Гни свою линию

На втором месяце знакомства Чжунли начал вести себя страннее обычного, но Тарталья давно уже отчаялся понять консультанта Ваншэн, потому даже не обратил внимания. Да и разве странно приглашать друзей домой? Разве странно, наладив отношения и распробовав кухню Снежной, просить товарища приготовить что-нибудь на обед и тем сократить расходы на пропитание им обоим? И только когда Чжун Ли перевез в апартаменты Аякса свои вещи, Тарталья начал что-то понимать. - Эм, сяньшэн, а вы порядок действий часом не перепутали? - осторожно начал он за обедом непростой разговор. Красивые глаза странного светло-карего цвета, почему-то навевающие мысли о кор ляписе, вопросительно посмотрели на Тарталью. Отрываться от неспешного, но увлечённого поглощения жареной картошки с луком и яйцом Чжун Ли, впрочем, не спешил. Он вообще оказался неожиданно прожорливым, и аппетит этот, казалось, с каждым днём всё рос. - Не знаю, как принято в Ли Юэ, но в Снежной люди, как правило, сперва начинают встречаться, а потом уже съезжаются. Вы же просто втихаря перевезли свои вещи ко мне, как захватчик. Нет, мне не жалко для вас ни денег, ни еды, ни места, но хотелось бы знать... - Ах, вот оно что... - задумчиво протянул Чжун Ли. Он как раз доел, отставил тарелку подальше и принял вид чрезвычайно обеспокоенный. - Да, действительно, я совсем забыл ясно обозначить свои намерения. - Значит, вы всё-таки меня не используете. Уже хорошо. Так значит, вы хотите со мной встречаться, сяньшэн? Взгляд Чжун Ли стал весьма странным. Неуверенным. - Я испытываю тёплые чувства к тебе. И, смею надеяться, что они взаимны. Но с физическим выражением чувств есть...некоторое затруднение. Тарталью слова Чжун Ли совершенно не огорчили. Признание в любви, пусть и крайне осторожное, слишком его обрадовало, чтобы в голове осталось место для грусти. Если сяньшэн не хочет (будем надеяться, что это он ПОКА не хочет) с ним спать, то ничего страшного. В конце концов, есть много способов доставить друг другу удовольствие, не прибегая к, так сказать, прямому единению тел. Тарталья, совершенно довольный сложившейся ситуацией, решительно пересадил Чжун Ли к себе на колени и потёрся носом о щёку. Странно, кухня Снежной довольно калорийна, но консультант оставался всё таким же стройным...правда, вот ни капли не лёгким, словно камнями набит, но Тарталья не слабак и готов хоть на руках это чудо таскать. Пусть и с остановками. Чудо меж тем заметно напряглось и снова посмотрело на Тарталью своими шикарными сверкающими глазищами. Почти испуганно. - Тебя даже обнять нельзя? - Удивился Тарталья. - Нет, почему же...можно, - пробормотал Чжун Ли. Тарталья удовлетворённо хмыкнул и поудобнее устроил Чжун Ли на своих коленях, крепко сжал и продолжил тереться носом о щеку. Постепенно тот расслабился, обмяк и растёкся, как котик, обнял Тарталью в ответ и положил голову ему на плечо. - Могу я поцеловать тебя, сяньшэн? - Спросил Тарталья. - Можешь... - глухо проговорил Чжун Ли. Совершенно невинный поцелуй в уголок рта вполне удовлетворил бы Тарталью, но не устроил самого Чжун Ли. Он сам подался навстречу и углубил поцелуй, жадно вцепившись в Тарталью и не давая отстраниться. Не то, чтобы тому хотелось. Вообще не хотелось. - Такой славный...так заботишься, так балуешь, щедрый и ласковый... - в голосе появились мурлыкающие нотки, Чжун Ли начал явно неосознанно ёрзать на коленях Аякса, а тому комплиментов и ерзанья очень скоро стало мало. - Перестань. Ты же сам сказал, что не хочешь заходить далеко, так не дразни, - попросил Чайлд. Чжун Ли издал совершенно несчастный звук и вновь уткнулся в шею Аякса. Казалось, он нюхает её, и тёплое дыхание щекотало нежную кожу. - Аякс. - Да, сяньшэн? - Языковая традиция Снежной богата на краткие устойчивые выражения. К моему большому сожалению, я плохо в них разбираюсь. Но в данный момент мне очень хочется высказаться в твоём стиле. Ты можешь мне помочь? - Эм...тебе нужна поговорка, что ли? Странное желание, но ладно. - Что говорят в Снежной, когда решаются на крайне рискованный поступок, чреватый серьёзными и непредсказуемыми последствиями? Аякс не был лингвистом, но поговорку такую знал прекрасно. Сам не раз использовал. - Тебе нужно что-то поэкспрессивнее, верно? - Желательно. - "Пропади всё пропадом!" - так у нас говорят. А потом сразу действуют, чтобы не передумать. - Подходит, - кивнул Чжун Ли. Глаза его полыхнули янтарным, а руки, прежде расслабленно оглаживавшие плечи и спину Тартальи, вдруг крепко вцепились ногтями, прорываясь сквозь ткань пиджака. - Пропади всё пропадом! Тарталью в тот день ждало много открытий, и ему было не до мира вокруг. А зря. В Лиюэ меж тем творилось форменное светопреставление. Средь белого дня город затрясло. Перепуганные люди высыпали на улицы. В городе никогда не было землетрясений, редкие короткие толчки никому не мешали и почти не ощущались, и потому мощная тряска стала крайне неприятной неожиданностью. Ритмичные, мощные толчки разбивали вазы, рушили палатки торговцев, сбивали листья с кустов и деревьев. Чисто-голубое небо без единого облачка налилось огнём цвета кор ляписа, пенящиеся волны обрушивались на второй этаж причала, и ни у кого не было сомнений, что настали последние дни Лиюэ. Единственный человек, бывший от ситуации в восторге, носился по городу и орал как можно громче, дабы перекричать даже землетрясение. - Скидочные купоны, разбирайте скидочные купоны! Ритуальное бюро "Ваншэн" проводит специальную акцию в честь конца света! Только сегодня и только сейчас: при покупке двух гробов третий бесплатно! Каждому десятому покупателю венок и благовонные палочки в подарок! Нин Гуан землетрясение застало, когда женщина была на земле. Быстро оценив ситуацию, Воля Небес решительно отказалась от эвакуации в Нефритовый Дворец, вместо этого призвав к себе Гань Юй. Почему её? Потому что ей было совершенно очевидно, что землетрясение вызвано отнюдь не сдвигом тектонических плит, потому спрашивать нужно не учёных-геологов, а Адептов, и не о чудесах терраформирования, а о возможном пробуждении какого-нибудь заточённого чудовища. Гань Юй казалась чрезвычайно смущённой, но притом очень радостной, хоть и слегка напуганной. - Эм...ну...не уверена, что имею право говорить о таком... - Говори о том, о чем можешь, и поживей! - Понимаете...ну, хорошо. Никаких распоряжений не поступало, потому я имею право говорить. Если это то, о чём я думаю, то...похоже, господин Моракс жив. - Жив? - Опешила Нин Гуан, - как жив? - Не могу дать ответ. Мы и сами считали, что... - Как он может быть жив, когда он мёртв? Я лично наблюдала его кончину, а после проверяла тело. - Но он жив, - повторила Гань Юй и слегка покраснела. - И ему сейчас очень хорошо. Нин Гуан приподняла бровь. Владей она собой чуть хуже, то уже схватила бы секретаршу за рога и трясла, требуя подробностей, но в данном случае насилие не поможет, лучше продолжить допрос конвенционными методами. Меж тем толчки земли ускорились, и земля начала медленно, неотвратимо вздыматься и расти, как акции "Ваншэн". У Нин Гуан появилось необоснованное, но стойкое предчувствие чего-то поистине грандиозного. - До Войны Архонтов подобное случалось очень часто. Ассамблея Гуйли...госпожа Нин Гуан, лучше вам присесть...так вот: в те времена, когда госпожа Гуй Чжун была жива, они с господином очень часто были вместе. Особенно часто в тех местах, где сейчас располагаются месторождения кор ляписа и полуночного нефрита... - Всё это очень интересно, но в данный момент мне нужна суть дела! - Рявкнула Нин Гуан. Её раздражение понять легко: крики людей, толчки земли, треск дерева и плеск волн, как будто последние дни Ли Юэ настали, а ей рассказывают про Ассамблею Гуйли! - Вам нужно очень-очень коротко? - Уточнила Гань Юй. - Тогда...У Властелина Камня есть любовница, и сейчас они... Договорить она не успела, но Нин Гуан и сама всё поняла. Последний, финальный толчок земли был сильнее всех предшественников. Мощная приливная волна обрушилась на третий уровень пирса и унесла в море товары, повозки и лотки, но люди давно уже убежали с пирса на твёрдую землю. Хотя, по большому счету, безопаснее всего сейчас было именно на море, на Бисерном Пароме, где до сих пор и не ведали о постигшем город бедствии. В который раз порадовался Бай Чжу, что устроил свою лавку чуть в стороне от города, и толчки земли почти не доходили до неё. Разверзлись недра земли, и на глазах у изумлённых горожан прямо в городе, раздвигая брус и проламывая полы, вырастали кристаллы кор ляписа. И не его одного: ценнейшие сорта нефрита в изобилии обступили стены домов, заискрились ярким волшебным светом электрокристаллы, а на площади, как раз на месте падения Властелина Камня, ныне росли и источали дивный аромат цветки цинсинь. Нин Гуан ещё нескоро увидит, во что превратился город. По телу её прошла волна тепла, патокой разлилась от сердца до самых кончиков пальцев и мягкой пульсацией отозвалась внизу живота. Стой она на ногах, вполне могла бы упасть, благо Гань Юй заранее рекомендовала присесть. Сладостное чувство не лишило Нин Гуан рассудка, лишь застало врасплох, и за ту минуту, что оно длилось, Воля Небес поняла, на что намекала Гань Юй. - Моракс подстроил свою смерть, чтобы развлекаться с женщинами, - уверенно изрекла Нингуан и с усталым вздохом утёрла лоб, - не могу сказать, что осуждаю его, но почему он не мог заняться этим вдали от Лиюэ? Есть же много прекрасных безлюдных мест. Например, Каменный Лес. И зачем ему было умирать на публику? Чудо, что Адепты не уничтожили город! - Я не знаю, госпожа Нингуан. Но я рада, что господин жив и, похоже, счастлив. Интересно, кто его избранница? - Это не важно. Меня больше интересует, что я только что почувствовала. Это было...странно. - Все владельцы Гео-Глаза Бога почувствовали то же самое, - судя по тону, Гань Юй пыталась успокоить начальницу, хотя на деле скорее пугала ещё сильнее. Нин Гуан не знала, сколько в городе владельцев Гео-Глаза Бога, но не сомневалась, что такие точно есть. - Так, это дело не первой важности. Сейчас важно другое, - Нин Гуан наконец встала и, мрачно оглядев полуразрушенный город, убедилась в отсутствии свидетелей и с чувством воскликнула: Что мне сказать людям? Как отстроить город? Что будет твориться на рынке руды? И почему, хиличурлы её дери, земля опять трясётся? Земля действительно тряслась, как и с полчаса назад. Люди, не успевшие прийти в себя после прошлого землетрясения, вновь заволновались, но из домов выбежали гораздо организованнее - всё-таки опыт есть опыт. Акции бюро "Ваншэн" в тот день побили все рекорды. Нин Гуан пришла в ярость. В её не то, чтобы любимом, но тщательно пестуемом городе творился хаос, причём по вине вроде как покойного Архонта-покровителя, и Цисин ничего не могут сделать. Они даже не могут выписать штраф Рекс Ляпис Мораксу, поскольку не было ни одного закона или обычая, запрещающего Архонту предаваться постельными утехам. Да, он не предавался, но то было его решением, а не прямым приказом. - Гань Юй. - Да, госпожа? - Отследи элементальный след. - Но вы не должны мешать господину! Лиюэ ждёт процветание, все беды окупятся стократно! - Я не намерена мешать нашему Архонту благословлять этот город, - как будто вторя Нин Гуан, ближайшая к ней стена с грохотом обрушилась, обнажив проросший под ней кристалл. - Однако я, как член Цисин, вежливо попрошу перебраться за городскую черту или указать место, куда народ Ли Юэ должен переселиться. Нутром Гань Юй почувствовала, что взывать к верноподданическим чувствам Нин Гуан в данный момент бесполезно, а то и чревато: эта женщина уважала Рекс Ляпис Моракса только тогда, когда ей было это выгодно, что прежде случалось почти всегда, но с изменением ситуации изменилось и поведение Воли Небес, так что...так что веди её по следу, несчастная Гань Юй, и надейся, что Властелина Камня не слишком разозлит разобрачение. Проснувшись к обеду, Чайлд Тарталья ещё долго лежал в постели, укладывая в голове события вчерашнего дня. Рядом, крепко прижав его к груди, мирно спал тот самый Архонт, за чьим Сердцем Бога Тарталья и прибыл в Ли Юэ больше месяца назад. Будем считать, что задачу он выполнил. Конечно, узнать в самый ответственный момент, что ложишься в постель не с человеком, не очень приятно, но Тарталье ли жаловаться, ему самому предстоит показать свою вторую форму. Но, на самом деле, хоть ему и было обидно, Чжунли сделал всё, чтобы умилостивить любовника и сгладить вину, так что хрен с ним. Наконец, выбравшись из крепкой хватки дракона, Аякс пошёл на кухню за едой и как-то случайно выглянул в окно... Царица милосердная, да что там творилось-то?! Куда ни глянь - ни одного целого дома, одни руины. Прямо из земли торчат кристаллы кор ляписа и нефрита, а где их нет, там цветут глазурные лилии и цинсинь. Половины причала как не бывало. Грустные и потрепанные люди собирают обломки домов и телег. Бойкая девушка у чудом уцелевшей печи прямо на свежем воздухе готовит еду, отмахиваясь от предложений оплаты, с дюжину Миллелитов расчищают то, что ещё вчера было главной улицей города, а маленькая девочка с закрывающим почти всё лицо листом бумаги невозмутимо и сосредоточенно собирает цветы в корзинку. Кто-то работает киркой, а кто-то, судя по хлопкам, и взрывчаткой. По всему выходило, что ночью Тарталья пропустил что-то очень интересное. Раздался стук в дверь, но прежде, чем Тарталья успел выпрыгнуть в окно или обнажить оружие, дверь слетела с петель, и в квартиру Предвестника вошли две женщины. Одну из них он знал - то была Воля Небес, фактическая правительница города. Вторую он не знал, но, судя по виноватому взгляду, дверь вышибала именно она. Некоторое время Нин Гуан молча на него смотрела. По выражению её лица трудно сказать, о чём она думала, но в голову лезли неприятные предположения. - Приветствую фаворита Властелина Камня, - наконец изрекла она. - И вам добрый день, - кивнул Тарталья. - Зачем вы вломились в мой дом? Нин Гуан так на него посмотрела, что Тарталья сразу понял: больше всего этой женщине хочется его убить. Что странно, поскольку он ничего ещё не сделал. Не успела Нин Гуан перейти к сути претензии, как из спальни на кухню вышел Чжун Ли. Одет он был обыкновенно, в свой строгий закрытый костюм, и смотрел на визитёров так, словно они в Нефритовом Дворце, а не на кухне Тартальи. - За что вы так с нами? - Вдруг всхлипнула Гань Юй, - если...если вы хотели уйти, вам стоило лишь предупредить. Мы бы и словом вас не попрекнули. Зачем это представление, зачем было это всё? В чём мы провинились? - Гань Юй, - остановил девушку Моракс, - есть причина. Скажу потом. - Пожалуйста, - закивала эта Гань Юй, - если вы не хотите, мы больше никому не скажем. - Так, что здесь творится? - Задал резонный вопрос Тарталья. - Я уже понял, что вы все меня за дурака держите, но хватит уже! Почему город выглядит так, словно переехал в Разлом? - Хм...видишь ли, Аякс... - Вы буквально разъебали город, - очень кратко и ёмко выразилась Нин Гуан. ... - вытаращил глаза Аякс. Сложно сказать, что его удивило больше: суть изречения или то, что это изрекла Нин Гуан, сама Воля Небес, от которой никто в жизни не слышал крепкого словца. - Понимаю твоё удивление, но Нин Гуан росла в бедном посёлке в соответствующей среде и, разумеется, знакома с обсценной лексикой - объяснил Чжун Ли. - Должен отметить, что выбранное ею выражение очень точно описывает произошедшее. - Если честно, я всё равно не понимаю... - Вы возлегли с Властелином Камня трижды, и трижды город содрогался до основания, - объяснила Гань Юй. - Да? Странно, я ничего не чувствовал... - Твой дом - единственный целый дом во всём городе. А если ты что и чувствовал, то уж точно не обратил внимания. - Тонко намекнула Нин Гуан. Тарталья понял, на что она намекает. Да, действительно, в том состоянии нетрудно и метеорит пропустить, что уж говорить о лёгком потряхивании. Нет, конечно, Аякс часто учиняет хаос вокруг себя, но впервые хаос случился без его желания и даже ведома. Обидно. Много позже, торжественно пообещав Нин Гуан заниматься сексом только вдали от Ли Юэ, позволив Сяо и Гань Юй выплакаться в грудь, он с большим трудом взял отпуск по работе (Аякс-то отпуск оформил без проблем, а вот Ху Тао очень уж были нужны рабочие руки - ритуальное бюро вдруг стало одной из самых уважаемых организаций, а несогласных Ху Тао могла и копьем побить) и разорвал...нет, скажем так, отложил контракт с Царицей. Нет-нет, он отдаст ей Гнозис, только чуточку позже, пока он ему очень нужен. Конечно, не хотелось уезжать из Ли Юэ...Но зато теперь они с Аяксом могут хоть недолго побыть наедине. Однако оставалась одна деталь, которую Чжун Ли всё же стоит сообщить Аяксу, и поскорее. Как оказалось, вещам проще идти своим чередом, если сообщать о своих намерениях заранее (кто бы мог подумать?). Удобный для разговора случай выдался вскоре за обедом, после супа и заливной рыбы, когда Чайлд Тарталья наивно решил, что обед закончен и начал убираться. Тогда Чжун Ли мягко напомнил ему, что утром они вместе испекли пирожки со сладким рисом. - Не пойму, сяньшэн, как в тебя помещается столько снеди, - пошутливо возмутился Аякс. - Ты словно ешь за двоих! - Это и вправду так, - согласился Чжун Ли. - И даже не отрицаешь, - хмыкнул Тарталья. А потом вдруг побледнел. - Стой, что-что ты сказал? - У нас будет дитя. Понимаю, о подобном лучше предупреждать заранее, но в тот раз...- Чжун Ли невольно заурчал, вспоминая их с Тартальей первую ночь, - Я просто забыл тебя предупредить. Ты был настолько очаровательным, что у меня совсем отказал рассудок. - Но ты же мужчина! Как ты мог залететь, если ты мужчина?! - Аякс, я дракон. А пол драконов зависит от ситуации, - немного подумав, Чжун Ли решил говорить как есть, благо это не великий секрет: Когда я правил Ли Юэ, я был...в какой-то мере отцом нации. Но потом появился ты. Ты платил за меня, кормил, ухаживал, и в целом был очень мил. Иными словами, моя роль поменялась, а вместе с ней - и пол. - Кошмар. Так ты...ты поэтому тогда сказал, что с сексом будут проблемы? - Да, в тот момент я ещё мог думать. Но ты не отступил, и вскоре мне стало плевать. Ты будешь хорошим отцом, Аякс. Судя по выражению лица Чайлда Тартальи, он как раз проходил все стадии принятия и пока не справлялся с обилием новой информации. Чжун Ли фыркнул и сам пошёл на кухню за пирожками. А когда вернулся, Чайлд Тарталья уже пришёл в себя, осмыслил ситуацию и смотрел очень серьёзно. - Чжун Ли, мне нельзя быть отцом. После того, что со мной творилось в Бездне, страшно даже представить моих детей! - Глупости. Я чувствую, что зародыш жив и развивается, - Чжун Ли решительно не понимал, почему Аякс нервничает. Сам Властелин Камня был более чем доволен жизнью в целом и своим возлюбленным в частности. - Вот и подкармливай после этого бедных консультантов, - пробурчал Аякс. А затем, усмехнувшись, добавил: а хотя, всё логично. Кто Архонта кормит, тот его и... - И? - Заинтересованно склонил голову набок Чжун Ли. - Танцует. Кто Архонта кормит, тот его и танцует, - как-то неловко закончил Аякс. - Занятная пословица. Мне стоит подробнее изучить культуру и особенности диалекта Снежной, чтобы в должной мере оценить всё изящество данного выражения. - Невозмутимо изрёк Чжун Ли. Нин Гуан пришлось лишиться изрядной части личных запасов моры, и падение цен на драгоценные минералы не помогало благосостоянию Воли Небес. Но Ли Юэ всё же отстраивали, чистили от руды и цветов, Путешественник исправно и за мизерную плату работал челночным дипломатом, Адепты оставили город в покое, а Властелин Камня в отставке больше не сотрясал город, переехав поближе к Разлому. Всё равно там творится много необъяснимого. В целом, жизнь становилась всё лучше... Но каждый вечер, примерно в одно и то же время, Нин Гуан ложилась на диван и ждала, когда же Властелин Камня и его фаворит натрахаются и лягут спать. Она не знала, но в то же время ложились и пережидали непростой час юная актриса, талантливый алхимик, кандидат в рыцари, генерал Сопротивления и сам Аратаки Итто. Какое счастье, что другие Архонты блюдут целомудрие.