горячий шоколад, слушая музыку через bluetooth-колонку и споря о том, какой фильм стоит посмотреть. Но вдруг сквозь смех и нескончаемые разговоры, послышался странный звук.       — Кто-то стучал? — спросил Ликс.       — Это в музыке такой звук или что..? — предположил Хан, но понял, что шум исходит совершенно с другой стороны.       Друзья заметно напряглись, а Бан выглядел так, будто бы совершенно не понимает, кто может быть ещё на территории его дома.       — Я, пожалуй, схожу, посмотрю, — сказал он, предполагая, кто это может быть.       Чана не было всего несколько минут, а друзей уже охватывала лёгкая волна паники. События произошедшие в пещере сказались на их психике, а поэтому догадки в голову лезли не самые лучшие.       — А вдруг то существо вернулось за Чаном? — предположил Хан. — По легенде оно убивает именно пару.       — Хан, опять ты с этим! Ты серьёзно в это веришь? — не понимал Чанбин.       Остальные молчали, испытывая разные эмоции. Чонин, что изначально не верил слухам, сейчас сидит и слишком громко сглатывает, пытаясь избавиться от кома в горле. А Феликс лишь учащённо дышит, боясь потерять кого-нибудь ещё.       — Я схожу за ним, — подскочил Ли, несмотря на свой бешеный страх.       — Нет, давай я, — оборвал его Джисон, при этом направляясь на выход из комнаты. Только он прикоснулся к ручке двери, как вдруг её дёрнули с другой стороны. Это вызвало крики со стороны друзей, но когда дверь открылась, все с облегчением выдохнули.       — Да не бойтесь вы так, — успокаивал их только что пришедший Чан. — Это собачка приходила, которую я в последнее время подкармливаю. Хотите фотку покажу?       Бан, зайдя в галерею телефона, быстро отыскал нужное фото. На нём бело-рыженькая собака, сидящая на крыльце дома Чана. Мордочка такая, будто бы собачка радостно улыбается, высунув язык.       Она не могла не вызвать возгласы по типу «какое чудо!» или «прелесть». Каждый из присутствующих здесь сейчас улыбался, и даже Сынмин, которого так трудно вывести на эмоции, приподнял уголки губ.       Фильм они так и не выбрали (зачем фильм, если их жизнь сейчас — один сплошной ужастик), зато было принято решение поиграть в настольные игры.       — Я снова выиграл! — кричал Ликс в третий раз одерживая победу. Друзья лишь глаза закатывали, не понимая, как это блондин мог их обыграть.       — Ты же всегда проигрывал, что сегодня с тобой такое? — бурчал под нос Сынмин. Но Ли лишь гордо поднимает голову вверх, за что ему прилетает от Хана каким-то предметом. Как оказалось это была конфета — ведь Джисон настолько не хотел обижать добродушного парня, что даже наказание он придумал в виде брошенной сладости, которая хоть и попадёт в Ликса, но сделает ему приятно, когда тот её съест.       Смеющийся Ликс сползает под стол, чтобы достать укатившееся сладкое «наказание». Когда он находит нужный предмет, внезапно понимает, что стоит на четвереньках в какой-то красной жидкости, которая накапала.. сверху? Он поворачивает голову вверх и замирает в нескольких сантиметрах от нижней стороны столешницы. Фокусируя взгляд на объекте, приклеенному скотчем к столу, он понимает, что это их совместное фото, на котором все семь друзей. Но есть одна деталь, которая пробирает до дрожи. Лицо Минхо зачёркнуто красной ручкой, а возле Чонина такого же цвета вопрос.       Вокруг фото сделана некая рамочка из воткнутых в стол стёкол. До Феликса доходит, что может быть красной жидкостью, и поэтому он тут же начинает громко кричать, чем шокирует друзей. Ещё больше парни не ожидали увидеть следующее: Ли вылазит из-под стола, весь измазанный в красной жидкости. На руках были подтёки, а на одежде ярко-красные пятна. Друзья просто надеялись, что это всё розыгрыш, но в это слабо верилось, видя состояние Ликса. Он стал по-быстрому рассказывать о случившемся, как вдруг лёгкая музыка, что они слушали на протяжении вечера сменилась на более угнетающую, какую обычно включают в самых страшных хоррорах.       — Ну серьёзно? Кто это сделал? — возмутился Чан. — Кто включил эту музыку, если многие и так напуганы? — Парни переглянулись друг с другом. — Ну?       — Мы этого не делали, хён.. — неуверенно сказал Сони.       — А кто тогд.. — вдруг послышался плач, который уже до боли знаком. Плач, который пробирает до костей. Нельзя было понять откуда он доносится. Но это точно было не из колонки, из которой они слушают музыку на протяжении нескольких часов. Звук ужасно отдавал в виски, и кажется, распространялся в каждый уголок мозга.       Ликс, думая, что сейчас произойдёт что-то ужасное и что выхода нет, начал бесшумно рыдать. По щекам без остановки лились слёзы.       Вдруг стал слышен, чей-то приглушённый крик, от которого лучше не становилось. Или друзьям уже кажется? Похоже они все сходят с ума.       Насколько бы сейчас не переживал Бан, он понимал, что нужно что-то срочно предпринимать. Поэтому он громко приказывает всем скорее выходить из дома. Вылетев из двери, они пробегают ещё несколько метров, оставляя странное помещение позади.       — Чёрт.. — тихо сказал Хан, пытаясь осознать произошедшее.       — Что это вообще сейчас было? — рыдал Феликс, не в силах прийти в себя.       Они стояли, пытаясь отдышаться и понять, что произошло. Но одно они точно сейчас поняли, что события, произошедшие 25 октября, были только первой главой в их общей истории ужасов.