Корпорация потерянных лиц

— Во-первых, это не продлится больше месяца, во-вторых, всё зависит от положительных намерений твоего отца,— Фернандо — ухоженный, элегантный мужчина тридцати восьми лет, с идеальным пробором набок и, будто бы вечно, в тёмно-синем костюме с бордовым галстуком (по крайней мере, Ли никогда не видел его в другой одежде). Говорил он всегда приятным, гладким голосом, чётко объясняя свою позицию в том или ином вопросе. Смотря в его ярко-зелёные глаза, складовалось впечатление, что он когда-то был «злым» главой мафии, в связи с этим сейчас у него в характере осталась та самая «кислинка», ощущающаяся как хитрость. Но, несмотря на свою ярковыраженную чёткость и строгость, Ли для него был неопытным (в некоторых делах), младшим братишкой, которого мужчина иногда брал за руку и указывал нужное направление в пути. — Месяца? Это может затянуться на месяц? Разве я не еду туда в качестве парламентёра? — Ты едешь туда в качестве того, кто подпишет контракт с мировой компанией, влияющей на практически всю международкую экономику. — Всё равно. По документам я выступаю от лица Раона Феррари? — парень вопросительно посмотрел на Герра, который, слегка нахмурясь, вёл машину, уже проезжая Ла Скала — знаменитый оперный театр в центре Милана. — Нет, в контракте будет указанно твоё имя, Ли. — Чего? Как я смогу полноправно взять на себя ответственность за это, если компания принадлежит моему отцу? — Ты наследник. Феррари младший, — Фернандо притормозил на светофоре и посмотрел на парня, — ты уже являешься неотъемлемой частью компании. С рождения, — мужчина улыбнулся и, переместив взгляд на дорогу, нажал на газ, — Поэтому, да, контракт будет принадлежать Раону, так как это входит во все остальные договоры корпорации. Но только тот, кто подпишет контракт, если все условия при подписывании соблюдены, сможет расторгнуть или внести изменения в нём. Без тебя это будет сделать с вероятностью в девяносто девять процентов невозможно. Ли умолк. Почему отец просит его подписать контракт - абсолютно непонятно. Такие серьёзные сделки Раон всегда решал либо сам, либо через людей, в которых уверен. С другой стороны, доверие, которого Феррари старший удостоил своего сына, действительно велико. Парень относится к этому с неизмеримой благодарностью, но глупое сомнение не даёт покоя все четыре дня после смерти Уильяма Хоулза. — О чём думаешь? — спросил Фернандо через некоторое время поездки в тишине. — Ты заедешь за мной двенадцатого? — парень думал не об этом, но выкрутиться вопросом — одна из самых удачных стратегий избежания нежеланного разговора. — Конечно. — Не знаешь, отец уже собрал людей? — ещё одна хитрость: «Закидать вопросами». — В основном это будет охрана, Ли. Из всех «особо нужных» поедут только четверо, включая меня. На всех них, безусловно, можешь полагаться, — мужчина весь разговор пытался поднять растроение парню улыбаясь, но ещё раз взглянув на него, с огорчением понял, что ему сейчас не до смеха, — Я понимаю, что ты встревожен, но пож.. — Я не встревожен, Ферн, — Ли заметил, что перебил, — Извини. Просто сейчас у меня много ответственности, которую, — он вздохнул не с грустью, а с усталостью, — надо принять и приучить. — Всё будет, мальчик мой, — Герра, видимо наученный опытом, никогда не использовал слово «хорошо» в таком утверждении. Возможно, он понимал, что всё может пойти не гладко, возможно, просто не хотел раздавать лишние надежды. Но без этого дополнения фраза (из-за своей реалистичночти) казалась более воодушевляющей и поддерживающей. — Спасибо, — Ли переменил тему на более приземлённую, спрося, как поживает Фернандо. Хоть меланхолия и не прошла, становилось в разы легче. По пути домой они успели поговорить о многих общих и личных делах двух мужчин. Ли в который раз заметил, на сколько у них разые интересы, но похожие взгляды на жизнь. *** По приезде парень застал отца в гостинной. К тому времени все работники уже вернулись, насладясь однодневным «неслужением» никому, кроме себя и своих семей. Феде — в прошлом няня Ли, а сейчас главная по дому, приняла у своего подопечного серое пальто, и удалилась, намереваясь сделать ужин, и получив в след от парня воздушный поцелуй. — Уже вернулся, сынок? — побудительным голосом спросил сидящий в гостивом зале Раон, неотрываясь от книги. — Да, — Феррари младший прошёл к нему и сел в светлое кожанное кресло, кинув рядом рюкзак с учебными принадлежностями. Отец в сером свитере и светло-коричневых брюках сидел на диване, положа ногу на ногу и читал Джованни Боккаччо «Амето». — Нравятся мне его произведения, — легко вздохнул и, сделав небольшую паузу (видимо, дочитывая обзац), спросил, — Как прошли занятия? — «Время, объятое неумолимой тоской по одному человеку никогда не бывает бессмысленным». Но не в моём случае, — ответил сын. Мужчина наконец-то перевёл взгляд на парня. — Что ты хочешь этим сказать? — Для чего людям, имеющим свой статус в определённых кругах, приклоняться перед гибелью человека, который никак не связан с итальянской экономикой? — Он влиял на экономику Европы, а мы входим в европейский союз, Ли, — Феррари снова перевёл взгляд в книгу, но через некоторое время отложил её и добавил, — Но я согласен, что всё не на шутку глобализировали. — Лучше бы они занимались поиском убийцы, чем этой едундой. — Сынок, ты недооцениваешь разгорячённость людей, — рассмеялся отец. — Всмысле, пап? Я.. — Давай хотя бы сейчас не будем об этом говорить, Ли? Мне самому всё это уже по горло, — Мужчина снова потянулся открыть книгу. — Хорошо, отец. Но у меня есть пара вопросов к тебе, — парень с вызовом подался вперёд и демонстративно положил локти на колени. — Что послужило предлогом тому, что глава компании «Real estate Ferrow comporated», знаменитый бизнесмен и долларовый миллионер - Раон Феррари не собственнолично подпишет контракт с «International property sales», а отдаст это дело своему сыну? — он навсегда запомнил эти заголовки статей сми. — Ли.. — Что ты хочешь от меня, пап? Что ты хочешь сделать с собой, пока меня не будет? Почему дал возможность мне? — Сынок, — Раон тепло, искренне улыбнулся, но быстро всмотрелся в жёсткие глаза напротив и посерьёзнел, — Ты мой наследник. Единственный. Твоё участие очень важно.. — Отец. Прости, за то, что перебил. Мне не нужна «вода». Скажи, пожалуйста, правду, — парень говорил чётко, резко, но тихо. Он с детский пор осознавал, что ниже и слабее по статусу, чем отец. Феррари старший чуть осуждающе посмотрел на него, но продолжил. Вернее, начал заново. — Это дело безопасности, Ли. Если ты, как «новый» член общества (мужчина имел в виду «высшее общество», в которое входят люди учавствующие в предпринимательской деятельности, а также полноценно входящие в слой мировых олигархов), подпишешь контракт с IPS вместо меня, твой статус поднимется до руководительского — МОЕГО, и управлять торговлей смогу не только я, но и ты. А, как тебе известно, попадать в две мишени сразу труднее, чем в одну. — Уступишь мне своё место? — Скорее, слегка подвинусь. И плюс ко всему, — Раон встал с дивана и, сложа руки за спиной, начал медленно ходить по залу, смотря на растопленный камин, — Я старею. Меня всё легче и легче поймать, — он повернулся лицом к парню, — А ты не дашь компании рухнуть, — звучало это наставляюще, немного угрожающе. — Даже если что-то случится со мной.. у тебя будут все условия, включая всеобщее уважение людей, для того, чтобы взайти на моё место. — Есть предпосылки? Тебе угрожает сейчас кто-то? — Ли говорил спокойно, но в его голосе чувствовалось настороженность. — Нет. Но всё может быть. То, чем мы занимаемся всегда будет предметом зависти для конкурентов. Дальше сын сказал вещь очень удивившую Раона. Из губ парня донеслось сопереживающее, но холодное: "Не уходи сейчас, пап". Оба встали напротив друг друга. Ли был выше, но это совсем не мешало чувствовать себя сейчас менее мудрым, менее ответственным. Перед ним стоял человек, который убережёт его от всего... Только если это не даст право на бестактность в будущем. — Не уйду, сынок, — мужчина положил руку на затылок Ли. — Верь мне. Это не сговор против тебя или меня. С того момента, как ручка в твоей руке оторвётся от бумаги, заверяющей союзничество между двумя корпорациями, ты станешь намного сильнее. И я обещаю, что посвещу тебя во всё, что знаю об этом мире. Эти слова отца были сказанны от всего сердца. На большее он не способен. Но сын понимал, что Раон имеет в виду. Мужчина признавался ему, что сын — это самое сокровенное, что он имеет в своей жизни. — Я не подведу тебя, — они обнялись. — Спасибо, что рассказал, — с этими словами Ли отстранился от отца, взял рюкзак и направился в комнату, где ещё долго думал о сегодняшнем вечере и о том, почему же всё-таки слова поддержки, сказанные сегодня, не растворялись в нём, а ощущались так, словно его сердце - горячий меч, который опускали в воду до тех пор, пока он окончательно не застыл.