Woncha come on home

Хината ополоснула лицо холодной водой, чтобы хоть немного отогнать сон и посмотрела на себя в зеркало в туалете придорожной забегаловки. Казалось, что она почти не изменилась со дня своей первой миссии. Разве что волосы стали длиннее, и взгляд менее напряженным, однако не по причине душевного роста, а скорее наоборот, деградации. Ей просто стало на все абсолютно наплевать. Например на то, что они были в дороге уже больше недели без возможности помыться и нормально поспать.   — Хината, — постучался в дверь Киба, намекая, что пора прекращать прихорашиваться.   Команда номер 8 расплатилась за безвкусный обед и вышла на тракт, ведущий в Коноху. Они возвращались домой с миссии по отслеживанию и поимке двух нукенинов соседнего государства. За столько лет совместной работы их троица стала чуть ли не самой знаменитой поисковой командой не только в Листе, но и в ближайших странах. Потому все стремились нанять их, как для крупных миссий, вроде поимки преступников, так и для дел, совершенно не имеющих отношения к профессии шиноби – в прошлом году им пришлось искать сбежавшую наложницу лорда феодала.   С миссией команда номер 8 справилась на ура, нукенины были найдены, схвачены и без единой царапины переданы в суд столицы страны Чая, однако изначально двухнедельную миссию они смогли завершить только на конец третьего месяца. Их специализация, конечно, предполагала долгие и утомительные миссии, иногда скучные до невозможности, и за столько лет они вроде как даже привыкли к длительным путешествиям, однако все трое устало ворчали и торопились домой. У Шино на носу было мероприятие клана, Киба готовился к вступлению в отряд полиции, а Хината до смерти хотела в душ.    — Что с тобой? — спросил Киба, когда Хината встала, как вкопанная, перед воротами Конохи, замерла на секунду, а потом, будто оттаяв, проследовала дальше.   — Ничего, — выдохнула она и наткнулась на вопросительный взгляд напарника. — Просто подумала, что Хокаге будет недовольна, ведь мы провалили эту миссию.   — Подумаешь, задержались немного, — отмахнулся парень. — С кем не бывает?   — Права Хината! — вмешался Шино. — Почему? Да потому что за задержку нашу, вероятно, Коноха получила денег меньше, чем должна была изначально.   — Посмотрим, я ставлю на то, что все пройдет гладко.   И трое двинулись по направлению к резиденции Хокаге.   — Три месяца!!! — прогрохотала Цунаде, едва не выбивая громогласным кличем стекла из окон. — Еще чуть-чуть и я бы послала другую поисковую команду искать вашу поисковую команду.   — Цунаде-сама, мы не могли сообщить… — пыталась оправдаться Хината, но Хокаге грубо ее прервала.   — Плевать я хотела на ваши обстоятельства. Еще одна промашка и разжалую до чунинов! Засуха второй год, Акацуки снова повылезали, нам нужны деньги, как никогда! Идите вон с моих глаз, я еще придумаю, как вас наказать. Инудзука, с тебя, как с командира, жду рапорт.   — Акацуки? — перед Хинатой снова возник образ темных плащей с красный облаками.   — ВОН!    Ребята распрощались на развилке, договорившись не тренироваться как минимум несколько дней, и разошлись к своим клановым поместьям. Хината шла с чувством жжения в груди, как будто не могла что-то вспомнить, что-то очень важное. У ворот квартала Хьюга ее встретил Ке и довел до усадьбы, будто бы здесь ей грозила большая опасность, чем за пределами Конохи. Девушка притворилась, будто опять ушла глубоко в свои мысли, чтобы не разговаривать с телохранителем. Сейчас она не была готова отвечать на вопросы о том, как прошла миссия. В сущности, ей нечего было рассказать.   — Наконец-то ты дома! — бросилась в ее объятия Ханаби, когда девушка зашла в гостиную. — И Неджи вернулся, отсыпается наверху. Отметим, что вы наконец дома?   — Да, конечно, — не вдумываясь в слова сестры ответила Хината.   — За эти три месяца столько произошло, сначала…   И Ханаби пустилась в энергичный монолог, посвящая сестру в детали клановых слухов, что она пропустила. Пока старшая Хьюга переодевалась, скинув с себя несколько килограмм оружия и пыли, что въелась в походный плащ, младшая сидела на ее кровати, болтая ногами, у нее буквально не закрывался рот. Иногда Хинате казалось, что ей, должно быть, очень скучно живется. Она, как наследница не могла обзавестись своей собственной командой, не ходила на миссии и круглые сутки проводила в квартале, будто заточенная в башню принцесса.    — Я так рада тебя видеть, сестренка! — сказала Хината, когда Ханаби выложила ей все подробности прошедших трех месяцев. Она, поддавшись жалостливому порыву, нежно обняла сестру и повалила ее за собой на подушки.   — Эй, ты что, спать собралась? — выбралась из ее объятий Ханаби. — Сперва загляни к отцу, ты же знаешь, он ждет отчет.    Хината тяжело вздохнула, думая, что же ей сказать Хиаши. Он знал детали ее миссии, знал, что она должна была завершится еще два с половиной месяца назад. Ее ждет неплохая трепка. В лучшем случае – лекция. В худшем…   — Давай, давай, не зли его! — начала выпинывать сестру с кровати младшая Хьюга.   Облачившись в домашнее кимоно, Хината активировала бьякуган, чтобы посмотреть, где находится отец. Как будто она не знала! С тех пор, как они переехали в этот дом, у Хиаши было только одно место обитания – его кабинет. За исключением тех часов, когда он тренировал дочек в семейном додзе.    Девушка на цыпочках вышла из комнаты. Ее сердце громко ухало в груди, и его частые толчки отдавались в уши и живот, коридор, и так длинный и темный, превратился в бесконечность, она не могла разглядеть дверь кабинета, та как будто бы тонула во мгле. Кажется, подумала Хината, я сейчас потеряю сознание. Она почувствовала чакру отца, густую, обволакивающую с ног до голову, забирающуюся в ноздри и ушные раковины, почувствовала также отчетливо, как и приступ тошноты.    — Отец! —сначала девушка приоткрыла дверь, он одобрительно кивнул через маленькую щелочку, и только тогда она зашла.   Чтобы ее дрожащие ноги не были такой очевидностью, она села в кресло напротив стола и автоматически выпрямила спину. Она никогда не была такой сосредоточенной и напряженной, даже при встрече с самым опасным противником. А тут сидела перед родным отцом и едва ли не умирала от ужаса.   — Твоя миссия затянулась, — сказал Хиаши ровным голосом, не отрываясь от бумаг, он что-то вычислял на калькуляторе и записывал цифры в свиток.   — Нам пришлось долгое время под прикрытием втираться в доверие к нукенинам, — сказала она, запинаясь и заикаясь, хотя репетировала ответ на этот вопрос все то время, пока шла по коридору. — Мы завершили задание успешно и собрали информацию о новых черных рынках в стране Чая.   — Но вы просрочили задание более, чем на два месяца, — Хиаши посмотрел на дочь исподлобья, и взгляд этот не предвещал ничего хорошего. — Можешь идти, завтра с утра я проведу тебе тренировку, будь готова.   — Не утруждайтесь, сестра сказала, что Неджи вернулся с миссии…   — Очевидно методы Неджи оказались недостаточны, раз ты проваливаешь миссии, — он едва повысил голос на четверть тона, но Хинате показалось, что отец кричит на нее, и быстро уткнулась взглядом в пол, боясь, что вот-вот расплачется. — Ты свободна.   — Да отец, — промямлила девушка и, поклонившись, быстрым шагом удалилась из кабинета.   В своей комнате Хьюга бессильно пролежала на полу до полуночи, не переставая думать о том, что могла бы сделать, чтобы миссия прошла быстрее. Очевидно, что ничего, но девушка продолжала корить себя за слабость, никчемность и глупость. Три качества, на которые ей всегда указывали. При воспоминании, как их встретила Цунаде, стыд накатывал с головой и сердце заходилось в бешеном ритме. Она не могла терпеть, когда кто-то повышал на нее голос. Сразу чувствовала себя загнанной в угол бездумной зверушкой.    «Тук-тук» привлек ее внимание шум из комнаты наверху. Звук такой, будто кто-то передвигал мебель, но Хината знала, что это Неджи. Она активировала бьякуган и встретилась с точно таким же бьякуганом брата. Он, стоя прямо над ней такой домашний с собранными в хвост волосами, сделал движение двух пальцев к губам и от губ. Это был такой сигнал. Девушка кивнула и активировала технику перемещения. Через секунду они оба уже сидели на качелях перед озером. За годы такие вот вылазки стали для них что-то вроде традицией. Деревья за их спинами значительно выросли и теперь были живой изгородью от особняка главы клана Хьюга, а пруд почти весь высох. Последние два года выдались на удивление жаркими. В нем больше не отражалась луна, теперь Хината и Неджи смотрели на кучу грязи.   — Что интересного у тебя было? — Неджи немного раскачался на качели, пока Хината подкуривала две сигареты.   — Интересного? Ничего, — она отдала брату сигарету и сделала затяжку. — Три месяца притворялась проституткой, чтобы выйти на нукенинов. А у тебя что?   Хината знала, если брат спрашивает « что интересного у тебя было?», значит у него у самого случилось нечто фееричное, с чем он хочет поделиться. Но правила приличия диктовали ему сначала поинтересоваться делами сестры.   — Мы с командой номер семь спасали Казекаге, — сообщил Неджи, гордо улыбаясь, даже грудь немного вперед выпятил. — И под командой номер семь я имею ввиду и Наруто Узумаки тоже.   Хината удивленно приподняла брови. Она уже и забыла, что когда-то существовал такой человек, хотя во время безумного полового созревания он ей очень даже нравился.    — Неужели? И отчего же вы спасали Казекаге? — наследница сделала вид, что пропустила мимо ушей слова про Наруто.   — От Акацуки, — улыбку Неджи, будто ветром сдуло. — Они извлекли из него однохвостого…   — Подожди, — Хината подалась вперед. — Это значит, что Гаара…   — Нет, он выжил. Точнее, он умер, но потом случилось нечто невероятное. Одна старуха из его деревни, старейшина, вернула ему жизнь ценой своей. Я никогда прежде такого не видел, смотрел бьякуганом и все равно не смог понять. Она заменила его чакру своей собственной, полностью изменив структуру каналов. Точки чакры и танкецу стали идентичны по расположению ее собственным, как будто она перенесла всю систему чакры из своего организма в организм Гаары.   — Что ж, — задумалась Хината, вертя в руках сигарету. — Если подумать, это вполне возможно, но это очень тонкая работа, нити чакры еще тоньше, чем сосуды. Тем неменее, я рада, что с Гаарой все в порядке.   — Лучше бы ты сказала, что рада, что Наруто вернулся. Я надеялся, что эта новость тебя немного расшевелит.   Хината не ответила, лишь снова затянулась, заполняя легкие токсинами.    — Он хочет собрать нас всех завтра, что-то вроде вечеринки в честь возвращения.    — Хм, — еще одна затяжка. —Я давно не виделась с однокурсниками… почему-то.   — Потому что ты называешь их однокурсниками, а они зовут друг друга друзьями, — ухмыльнулся Неджи.   — Наверное ты прав, я не особо социальная в последнее время.   — В последнее время?   — Ладно, в целом!   — Пора бы тебе уже обзавестись друзьями.   — У меня есть друзья! Ты и Ханаби, например, — Неджи скептически посмотрел на нее. — Еще Киба и Шино, и Акамару, конечно.   Брат устало выдохнул. Все его попытки хоть как-то социализировать наследницу Хьюга провалились. Она упрямо отмахивалась от всех предложений встретиться с девочками в бане, пропускала совместные попойки в баре, когда по счастливой редкой случайности все команды оказывались в сборе в Конохе. А Неджи было невыносимо смотреть, как из года в год Хината становится все бесцветнее, прозрачнее, а мир ее сужается до вот таких вот разговоров у высохшего пруда за парой сигарет.   — Значит, тебя завтра не ждать?    — Не знаю, — Хината потушила бычок о сидушку качели и бросила его в карман кимоно. — Но я подумаю, у меня завтра тренировка с Хиаши.   Они оба знали, что это значит.   — Будь поувереннее в этот раз, — посоветовал он, не зная, как поддержать сестру.   — С ним не получается.   Они надолго замолчали, вглядываясь в темноту перед глазами. Хината начала чувствовать, как тело ломит от нехватки сна, но понимала, если сейчас ляжет в постель – все равно не уснет до самой тренировки. Неджи поднялся первым, и Хината последовала за ним. Перед тем, как запрыгнуть каждый в свою спальню, он сказал:   — Я подумал, что в этот раз ты не вернешься, — грустно ухмыльнулся Хьюга.   — С чего ты это взял?   — Надеялся, что ты сбежала, — и с грацией лесной кошки запрыгнул на подоконник своей комнаты на третьем этаже.   Хинату словно молнией пронзило. Внутри все перевернулось, и со дна сознания поднялась давно похороненная мысль. Вот, что ее жгло целый день, вот, что она не могла вспомнить. Когда-то, больше десяти лет назад она поклялась, что убежит, как только почувствует, что стала достаточно сильной. И вот, ей уже 24 года, и цель, что она себе поставила, о которой думала не переставая каждый день, как картинка на застиранной футболке выцвела и совсем исчезла. Теперь она была джоунином, признанной куноичи со многими достижениями, она была достаточно сильной, чтобы победить в схватке брата, если бы он, допустим, не выспался, уж тем более сильной, чтобы положить на лопатки отца, который не выходил на поле боя уже много лет. Но вот внутри она была еще более сломленной, чем в свои 13, почти убитой. Она приняла свою судьбу, как безнадежно больной человек диагноз, и продолжила терпеть несправедливость жизни без борьбы.    Однако слова Неджи разбудили в ней какие-то чувство, оно волной поднялось от груди и комом встало в горле. Что же это было? Она не могла понять, эмоциональный спектр сузился до страха, стыда и безнадежности. А это было что-то новое. Что-то вроде вдохновения. Пообещав себе, что подумает об этом завтра, Хината легла в кровать и провалилась в беспокойный сон, вздрагивая каждый час в страхе проспать тренировку.    — Через 6 часов я уже это переживу, — успокаивала она себя и стала жить мыслями на 6 часов вперед.