Хрусталь.

1 декабря Настырные солнечные лучи всё-таки пробрались в комнату девушки, даже плотные чёрные шторы не могли их скрыть. Девушка сморщилась от яркого света повернулась в другую сторону, но там проблема не исчезла, а наоборот, свет стал ещё ярче, от этого Нин Гуан пришлось открыть глаза и заставить себя проснуться, как бы не хотелось. Интересно, почему шторы не могут сдержать утренний свет? Не от того ли, что сейчас не утро, а уже час дня? Девушка посмотрела на часы, которые стояли на тумбочке возле кровати, и ужаснулась, на них показывало 13:08. Воля Небес ещё никогда не просыпалась так поздно. Её рабочий день начинался рано утром и заканчивался поздно вечером (или ночью). Это так странно, но сейчас она не заставляла себя вставать и собираться на работу, нет, ей было абсолютно все равно, как все справляются с её обязанностями, что сейчас твориться в Ли Юэ. Всё тело жутко болело, особенно голова, от этого ещё больше не хотелось вставать с мягкой постели. Но встать всё-таки было нужно, не поддаваясь соблазнами. Светловолосая встала босыми ногами на холодный пол, от чего немного поёжилась. Девушка постепенно собирала осколки воспоминаний вчерашнего дня. Сказать, что они были не самыми лучшими, ничего не сказать, они были самыми ужасными в её жизни. Нин Гуан была лишь в одном шёлковом пеньюаре, но когда спускалась вниз по ступенькам холод уже почти не ощущался. Первый день зимы принёс в Ли Юэ жуткие морозы, температура упала намного ниже минуса. Наверное погода передает её состояние. Когда Воля Небес преодолевает последнюю ступеньку и наконец оказывается на кухне, то видит привычного мужа, в кухонном фартуке и с немного растрепанными волосами, который уверенно орудует сковородкой. На кухне кипит жизнь, очень жарко, по телевизору показывают дневные новости, чайник уже начинает закипать, а сковородка шипит, как бы говоря, что яичница уже готова. Чжун Ли любит готовить, у него это получается намного лучше, чем у Нин Гуан, и когда он нарезает овощи, что-то жарит или тушит, то начинает настолько вникаться в этот процесс, что ничего и никого не слышит, и не замечает. К слову, в университете тоже готовил Чжун Ли, так как один раз Нин Гуан и Люмин пытались что-то приготовить и чуть не спалили всю кухню, после этого Воля Небес даже не притрагивалась к плите, разве что к кофеварке. Мужчина наконец оборачивается и замечает худощавый силуэт жены, смотрящий в одну точку. —Милая, доброе утро,— Моракс одаривает Нин Гуан нежной, лучезарной улыбкой. Она невольно засматривается на него, на высокую фигуру, на каштановые волосы, на мягкие черты лица. Если идеал мужчины существует, то это — Чжун Ли. Взгляд Воли Небес стеклянный и абсолютно пустой, безжизненный, от которого улыбка у Моракса начинает заметно исчезать. Видимо надежда, что завтра всё будет лучше не оправдалась,— хотя уже день, но не важно. Садись завтракать, ты будешь кофе или чай?— она кивает, просто кивает. За все это время она не сказала ни слова, ни одного. Надежда на то, что можно обойтись без психолога начинает медленно рассыпаться,— Нин Гуан, пожалуйста давай поговорим,— она опять кивает, Чжун Ли берет её холодную руку в свою горячую и сажает на диван,— всё то, что произошло вчера... мы..,— он не знает как начать вести диалог, что уместно сказать в данной ситуации, но этого делать и не приходится, так как внимание пары привлекает нечто другое. «Вчера на центральной набережной Ли Юэ была замечена госпожа Нин Гуан — мэр нашего города, в состоянии алкогольного опьянения. На кадрах видео, которое сняли наши корреспонденты, видна бутылка со спиртным напитком. К сожалению причину установить не удается. По словам секретаря главы Цисин с Волей Небес всё хорошо и проблем нет, однако сегодня в городе и мэрии она не появлялась. Это были все новости к этому часу.» Гнев наполнял девушку изнутри. Рубиновые глаза стали кроваво-алыми, ногти впивались в ладони, оставляя вмятины на нежной коже. Сжав челюсти, глаза Нин Гуан метались по комнате, ища что-нибудь, чтобы выместить свою злость, первое что нашлось, это — пульт. Предмет с огромной скоростью полетел прямо в телевизор, оставляя после себя сотни маленьких осколков. Но видимо этого не хватило...тогда девушка резко подскочила и побежала по ступенькам наверх, но Чжун Ли вовремя перехватил её за запястье и притянул к себе: —Куда ты Нин Гуан? Неужели в редакцию? —Что-то не так? Ты правда думаешь, что я так это оставлю, что я позволю им жить спокойно?!— Воля Небес словно дикая кошка, вырывалась из его рук,— Воля Небес — алкоголик!! Так теперь будут красоваться обложки газет! Замечательно, не находишь?! Ты же просил Аякса со всем разобраться! —Чайлд убрал журналиста только после нашего приезда.. —И? Разве он не руководит отделом журналистики? —Его не было сегодня на работе, Паймон приболела. —Мне плевать!! Как мой народ мог пойти против меня, как?! Отпусти меня, Чжун Ли!— девушка продолжала вырываться, кричать, но хватка мужчины была сильнее. Через некоторое время силы девушки наконец иссякли и из глаз начали капать одинокие слёзы, а из груди вырывались тяжелые вздохи. Нин Гуан уткнулась в грудь Чжун Ли, тот прижал её сильнее. На самом деле он был рад, так как Воля Небес больше не молчала, не замыкалась в себе, а начала проявлять эмоции, хоть и не самые положительные,— почему.., почему я не могу один раз побыть слабой..? —Милая, не предавай этому большого значения, журналисты всегда всё преувеличивают. Город любит тебя, они не поверят этим словам,— она истерически засмеялась вперемешку со всхлипами. Чжун Ли никогда не видел её в таком состоянии. —Нет, они не захотят на месте главы города алкоголика. Я больше никому не буду нужна и тебе тоже Чжун Ли, скоро тебе надоест со мной возиться и ты тоже оставишь меня... —Даже не смей так думать! Я никогда тебя не брошу, никогда и ни за что! —Бросишь...,— мужчина взял её лицо в свои ладони и уже собиралась сказать очередное «нет!», но тут же его руки обожгли горячие щёки девушки. —Ты вся горишь, Нин Гуан!— после этих слов ноги Воли Небес подкосились и она плавно осела на руках мужа. Чжун Ли моментально подхватил жену, отнес в её комнату и аккуратно положил кровать. Мужчина в суматохе заметался по помещению, только позже он додумался набрать номер своей близкой подруге и лучшего врача, которого он знает — Люмин. Долгие гудки и наконец девушка берет трубку: «—Привет, Чжун Ли! Что-то случилось?» —Люмин, у Нин Гуан сильный жар, кажется она в бреду,— мужчина посмотрел на Волю Небес, голова которой металась из стороны в сторону, а по лбу скатывались капли пота,— что мне делать? Ты можешь приехать? «—Так без паники! Сейчас положи ей на лоб холодное полотенце, если нагреется, то поменяй. Мы скоро будем!— Чжун Ли успел прошептать только одно «спасибо» и девушка отключилась. А Моракс проследовал всем указаниям, набрал таз ледяной воды, намочил и выжал полотенце и положил его ей на лоб. Ногти девушки впивались ей в ладони, чтобы та не причиняла себе боль, Чжун Ли взял её руки в свои. Скоро всё кончится, скоро всё наладится... Чжун Ли верил.» *** «Нин Гуан проснулась в хорошо знакомой ей комнате, в кровати с её старым постельным бельем. Она в своём старом доме? Почему она именно здесь? Девушка резко подскочила с кровати и начала осматривать помещение. Всё, абсолютно всё стояло так же, как она оставляла в последний раз. Она что умерла? Паника начала медленно подступать. В настоящем девушка уже довольно давно не посещала свой старый дом. Она начала осматривать другие комнаты: ванную, комнату младшей сестры и спальню родителей. Не было никого, абсолютно никого. Осталась только кухня, Воля Небес медленно пошла по небольшой лестнице вниз и увидела женский силуэт. Неужели это..? Нет.. не может быть.. —Мама..,— невольно сорвалось с уст Воли Небес, женщина обернулась и улыбнулась так чисто и невинно, так тепло, по матерински, что у Нин Гуан защемило сердце, а может это вовсе не так. Это не тот человек, которого она знала всю свою сознательную жизнь,— почему ты здесь?! Почему я здесь, что происходит?! Я умерла, да? Если это так, почему я в аду, а не в раю? Лучше жить в преисподней, чем с тобой в одном доме!! —Присядь, дочь,— женщина указала на стул рядом с собой. Нин Гуан чуть ли не задохнулась от собственного возмущения, буквально. —Дочь? Как у тебя язык поворачивается?! Я, я просто не понимаю,— девушка хватается руками за голову от безисходности, хочется плакать. Нин Гуан взяла стул и села напротив матери,— хорошо, давай поговорим. Начнём с самого рождения, а может после моего совершеннолетия, ну чего ты молчишь? Говори! —У нас мало времени, Нин Гуан. Нам нужно поговорить о тебе и твоём муже. Я знаю, что ты не можешь иметь детей. Это всё из-за меня, я не рожала тебя, ты приёмная Нин Гуан. А твоя сестра, это дочь первой жены твоего отца, вы мне обе не родные понимаешь? Я была готова терпеть вас двоих только из-за его денег, но когда они умерли я осталась без ничего и мне стало на тебя совсем безразлично. Я делала вид, что люблю вас только ради денег, понимаешь? Я не прошу тебя простить, я знаю, что ты не простишь. Но как официальная, хоть и не биологическая мать, я хочу дать тебе совет. Бросай своего мужа, не повторяй моей ошибки. —Я люблю его.. он сказал.. что не бросит меня не смотря на ребёнка,— говорила Нин Гуан сквозь слезы и всхлипы. Почему, почему это происходит с ней? —Ты не сможешь сделать его счастливым, понимаешь? Если по твоим словам он такой замечательный, то он заслуживает лучшей жизни, без тебя и с здоровой супругой,— она говорила это так спокойно, будто обсуждает погоду за окном, от этого было ещё больнее. В её глазах никакого сочувствия, хотя что можно ожидать от такой, кхм матери. —Ты виновата во всём! Я так ненавижу тебя, ненавижу!! Мой ребёнок мог быть сейчас со мной и Чжун Ли, но ты, это всё ты! —Я согласна, осталось совсем немного Нин Гуан. Я хочу сказать, что очень горжусь тобой и прислушайся к моему мнению. Прощай. —Что? Нет, подожди!!— сказала она в пустоту. Всё исчезло, испарилось, ни матери, ни дома больше не было, осталось только чёрная, гложущая пустота.» *** Вот уже целый час Люмин в комнате Нин Гуан и до сих пор никаких вестей. Чжун Ли сидит на диване и нервно постукивает пальцами по стеклянной столешнице, а Аякс в соседнем кресле, оперевшись головой на руку. У предвестника фатуи уже дёргается глаз от навязчивого звука, переводя взгляд на друга, он видит только пустой взгляд янтарных глаз. Чайлд резко встаёт с кресла и походит к верхнему шкафчику кухни, по хозяйски достаёт стеклянную бутылку с виски, наливает в бокал и ставит рядом с рукой Чжун Ли. —Пей,— брюнет вопросительно смотрит на Аякса, а после на стакан с светло-коричневой жидкостью. Засомневавшись всего на секунду, Моракс залпом осушает стакан и ни один мускул на его лице не дрогнул. Предвестник удивленно смотрит на своего друга,— старик, ты удивляешь меня. Как ты? —Как мы до этого докатились? Почему это происходит с нами?— он действительно устал. За последние дни не только Нин Гуан изменилась, он тоже. Но это только начало, Чжун Ли это понимал, им предстоит пережить еще много испытаний. Даже кот, почуяв что-то неладное, сел на колени к хозяину, пытаясь разбавить тоску. Но Моракс мало обращал внимания на любимца. Через несколько минут из комнаты вышла измученная Люмин и присела рядом с брюнетом. —Чайлд, налей мне воды пожалуйста,— муж блондинки сразу побежал выполнять просьбу. Золотые глаза Чжун Ли снова приобрели некий блеск. Сгорая от нетерпения, мужчина прожигал Люмин взглядом. Она немного улыбнулась,— всё хорошо, Чжун Ли, она в порядке,— все трое облегченно выдохнули. Люмин протянула брюнету листочек с записями,— это то, что необходимо делать, если ты будешь хорошо за ней ухаживать, то она поправится быстро. Я постараюсь приезжать через день, пойми у меня болеет дочь, но я правда постараюсь,— мужчина понимающе кивнул,— тем более ты не один, у тебя есть помощник,— блондинка посмотрела на кота, который удобно устроился на коленях хозяина. Чжун Ли погладил любимца за ушком, от чего тот довольно замурчал,— всё будет хорошо. «Да, да, всё будет хорошо...»