ты мне нравишься

      — Чёрт-чёрт-чёрт, — зашипел Тэхён и наклонился в сторону, практически свешиваясь с подоконника, как если бы это могло ему помочь затащить катку. Подушечки больших пальцев стремительно тапали по экрану телефона, но надежды на победу уже не было. Его безжалостно гасили, и Тэхён ничего не мог с этим поделать. — Да ну на…       Он откинул телефон в сторону, но не забывая при этом, что тот ему всё ещё нужен: гаджет лишь немного проскользил с шорохом по подоконнику и стукнулся углом об оконную раму. Тэхён, тем временем, закрыл глаза и попытался мысленно доказать себе, что проигрыши — часть обучения. Будь рядышком Чимин, Тэхён незамедлительно бы излил ему душу, досадуя на придурков в платном шмоте. Конечно, будь он миллионером, а не нищим студентом, он бы тоже всех уделывал по щелчку пальца. Но Чимина рядом не было. А глядишь, был бы, Тэхёну не пришлось бы убивать время (и собственную гордость), проигрывая в долбаной РПГ.       Медленно выдохнув и представив, как он будет назойливо доставать Чимина своим проигрышем, в котором тот даже на одну сотую процента не был виноват, Тэхён ощутил, как восстанавливается его внутренний баланс. Нетерпеливо оглядевшись по сторонам и словив на себе пару осуждающих взглядов (а он ведь даже снял обувь, прежде чем с ногами забраться к окну), Тэхён закусил нижнюю губу от нетерпения.       — Ну где ты, маленький засранец? — пробормотал он себе под нос, ритмично отстукивая пяткой. — Сколько можно тебя ждать?       Когда Чимин не появился даже после парочки мысленных аффирмаций, Тэхён принялся немигающим взглядом рассматривать людей вокруг, забавляясь их смятением. Браться за телефон не было ни малейшего желания: рана ещё была свежа.       — Я к нему подойду! — громкий возглас прорвался через общий гул и ударил по барабанным перепонкам, заставляя Тэхёна вздрогнуть. Парочка косых взглядов, и он понял, что разговор ведут две девушки, только подошедшие к соседнему окну и копающиеся теперь в своих рюкзаках. Тэхён попробовал пригвоздить их к месту осуждающим прищуром, но они даже не обратили на него внимания. Тэхён тяжело вздохнул, и ему пришлось стать невольным слушателем их разговора, хотя не то чтобы его природное любопытство сильно этому сопротивлялось. — Я на мели в этом месяце, мне нужно, чтобы кто-нибудь платил хотя бы за мои обеды. Даже если придётся терпеть его компанию.       — Ты чего несёшь? — уничижительно фыркнула её собеседница, и Тэхён невольно принял её сторону в этом разговоре. — Ты не видела, что ли? Его уже опять заняли, меньше надо было глазами хлопать.       — Что-о? — голос первой девушки опять надавил на уши. Тэхён досадливо цокнул языком и решил: если она не прекратит орать, он не удержится и попросит её заткнуться. — Я не видела его ни с кем!       — Потому что в этот раз он согласился встречаться с парнем. — Тэхён не видел лица девушки, но из-за тона её голоса, он представил её с хитрющей улыбкой на лице. А когда до него дошло сказанное, он с неприятной щекоткой в животе понял, что сейчас у него над душой собираются обсуждать его друга.       — Блять, — выругался он под нос и принялся собирать разбросанные по подоконнику вещи.       — С парнем? — в очередной раз взвизгнула раздражающая из подруг. Закати Тэхён глаза чуть сильнее, он бы наверняка смог увидеть свои мозги. — А очередь этот придурок занять не забыл? — попыталась пошутить она и даже получила одобрительный смешок от своей собеседницы. — Не могу поверить. Теперь он ещё и парням не отказывает… нет, ну ты только подумай, как некоторые обнаглели! С каких пор мужчины настолько обмельчали, что перестали сами о себе заботиться? Или раз ты педик, то на тебя правила приличия не распространяются? И почему Хосок вообще на это согласился, он что, готов вообще без разбора за всеми…       Дослушивать Тэхён не стал. Вообще-то он уже успел сделать шаг в сторону лестницы, собираясь избавить уши от этого проклятия, но в голове словно щёлкнул переключатель, когда речь зашла о Чонгуке. Идиоты на то и были идиотами, чтобы нести бред сивой кобылы, но Тэхён не мог оставить это вот так. Ну или попросту не хотел.       — Ты! — Он развернулся на пятках и грозно ткнул пальцем в подруг: честно говоря, он так и не понял, кто из них что говорил, но суть была не в этом. Девушки обе вздрогнули, отвлекаясь от болтовни, и уставились на него широко распахнутыми глазами. По выражениям их лиц было очевидно, что они были готовы принять его за сумасшедшего. Тэхён уверенно направился в их сторону, подходя до некомфортного вплотную. Одна из них испуганно спросила, что он делает, и по её голосу Тэхён понял, что проводить воспитательные беседы ему нужно с другой девушкой.       Он грозно хлопнул большим пальцем по остальным пальцам руки, изображая захлопнувшуюся пасть, и зло прошипел:       — Рот свой закрой! Хочешь крысятничать у других за спиной — делай это за закрытыми дверьми и шёпотом, чтобы никто посторонний не слышал льющегося из тебя дерьма! — Девушка перед ним подавилась воздухом от возмущения и, кажется, уже была готова сказать пару ласковых в ответ, но Тэхён не дал ей такой возможности. — Не переживай, даже если очередь до тебя когда-нибудь доберётся, никто не будет встречаться с таким безмозглым чудовищем. Поумней, блять, сначала!       — Развлекаешься? — раздалось безрадостное у него за спиной.       — Ебучий ты рот! — Тэхён просто не мог удерживать в узде бурлящую в нём злость. Он раздражённо выглянул из-за плеча на стоящего позади со сложенными на груди руками Чимина. — Ты должен был спуститься ещё сто лет назад. А теперь я занят. Подожди.       — Чел, ты ненормальный! — девичий голос, прокричавший это, прозвучал слишком уж издалека для той, кто стоял рядом буквально мгновение назад. Отвернувшись от друга, Тэхён обнаружил, что девушки уже успешно уносили ноги куда подальше.       — Я ещё не закончил! — возмутился он и собирался последовать за ними, но Чимин крепко схватил его за локоть, останавливая.       — Прекращай. Пусть идут.       — Ты не понимаешь! Эти идиотки…       — Пойдём. Расскажешь по дороге. Мы уже опаздываем.       — И чья же это вина, — проворчал Тэхён, но поумерил пыл и пошёл за ним следом. «По крайней мере», — подумалось ему, — «я ничего не услышал о своём "вульгарном" языке». — Почему так долго?       Чимин скривился, будто лишь одни мысли об этом причиняли ему физическую боль.       — Нужно было разобраться с дополнительными занятиями за прошлый прогул, — наконец выдохнул он, избегая смотреть на Тэхёна. Он невольно ускорил шаг, из-за чего Тэхёну пришлось перебирать ногами быстрее.       — Оу… блять, извини.       — Прекращай материться, — цыкнул Чимин, на что Тэхён демонстративно хлопнул себя ладонью по губам, смиренно принимая взбучку. — И хватит извиняться. Я тебя ни в чём не виню.       — Ну да-а, — неуверенно протянул Тэхён, всё равно ощущая, как по телу расползается пресловутое чувство вины. — Я знаю.       — Что с теми девчонками? — поспешил перевести тему Чимин, открывая и придерживая для Тэхёна дверь на улицу. Тот прошмыгнул вперёд, блаженно подставляя лицо весеннему, уже почти летнему солнцу, и оскалил зубы.       — Они обсуждали Чонгука и делали это крайне мерзким способом. Даже если тебе кажется, что я перегнул палку, это была сущая ерунда на фоне того, что говорили они.       — Нашего Чонгука? Откуда они его знают? — недоумённо поинтересовался Чимин, выходя следом.       — Они знают его парня, и этого оказалось достаточно, — пренебрежительно фыркнул Тэхён и резво сбежал по ступенькам. Чимин торопливо нагнал его, взял под руку и повёл в сторону остановки.       — Почему ты так злишься? — Чимин словил на себе осуждающий взгляд друга и решил конкретизировать. — Не на этих двух, я говорю о Хосоке.       — Более интересный вопрос, почему ты не злишься?       Чимин пожал плечами, после чего вцепился в Тэхёна покрепче, мешая тому вырваться.       — Отстань, даже идти рядом с тобой не хочу больше, — капризно запричитал тот, дёргаясь всем телом. Но Чимин был непоколебим.       — Мне показалось, что он не так уж и плох. Он нравится Чонгуку, Чонгук нравится ему. И он не смотрит на нас свысока или пренебрежительно. Позавчера он даже купил мне яблочный штрудель, когда я забыл кошелёк…       — Ты продался за еду? — воскликнул Тэхён, его челюсть отправилась в полёт прямо к его ногам.       — Я не продавался за еду, — попытался возразить Чимин, но друг его перебил:       — Нет уж! Ты продался за яблочный-мать-его-штрудель! Я думал, мы с тобой в одной команде…       — Не продавался я за еду! — с нажимом повторил Чимин, недовольно качая головой. — Просто мы разболтались, и он оказался неплохим парнем. Так что совет им с Чонгуком да любовь. Я вставлять им палки в колёса не собираюсь. Что важнее: в чём твоя проблема? В том, что тебе никто не купил дессерт?       — Ты должен был любить только мои блины! — страдальчески заявил Тэхён, вынуждая Чимина закатить глаза. — Но теперь, когда я знаю, что ты изменил мне с Мистером Яблочным Штруделем, никакой тебе веры! Он же без царя в голове! Поверь мне, от него будут одни проблемы…       — Это же была твоя идея.       Тэхён моментально опешил.       — Какая разница, чья это была идея? — несмотря на слова, он пристыженно ссутулился. — Я просто думал, что Чонгук занырнёт во всё это, испугается и унесёт ноги. Но мы его вообще потеряли.       — Подожди, — нахмурился Чимин. — С каких пор у тебя развился комплекс старшего брата? А как же кредо «кто не рискует, тот не пьёт шампанское»?       Тэхён хотел возразить, что это только его правило: в отличие от некоторых, он вдоль и поперёк успел изучить свои лимиты и границы, так что всегда сможет дать по тормозам в самый последний момент. Но вот Чонгук? Нет, этот азартный придурок будет переть до самого конца, пока от его сердца не останется одна лишь пыль.       Но вслух Тэхён этого говорить не стал. Чимин бы только принялся за очередную нудную лекцию, а стресса Тэхёну на сегодня уже хватило с лихвой. Так что он лишь покосился на своего лучшего друга и озадаченно поинтересовался:       — И что ты предлагаешь? Просто молча наблюдать, как всё идёт по одному месту?       К его удивлению Чимин хитро ухмыльнулся.       — Не знаю, почему ты так распереживался, — в его голосе плескалась чистая гордость. — Наш Чонгук слишком часто сталкивался с дерьмовыми людьми, чтобы не уметь за себя постоять.