ты мне нравишься

      — Привет!       Хосок обернулся на радостный воодушевлённый голос и, приспустив на носу солнечные очки, пронзительным немигающим взглядом уставился на улыбающуюся моську Чонгука.       — Пятнадцать минут, — вкрадчиво, по слогам протянул он, после чего демонстративно постучал пальцем по пустому запястью. — Что скажете в своё оправдание?       — Оправданий нет, — Чонгук резко поклонился, согнувшись под прямым углом и нехило напугав этим своего парня. — Приношу свои глубочайшие извинения!       — Эй! Ты чего? — запаниковал Хосок, настороженно оглядываясь по сторонам: на них уже косо поглядывало несколько прохожих. Хосок потряс Чонгука за плечо. — Прекращай давай. Чонгук? Я ведь даже не злился. Всё нормально: постоял, воздухом подышал…       Чонгук вцепился Хосоку в запястья и весь затрясся от едва сдерживаемого смеха: впрочем, долго контролировать себя у него не вышло и уже через несколько мгновений он громко прыснул и зашёлся в до неприличия громком хохоте. Хосок застыл столбом, с лицом полным недоумения, разглядывая его покачивающуюся макушку. Горячие шершавые пальцы приятно грели запястья, так что попыток вырваться из цепкой хватки он предпринимать не стал.       — Почему ты такой? — с трудом выдавил из себя Чонгук, наконец разгибаясь. В его глазах плескались бесята, и Хосока будто ледяной водой окатило пониманием, что перед ним лишь разыграли нелепое представление. Он закатил глаза и попробовал стряхнуть с себя чужие руки (но когда не получилось с первого раза, оставил попытки).       — Какой такой? — раздосадовано поинтересовался Хосок, насколько возможно отворачиваясь в сторону от Чонгука: ему не хотелось показывать тому стыдливый румянец, расползшийся по лицу.       — Великолепный, очаровательный, красивый, — принялся на полном серьёзе перечислять тот. — И до сих пор не убил меня за опоздание.       Шутка, было у Чонгука такое намерение или нет, помогла Хосоку вернуться в прежнее русло, так что уже через секунду он принялся за привычное ворчание.       — К слову об этом, — прищурился он. — Ты вообще представляешь, насколько ты накосячил? Что, если мы опоздаем на трейлеры? Трейлеры — самая важная часть сеанса! На них нельзя опаздывать!       — Я думал, самая важная часть — сам фильм, — промямлил Чонгук.       — Фильм важен, но трейлеры создают атмосферу! И ещё попкорн. А если мы не успеем его купить, мне придётся сожрать тебя, — на этих словах Хосок потащил Чонгука в сторону расположившегося неподалёку комплекса с кинотеатром на втором этаже.       — А что, звучит весьма привлекательно, — хмыкнул парень. Сначала Хосок хотел притвориться, что не услышал его, но потом не удержался и ощутимо пихнул Чонгука локтем в бок. — Ещё скажи, что тебе не нравится, — прохрипел Чонгук уже не слишком уверенно. Хосок невольно покачал головой.       — Куда делся тот милый парнишка, что готов был словить паническую атаку от одного лишь взгляда на меня? — наигранно запричитал он, перехватывая ладонь Чонгука, чтобы было удобнее держаться с ним за руки.       — Он не может подойти к телефону, — пробубнил Чонгук, едва подавляя вновь рвущиеся наружу смешки. — Потому что мёртв.       — Сколько можно, — Хосок больше не смог сдерживаться: Чонгук был до нелепого забавным. Или просто нелепым, но Хосока это очаровывало с каждой минутой всё сильнее. — Собираешься так продолжать весь вечер?       — Ты против?       Они только-только прошмыгнули мимо крутящейся двери и погрузились в приглушённый гул, заторможенно расползающийся по зданию с очень высокими потолками. Переливы успокаивающей мелодии из динамиков едва угадывались с их места. Хосок ощутил, как по его спине пробежал непрошеный табун мурашек, и судорожно сглотнул от того, как в горле пересохло. Чонгук звучал больше не с напускной серьёзностью, будто продолжал свою игру, а скорее мягко и с искренней обеспокоенностью. Хосок не понимал, и его это пугало. Где-то на уровне диафрагмы зародилась непривычная щекотка, и Хосок на мгновение прикрыл глаза, чтобы справиться с накатившими чувствами.       — Всё в порядке, — натянуто усмехнулся он, пытаясь отмахнуться от наваждения. — Я не собираюсь указывать тебе, как себя вести.       Чонгук было нахмурился и открыл рот, чтобы как-то возразить, но Хосок прервал его, положив указательный палец ему на губы и категорично покачав головой.       — Ты не забыл, что мы из-за тебя опаздываем?       — Чёрт, — выдохнул Чонгук и заозирался по сторонам, будто только сейчас возвращаясь в реальность. — Пошли.       Он смело шагнул по направлению к эскалаторам и потянул Хосока за собой. Заметив на них несколько осуждающих взглядов от людей в возрасте (хотя и пара скривившихся физиономий их ровесников тоже промелькнула), Хосок задумался над словами Юнги: неужели между ними настолько очевидна не дружеская атмосфера? А ведь у них и физического-то контакта было не особо много. Ощущая, как в душе разгорается пожар злости, Хосок зашагал рядом с Чонгуком более уверенно, сильнее впившись пальцами в его ладонь и гордо вздёрнув подбородок.       Они даже не знают, насколько Чонгук замечательный, но уже готовы осудить за его неформальную внешность и их отношения. Хосок был готов драться с каждым, попробуй кто-нибудь из них вякнуть хоть что-то, пока они пытаются насладиться своим первым свиданием в кино.       Когда они шагнули на движущуюся лестницу и остановились, Чонгук окинул своего парня растерянным взглядом.       — Всё нормально? Выглядишь раздражённым.       Хосок резко мотнул головой, досадуя, что не смог скрыть накатившую бурю эмоций. Он попробовал медленно посчитать в голове до десяти и успокоиться.       — Всё замечательно, — рыкнул он. И Хосок правда пытался ответить спокойно. Более того, он был уверен, что уже взял свои чувства под контроль, но негодование всё равно прорвалось наружу.       Чонгук хмуро оглядел его, наверняка пытаясь разгадать перемену его настроения, а затем наткнулся взглядом на их руки. Его лицо сразу же озарилось пониманием и, немного, разочарованием. Хосок вздрогнул, будто от пощёчины.       — Знаешь, нам не обязательно… я всё понимаю. — Чонгук попытался выскользнуть из Хосоковской ладони, но тот покрепче сжал пальцы. В этот же момент эскалатор подошёл к концу, и парням пришлось немного отвлечься на ходьбу, но Хосоку это не особо мешало судорожно прогонять тревожные мысли в голове по кругу. Так и не решившись словами выразить, насколько неверно Чонгук его понял, Хосок схватился за его локоть свободной ладонью. Теперь со стороны он выглядел так, словно обвился конечностями вокруг руки своего парня, как мартышка вокруг дерева.       Чонгук удивлённо улыбнулся и покосился на него, ничего при этом не говоря, но Хосоку было достаточно и этого, чтобы ощутить, как краснеют его уши. Он чертыхнулся себе под нос и попробовал приосаниться, чтобы вернуть себе ускользающую уверенность. Ну, по крайней мере, у него не осталось времени для переживаний за то, что о них подумают окружающие.       — Надеюсь, на фильме мы будем сидеть так же, — весело прокомментировал Чонгук, качнув занятой Хосоком рукой в воздухе.       — На фильме я буду занят попкорном, — цыкнул Хосок и, резко отпустив Чонгука, в одиночку направился горделивым шагом в сторону буфета. Чонгук, похихикивая, отправился за ним следом.       Уже через пять минут они сидели в паре удобных мягких кресел. Хосок, расслабленно выдохнув, обнимался с ведром карамельного попкорна.       — Зачем ты столько нахваливал мне попкорн с солью, если так ничего и не взял? — поинтересовался он, чтобы немного убить время до того, как погасят свет и включат экран.       — Мне казалось, что есть из одного ведра куда романтичнее, — признался Чонгук, однако умолчав о надежде сталкиваться порой пальцами в темноте. Клишированно и наивно, но зато как будоражило его влюблённый разум. — А что, делиться ты не собираешься?       — Я всё равно не съем всё один, — немного смутился Хосок. Он хотел себя ещё как-нибудь оправдать, но тут на периферии зрения заметил непривычное движение. — Что ты делаешь?       Чонгук, лица которого не было видно за телефоном, сначала сделал несколько фото, и только после этого ответил со счастливой улыбкой:       — Фоткаю тебя, такого красивого.       — Ну нет, — скривился Хосок. — Прекращай. Что за дурость?       — Почему дурость? — не понял Чонгук.       Хосок нахмурил переносицу и не пожелал отвечать. Чонгук какое-то время гипнотизировал его настырным взглядом, пытаясь невербально выбить из него признание, но вскоре свет в зале погас, а у Чонгука так ничего и не вышло. Пришлось с этим смириться. Он развернулся лицом к большому экрану и неуверенно протянул Хосоку ладонь. Тот сразу же переплёл их пальцы, хотя буквально недавно казался раздражённым назойливым вниманием.       Чонгук подумал, что пока что он может работать и с этим. Семимильными шагами он однажды заберётся Хосоку прямо в сердце. Глубоко вдохнув от неожиданно накатившей уверенности, Чонгук воодушевлённо выдохнул Хосоку на ухо:       — Ну что, настало время трейлеров?