Wrong place, wrong time

      – Доброе утро, отец! – Айрис шагнула на порог кузницы, к которой прилегал их очень скромный и небольшой дом.       Солнце только-только показалось из-за горизонта, Уильям Блэксмит был уже за работой, в кузнице стоял едва стерпимый жар. Девушка опустила на массивный деревянный стол мешочек с жалованием. На него они могли спокойно жить всей семьей, плюс отец рыжеволосой считался лучшим мастером с столице. Для семьи ремесленника они считались состоятельными. Пусть дом их был окружен городской грязью и смрадом, внутри, по воле Айрис, демонстрировалась ее тяга к благородному. Ей хотелось возвращаться домой из дворцовых стен и мало унывать от тягостного простолюдного бытия. Она разорялась на гобелены, ковры, она принимала подарки от придворных. Отец качал головой, брат откровенно смеялся, вторя, что “ей никогда не стать одной из НИХ”. Просто завидовал. Не он, ценой собственной смелости выбил доступ ко двору.       Девушка, несмотря на неистовый жар, шагнула к отцу и поцеловала его в висок. Уильям хворал, но все равно продолжал работать.       – Где Ричард? – спросила его рыжая.       – Должен уже проснуться.       – Иди помогать отцу, ленивое пузо! – крикнула лучница в чертоги кузницы, она опустила лук и колчан по стрелами на пол, прислонив их к столешнице стола, сама же устало упала на угловатый и массивный деревянный табурет. Сегодняшняя ночная смена была тяжелой, сильно хотелось спать.       Отец оставил заготовки нагреваться в горн, сам же снял плотные рабочие перчатки и опустился на стул напротив дочери:       – Марва приготовила поесть, – сказал он ей, упоминая их простодушную кухарку.       – Спасибо, отец, – девушка едва держала голову на весу и сохраняла веки закрытыми.       – Разве это служба для женщины, дочка? – оценив ее непомерную усталость, с жалостью проговорил он.       – Опять ты за свое! – Айрис распахнула глаза, сложив руки на груди. – Я! – она ткнула себя пальцем в грудь. – Я, заморашка из города, теперь на службе у КОРОЛЯ! Кто в нашей семье мог похвастаться такой честью?       – Я делаю мечи для королевской гвардии каждый день. Без меня у них не будет качественного вооружения, – не без гордости сказал Уильям. – Но, я сам себе хозяин. Я могу начать с рассветом, а могу трудиться и ночью. А ты охраняешь стены, работая на износ, терпишь приставания сослуживцев…       – Я ничего не терплю, – агрессивно перебила отца девушка. – Те, кто осмеливался прикоснуться ко мне или отпускать колкости, давно отпускает их на том свете.       – Не девичья это работа… – настаивал на своем рыжий кузнец.       – Но это то, что мне нравится, отец. Мне нравится сражаться! – воспарила сердцем девушка, чувствуя воодушевление, стоило ей начать об этом говорить.       – И когда ты последний раз сражалась с врагом? – спросил отец, ожидая очевидного ответа.       Никогда. Мирное время Семи Королевств было благом для его жителей, но мукой для его воинов.       – Именно, – отвечая на молчание дочери, сказал Блэксмит. – У тебя возраст, самый подходящий для брака. Еще пару лет и тебя будут считать старой девой. Выйдешь замуж, родишь наследников для кузницы…       – У меня достаточно денег, чтобы выйти замуж, когда я захочу, и обучать и нанимать рабочих для твоей кузницы, – отрезала Айрис. – А выдавливать из себя младенцев, да потом еще и умереть в муках чтобы родить какого-нибудь идиота, в мои планы вообще не входит!       Очевидно, говорила она об одном – о собственном брате. Мать она никогда не помнила, потому что та умерла, рожая ее младшего брата, Ричарда. Отец больше не женился, лишь нанял кухарку. А брат вырос круглым дураком. Круглым, в прямом смысле этого слова.       – Это все потому, что все женихи ей просто не под стать, – Ричард появился в кузнице внезапно, он натягивал на себя рабочие перчатки и повязывал фартук вокруг своего толстого потного тела. – Она хочет замуж только за принца, – с колкой издевкой пробормотал он, мерзко хохотнув. – Тебе одноглазый нравится, верно?       Стиснув зубы, девушка схватила первое, что попалось под руку, а именно мешок с золотом, заработанным за гвардейскую службу. Айрис метко и с силой запустила его в собственного брата, очевидно не промахнувшись, и попав в самый центр его объемного пуза.       – Больно! – хныкающим тоном возмутился Ричард, но мешок-таки поднял и с удовольствием пощупал монетки через холщовую ткань.       – Только посмей еще сказать нечто подобное! – пригрозила ему девушка. – Ты оскорбляешь честь моего друга!       – Ты такой же принцу друг, как мне – овца со двора. Ты думаешь ему не плевать на таких как ты? Посмотрим, как ты запоешь о его чести, когда принесешь в подоле белобрысого бастарда!       – Я тебя сейчас выпотрошу! – вскипела лучница, так резко поднявшись из-за стола, что табурет, на котором она сидела, упал на пол.       – Прекратите этот балаган! – взревел отец, ударяя кулаком по столешнице. – Ричард, за работу! Айрис – спать!       Девушка метала глазами молнии в сторону младшего брата. Толстяк лишь хохотал в ответ. Любой повод подколоть ее использовался им без остатка. Сия традиция завеласть, как некий способ вернуть сестрице должок, за то, что она целый год использовала его имя, чтобы притворяться мальчишкой при дворе, пока правда не вылезла наружу.       Рыжеволосая прошла в окутанный прохладой дом, в отличие от пекла кузницы, температура воздуха теперь приятно ласкала кожу. Не утруждая себя сменой одежды, девушка лишь отстегнула нагрудные латы и бросила их прямо на пол, завалившись на высокую кровать. Ей дико хотелось спать, однако перед каждым сном в отеческом доме, она с радостью придавалась излюбленному ей виду удовольствия – на полке рядом с кроватью всегда лежал потрепанный томик очередного романа, который она умудрялась стащить из библиотеки, а затем незаметно подсунуть обратно.       Попросить же книгу у кого-нибудь из придворных дам ей, на удивление, не хватало смелости. Больше всего на свете она не желала, чтобы кто-нибудь посторонний застал ее за этим занятием. В какой-то мере оно считалось ей самой же постыдным. Только отец был в курсе, и не выдавал на это ничего, кроме умиленной улыбки. Ричард же, не утруждал себя навыками чтения и едва мог различить пару букв.       Айрис, зачастую, либо утром после смен, либо под светом свечи поздно ночью, либо же под раскидистыми деревьями за стенами замка, скидывала личину самоуверенного воина и на пару часов становилась мечтательной девушкой. Она лукавила, используя самые низменные выражения, кода молвила о браке. В глубине души, она мечтала о таковом. И только Ричард, как бы она не хотела этого признавать, оказывался прав: она не мечтала о браке с себе подобным. Ей нужен был благородный лорд. А еще лучше, принц.       Однако, принц – в ее голове был понятием абстрактным. Она часто представляла у себя в голове какой-то размытый образ, совмещающий в себе нечто от всех героев ее любимых романов вместе взятых. Правда, в нем было и еще кое-что. Очевидно, нечто от Эймонда, но она всем сердцем запирала эту мысль глубоко внутри, не позволяя самой себе окунуться в нее с головой.       Нет, принц Эймонд был для нее образцом чести и доблести, ума и отваги. Он был кем-то большим, чем фигурой для подражания. Она была ему обязана. Если бы не он тогда, будучи еще мальчишкой и с обоими глазами на месте, позволил ей остаться сначала на пару уроков, а потом и еще на пару, она, возможно, уже давно была бы замужем за сапожником и махала бы мечом забавы ради в перерывах между кормлением карапузов. Так и осталась при дворе. А потом оказалось, что она девчонка. Только вот рыжая пройдоха уже успела подзарабатывать монеток за ловлю крыс в замке. Так и выучила все закоулки.       Едва осилив одну страницу, она уснула с лежащим на груди раскрытым тяжелым томом романа. ***       – Опусти плечи, не напрягай! Подними лук чуть выше, вот так, – Айрис командовала, наблюдая за стойкой очередного ученика.       Парнишка выпускает стрелу. Та пролетает мимо мишени, врезаясь в землю.       – Великолепно, – процедил стрелок.       – Сто таких, и будет лучше, – подбодрила его девушка.       Внезапно где-то высоко в небе раздался рев. Неистовый шум, который она узнала сразу. С восторгом Блэксмит задрала голову, смотря как гигантская драконица пересекает небо, на секунду заслоняя солнце.       Принц возвращается с полета.       – Чего рот разинул? К тренировкам, – буркнула девушка, хлопнув мальчишку по спине, однако ее ученик мигом распознал в ее голосе нотку веселья и лишь улыбнулся в ответ, терпеливо натягивая тетиву.       Она ходила вдоль ряда юных новобранцев, терпеливо поправляя их стойку, постановку рук. Ей нравилось преподавать. Часть юнцов были из города, не блиставшие благородным происхождением, не знавшие грамоты. Ей хотелось быть для них тем, кто не посмотрит на них косо, кто подбодрит в процессе обучения. Единственное, за что она могла прогнать взашей – это за лень.       – Тренируешь новых рекрутов? – отвлеченная процессом, Айрис обернулась не сразу. Завидев шагающего к ним принца, мальчишки присмирели, принявшись отвешивать неловкие поклоны.       – Тружусь, не покладая рук, мой принц, – улыбнулась рыжая. – Прекрасные бойцы. Ничего не умеют, но самомнение выше крыши. Ничего, обучим.       – Кого-то мне это напоминает, – изобразил задумчивость Эймонд.       – Не думала, что тебя интересуют тренировки новобранцев. Или заприметил меня с воздуха? Своим зорким глазом? – подколоть по случаю отсутствия глаза Айрис никогда не упускала шанса.       Со своей дерзостью девушка всегда ходила по острию ножа. И она была единственной, кому это спускалось с рук. Просто потому, что ее шутки никогда не повторялись и всегда вызывали у Эймонда искреннюю улыбку.       – А может, тоже хочешь пострелять? – она с задором предложила принцу лук, стянув его с плеча.       Таргариен отмахнулся:       – Немного не мое.       – Не мудрено, – вздохнула девушка картинно. – Вопреки всеобщему мнению, целиться надо обоими глазами. Так что у тебя вряд ли хорошо получится.       Мальчик, что стоял к ней спиной и готов был выпустить стрелу, чертыхнулся и чуть не выстрелил в товарища. Он, наверняка, был готов к тому, что голова его учительницы через секунду покатится по земле.       – Осторожно! Не терять бдительности, – гаркнула она в сторону недотепы, и, наконец, скидывая свою напускную нахальность, обернулась к принцу, впервые надолго задержав зрительный контакт.       – Мои любимые племянники едут в столицу, – отведя ее под тень навеса, тихо проговорил Эймонд.       – Очевидно, ты не очень скучал, – все еще оглядываясь на учеников, шепнула Айрис.       Эймонд усмехнулся:       – Это точно не то, что мне надо для счастья.       – А чего тебе не хватает, мой принц? – серьезно задала вопрос рыжая.       Она была уверена – он не ответит искренне. Вряд ли найдется на земле, человек, кому бы он ответил. И лучница оказалась права. Принц пожал плечами, отводя взгляд.       Он хотел трон. Он знал, что был его достоин.       – А тебе, Блэксмит? Чего не хватает? – даже не трудясь придумывать ответ, он решил отзеркалить вопрос.       – Для начала, чтобы эти оболтусы научились стрелять, – хохотнула Айрис. – А вообще… титул Леди и замок у озера. Но это так, уже к старости, – отмахнулась она, тоже набрасывая на себя маску. – Для начала служба в ночной страже сойдет.       – Почему в ночной страже? Надоело смотреть на бесконечную гладь моря? – усмехнулся Эймонд.       – Ночная стража охраняет балы и приемы. Всегда хотелось на это посмотреть, – а вот это была чистая правда.       – Скука смертная. Тебе не понравится, – однобоко улыбнулся принц.       – Посмотрим.       Девушка откланялась принцу и поспешила к рекрутам. Она не любила разговаривать с Эймондом на виду у остальных. Это всегда сопровождалось косыми взглядами и перешептываниями. Для всех обитателей замка она всего лишь лучница со стены, которую еще прекрасно помнили, как мальчишку-оборванца. Что у них могло быть общего? Они наперебой могли строить теории о том, как она пудрила юному принцу мозги, а те, кому довелось невзначай услышать уровень колкостей, которые она умудрялась при нем отпускать, бежали сразу к королеве.       Возможно, Айрис просто везло. Может, ее спасала репутация хорошего стрелка, может, спасали рекомендации менторов по службе, а может, королева не видела угрозы в простолюдинке. Рыжая не знала.       Она хотела снова обернуться напоследок, чтобы посмотреть на принца еще раз. Но его на прежнем месте уже не было.       Он был чем-то обеспокоен. И заговорить с ней не решился. Блэксмит хмурилась, напряженно думая.       Пролетело несколько дней. Тренировки рекрутов, дозор на стене замка, кровать. Все по новой. Никто из королевской семьи вообще не попадался девушке на глаза. Айрис догадывалась, если Эймонда долго нет, значит он машет мечом до полного истощения, выпуская пар по случаю скорого прибытия так горячо любимых им родственничков.       Прислушиваясь к себе, рыжеволосая отмечала, что волнения в собственной груди и слабо интерпретируемые предчувствия твердили ей об одном – это было затишье перед бурей. Скоро что-то произойдет. А монотонность последних дней как бы намекала: если скоро кризис, самое время им воспользоваться.       Взбираясь по лестнице и искушенно ожидая очередной “невероятный” день, Айрис вдруг натолкнулась на собственного начальника – сира Байрона, командующего лучным отрядом. Одетый в ярко блестящие на солнце доспехи, он быстро вышагивал ей навстречу:       – Чего ты здесь забыла, Блэксмит?       – Смена караула, сир, – отчеканила рыжая, выпрямляясь, словно струна.       К чему он спрашивает? Сам не знает?       – Ты еще не в курсе? Приказ не видела? – поравнявшись с ней, Байрон не остановился, он продолжил свой путь, очевидно, приглашая рыжую следовать за ним.       – Какой? От кого?       – Тебя переводят, – мужчина принялся спускаться по лестнице, гремя латами, девушка, почти бегом, следовала за ним по пятам.       Ее сердце на секунду екнуло. Отчего-то предчувствие у нее было нехорошее.       Командир отряда свернул в коридор. Айрис понимала, что они идут в казармы и оружейный склад. Байрон не удостоил ее ответом, в полной тишине он зашел в свою каморку, запуская девушку вслед за собой. Тяжко было назвать это комнатой. Скорее склад всего на свете: старых пергаментов, ржавых и новых мечей, стрел, битых наконечников. Мужчина выдвинул ящик заваленного всяким хламом стола и протянул ей свиток.       Приказ.       Слегка подрагивающими пальцами Блэксмит развернула его.       Ее глаза лихорадочно бегали по строчкам снова и снова. Ей казалось, это какая-то шутка.       – Поздравляю с повышением. Западное крыло, ночной стражи. Будешь ночевать во дворце, – озвучил Байрон. – Тебе нужно будет явиться на инструктаж на закате. Честно, нам будет тебя не хватать.       Мужчина добродушно улыбнулся.       – Это правда? – все еще глядя на пергамент, пробормотала рыжая.       – Ты не рада? – в замешательстве спросил мужчина.       “Очень рада”, – подумала про себя Айрис, сглотнув.       – Спасибо, сир Байрон. За поддержку, за менторство. Мы с вами еще часто будем видеться, я уверена, – прочистив горло, отчеканила лучница.       – Это серьезное повышение, Блэксмит. Удачи.       Девушка откланялась и покинула обитель своего уже бывшего командующего.       “Это серьезное повышение. Удачи”.       Байрон никогда не был тем, кто желал ей худо. Он был воином с благочестивыми намерениями и всегда вступался за нее, если того требовала ситуация. А таких, как он было немного. Только вот ей показалось, что был в его словах какой-то дополнительный смысл. Какое-то двойное дно.       Удачи.       Очевидно.       Кровь девушки вскипела. Еще два дня назад она говорит вслух, что ей нужно для счастья, а уже сегодня по воле Семерых ей все даровано? Не совпадение ли?       Она ускоряет шаг, совершенно без всякой заботы запихивает смятый в комок приказ за металлический нагрудник, и вот теперь она уже почти бежит в сторону внутреннего дворика, в который в своем детстве умудрилась прошмыгнуть, чтобы осмелиться попросить урока у сира Коля.       Интуиция ее не подвела. Принц Эймонд упражнялся во владении мечом, довольно агрессивно наступая на оппонента. Тренировка проходила под вечным надзором Кристона, что было неизменным уже на протяжении многих лет.       Девушка выскочила на улицу, тяжело дыша. Ее громкое появление приковало к ней пристальное внимание. Рыцарь королевы кратко кивнул ей, не скрывая своего замешательства. Нанеся последний удар и вышибая меч из рук противника, Эймонд выпрямился и оглянулся на гостью.       – Могу и я потренироваться? – с одышкой спросила она и, не дожидаясь ответа, потянулась за тренировочным мечом.       – Конечно, леди, – принц развел руками, приглашая ее к поединку.       Он догадывался, о чем весь этот фарс. И ему было весьма интересно поучаствовать. С противным лязгом, Айрис стащила оружие со стойки и направилась к Таргариену, не отрывая от него взгляда. Кристон с подозрением посмотрел на принца, готовясь в любой момент вмешаться. Он чувствовал напряжение. Но Эймонд подал ему знак оставаться на месте. Блэксмит занесла меч. Удар.       Громкий звон раздался, когда клинки скрестились между собой.       – Захотелось сделать меня счастливой, мой принц? – прошипела она, как только их лица сблизились.       – Не понимаю, о чем ты, – бесцветно проговорил Эймонд.       Он протянул меч вниз, отводя острие оружия Айрис на безопасное от себя расстояние. Рыжеволосая снова нанесла удар. Еще чуть-чуть и их мечи начали бы выбивать искры.       – Я и сама бы добилась этого повышения! – с чувством проговорила она, нанося один удар за другим.       Принц умело отбивался, но все же постоянно отступал назад.       – Ты всего добилась сама, Блэксмит. Ты – блестящий боец, – теперь за его словами проглядывалась нотка сарказма.       – Упаси меня Семеро, если я услышу хоть какие-то грязные слухи! – их мечи снова скрестились.       – Какие слухи, Блэксмит? – усмехнулся Таргариен. – О твоем выдающемся боевом таланте?       – Ты понимаешь, о чем я, – все еще в гневе, шипела, словно змея, девушка.       – Не говори загадками, – спокойно ответил принц.       – Не привлекай ко мне лишнего внимания, – шикнула рыжая.       Она попыталась нанести очередной удар, с поворотом, будто бы исподтишка, только вот Эймонд ловко скрестил их мечи едва выше рукоятий и довольно плавно и элегантно выбил оружие из рук девушки так, будто бы она сама его выпустила.       – Ты любишь внимание, – констатировал он. – И сама его к себе привлекаешь.       Айрис подняла руки в знак безоружности. И чего она ожидала? Теперь в его тоне слышался укор. И правда… что это была за сцена?       – Должно быть, тебе на инструктаж, – чуть прищурившись, Таргариен взглянул на покрасневшее небо.       Он был серьезен. Как результат, ему ее выходка пришлась не по душе.       – Примите мои извинения, мой принц, – поджав губы, девушка поклонилась и удалилась со двора так же внезапно как и пришла, даже не подобрав выроненный ею меч.       Она готова была влететь в стену на полном ходу, чтобы уж точно и наверняка размозжить собственную голову. Она не могла просто сказать “спасибо”? Раз уж на то пошло?       Она мечтала об этой службе. Она хотела стать частью дворцовой жизни. Настоящей дворцовой жизни. Только вот круговорот ее больных мыслей уже создавал основные темы для местных сплетен. Как бы ее только не называли… подстилка одноглазого? Или очередная королевская шлюха? В новом коллективе желающих раскрыть свой рот, богатый на высказывания, всегда найдется.       Женщины ведь просто так не продвигаются по карьерной лестнице.       И правда ведь… не продвигаются.