The Loneliest

      Он стал встречать его повсюду. может замечать. возле кампуса, в толпе студентов, в кафе возле их корпуса. Марк не понимал, может это мозг зациклился на том, чтобы везде выискивать Джено, или он правда его преследует. После той вечеринки прошло несколько дней и он абсолютно не разобрался что ему делать со всем этим. На утро они договорились, что как-нибудь спишутся, что в принципе всегда означает, что этого не произойдет. И вот Марк снова обедает в кафе возле кампуса, размышляя обо всем, что ему предстоит сделать. Дела в офисе проходят в принципе хорошо, если не считать того воровства и незначительной оплошности в переговорах. Переживания насчет того, что Джено все-таки за ним шпионит сошли на нет, так как правда за новые переговоры он вообще не отвечал, а данные украденного проекта вообще не были доступны на компьютерах вне сети офиса. Это знание правда утешало, особенно сейчас, когда Марк ловил себя на мысли, что снова бросает взгляд на каждого, кто хоть каплю похож на его партнера по проекту. Как и сейчас, он судорожно бросил взгляд на парня в серой худи, чьи глаза были отдаленно похожи на полумесяцы, пока тот смеялся. Марк отвернулся к своему обеду. Разглядывать людей в упор не очень вежливо, особенно их губы, вспоминая поцелуй, что уже пару раз виделся во снах. Вдруг кто-то бесцеремонно берет стул, что стоит у столика Марка, но вместо того, чтобы забрать его и унести, этот кто-то садится прямо напротив.       — Думал, если ты меня всё равно ищешь глазами, лучше просто подойти.       Марк на секунду теряется, услышав знакомый голос, но вскидывает брови, глядя на довольного Джено. Тот складывает руки перед собой как примерный ученик и снова щурит свои глаза полумесяцы.       — А ты, значит, снова сталкеришь меня?       — Ну да, ты так красиво ищешь меня глазами, как я мог тебе отказать?       — Может я ищу охранников, чтобы они могли отогнать тебя — вздыхает старший, не понимая, как Джено может выглядеть смущенно и при этом выдавать такие самодовольные фразы.       — Вряд ли охранники тебе помогут, — Джено перекручивает пальцами яблоко Марка, — я собью тебя быстрее этим яблоком. А я хорошо метаю.       — Так же хорошо как швыряешь дротики? — улыбается Марк.       — Как баскетбольный мяч. — замечает Джено.       Марк хмыкает, собираясь уже ответить, что в спорах о баскетболе тут только один победитель и это точно не они двое. Однако, его перебирает откуда-то взявшийся Джемин, что с хитрым прищуром замечает:       — Что за напряжение? Вы, ребята, драться собрались или флиртуете?       Джено опускает взгляд и дружески бьет появившегося парня кулаком по плечу. Марк закатывает глаза, но ловит себя на том, что не может удержаться от улыбки. Поздоровавшись с синеволосым, Ли наблюдает за их диалогом, понимая, что Джемин прав. Раньше за учебой они с Джено часто подшучивали друг над другом, но все равно держали дистанцию. Сейчас же, разглядывая этот почти идеальный профиль, он видел, что они правда сблизились. Такой ли настоящий Ким Джено? Если не такой, то интересно было бы узнать. Вдруг из размышлений его выбивает голос Джемина:       — …раз ты меня простил, значит, тебе и так было где заночевать. — возмущается На. — Это уже в прошлом, скажи, Марк.       — Да, кстати, — Марк скрещивает руки на груди, — а где ты был?       Джено слегка зависает, переводя взгляд на Марка, но тот не подает виду. Старший невозмутимо смотрит в ответ, наблюдая за реакцией Джено. Победа в споре уже находится в кармане, Джено слегка хмурится, улыбаясь, и Марк вдруг видит, как он еле заметно кусает губу.       — Хотя… я вообще-то планировал, — продолжает Джемин, не замечая напряжения, — чтобы его кто-нибудь затащил в постель. Был такой план до вечеринки.       Взгляды пересекаются, соединенные невидимой линией, словно вцепившись в секундной борьбе, как тогда их губы, что касались в поцелуе. Джено отводит взгляд и Марк понимает, что тот тоже вспомнил. Тогда он вдруг чувствует, как сердце делает странный толчок, но тут же берёт себя в руки. Пока парни перекидываются фразами и Джемин решает уйти, но вдруг резко возвращается.       — Кстати, Ноно-я, я стал постоянно замечать двоих мужчин. Думал, кажется, но теперь уже не уверен. Один из них даже спрашивал, не знаю ли я тебя. Ты бы у преподов почаще перед глазами появлялся.       Шум в кафе разбавляли смехом с соседних столиков, но как Джемин ушел, также не придавая всему значения, но атмосфера полностью сменилась. Джено хмуро глядел на яблоко и Марк бы посмеялся, но он и сам чувствовал, что информация тревожная.       — Что-то не так? — все же спрашивает он.       — Да… То есть, нет! — отвечает Джено, поднимаясь с места. — Мне надо кое-что проверить. Еще увидимся?       — Сегодня вечером. — то ли предлагает, то ли настаивает Марк.       — Хорошо. — Джено слегка кивает, удивившись такой решительности. Однако, ничего не добавив, он все же спешит на улицу за другом, когда Марк остается сидеть на месте. Парень прокручивает в голове недавние события, слова о поиске Джено и как он сорвался с места. Тревога сразу начала закрадываться в разум, потому он и выпалил, что они обязаны встретиться сегодня. Слова в темноте пару дней назад о том что больше никто не защищает Джено доносились отрывками, но все же дали Марку понять, что дела плохи. В мыслях прокручивались разные сценарии, но одно все же оставалось верным — он не может оставаться в стороне. Парень берет в руки телефон и набирает номер, который он в принципе никогда не хотел иметь в контактах. Но спасибо родителям за заботу.       — Видел парня, который только что со мной разговаривал? — Марк сразу приступает к делу. — Да, он. Проследи за ним, сегодня он твой подопечный. Ты знаешь, что делать.       «Надо было пойти самому» — проносится в голове у парня, но он качает головой, зная, что это был бы перебор для простых подозрений. И для простой дружбы. Ли выдохнул и нажал на кнопку вызова официанта, есть уже не хотелось. ***       Джено вылетел на улицу то ли от нехватки воздуха, то ли от желания быстрее найти Джемина. А может истинным желанием было сбежать, снова бежать куда глаза глядят, до боли в легких бежать, чтобы наконец найти спокойное место. Он огляделся по сторонам и пошел в сторону … чтобы убедиться, что хвоста нет. Еще неуверенный ни в чем, но более менее успокоившись, парень пришел домой. Там, как и ожидалось, находился хозяин квартиры. Джемин с аппетитом уплетал рамен, листая ленту инстаграма. Он выглядел спокойно, обычно, словно не ощущая этой угрозы, что повисла над его головой только потому, что он позволил другу пожить у него. Джено устало выдохнул, глядя на эту умиротворенную картину.       — Что ты как старый аджосси вздыхаешь, Ноно-я? — вдруг с усмешкой спросил Джемин.       — Как ты так быстро смог добраться до дома? — игнорирует его вопрос Джено, скидывая обувь на пол.       Джемин пожимает плечами, продолжая поедать лапшу.       — Хотел покушать, в кафе то я заходил бумаги отдать. — он повернулся. — что такое?       — Что конкретно спрашивали те люди?       — Ну, типа… про студентов, — парень ставит кружку, нахмурившись, — кто с кем общается, кого можно считать серебряной ложкой.       — И? — Джено садится рядом за стол, слегка постукивая пальцем по столу.       — Кто-то из ребят взболтнул, что ты по слухам богат. Они зацепились за это. — Джемин отводит взгляд. — Это вообще полный бред, но мне все равно не по себе.       — Думаешь это не случайность? — спрашивает Джено, уже найдя для себя ответ.       — Не знаю, ты ведь не из простой семьи. Хочешь ты этого или нет. Даже в сетях люди обсуждали, что с Кимами что-то не чисто. Джемин многозначительно поднял брови, но быстро замолчал, поймав взгляд Джено. Его пальцы сжали кружку чуть сильнее.       — Извини, я перегибаю…       Джено мрачно улыбнулся, зная, что Джемину не за что извиняться. Правда режет слух. Конечно, он не надеялся, что жизнь станет обычной в одночасье. Подобные слова часто звучали среди работников приближенных к семье, но слышать их от Джемина было не просто непривычно, но и заставляло чувствовать себя одиноко. Кимы никогда не вели дела чисто. Джено не всегда знал это наверняка, но жестокая правда постучалась в день, такой же солнечный как этот. Отпив еще немного чая, парень перевел взгляд на небо, погружаясь в воспоминания. Да, тот день был совершенно обычный на первый взгляд, но именно тогда Ким Джено решил порвать все связи с семьей.

***

      Это был не первый раз, когда его взяли на вылазку. Но сегодня все было иначе. Разговоров было мало, Джено понял, что сегодня будет не просто обычные переговоры или конфликт. В воздухе царило напряжение, а холодные глаза отца пробивали на дрожь. Это единственное, что выдавало его настрой и он явно был в ярости. По словам Джехена трое людей, что работали под покровительством отца решили, что могут совершать сомнительные сделки от лица Ким Джеху. Во многом они облажались, продали некачественный товар за большие деньги и задолжали заказчикам. Предъявлять пришли сразу в корпорацию, где все это слышали в первый раз. Мужчинам удалось сбежать с деньгами, но ненадолго и теперь весь гнев главы семейства Ким направлен на них. Джехен также намекнул на то, что для Джено это будет особенный день, похлопывая его по плечу и снова восхваляя способности младшего. «Ты самый лучший стрелок из всех, кого я знаю, а я знаю не мало», сказал тогда Джехен. Джено немного напрягся, услышав именно это упоминание, ведь они шли точно не в тир. Доен, что всю дорогу молчал, только тяжело вздохнул.       — Не то чтобы мы гордимся, делая все это… — начал он. — Но ты уже достаточно взрослый, чтобы знать правду.       — Отец не прощает предательство.       — Когда дело касается репутации нашего имени, он особенно серьезен.       Братья продолжали говорить, продолжая мысли друг друга то ли пытаясь донести важные аргументы до сердца Джено, то ли оправдываясь перед ним. Отец продолжал молчать, словно не слышал все эти разговоры, скорее всего не считая их необходимыми. Они спустились в подвал старого здания, где стены были серыми от времени и влажности. Тусклый свет лампы раскачивался под потолком, отбрасывая рваные тени на бетонные стены. Запах сырости смешивался с чем-то металлическим — будто где-то рядом давно засохла кровь.       Трое мужчин стояли на коленях, руки за спиной, головы опущены. Джено заметил, как один из них едва заметно дрожал — или от страха, или от холода. Но никто не произнёс ни слова.       Отец сделал шаг вперёд, его чёрные туфли глухо стукнули о бетонный пол.       — Вы использовали моё имя, — сказал он ровным голосом, и это звучало страшнее, чем любой крик. Он обращался к одному из провинившихся, — опорочили честь компании и это бы можно было разрешить, но это уже твой третий проступок, Соджун.       Джено поймал взгляд Доёна. В глазах старшего брата было что-то, что он не мог понять — то ли сожаление, то ли усталость. Все знают, что Ким Джеху дает только два шанса исправить положение. За третий проступок, тем более такой серьезный — наказание.       — Ну что, лучший стрелок, — голос Джехёна прорезал тишину. — Твой выход.       Тишина. Поджилки сжались и крепко защекотали нервы. Джено посмотрел на брата, в надежде что он не правильно понял его слова. Вот только Джехен крепче сжал его плечо и серьезно смотрел на брата. За третий проступок, тем более такой серьезный, наказание… — смерть? Кровь бьет по вискам, а адреналин зашкаливает. Джено почти не слышит слов, когда Джехен протягивает ему пистолет. Пальцы нерешительно, но крепко хватаются за оружие и все взгляды теперь прикованы на него. Он стоял, сжимая пистолет, как будто это был не металл, а яд, впитавшийся в ладонь. HK его любимый пистолет так же привычно и удобно лежал в руке и, наверняка, все еще такой же эффективный, как и всегда, но направлять его на человека… Тишина была глухой, как в могиле — только гул крови в ушах, как удар молота.       Отец молчал. Доён отводил взгляд. Джехён ждал.              «Они убивают. Моя семья — они убивают людей. Своих людей.»       Джено почувствовал, как внутри что-то ломается. Как будто всё, что он когда-то знал, треснуло, распалось на куски, рассыпалось в пыль.       — Я…       Его голос прозвучал, как скрежет по стеклу. Он хотел сказать: я не могу. Но слова застряли. В горле — сухо. Во рту — металл. Взгляд Соджуна — не просит пощады. Просто смотрит. Как будто уже знает, что будет дальше.       Ты же знал, Джено. Ты всегда знал, как они жестоки. Ты просто надеялся, что это не правда.       Он поднял пистолет. Тяжесть металла — почти как вина. Точка невозврата. Мыслей в голове нет, но образы сочатся из подсознания. Отец, братья и даже дедушка, смеющиеся и улыбающиеся ему, его первому выстрелу, горделивые мужчины, на которых он всегда хотел ровняться, теперь кажутся абсолютно грязными. Татуировка, что была сделана совсем недавно, будто горит, сжигаемая стыдом самим телом парня. Но не выстрелить нельзя. Джено наводит дуло прямо на цель, палец начинает тяжелеть опускаясь на курок. Джено решается и вдруг разворачивает кисть. Выстрел. Гулкий звон от рикошета по бетонной стене разрывает тишину. Соджун даже не вздрагивает. Зато остальные — застывают.       — Промах? — спрашивает Джехён с прищуром       — Нет. — Джено опускает пистолет.       Мгновение — и доносится второй выстрел. Соджун или то, что от него осталось, падает на пол. Джено резко оборачивается и взгляд сразу падает на вытянутую руку. Доён стоит с пистолетом, не дрожа, не двигаясь, как будто стрелял он просто в мишень. Его рука была вытянута вперёд, чуть наискось, прямая, как линия приговора. Пальцы по-прежнему сжимали оружие, будто ещё не отпустили сам момент. В ту же секунду двое мужчин позади падают — слаженные выстрелы подчинённых. Всё — за долю секунды.       Тишина возвращается, как туман.       Джено тяжело дышит, глаза не отрывает от стены, где пуля оставила чёрное пятно.       — Пора взрослеть, Джено. — говорит отец и, кивнув помощнику, чтобы они все расчистили, уходит.