Поворот ножа

      Проснувшись, Уолли почувствовал себя вялым. Что-то твёрдое впилось в его запястья. По ощущениям это было похоже на цепи. Его плечи горели. Предположительно он висит в воздухе беззащитный на вражеской территории. Кто-то лишил Уолли сознания и схватил его. Где остальные?       Дымка в голове Уолли рассеялась, и он начал вспоминать. Они отправились в Готэм по следу процветающего гангстерского босса — Чёрной Маски. Глупое имя для опасного человека. Уолли отпускал шуточки по поводу этого парня, пока они его преследовали, к раздражению остальной команды. Он внутренне усмехнулся. Им действительно нужен был в команде человек с чувством юмора.       Ну, сейчас Уолли не до шуток. Не после того, как головорезы Маски устроили засаду и разгромили всю команду. Похоже, он был готов к ним.       Уолли застонал и поднял голову, но в глаза ему ударил яркий свет. Прожектор? Ноги чертовски болели, когда Уолли пытался ими пошевелить. Он смутно помнил, как один из головорезов Чёрной Маски сломал их бейсбольной битой.       Уолли проморгался, чтобы убрать красные пятна. Когда он смог наконец осмотреться, у Уолли перехватило дыхание. Всё было хуже, чем он ожидал.       Он висел в клетке, установленной на сцене. Остальные члены команды были подвешены в своих собственных тюрьмах. Цепи Супербоя были начинены криптонитом, чтобы Коннор надолго уснул. Клетки М’Ганн и Калдура были окружены огнём. Уолли был почти благодарен, что они всё ещё без сознания. Когда они очнутся, им будет невыносимо больно.       Похоже, они находились в каком-то модном клубе, который был похож на притон гангстеров. Несколько головорезов несли элегантные стулья и столы и устанавливали их перед сценой. Они зажигали свечи и расставляли тарелки с едой. Все люди были в чёрных масках — похожие на ту, что была у их босса.       Один из них встретился взглядом с Уолли:       — Почему мелкий Флэш проснулся? Ещё слишком рано.       — Не знаю, — ворчал другой, проталкивая шприц через прутья клетки Уолли. — Но мы можем это исправить.       Игла пронзила шею Уолли. Прошло совсем немного времени, прежде чем он снова потерял сознание. *       Уолли застонал, когда снова проснулся. Он и раньше считал, что его положение было плохим, но теперь оно стало просто катастрофическим. Остальные члены его команды — за исключением Коннора, который всё ещё был без сознания из-за криптонита — наконец-то проснулись. Лицо Калдура было нейтральным, но он, должно быть, испытывал мучительную боль от огня. М’Ганн закусила губу, и Уолли почувствовал её телепатическое прикосновение, пытаясь установить мысленную связь. Но прикосновения эти были слишком слабы.       Артемида с чистым вызовом смотрела в конец комнаты. Её глаза прожигали дыры в том, кто там сидел.       В животе у Уолли всё перевернулось, когда он проследил за её взглядом, и перед ним предстала вся преступная знать Готэма. Пингвин смотрел на героев с безошибочной жадностью. Он сидел за своим столом с группой людей, которые, должно быть, были высшими чинами его банды. Пингвин ухмыльнулся Уолли над кончиком своего бокала с вином.       За соседним столом сидел Двуликий со своими лакеями. Он пристально смотрел на Пингвина, и Уолли предположил, что они снова участвуют в какой-то войне между бандами.       Остальные гости были менее яркими — но не менее опасными. Они были одеты в чёрные костюмы и вечерние платья, и у них не было таких уловок, как у именитых врагов Бэтмена. Они больше походили на классическую мафию. Бэтмен достаточно часто рассказывал им о преступных семьях Готэма. Поэтому он предположил, что эти другие люди принадлежат к таким же семьям, как Фальконе. Уолли хорошо знал, что никогда нельзя недооценивать сумасшедшую мафиозную, особенно готэмскую.       Он был почти уверен, что у Света здесь есть представитель. Возможно, инкогнито. Они бы ни за что не упустили такой шанс — чем бы ни было это странное событие.       Чёрная Маска был в центре всеобщего внимания. Он стоял перед сценой и наслаждался вниманием:       — Теперь, когда вы закончили роскошную трапезу, мы можем наконец перейти к главному событию этого вечера…       Чёрт. Как долго Уолли был в отключке? Очевидно, достаточно долго, чтобы гангстеры успели набить себя едой из нескольких блюд.       Маска указал на клетки на сцене:       — Мне удалось поймать маленькую команду помощников Лиги. Они были довольно жалкими, но, тем не менее, из них получатся отличные трофеи для того, кто готов заплатить больше остальных.       Желудок Уолли сжался. Он посмотрел на дверь, надеясь увидеть хоть намёк на чёрный плащ. Сейчас им бы очень пригодилось спасение.       — Я начну, — Пингвин поднял номерок. — 10 долларов.       10 долларов за всю команду? Должен ли Уолли чувствовать себя оскорблённым?       Тут же номерок поднял Двуликий:       — 20.       Чёрная Маска застонал от разочарования. Он не ожидал, что его покупатели окажутся такими жадными.       Прежде чем Пингвин успел произнести следующую сумму, дверь с лязгом распахнулась. На секунду Уолли подумал, что его надежды сбываются. Что Бэтмен нашёл их. Затем он увидел Красного Колпака. Их ночь только что стала намного хуже. Отлично. Ещё один обезумевший от оружия сумасшедший, который не прочь заполучить их, зашёл в комнату.       Красный Колпак вошёл так, как будто он был здесь хозяином. Он был вооружён двумя пистолетами, а с флангов его окружала толпа мускулистых головорезов, которые возвышались над своим боссом, но тем не менее следовали за ним.       Уолли представлял себе Красного Колпака более высоким. Но это не означало, что он хотел вступить с ним в драку. Ходили слухи, что его шлем был бомбой. Колпак должен быть ненормальным, чтобы носить на голове такое.       — Ты говоришь о десерте без меня, Маска? — Уолли мог слышать ухмылку в механизированном голосе Колпака. — До сих пор это не казалось очень впечатляющим.       — Не ожидал, что у тебя есть вкус к изысканным вещам в жизни, парень, — Маска насмешливо посмотрел на повседневный наряд Красного Колпака.       — Ты должен следить за своим языком, — сказал Колпак, — или он может оказаться отрезанным. Так же, как я отрезал голову вашему дорогому лейтенанту.       Красный Колпак подошёл к сцене. Он устроил представление, наблюдая за клетками:       — Это то, о чём я думаю?       Криминальные боссы напряглись.       — То, что я вижу, является нарушением сделки, которую мы заключили, — сказал Колпак. — Похоже на торговлю людьми.       — Это была не сделка, парень, — прорычал Пингвин. — Это был шантаж.       — Кобблпот, ты никогда не казался мне слишком благородным для шантажа человеком.       — Хватит, Колпак, — сказал один из Фальконе (или это был Марони?). — Мы знаем, что у тебя есть правило «не убивать» с Мышью. Ты как собака. Только лаешь, не кусаешься.       — Правда? — Колпак сделал жест своим оружием. — Кто сказал, что я умею заключать сделки? Я имею в виду, что я, всё-таки, шантажист. Ложь, похоже, стоит ниже на шкале моих грехов.       Атмосфера в комнате нагнеталась. Гангстеры потянулись за оружием. Колпак оставался на удивление непринуждённым.       Некоторые из бандитов оглядывались по сторонам. Как будто они кого-то ждали? Бэтмена?       — Где твой питомец? — спросил один из Фальконе (Марони?).       Взгляд мужчины был устремлён на потолок. Он выглядел так, будто ожидал, что оттуда выпрыгнет чудовище.       Колпак напрягся. Он поднял пистолет и выстрелил недалеко от головы мужчины. Мафиози выхватили оружие, направив его на Колпака, а его бандиты ответили тем же. Уолли вздрогнул. Это было далеко не просто. И это произошло за долю секунды.       Механизированный голос Колпака звучал яростно:       — У меня нет домашнего животного. У меня есть только пуля с твоим именем на ней, если ты так называешь Когтя.       Маска двигался быстро. Он направил пистолет в грудь Колпака:       — У тебя нет оружия, Колпак. Даже твой питомец не сможет тебя спасти. Ты стал самоуверенным.       Колпак убрал один из своих пистолетов и достал что-то из кармана:       — Я не самоуверен, если могу это подтвердить.       Он поднял предмет вверх. Это был спусковой крючок, и Колпак положил на него большой палец. В комнате воцарилась тишина. Все уставились на курок в его руке.       — Ты сумасшедший, Колпак, — сказал Пингвин.       — Я бы предпочёл «подготовленный», — сказал Колпак. — Я знал о маленьком плане Маски ещё до того, как он успел расставить все эти причудливые столы, и я попросил кое-кого подложить под них несколько хороших взрывных сувениров. Мой палец сегодня немного скользкий. Это может не очень хорошо закончиться, если кто-нибудь попытается убить меня сейчас.       — Ты блефуешь, парень, — рука Маски дрогнула. — Никто не смог бы проникнуть сюда, когда вокруг мои люди.       — Коготь может, — Колпак сделал жест курком, как будто это была игрушка. — Никто не сдвинется с места, пока мы не договорим.       — Чёрт, — услышал Уолли рядом с собой бормотание Артемиды. — Я думала, это просто миф.       Уолли нахмурился. Кто был этот Коготь, который, очевидно, работал на Колпака и заставлял преступный мир Готэма дрожать как младенцев? И почему Красный Колпак обиделся на этот маленький криминальный аукцион? Разве он сам не преступник? Он должен чувствовать себя как дома.       — Послушай, Маска, — Колпак держался непринуждённо, как будто на него не было направлено дюжины пистолетов. — Я сказал, что мы заключим сделку, но у тебя нет особого выбора. Вообще никакого. Либо ты отзываешь своих питомцев, и я могу уйти с мелкими героями, либо я взорву нас всех. Думаю, оба варианта будут забавными.       — Ты не взорвёшь нас всех, — голос Пингвина дрожал. — Иначе ты тоже умрёшь.       Красный Колпак пожал плечами:       — Вы все будете мертвы. Я давно этого хотел. Нам всем приходится идти на жертвы, чтобы достичь своих целей.       Взгляд Колпака задержался на Маске.       Тень беззвучно приземлилась на клетку Калдура. Уолли увидел это краем глаза. Чёрно-золотое пятно. Он повернул голову, чтобы разглядеть его получше. Парень сидел на вершине клетки и с помощью ярко-красного огнетушителя тушил пламя, охватившее тюрьмы Калдура и М’Ганн. Они оба вздохнули с облегчением.       Он спрыгнул с клетки и взломал замок своими… когтями? Уолли снова моргнул, чтобы убедиться, что свет прожектора не повредил его глаза.       Следующими были цепи Калдура. Один точный удар, и атлантиец упал на пол. Он в замешательстве посмотрел на существо:       — Спасибо, друг.       — Он нам не друг, — Артемида посмотрела на существо, когда оно приблизилось к её клетке, пока Калдур помогал М’Ганн. — Я знаю, кто ты. Тебя не должно существовать.       Парень проигнорировал её и открыл замок. Артемида отвернулась, когда он шагнул в её клетку. Парень наклонил голову и уставился на неё. Он выглядел смущённым.       — Ты — страшилка. Монстр, которым пугают детей, — она посмотрела на него. — Суд Сов вообще не должен существовать.       — Существует, — прозвучал усталый голос парня. — И злой.       Он медленно приблизился своими когтями к цепям Артемиды:       — Здесь не для того, чтобы причинять боль. Освободить.       Артемида нахмурилась:       — Зачем кому-то вроде тебя идти против интересов Суда?       Он пожал плечами:       — Не такой, как Суд.       Парень начал разрезать цепи Артемиды. Её глаза были прикованы к золотым когтям.       Уолли не мог держать на неё зла. Эти штуки были сродни ножам на кончиках пальцев. Один малейший промах — и всё стало бы ужасно. Но Артемиду он освободил без проблем. Она посмотрела на существо, оценивая его.       — Мой отец угрожал мне рассказами о тебе. Я бы сошла с ума, если бы узнала, что ты настоящий. Всё ещё могу, — сказала она.       — Это звучит некрасиво.       — Нет, некрасиво.       Они задержались на мгновение, оценивая друг друга. Уолли мог видеть мысли, мелькавшие в глазах Артемиды. Вероятно, она определяла уровень угрозы для этого парня. Затем она кивнула в каком-то понимании, которое, очевидно, могли разделять только бывшие злодеи. Или кем бы ни был этот парень. Он всё ещё был другом Красного Колпака, так что Уолли не был уверен, каковы его полномочия героя-злодея на данный момент.       Дыхание Уолли участилось, когда парень подошёл к нему ближе. Он мог видеть его глаза только через очки.       Они смягчились, когда увидели искалеченные ноги Уолли:       — Сломанные ноги — это больно.       — Не то слово, чел, — сказал Уолли.       Он решил действовать цивилизованно. Лучше не злить страшного парня с ножами.       Парень осторожно начал разрезать цепи Уолли. Уолли ждал боли, которая должна была последовать, когда он неизбежно рухнет на землю. Спидстер сделал то, что он всегда делал, когда нервничал. Он начал говорить.       — Очень мило с твоей стороны сделать это для нас. Классные у тебя когти. Это ведь когти, не так ли? Кстати, как тебя зовут? Не уверен, что расслышал.       Парень остановился и наклонил голову, как будто его смутило, что кто-то хочет узнать его имя.       — Коготь.       — Классное имя, — улыбнулся Уолли. — Очень загадочное. Подходит под твой образ и всё такое.       Он надеялся, что Коготь запомнил этот обмен мнениями, прежде чем парень в конце концов нанесёт ему ответный удар. Уолли отказывался верить, что у Красного Колпака и его помощника благородные намерения. Но пока что он принимал всё как есть. У него всё равно не было выбора. Не сейчас, когда его ноги всё ещё были искалечены.       Последний удар, и Уолли закрыл глаза, готовясь к боли. Но он не упал на пол, а оказался в объятиях Когтя. Парень нёс его так, словно Уолли со всем своим спидстерским аппетитом ничего не весил.       Коготь встретился взглядом с Чёрной Маской. Криминальный босс смотрел на них, сжав кулаки. У него под носом крали его товар.       — Это, должно быть, смущает, — сказал Уолли.       — Почему? — Коготь выглядел искренне озадаченным.       Уолли продолжал болтать:       — Знаешь, обычно парни не носят других парней. Но я достаточно уверен в своей мужественности, чтобы принять это, и это не в первый раз. Маска не очень оригинален в том, чтобы ломать мне ноги. Каждый третьесортный злодей так поступает со спидстером.       Коготь посмотрел на Уолли так, словно не понял ни слова. Похоже, он часто так делал. Уолли прикусил губу. Он не был готов к такому уровню неловкости.       — Ты не возьмёшь мой товар, Колпак, — прорычал Чёрная Маска. — Я не позволю, чтобы меня унижал мальчишка-панк.       Колпак пожал плечами:       — Похоже, я делаю это прямо сейчас. Вытаскивай их, К.       Коготь шёл вместе с Уолли к входу. Остальные члены Команды последовали за ним. Калдур нёс всё ещё бессознательного Коннора.       Двое головорезов Маски заблокировали дверь. Коготь зарычал. Головорезы невольно сделали шаг назад, но взгляд Маски пригвоздил их к месту.       — Что вы делаете? — Закричал Маска. — Убейте его.       — Возможно ли вообще убить эту тварь, босс? — Спросил один из головорезов. — Мы…       — Сейчас же, — прорычал Маска.       Двое головорезов бросились на них. Коготь послал высокий удар ногой в грудь одного из них. Раздался треск.       Уолли вздрогнул. Второй получил нож в плечо — всё это время Коготь надёжно удерживал Уолли одной рукой.       Уолли должен был чувствовать себя недостойно, когда с ним обращаются как с пакетом. Но он был уже далеко не в том состоянии, чтобы заботиться об этом. Это было гораздо меньшим злом по сравнению с тем, что его продадут какому-нибудь извращённому преступнику.       Дверь была свободна. Колпак и Коготь, казалось, вели молчаливый разговор. Коготь, похоже, не хотел оставлять Красного Колпака позади. Но Красный Колпак кивнул в сторону двери.       Один из Фальконе (Марони?) воспользовался отвлекающим манёвром. Он наклонился, заглядывая под стол.       Уолли попытался привлечь внимание Когтя. Но было слишком поздно.       Фальконе (Марони?) крикнул:       — Бомбы фальшивые.       — Правда? — Спросил Колпак. — Хочешь проверить?       — Если приглядеться, то это становится очевидно.       Все в комнате напряглись.       — Марони прав, — закричал один из лейтенантов Пингвина. — Они фальшивые. Я знаю свои бомбы, и это не одна из них.       Маска направил пистолет на Колпака:       — ВЗЯТЬ ЕГО.       Колпак вынырнул и спрятался за одним из столов. Он снял свой шлем и бросил его в другой конец комнаты. Он приземлился на стол мафиози и взорвался.       Слухи оказались верными. Колпак действительно был настолько безумен, что носил на голове бомбу.       Уолли сглотнул. Они наткнулись на чёртову перестрелку. А он даже не мог ничего сделать, потому что его ноги были бесполезны.       Коготь не побежал к двери, а спрятался за одной из тележек, которые официанты использовали для подачи ужина. Выстроились два фронта. На одном — люди Колпака, на другом — все остальные. Обе стороны были забаррикадированы за дорогим столом. Коготь дёрнулся, словно желая перейти к действиям.       — Уведи этих чёртовых детей, К, — выстрелил Колпак в одного из головорезов Пингвина. — Я разберусь здесь.       Команда перегруппировалась за тележкой. Уолли по-прежнему надёжно держался в руках Когтя.       — Что будем делать? — спросила Артемида.       Они разговаривали по каналу связи, пригибаясь, чтобы избежать случайной пули.       — Мы не можем просто уйти. Мы поможем Красному Колпаку.       — Наконец что-то интересное, — Коннор сжал кулаки. — У меня руки чешутся подраться.       Клон прыгнул прямо между обеими сторонами, так как пули не могли пробить его кожу. Он закричал от ярости и бросился за баррикады различных банд. М’Ганн телекинетически отобрала у них оружие, а Артемида — за неимением альтернативы — использовала в качестве снарядов столовые приборы. Она с поразительной точностью попадала в руки бандитов. Они закричали от боли.       — Впечатляет, — сказал Коготь.       Он протянул Артемиде несколько своих метательных ножей. Она кивнула в знак благодарности.       Шквал пуль обрушился на тележку. Коготь закрыл Уолли своим телом. Артемида закричала.       — Артемида? — спросил Уолли.       — Всего лишь царапина. Но это чертовски больно, — ругнулась она.       Стрельба на мгновение прекратилась, пока обе стороны перегруппировывались.       — Коготь? — в голосе Артемиды звучала паника.       Уолли поднял голову. Убийца был неподвижен. Задняя часть его костюма окрасилась в красный цвет. Её пробили несколько пуль. Желудок Уолли сжался. Он почувствовал тошноту. Коготь защитил Уолли, но за это пришлось заплатить страшную цену.       Рука Уолли дрогнула, когда он потянулся к пульсу. Но прежде чем он успел дотронуться до него, тело убийцы содрогнулось. Пули вылетели из его тела и упали на землю. Коготь рывком поднялся. Его голова закружилась. Он расслабился, увидев рядом с собой Артемиду и Уолли.       — Какого чёрта? — сказала Артемида.       — Исцеление.       — Это ты так исцелялся? Выглядит более болезненно, чем что-либо, — сказал Уолли.       Стрельба началась заново с ещё большей интенсивностью, чем раньше.       — Коготь, — крикнула Артемида. — Вытащи Кид Флэша. Защити его.       — Но Колпак… — запротестовал Коготь.       — Я в порядке, К, — закричал Колпак. — Убирайся отсюда. Флэш Бой больше нуждается в защите.       Обычно Уолли протестовал бы против такого неуважения. Но он всё ещё не хотел вступать в драку с Красным Колпаком. Не сейчас, когда тот разнёс половину комнаты.       Коготь всё ещё казался нерешительным. Его взгляд был прикован к Красному Колпаку, который в основном был скрыт за столами. Затем с потолка упала дымовая шашка. Уолли мог видеть только развевающиеся волны чёрного плаща.       — Бэтмен, — сказал Коготь с чем-то сродни удивлению.       Появление Бэтмена, казалось, окончательно убедило Когтя в его решении. Он встал, притянул Уолли к себе и пополз к выходу, пригибаясь, чтобы избежать пуль, летящих в их сторону.       Они покинули здание и зашли в сомнительный готэмский переулок. Уолли всё ещё слышал выстрелы из здания. Но они всё больше стихали. Бэтмен,похоже, перевернул игру. Коготь взвалил Уолли на одно из своих плеч.       — Что ты делаешь? — спросил Уолли.       — Стрелять верёвкой, — сказал Коготь. — Безопасность.       С этими словами Уолли внезапно подбросило в воздух. Они приземлились на крышу. Коготь осторожно опустил Уолли на землю. Он всё ещё смотрел на ночной клуб, словно раздумывая, оставлять ли Уолли одного на крыше.       — Колпак будет в порядке, — сказал Уолли. — Он из тех, кто может позаботиться о себе сам. Да и Бэтмен с Командой тоже там.       — Всегда волновался, — сказал Коготь. — Опасно. Колпак не любит, когда я помогаю ему с бандой. Не хочет, чтобы я делал что-то для него. Слишком гордый.       Было странно, что о большом злодее Красном Колпаке кто-то беспокоится, как о ребёнке.       — Но ты был здесь сегодня вечером, — Уолли сосредоточился на корявых предложениях Когтя, пытаясь привыкнуть к ним. — И ты спас мне жизнь, приняв эти пули.       — Я исцеляюсь. Кид Флэш — нет. Любой бы тоже сделал.       — Не думаю, что любой. Должно быть, это всё ещё чертовски больно.       Коготь вздрогнул:       — Боль — не самое страшное. Быть ушедшим и вынужденным вернуться — вот что.       — Ушедшим?       — Не знаю, как сказать.       — Не торопись.       Уолли нахмурился. Коготь казался проницательным парнем. Просто у него были проблемы с оформлением своих мыслей в слова.       Коготь избегал взгляда Уолли.       Через некоторое время он сказал:       — Ничего не чувствую. Пока я не исцелюсь, и что-то тянет меня назад. Это как снова умереть.       Уолли прикусил губу. Перед ним сидел настоящий зомби. Этого даже не должно было быть. Ему стало интересно, как парень выглядит под маской.       Коготь вертел в руках один из своих ножей. Он меланхолично смотрел на него. Уолли действительно нужно было сменить тему со смерти парня. Это могло бы расстроить любого.       — Как вы нас нашли? — спросил Уолли.       — Колпак слышал, что вы в опасности. Бэтмен хороший. В долгу перед ним. Хотел помочь друзьям Бэтмена.       — Ты думаешь, я друг Бэтмена? — Уолли использовал это для хвастовства.       Коготь кивнул.       Уолли поддразнивал:       — Он никогда не признается в этом, но он любит нас, понимаешь?       — Бэтмен много притворяется.       Ух ты. Это было удивительно глубоко для парня, который ходит вокруг как существо из ночного кошмара.       — Я знаю твоё имя, но не сказал тебе своего, — усмехнулся Уолли. — Я Кид Флэш. Знаменитый напарник Флэша. Ты поймал меня в неудачный день, знаешь ли. Обычно я занимаюсь спасением и переноской.       Коготь посмеялся над шуткой Уолли. Наконец-то кто-то оценил комедийные таланты Уолли. Убийца наклонил голову и протянул руку. Это было забавно и странно. Уолли пожал её. Он ожидал, что когти проткнут его кожу, но этого не произошло.       — Приятно познакомиться, — сказал Коготь.       Он говорил так, будто улыбался под маской.       — Кто Флэш? — спросил Коготь.       — Ты не знаешь Флэша? — потрясённо воскликнул Уолли.       Его дядя был самым крутым членом Лиги Справедливости (Ладно. Может быть, после Бэтмена, Чудо-женщины, Супермена… и Чёрной Канарейки. Но четвёртая по крутизне не была такой же крутой).       — Хороший? — спросил Коготь.       — Позволь мне просветить тебя, мой друг. *       Бэтмен и Красный Колпак затеяли спор, когда остальные члены группы присоединились к ним на крыше. Это было обидно. Уолли как раз удобно устроился, рассказывая Когтю безумные истории о Флэше (немного преувеличивая свои собственные достижения), пока убийца присел рядом с ним. Он очень серьёзно относился к своей задаче защищать Уолли и, казалось, был постоянно начеку.       Ноги Уолли всё ещё адски болели, но, если он не шевелился, это было более терпимо. Разговоры с убийцей также помогали отвлечься.       Коготь вскочил, когда группа приземлилась на крышу. Они были в разном состоянии беспорядка. Рубашка Коннора была испорчена пулевыми отверстиями, а Бэтмен выглядел невозмутимым. Как будто он только что не сражался в комнате, полной кровожадных бандитов. Возможно, для него это была лёгкая тренировка.       Красный Колпак был весь в крови. Он проверил магазин одного из своих пистолетов, выругался, когда тот оказался пустым, и бросил его на пол. Коготь вздрогнул от внезапного шума.       Уолли был удивлён тем, насколько молод был Красный Колпак. Он определённо был моложе любого из Команды. Неудивительно, что над ним нависал Коготь.       — …Это было совершенно безрассудно, безответственно и глупо, — отругал Бэтмен Красного Колпака. — И это привело к десяткам смертей, многие из которых погибли от твоей руки, что противоречит нашему соглашению.       — Убийство этих парней кажется мне самообороной, — Красный Колпак скрестил руки. — И они это заслужили.       — Никто не заслуживает смерти, — сказал Бэтмен.       Команда наблюдала за этим обменом в недоуменном молчании.       — Эти ублюдки там считают иначе, — Красный Колпак указал в сторону ночного клуба. — И убивать их в любом случае не входило в мои планы. К позаботился об этом.       Глаза обратились к Когтю, который ёрзал под пристальным вниманием:       — Не хотел закладывать настоящие бомбы. Слишком опасно. Может пострадать Колпак.       — Поэтому вместо этого я блефовал, — сказал Колпак. — И по большей части это сработало.       Бэтмен покачал головой:       — Я ошибался, полагая, что смогу заключить с тобой сделку, Колпак. Твоё место в Аркхэме. Носить бомбу на голове? Ты вообще способен здраво мыслить?       — Так вот что я получаю за спасение твоих чёртовых помощничков? — Прорычал Колпак на Бэтмена. — Я мог бы просто позволить продать их как собственность. Ты бы опоздал.       — Не делай вид, что ты сделал это по доброте душевной, — голос Бэтмена оставался смертельно спокойным. — Ты знал, что твоё положение лидера преступного мира Готэма ускользает. Ты использовал эту возможность, чтобы заставить их бояться тебя.       —Использовал, — сказал Колпак. — И это сработало. Готэм в большей безопасности, пока они не выползут снова. Я ни о чём не жалею. Перестань вести себя так заносчиво, старик.       — Твоя система не является устойчивой. Она приносит больше вреда, чем пользы.       — Но бить преступников — это устойчиво?       Колпак действительно знал как проникнуть под кожу Бэтмена. Тёмный рыцарь схватил Колпака за воротник.       Они были лицом к лицу:       — У меня есть моральный кодекс, в отличие от тебя. Мы не подкреплены законом, а это значит, что есть правила, которым мы должны следовать.       Бэтмен указал на Когтя:       — И что случилось с тем, чтобы не вовлекать его в свои операции?       Коготь жестом, казалось, восполнил недостаток слов:       — Моё решение. Сначала Колпак не хотел моей помощи. Я хотел помочь спасти твоих друзей, потому что я в долгу перед тобой за спасение Колпака.       Бэтмен потерял дар речи. Уолли никак не ожидал увидеть его таким.       — Перестань вести себя так, будто он моя марионетка только потому, что ты в отрицании, — Колпак освободился от хватки Бэтмена.       Чёрт. Колпак действительно знал, как задеть Бэтмена. Тёмный рыцарь был вне себя от ярости.       — Ты не хочешь признать, что Коготь — его собственная личность, потому что тогда тебе придётся смириться с тем, что ты убил всех этих Когтей, — Красный Колпак сорвал кровавый клок со своей кожаной куртки, бросив его на крышу. — Могучий Бэтмен — такой же человек, как и все мы.       Он ухмыльнулся, когда Бэтмен замолчал:       — Похоже, я попал в больное место, старик. Я ухожу. В следующий раз делай своё геройское дерьмо в одиночку. Мне нужно управлять преступной империей.       Красный Колпак спрыгнул с края здания и приземлился на пожарную лестницу. Он спустился вниз и вошёл в ожидавшую его машину.       Коготь последовал за ним, но остановился на краю крыши:       — Приятно познакомиться с командой. Хорошие люди.       Он возился со своим захватным пистолетом и кивнул Уолли:       — Хорошие волосы. Красивый цвет.       Уолли почувствовал, что его лицо пылает. Если подумать, взгляд Когтя был странно сосредоточен на голове Уолли во время их разговора…       Коготь сделал выстрел в другой стороны улицы и перемахнул через неё, сделав множество ненужных сальто. Он исчез над крышами, пересекая их, как будто знал их наизусть.       Коготь был немного выпендрёжником, но Уолли должен был признать, что ему было чем похвастаться. Даже Бэтмен не двигался в воздухе так грациозно, как Коготь.       — Что это было? — Спросил Коннор.       — Неудобства, — прорычал Бэтмен.       Уолли фыркнул. Тёмный рыцарь мог притворяться сколько угодно. Когда он общался с дуэтом, вокруг него царила определённая атмосфера. Иначе он не позволил бы Красному Колпаку влезть к нему в душу, а потом уйти (убив кучу людей). И он не дал бы Когтю один из своих крюков.       — С каких пор Суд Сов действительно существует? — Спросила Артемида.       Бэтмен вздохнул:       — Веками существовал в тайне. Я ликвидировал его много лет назад, позаботившись об его Когтях. Раньше он базировался в канализации Готэма.       — Что такое Коготь? — Спросил Уолли.       — Усовершенствованные убийцы, обусловленные повиновением. Суд похищает детей только для того, чтобы убить и оживить их. После того как они сломлены, Суд посылает их делать грязную работу, — сказал Бэтмен между делом: — Этот ускользнул от меня.       «К счастью», — подумал Уолли. Может, этот парень и был странным зомби, но он казался хорошим. Не стоит забывать, что он похвалил волосы Уолли… И двигался он так, что это даже возбуждало. Всё плавно, без резкости.       Уолли было интересно, как он выглядит под маской. Наверное, как гниющий труп. Так что Уолли лучше остановить свою цветущую влюблённость, пока она не переросла в нечто серьёзное.       Уолли практически слышал голос Артемиды в своей голове: «Типичный Бэйвотч. Ты влюбляешься во всё, что движется. Даже в зомби-убийцу.»       М’Ганн вырвала его из размышлений:       — Но Коготь не был похож на бездумного убийцу. Я чувствовала его эмоции.       — Он спас Уолли, — сказала Артемида.       Бэтмен покачал головой:       — Красный Колпак и Коготь — не ваша забота. Вы должны держаться от них подальше и не доверять им ни на йоту.       Уолли протестовал:       — Но они помогли нам…       — Не приближайтесь к ним. Должен ли я повторять?       — Хорошо, Сэр. Мы понимаем, — сказал Калдур. *       Они нарушили указ Бэтмена раньше, чем ожидалось — даже не собираясь этого делать.       Следующие несколько недель Уолли провёл, сидя в Пещере, смотря с Коннором статические передачи и поедая печенье М’Ганн. Встреча с Красным Колпаком и Когтем какое-то время была темой для разговоров. Пока не перестала быть. Они не ожидали увидеть эту пару снова. Вместо этого поселилась скука.       Уолли не мог показаться в колледже, потому что тогда ему пришлось бы объяснять своим друзьям, почему его ноги так быстро зажили. Он вздохнул с облегчением, когда гипс наконец сняли и он снова смог бегать.       Это было как раз вовремя для их нового задания: Бэтмен хотел, чтобы они перехватили посылку торговцев людьми в порту Готэма. Сам он не мог этого сделать, так как находился за пределами планеты вместе с Лигой Справедливости.       — Я хочу, чтобы вся команда была на высоте, потому что этих торговцев нельзя недооценивать. У них десятки заложников. Все они дети.       У Уолли пересохло в горле. Но Калдур ровным голосом сказал Бэтмену, что они готовы. Уолли не хотел разочаровывать своего лидера или кого-либо из остальных.       И вот они распределились по гавани, наблюдая за прибытием корабля. Уолли притаился за несколькими ящиками. Его задачей было как можно быстрее вытащить заложников из контейнеров, пока остальные члены команды отвлекали бандитов.       Нож внезапно оказался у горла Уолли. Он вздрогнул.       — Кид Флэш мёртв, — сказал Коготь. — Кид Флэш должен быть осторожен.       Он вынул нож. Уолли посмотрел на странного убийцу. Тот оглянулся.       — Что ты здесь делаешь?       Коготь достал свой крюк:       — Испытывал. Слышал тебя. Хотел увидеть Команду, даже если Бэтмену не нравится.       Итак, у Когтя была бунтарская жилка. И он любил болтаться на крышах. Уолли предположил, что его чувства также были усилены. Коготь вздрогнул от звука пистолета Красного Колпака и смог услышать их — достаточное доказательство для научного ума Уолли.       — Хотел увидеть Кид Флэша, — Коготь посмотрел на пол. — Друг?       Уолли улыбнулся. У него появилось тёплое чувство в животе. Он не думал об этом так, но в какой-то момент между Когтем, принявшим несколько пуль за Уолли, и разговором на крыше между ними завязалась странная дружба.       — Конечно, — Уолли протянул кулак.       Коготь покачал головой в ответ на этот жест.       — Знаешь? Удар кулачком? — Уолли взял руку Когтя и поднёс к своей.       — Странно, — сказал Коготь, когда их кулаки встретились.       Уолли посмотрел на корабль. Он был почти на месте. Несколько головорезов ждали в порту.       — Что происходит?       — Корабль, который подплывает, принадлежит перевозчикам людьми. Мы пытаемся остановить их и освободить пленных.       — Пере… — Коготь не смог произнести это слово.       — Они похищают людей. В основном детей и используют их для больного дерьма, — содрогнулся Уолли.       Коготь возился с одним из своих ножей.       — Ты в порядке? — спросил Уолли.       — Остановить их.       — Именно это мы и собираемся сделать, — Уолли объяснил убийце их план.       Коготь кивнул:       — Помочь?       Уолли взвесил свои возможности. В одиночку было бы трудно вытащить десятки людей. Коготь мог быть более чем полезен.       Уолли кивнул. Он подождал, пока корабль достигнет гавани и торговцы покинут судно. Остальные члены команды бросили дымовые шашки и быстро расправились с головорезами.       — Наш выход, — сказал Уолли. — Запрыгивай мне на спину.       Коготь наклонил голову.       — Ты мне доверяешь? — спросил Уолли.       Коготь кивнул. Это заставило спидстера почувствовать себя теплее, чем ему хотелось бы признавать.       — Я просто возвращаю услугу, — усмехнулся Уолли.       Было странно подвозить убийцу на спине, но он был довольно худым, так что не был слишком тяжёлым. Уолли пробежал сквозь дым по пандусу к кораблю. Там были десятки контейнеров. Уолли сглотнул.       Коготь ударил когтями по замку. Дверь распахнулась. На полу сидело не менее десяти детей, одетых только в грязные лохмотья. Их глаза были полны страха, когда они увидели убийцу. Коготь отпрянул назад, подняв свои когтистые руки в знак мира, что только ещё больше напугало детей. Они прижались к стене.       Коготь выглядел беспомощным. Его взгляд переместился на Уолли. Спидстер шагнул в контейнер.       — КИД ФЛЭШ, — закричал один из мальчиков.       — Не волнуйтесь. Я здесь, чтобы вытащить вас. Я проведу вас в безопасное место. Злые люди больше не смогут вас достать, — Уолли указал на Когтя. — Вон тот страшный парень — тоже друг.       Коготь помахал своей когтистой рукой. Дети не казались убеждёнными, поэтому они продолжали держаться за Уолли.       Уолли нёс двух детей. Он посмотрел на Когтя:       — Я выведу их, а ты откроешь остальные контейнеры. Следи, чтобы никто из головорезов не проник на корабль.       Коготь кивнул. Уолли бежал по деревянному трапу, соединявшему землю с кораблём. Он всегда нёс двух детей в безопасное место. Коннор ждал в подворотне, присматривая за ними. Дети узнали символ Супермена на его рубашке, который вселял в них надежду.       У Уолли пересохло в горле, когда он увидел, что в доках головорезы открыли стрельбу. Его команда была вынуждена скрываться. Уолли хотел вступить в бой с головорезами, но ему нужно было вытащить детей.       Орда лакеев бежала к кораблю, вероятно, намереваясь бежать вместе с остальными детьми. Как тень, Коготь появился перед ними и пронзил их ножами в местах, которые казались намеренно не смертельными. Он не обращал внимания на пули, усеивающие его тело. Уолли хотел помочь ему, но он знал, что дети — сейчас в приоритете.       Поэтому он продолжал вытаскивать их, прыгая с корабля на пол вместо того, чтобы использовать трап. Это было более утомительно.       Коготь успешно не давал головорезам добраться до корабля. Они пали под шквалом ножей. Пока один из них не направил на Когтя гранатомёт.       Уолли побежал, но даже он был слишком медлителен, чтобы оттолкнуть того из-под удара. Граната попала Когтю в грудь. Уолли потянулся к руке убийцы, но она выскользнула из его хватки. Коготь плюхнулся в воду.       Уолли разобрался с оставшимися бандитами и уставился в черноту реки. Коготь больше не появлялся.       — Чёрт, — взгляд Уолли пролетел по поверхности.       Коготь не мог быть мёртв, верно? У парня был чертовски сильный фактор исцеления. Но что, если граната была слишком мощной?       — КАЛДУР, — крикнул он по каналу связи.       — Я займусь этим.       Уолли не мог оставаться на месте. Он молнией носился по докам в поисках головы Калдура.       Уолли хотел подождать атлантийца, но дети были на первом месте. Он побежал освобождать остальных.       — Я позвонила в полицию, — сказала Артемида. — Они скоро приедут и позаботятся о детях.       — Хорошо, — казалось, что дети замерзают в готэмской зиме.       Уолли надеялся, что полиция принесёт одеяла. Они всё ещё были травмированы, глядя на команду расширенными глазами. Коннор пытался утешить плачущую девушку.       — Ты скоро вернёшься домой. Сейчас приедет полиция.       — Мне страшно, — плакала она.       Коннор опустился до её роста и обнял её:       — Тебе не нужно бояться. Я здесь. Здесь Кид Флэш и остальные члены моей команды. Они хорошие люди, которые хотят помочь тебе. Ты в безопасности.       Она кивнула. Девочка всё ещё плакала, но её плач стал тише. Было приятно видеть, насколько человечным стал клон за последние несколько лет. Коннор продолжал шептать девочке, успокаивая её.       Калдур вытащил мокрого Когтя из воды. Убийца лежал на каменном полу. Передняя часть его костюма сгорела, и они увидели почерневшую кожу.       — Он не дышит, — закричал Калдур.       Он сделал искусственное дыхание неподвижному убийце. Желудок Уолли сжался. Он побежал обратно к Когтю. Команда в шоке наблюдала за происходящим, не в силах помочь Калдуру.       — Это… Тебе не нужно, — сказал Коннор. — Он обычно не дышит.       — Что? — Не останавливался Калдур.       — Я никогда не слышал от него дыхания. Или сердцебиения. Я слышу сердцебиение каждого из вас.       Это заставило Калдура остановиться:       — Кажется, я сломал ему несколько рёбер.       Они ждали, что Коготь займётся своим обычным отрывистым исцелением, но он оставался неподвижным. Его кожа оставалась обугленной, а рёбра сломанными.       — Он не исцеляется, — Уолли опустился рядом с Когтем.       Он выругался. Этот парень казался несокрушимым. Неужели он действительно мёртв? (Или более мёртв, чем обычно?)       — Он не может быть мёртв, — Уолли отказывался в это верить.       Только не тогда, когда этот парень сегодня вечером голову сломал ради Команды и всех этих детей. Это развеяло последние сомнения Уолли. Несмотря на то, что Коготь общался с печально известным криминальным боссом, он был хорошим парнем.       — Отвезём его в гору Справедливости, — Калдур выглядел опечаленным. — Мы ничего не знаем о нём и его физиологии. Может быть, Красный Торнадо или кто-то из магов сможет помочь.       Синие и красные огни приближались. М’Ганн переправила неподвижное тело Когтя на биокорабль, прежде чем полиция успела задать вопросы.       Машины остановились в гавани. Гордон вышел из одной из машин, координируя операцию. Судя по всему, дело было достаточно крупным, чтобы комиссар позаботился о нём сам.       Калдур подошёл к нему и заговорил от имени своей команды:       — Мы перехватили корабль, прибывший в гавань, которым управляли торговцы людьми. Нам удалось уничтожить преступников и освободить детей. Они невредимы, насколько мы можем судить, просто замёрзли и голодны.       Гордон кивнул в знак благодарности:       — Я лично прослежу, чтобы о детях позаботились. Сегодня вы сделали добро для многих семей.       Калдур в ответ кивнул:       — Я знаю, что дети в надёжных руках. Мы должны уйти. Один из наших членов ранен.       Гордон посмотрел на Команду молодого правосудия, пытаясь понять, о ком говорил Калдур. Он знал их, поскольку работал с ними раньше.       Они ушли на биокорабль без объяснений.       Калдур наблюдал за Когтем во время полёта:       — Не должны ли мы снять с него маску?       — Мы не снимаем с людей маски. Ему всё равно не нужно дышать, — сказала Артемида.       — Ты права, мой друг, — Калдур посмотрел вниз на неподвижного убийцу.       Взгляд Уолли был прикован к его ногам. Они ещё никогда не теряли членов команды. Коготь, может, официально и не был с ними, но он не раз спасал их шеи — особенно шею Уолли. И парень казался довольно спокойным, если забыть об этих убийственных штуках.       Когда они прибыли в гору Справедливости, им пришлось объяснить появление своего нового друга Чёрной Канарейке. Сначала она выглядела растерянной, но тем не менее отнесла его в медблок.       Через час она вернулась к ожидающей её команде:       — Мы не знаем, что с ним. Мы вызвали Доктора Судьбу. Он осмотрит его, как только закончится космическая миссия. Вы можете его увидеть.       Команда вошла в больничную палату. Коготь лежал на кровати в полном снаряжении. Чёрная Канарейка сказала им, что не видит смысла снимать его. У Когтя не было ни сердцебиения, ни дыхания. Он точно не мог получить переохлаждение. Нет необходимости рисковать его личностью.       — Возможно, поможет, если вы поговорите с ним, — сказал ЧК. — Это может быть что-то вроде ментального транса.       И это то, что они сделали.       — Возможно, готэмская гавань сделала это с ним, — сказал Калдур после того, как принял долгий душ. — Загрязнение невыносимое.       Через несколько часов они начали сдаваться. Только Доктор Судьба, вероятно, мог сейчас помочь. Уолли протянул руку, чтобы утешительно погладить парня по голове, когда Коготь дёрнулся, и его рёбра издали жуткий скрип.       — Он исцеляет себя? — Спросила М’Ганн. — Почему сейчас?       Вдруг Коготь вскочил с кровати, выхватив два ножа. Он выглядел вялым, его голова дёргалась.       — НЕ ЗАМОРАЖИВАТЬ, — кричал он снова и снова.       — Всё в порядке. Здесь ты в безопасности, мой друг. Мы хотим помочь тебе, — Калдур подошёл ближе.       Коготь бросился на него, впиваясь когтями в рубашку Калдура и оставляя на его коже порезы. Слава Богу, что кожа атлантийцев была такой толстой.       Уолли подбежал к Когтю, уклоняясь от его ударов.       — Это я, — Уолли пригнулся, чтобы избежать когтя. — Твой друг спидстер? Кид Флэш?       Коготь всё ещё боролся.       — Тот, у которого красивые волосы. Те, которые рыжие, помнишь?       Коготь замедлил шаг. Он выглядел растерянным. Его голова дёргалась. Затем он протянул к Уолли дрожащую руку. Спидстер надеялся, что убийца случайно не перережет его пополам.       Но Коготь лишь осторожно погладил его по волосам:       — Флэш Бой.       Уолли хотел поправить его, но не успел. Убийца сказал это слишком ласково.       — Ты чуть не умер, — сказал Уолли.       — Уже мёртв.       — Да. Что случилось? Ты не двигался несколько часов.       — Замёрз, — вздрогнул Коготь.       Он продолжал гладить волосы Уолли:       — Тепло.       Это должно было бы смущать, но на самом деле это было довольно расслабляюще.       Калдур нахмурился:       — Может быть, у него противоположная слабость, как у нас с М’Ганн. Ты слаб к холоду, Коготь?       Убийца кивнул, не отрывая взгляда от волос Уолли:       — Холод делает Когтей медленными. Усыпляет их.       Он вздрогнул:       — Суд усыпил меня, пока я снова не понадобился им.       — Чёрт, — сказал Уолли. — Они хранили тебя как какой-то инструмент?       — Оружие, — сказал Коготь.       — Так тебе просто нужно было согреться? — Спросил Коннор.       Коготь кивнул. Он убрал руку с волос Уолли. Уолли скучал по этому чувству (не то чтобы он когда-либо признается в этом. Он должен перестать вести себя как влюблённый дошкольник. Он даже не знал, как выглядит этот парень).       Убийца посмотрел на себя сверху вниз, наклонив голову, когда увидел свою обожжённую грудь. Он ковырялся в остатках костюма, который впился в его кожу. Казалось, это усложняло процесс заживления.       Он зарычал в разочаровании:       — Ожоги. Худшее.       — Мы можем вызвать Красное Торнадо, — сказала М’Ганн. — Он может…       Когти убийцы разорвали его собственную грудь, забрав с собой прожжённую ткань и значительную часть кожи. Уолли зажал рот рукой. Ему захотелось блевать. Коготь удовлетворённо вздохнул, когда его раны затянулись.       — Чел, — Уолли проглотил желчь. — Никогда больше так не делай.       Коготь посмотрел на свой окровавленный пальцы, а затем на Уолли. Тот выглядел озадаченным:       — Обожжённой коже нужно много времени, чтобы восстановиться. Раздражает.       — Моему мозгу нужно много времени, чтобы восстановиться после этого, — сказал Уолли.       Коготь снова потянулся к волосам Уолли, пытаясь утешить его. Но он остановился, заметив окровавленные когти.       — Как насчёт того, чтобы переодеться? — Попыталась Артемида покончить с неловкостью. — И принять душ. Чтобы избавиться от крови и, возможно, брызг мозга.       — Невозможно избавиться от крови, — Коготь казался меланхоличным. — Всегда там.       Артемида вздрогнула и уклонилась от взгляда Когтя. Она заметно сникла, когда Коннор повёл убийцу в душевую. Коготь был не единственным, у кого были сожаления. *       Они были вместе в общей комнате и ждали, когда Коготь снова появится. Команда была необычно молчалива. Уолли сидел на диване, даже не притронувшись к стоящей перед ним тарелке с печеньем. У каждого из них были свои демоны, с которыми они боролись. Артемида обхватила себя руками и, казалось, погрузилась в воспоминания.       Уолли поднял голову, почувствовав, что кто-то стоит у него за спиной. Коготь смотрел на него сверху вниз. Его волосы были ещё мокрыми, и Уолли почувствовал, как капля попала ему на шею.       Он замер. Он впервые видел лицо Когтя, и что он мог сказать? Убийца был красив в своей странной манере. Конечно, его глаза были золотыми, вены чёрными, а кожа тонкой и белой, как бумага. Он напоминал Уолли зомби. Но если он и был зомби, то одним из самых горячих. Из тех, которыми люди наряжаются на Хэллоуин. О чём вообще думает Уолли?       И сейчас он почему-то носил тёмно-синюю толстовку Уолли. Та самая, с улыбающимся атомом на лицевой стороне. Уолли забыл, что она всё ещё у него.       — Спасибо за одежду, — улыбнулся Коготь.       Это была одна из тех самых искренних радостей. Зомби-убийца не должен быть способен на такую радость.       Уолли посмотрел на Коннора — отчасти, чтобы отвлечься.       Клон пожал плечами:       — Ему нужна была одежда, и твоя подошла лучше всего.       Коготь всё ещё стоял за диваном, казалось, не зная, что делать. Уолли похлопал по месту рядом с собой. Он проигнорировал трепет в груди, когда Коготь сел. Чёрт, он вёл себя как подросток.       Коготь, казалось, не обращал внимания на тоску Уолли. Он посмотрел на остальную часть комнаты:       — Дети?       — Все в безопасности, — сказал Калдур.       Они всё ещё были ошеломлены тем, насколько нормальным выглядел Коготь под всеми своими нечеловеческими чертами.       — Хорошо, — Коготь провёл рукой по мокрым волосам. — Где я?       — Мы отвезли тебя на нашу базу, — сказал Калдур.       — Хочешь экскурсию? Уолмен будет рад показать тебе всё вокруг, — Уолли наклонился ближе к Когтю.       — И вот опять, — хмыкнула Артемида, обращаясь к М’Ганн.       Коготь, казалось, был озадачен замечанием Артемиды, но он улыбнулся:       — С удовольствием.       Уолли с волнением провёл его по базе, показывая все комнаты. Он продолжал говорить. Коготь только улыбался. Он казался любопытным и всё рассматривал.       Когда Уолли показал ему стол для аэрохоккея, Коготь наклонил голову.       — Ты никогда не играл?       Коготь покачал головой.       — Это очень весело, — Уолли показал ему основы.       Он прикусывал губу каждый раз, когда Коготь касался его плеча. Это становилось действительно жалким. Но Уолли никогда не мог устоять перед красивым человеком — даже если у этого человека когти впивались в кончики пальцев. Кстати, что это было? Уолли задался вопросом, что увидит Супермен, если сделает рентген руки Когтя. Радости научного ботаника.       Они начали турнир с остальными членами команды. Уолли получил Когтя в качестве партнёра, что заставило его ухмыльнуться. Неважно, что убийца был ужасен в этой игре, поскольку был слишком заворожен шайбой, чтобы попасть по ней. Уолли компенсировал это своей сверхскоростью.       Взгляд Когтя блуждал от шайбы к размытой руке Уолли:       — Быстро бегаешь. Очень круто.       Уолли засиял.       — Не подпитывай его эго, — сказала Артемида, воспользовавшись тем, что Коготь отвлёкся, чтобы сделать ещё один гол.       — Я могу ещё раз прокатить тебя на спине, — Уолли прикусил губу, прежде чем сказать «Красавчик».       Он сомневался, что убийца оценит, если Уолли так к нему подкатит. Коготь, похоже, не понял намёка.       Он только улыбнулся:       — Да.       Это было одно из самых весёлых занятий в жизни Уолли — бежать по горам с красивым убийцей-зомби на спине.       Коготь на самом деле рассмеялся:       — Как полёт.       Они останавливались только тогда, когда спидстеру нужно было поесть. *       — Они будут невыносимы, — покачала головой Артемида, наблюдая за выходками этих двоих.       — Определённо, — сказал Коннор.       — Уолли нашёл того, кто позволяет ему это, — усмехнулся Калдур.       — Я думаю, они милые, — сказала М’Ганн.       Остальные члены команды хмыкнули в знак согласия.       — Хотя я не уверен, что Коготь готов к отношениям. Он кажется немного потерянным, — Калдур выглядел задумчивым.       — Уолли ждёт разочарование, — кивнула Артемида.       — Он вписывается в команду, — Коннор посмотрел на Калдура.       — Ты уверен? — Спросила М’Ганн. — Он кажется милым, но он всё ещё дружит с Красным Колпаком. И он немного… странный.       — Я думаю, что все в этой команде считаются странными, — Калдур указал на свою шею. — Мои жабры некоторых отталкивают.       — Красный Колпак отличается от других криминальных боссов Готэма, — сказала Артемида. — Он ненавидит, когда причиняют вред невинным, и защищает их так же, как Бэтмен. У него есть свой моральный кодекс. Но до Бэтмена ему всё же далеко.       — Ты говоришь как фанат, — сказал Калдур.       — Я бы себя так не назвал. Но Готэм — мой дом, и я знаю, как это бывает. Даже его герои не красавцы.       — Так мы все согласны? — спросил Коннор.       Члены команды кивнули.       Калдур сказал:       — Нам придётся убедить Чёрную Канарейку и Бэтмена.       — Вызов принят, — Артемида выглядела решительной.