Катарсис

      Барная стойка была полна людей, впрочем как и сам клуб. Множество жителей Сеула пытались забыться в разнообразном алкоголе, подвижных танцах, грязных поцелуях и чего пооткровеннее в этот пятничный вечер. Популярные треки крутятся около пластинки диджея безостановочно. Музыка чуть ли ни буквально вытряхивает всю дурь, давя на ушные перепонки. Какие-то посетители, явно не рассчитавшие нужную дозу алкоголя, уже не раз бегали в уборную комнату, чтобы очистить желудок.       Плавным движением женские пальцы крутят бокал с красным полусладким. Медленно поднося напиток ко рту, вдохнув аромат алкоголя, Йеджи делает небольшой глоток. Пряная гадость обволакивает стенки горла, проходясь по вкусовым рецептором, падая в пустой желудок. Зажмурившись на мгновение, девушка с силой сдавливает пальцами переносицу. Хван морщиться не от громкой музыки, хотя та уже давненько стала ее подбешивать, и не от вкуса терпкого алкоголя. По вискам девушки отдаётся импульсом головная боль из-за недавнего разговора с Ханом. А именно ей не даёт покоя, что именно он от неё ждёт в этот вечер в клубе

***

— Ты должна разузнать у Хван Хёнджина местоположение его верхушки, — командует Джисон — Боюсь предположить, кто же его начальник, — в мыслях девушки проносятся тысячи догадок, но ни одна из них не кажется правдивой. — Ли Минхо, — непоколебимо отвечает информатор.       Этот спокойный тон Хана полностью выбивает воздух из легких Йеджи. Глаза непроизвольно округлились до такой степени, что кажется вот-вот и совсем выпадут. Девушка не раз улавливала это имя во время обрывках разговоров брата с коллегами. Когда же девушка интересовалась лично у Ёнджуна, тот лишь отнекивался, не желая обсуждать работу с сестрой. И даже всемирная паутина не могла поведать о преступлениях Ли, лишь представляя его как амбициозного бизнесмена. — Ты издеваешься, Хан? Как ты это себе представляешь? Мне забить его до смерти шпилькой каблуков? — чуть не смеясь задаёт множество интересующих девушку вопросов. — Йеджи, не будь дурой. Ты симпатичная девушка. Используй свои женские манипуляции. Хочешь вытряси, хочешь вытрахай из него эту информацию. Мне плевать. Но чтобы информация была у меня до утра. Чем раньше — тем лучше. Тебе все ясно? — риторически задаёт вопрос Хан, ведь объяснять повторно он не собирается. — А если я откажусь? — вдруг спрашивает Йеджи — Не откажешься, твой любимый оппа у них, — как ни в чем не бывало делится информацией Хан       Почву будто выбили из-под ног. Чувствуя как подкашиваются ноги, девушке пришлось присесть, чтобы не упасть окончательно. Йеджи была уверена, что Ли лишь занимался делами по типу отмыва крупных сумм денежных средств или же неуплатой налогов, что угодно, но точно уж не похищением людей. Пытаясь не задавать больше лишних вопросов, Йеджи старается выровнять сбившееся дыхание и задаёт последний вопрос: — Как он выглядит? — отчеканивая каждое слово, спрашивает Йеджи. — Я скину тебе фото. Отнеси сумку в гардероб. Мой человек положит туда наручники и транквилизатор. Все, чем могу помочь. Веселой ночки, смотри не помри там, — весело высказывается информатор и сбрасывает трубку.

***

      Покрутив в руках изящный бокал ещё несколько раз, Йеджи допила оставшуюся жидкость. Подзывая бармена коротким движением ладони, девушка просит повторить порцию. Оплатив напиток, Йеджи берет вино в руки и разворачивается на барном стуле к стойке спиной, пробегая по всем присутствующим слегка прищуренным взглядом. Свободная рука держала телефон с фотографией её жертвы, хотя девушка была не уверена на какой именно позиции она находится, ведь Йеджи плохо представляла себя в роли хищника. Высмотреть кого-то в таком полумраке было нереально, поэтому девушка решила пройтись вдоль столиков.       Пытаясь не вызвать подозрений, Йеджи шла пританцовывая, глазами пробегая по кожаным диванам в поисках нужного окраса волос. Чёрный, что значит девяносто процентов посетителей находящихся в этом зале. Обречённо вздохнув, девушка продолжила свой путь. Приметив пару вип столиков, находящихся на небольшом отступе от танцпола, Йеджи стала вглядываться в тех, кто их занимал. Какая-то группа подростков, видимо с далеко не бедствующими родителями, которые позволяют своим чадам чересчур много для их возраста. Молодая пара, явно не заботясь о нормах приличия, чуть ли не раздевавших друг друга на глазах у всех, да и о каких нормах приличия может идти речь, когда ее саму отправили на соблазнение правой руки бизнесмена, переступившего черту закона. Пройдясь глазами ещё по паре столиков, кажется, что все тщетно, но тут Йеджи замечает его. — Пф. Ну конечно, — шепчет себе под нос девушка, лицезрев интересную картину.       Человек с фотографии сидит в компании двух блондинок, явно сошедших с обложек модных глянцевых журналов. Всем своим видом показывая свою готовность запрыгнуть на Хвана, в точности как парочка, что Йеджи видела ранее. Но парень не торопится, лишь поглаживая тех по бёдрам. Их всего трое, включая Хёнджина, что не может не радовать девушку. Если бы с Хваном был какой-нибудь его дружок мафиознок, объяснить отсутствие правой руки Ли, даже на полчаса было бы трудно. Однако и следов радужного стечения обстоятельств не наблюдалось. Так как данный отсек столов был для гостей вип доступа, кто попало туда пройти не сможет, и охранник выглядит как нельзя строже. Йеджи остаётся ждать Хвана на одном из пустующих столиков около танцпола в противоположной стороне, пока тот сам не попадётся на удочку.       Время начало тянуться как резина. Каждая минута, шла как две, если не больше. Ещё немного и Йеджи вбежит к Хвану несколько раз пройдясь по его смазливому личику, наплевав на его пассий, охранника и даже на то, что это может стоит ее жизни.       Йеджи трясёт головой в разные стороны, пытаясь отогнать непрошеные мысли на второй план. Указательным пальцем руки нажала на кнопку разблокировки. На заглавном экране белыми цифрами светилось без пяти полвторого, а на обоях располагалась фотография с ее восемнадцатилетняя. А точнее фотография невероятного заката, сделанного в тот майский день.

***

      Весна подходила к своему концу. Неумолимо заканчивалось время самого любвеобильного времени года, когда любовь ощущается ярче, победы чувствуются значимее и кажется что все в этом мире возможно. Несколько дней и лето вступит в свои права. Листва давно расцвела, радуя глаза ярким оттенком зелёного.       Звонок из прихожей заставляет Йеджи с энтузиазмом повернуть голову в ту сторону, откуда ранее слышался звук. Завершив последние штрихи вечернего макияжа, девушка закрывает помаду с персиковым оттенком. Хван в последний раз взглянула на себя в зеркало. Причмокнув губами, именинница подмигнула себе и направилась встречать пришедшего гостя.       Поправив подол нежно-голубого платья и убедясь, в нужном положении локонов, с улыбкой на лице девушка отворяет входную дверь. Некогда радостное лицо Йеджи сменяется недоумением. Девичьи брови свелись к переносице. — Ты что здесь делаешь? -интересуется Йеджи — Не поверишь, Хван. Живу, — с иронией в голосе отвечает Ёнджун. — А ключи твои где? — ещё пребывая в некотором шоке, спрашивает Йеджи — На работе забыл, вроде, — пожимая плечами, отвечает старший на очередной вопрос сёстры.       Парень все ещё одетый в форму правоохранительных органов, держит несколько объемных пакетов с продуктами. Пару секунд сверля друг друга взглядом, старший несильно толкает дверь, заставляя Йеджи впустить его. — Ты же говорил, что дежуришь сегодня, — в спину задаёт вопрос девушка, пока Чхве направлялся в сторону кухни. — Планы поменялись, — безучастно выдаёт Ёнджун, ставит пакеты на стол и начинает разбирать их. — И с чего это вдруг? — никак не унимается Йеджи       Парень с пачкой йогурта в руках останавливается на полпути к холодильнику и разворачивается к сестре. — Решила поиграть в детектива? — немного раздраженно спрашивает Чхве       Ответом на вопрос парня был недоуменный взгляд Йеджи, который ярче слов говорил, что она не понимает, что он имеет ввиду. Закатив глаза, Ёнджун продолжает: — К чему этот допрос? Что ты не слишком рада меня видеть. Неужели кого-то ждала? — с хитрим прищуром интересуется старший, не прерывая зрительный контакт.       Девичьи щёки тут же окрасились в пунцовый оттенок. Йеджи первая отводит взгляд. — Не понимаю о чем ты, — врет Хван.       Из комнаты донёсся звук оповещения о пришедшем смс в мессенджере. Хватаясь за услышанное, как за спасительную соломинку, девушка уходит за телефоном, да с таким рвением, что больше похоже на побег. Побег от неловких вопросов. Что, что, а вот обсуждать личную жизнь с братом в ее планы не входило.       Брови Ёнджуна взлетели вверх. Он конечно заметил легкое разочарование в глазах сёстры, когда та, отперев парадную, явно ожидая встретить другого, увидела его. Но чтобы все было настолько серьезно, он даже не догадывался. Усмехнувшись, парень опустошает оставшиеся пакеты. Добравшись до последнего, Чхве достаёт небольшую коробку, упакованную в праздничную бумагу пастельных оттенков. Текстовое сообщение в Kakao гласило: «Извини, нужно мелкого с занятий забрать. Приду минут через 20».       Уверив друга, что все в порядке, девушка огорченно выдохнула. — Ещё двадцать минут в компании невыносимого братца, — потирая переносицу, умозаключает Хван. — Невыносимого? — доносится из-за спины.       Неожиданный вопрос заставил Йеджи подскочить на месте, больно ударяясь об туалетный столик. Схватив мягкую игрушку с поверхности, девушка резко разворачивается на кресле и запускает плюшевого медведя в стоящего в дверях Ёнджуна. К огромному сожалению Хван, тот успел уклониться. — Ещё раз ворвёшься в комнату без стука и я тебя убью, — злостно предупреждает Йеджи — Эм, дверь была открыта, — Ёнджун смотрит на сестру взглядом в котором спрашивалось в адеквате ли она — Не важно. Что нужно? — все ещё раздраженно спрашивает девушка разворачиваясь к зеркалу, начиная поднимать упавшие тюбики из-за недавнего столкновения ее колена с дном стола. — Закрой глаза, — командует старший — Хах, ещё чего, — отвечает Хван, ставя на место ту самую персиковую помаду. — Йеджи, пожалуйста, закрой глаза, — теперь же не приказ, а мягкая просьба доносится из мужских уст       Косметика, выпав из женской руки, вновь ударяется об поверхность. « Йеджи? Пожалуйста?!»       Доносится эхом в голове Хван. Ёнджун лишь в редких случаях обращался к ней по имени, а слова вежливости из его уст вообще невообразимое явление. Хван считала, что брат не знал о них и вовсе. Искоса посмотря на Ёнджуна и подождав несколько мгновений, анализируя ситуацию, Йеджи все же решается выполнить просьбу Чхве. — Ладно, — уже с закрытыми глазами произносит Хван       Она слышит мужские шаги, вышагивающие по линолеуму, Ёнджун подходит все ближе и ближе к креслу. Йеджи успела пожалеть, что согласилась на уловку брата, чувствуя как он возвышается над ней. Сейчас он разобьёт пару яиц об её голову, смеясь над ее планами и портя внешний вид или же даст очередной подзатыльник. Хван остаётся лишь сильнее зажмуриться и ждать своей участи.       Каково было удивление Йеджи, когда вместо ушибленного затылка или стекающего по вискам куриного белка, она ощутила легкую прохладу на шее. — Открывай, — спокойный голос доносится до ушей       Распахнув глаза, девушка сразу же посмотрела на себя в зеркало, притрагиваясь к новой вещи. Миниатюрная серебряная подвеска с кулоном в виде кошачьей мордочки, ушки который были обрамлены драгоценными камнями, а форма глаз напоминала глаза Йеджи, красовалась на девичьей шее. Хван не могла отвести взгляд, казалось, что подвеску смастерили специально для неё. Заметив реакцию сестры, парень первый разрушил воцарившуюся тишину: — Ничего не хочешь сказать? — вырывает из мыслей вопрос брата — Спасибо, оппа. Она прекрасна — благодарит девушка и встаёт с кресла, чтобы подойти к Ёнджуну, но тот лишь делает шаг назад — А ещё? — выпытывал нужный ему ответ, Чхве       Йеджи склонила голову вбок. Немного поразмыслив, до девушки доходит, что же хочет услышать Ёнджун. Однако, та лишь выдаёт: — Дай-ка подумать, — потирая подбородок, Хван изображает бурную деятельность. — Да вроде нет       Выгнув бровь, а после закатив глаза, парень собирается демонстративно уйти. Однако женские руки, крепко обнявшиеся того за пояс не позволяют сделать и шага. — Ладно, не такой уж ты и невыносимый, — произносит Йеджи в мужское плечо. — Что-что? Я не расслышал, повтори по-громче, — издевается Ёнджун — Да иди ты, — слегка толкая старшего в бок, высказывается Хван. — Ну все, отпускай меня. А то меня сейчас вырвет.       Однако Йеджи пропускает очередное язвительное замечание из уст Ёнджуна, и лишь крепче обнимает.

***

      Некогда приятное воспоминание отзывалось гулкой болью, давя на виски. Ёнджун все ещё у них, и не ясно в каком он состоянии и как долго над ним издевались. Может Ли отправит Йеджи ее брата по маленьким раздроблённым кусочкам, если вообще удостоится вернуть его. Все что происходит с ней лишь маленький процент от того ада, что сейчас переживает ее брат. Ей уже двадцать один, а она продолжает ныть, как маленький ребёнок. Видимо Ёнджун был прав, она никогда не повзрослеет.       Пребывая ещё в некоторой рефлексии, Йеджи замечает движения около нужного ей стола. Хёнджин, небрежно бросив пару купюр на стол, с неохотой выскальзывает из цепких лап блондинок и направляется к лестнице, ведущей к выходу из клуба.       Сердце Хван упало в пятки. Это ее последний шанс. Сейчас, либо никогда. На этот раз судьба была благосклонна к ней, насколько может быть в этой ситуации, ведь лестница, ведущая вниз к массивной двери, позволяющая выйти на улицу находилась позади столиков, на одном из которых она и сидела. Когда парень обошёл танцпол и начал приближаться к столу девушки, целенаправленно двигаясь к выходу, Йеджи резко встала и начала делать вид, что зовёт кого-то из толпы на танцполе, ступая в сторону Хвана. В тот момент, когда молодые люди вот-вот должны коснуться друг друга плечом, по закону жанра, Йеджи делает вид, что оступается из-за неправильного положения каблука и проливает содержимое напитка на белоснежную рубашку мужчины. — О божечки, простите меня. Как же я так, — быстро лепечет Йеджи, но достаточно громко, чтобы ее голос был услышан через все удары битов в музыке. — Сейчас, секундочку.       Йеджи берет пару салфеток с ближайшего стола и начинает растирать алкоголь по ткани, все больше раскрашивая ткань в розоватый оттенок. Хенджин рывком отбрасывает от себя назойливые руки. — Криворукая, ты хоть знаешь сколько она стоит? — с опаской в голосе, грубо спрашивает — Не волнуйтесь, оппа. Я все исправлю, — уверяет его девушка.       Йеджи не привыкла называть кого-то мерзкого столь личным для неё прозвищем, которое она использовала лишь по отношению к брату и пару близких друзей из вуза. Однако, зацикливаться на такой мелочи в данный момент было крайне неразумно. Хван хватает Хенджина за запястье и через толпу тащит того в уборную комнату.