Научись меня слышать

Последнее, что Уокер запомнил перед тем, как высосать из горла полбутылки коллекционного виски (и нет, он не задумывался, зачем вообще купил его в том баснословно дорогом магазине на выезде из Остина) — подушка, летящая прямо в лицо и блаженная темнота, укутавшая покоем, забвением. Кажется, и пары минут не прошло, как его выдернули из прекрасного ничего. — Уокер! Корделл, мать твою! Глаза открывай! Твой разлюбезный супер свалил. Как провалился сквозь землю, — Мики со злостью трясла его за плечо. Возможно, вот-вот собиралась перейти к пинкам и оплеухам. По крайней мере, именно об этом свидетельствовал ее бешенный вид. — Да пусть он валит на все четыре стороны. Или на восемь. Плевать. Мики, будь человеком, я сплю, — попытался отмахнуться от бывшей напарницы рейнджер и потянул на голову мотельное одеяло, воняющее сыростью и самую чуточку — мхом. Конечно, Уокер забыл, что спорить с Рамирес, когда она, как натянутая для боя стрела — бесполезно. И вообще чревато. Девушка ухватила рейнджера за ворот рубахи, которую он не удосужился снять, и дернула с такой силой, что Уокер, всплеснув руками, свалился на пол. — Рамирес? Чего тебе надо? — А ты забыл, зачем мы вообще ввязались в это ненадежное предприятие? Кажется, ты собирался спасать, а не бросать после пары непонятных размолвок. Непонятных. Корделл скривился. Да все там понятно. Как на ладони. Кристально. — Мики, дружище. Я был неправ, — повесил голову Уокер. — И зря потащил тебя с Треем непонятно куда. Бен — большой мальчик. Старше на жизнь тебя и меня. Ушел — так ушел. Он знает лучше, что делать, — Рейнджер сел на полу, стискивая ладонями чугунную голову. Положить бы на время на полочку, чтоб поболела. Где-нибудь без него. — Даже приблизительно не хочу знать, что у вас с ним приключилось. Но то, что между вам искрило, как будто по мокрым проводам дали ток, мне точно не показалось, — подруга присела рядом с ним, привалилась плечом. — Какой же ты, Уокер, упрямый. А еще — тугодум. — И вовсе я не!.. — попробовал не согласиться с ней рейнджер, но глаза, страдальчески устремленные в потолок, дали ему ясно понять все, что она хотела бы высказать прямо сейчас. — Мики, ты не понимаешь, — попытался объяснить Корделл устало. Но она своей маленькой ладошкой накрыла его шевелящиеся губы. — Кажется, не понимаешь именно ты. Солдатик — избалованный своим успехом в прошлом мужчина, с эмоциональным диапазоном подростка. Он себялюбивый и тщеславный зазнайка, хам, абьюзер и эгоист. Тот, кто привык получать все по щелчку пальцев и даже раньше. Твой Бен не умеет иначе. Но, кажется, он действительно пробует научиться. — И никакой он не мой. — Да замолчи ты и слушай! — вскинулась Мики. — Знаешь, у нас с ним был разговор, когда я привезла тебя на ранчо из бара Джери. Тогда, когда он упился до невменяемого состояния дров, вспомнил Корделл. Помолчал, рассеянно потирая пылающие уши и покрасневшую шею. — Я тогда его отчитала, как школьника. Ему же правда не безразлично... — Мики, не надо о нем! Замолчи! Не хочу ничего слышать. Не знаю, что ты там успела придумать в своей голове, — взмолился Уокер и тут же заработал нехилый шлепок. — Из нас двоих придумать что-то себе любишь ты. Уже успел себя пожалеть на тему — "Зачем это я — такой заурядный, мог бы быть нужен ему — почти равному богу?" Не отвечай, сама вижу, что да. Вон как ссутулился и отвернулся. На меня-то почему тебе стыдно смотреть? Корди, давай, прекращай. Ты собираешься вообще его возвращать? Или пусть эти уроды снова поймают и засунут Бена в морозилку еще лет на сорок? Может, даже на век. Уокер вздрогнул, представив, как с Солдатика снимут одежду, затолкают в глубокий металлический ящик, полный снега и льда. Представил, как иней постепенно скует его тело, как побелеют эти самые губы, которые Корделл привык видеть сжимающими фильтр сигареты или кривящимися презрением. — Я найду его, Мики. Бен не мог уйти далеко, — рейнджер поднялся, морщась от пульсации и покалывания в затекших ногах, коже, когда кровь начала разгоняться по венам. Бен — супергерой. При желании он уже мог оказаться совсем в другой части планеты. Вот только в охотящейся за ним корпорации таких — через один. Поэтому оставалась надежда, что Мальчик-солдат укрылся где-нибудь неподалеку. — Мы с Треем будем вас ждать, — крикнула Мики в стремительно удаляющуюся спину. Уокер махнул молча в ответ, показывая, что понял. — Надеюсь, вы — два долбоящера, возьметесь за ум. Или придется вбить его в вас. Как-нибудь, — пробормотала она перед тем, как через смежную дверь вернуться в номер к своему жениху, уже отыскавшему красное сухое в удивительно приличном для подобной дыры мини-баре. * Девчонка на ресепшне, развалившись на диванчике для гостей, смотрела сопливую мелодраму и клевала носом, почти засыпая. Вздрагивала каждые двадцать-тридцать секунд и надувала огромный пузырь из жвачки. — Мой друг... Эм... отлучился по срочному делу. Ты не видела, куда он пошел? Может быть, просил тебя вызвать такси? Лора, когда рейнджер вывалился из коридора — взъерошенный, запыхавшийся, взвинченный не на шутку, даже не подумала встать. Закинула на столик длинные ноги в кружевных белых чулочках, выдувая очередной жвачный пузырь. — Приятель твой здесь не появлялся. Вылез из окна спальни минут с сорок назад, может, с час, и дал деру вниз вдоль дороги. Да ты же сам выбегал вслед за ним и все видел. Я думала копам звонить, но потом решила забить, — лениво сообщила она, одновременно щелкая пультом со скоростью два канала в секунду. Нервничает? А с чего? Хотя, если она смотрит телек, видела новости. А значит, вполне могла узнать Бена. Интересно, а в "Воут" стала звонить? Или это тоже показалось напряжным? — Если он не проходил мимо тебя, то как ты узнала? — Как раз была у мониторов наружки. В прошлом году после того, как постояльцы устроили резню прямиком на нашей лужайке, мистер Оливер, а он большой жмот, оплатил все эти камеры. Картинка выводится на экраны за стойкой, — болтала Лора, покачивая ногой, с которой свалилась кроссовка. — А записи сохраняются? Можно я посмотрю? — Да пожалуйста, там все включено. Сам что к чему разберешься? — Лора вернулась к своей мелодраме и собралась продолжить просмотр, совершенно не горя желанием подниматься с дивана. — Конечно. Я же техасский рейнджер, — признался Уокер. — Волшебно, — безразлично прилетело в ответ. Кажется, про него уже позабыли. Корделл едва не обиделся — что это такое? Вот взаимоотношения и скандалы внутри их разношерстной компании девицу, кажется, интересовали сильнее. Он продолжал ворчать про себя, открывая на компьютере папку, куда сохранялись записи с видеокамер. * "Обидчивая нежная фиалка, цветочек. Даром что супергерой", — бормотал Уокер, вглядываясь в расплескавшуюся вокруг темноту. Время от времени сверялся с картой, которую скачал по совету все той же Лоры. — Хоть и рейнджер, но, не зная здешних мест, легко заблудиться. Так что лишним не будет, — удивительно, но, когда Корделл разобрался с видеозаписями и собрался уже уходить, она отвлеклась от своего нескончаемого сериала и активно давала советы. Может быть, у нее нюх на проблемы, в которых замешаны сложные отношения и чувства? Поймав себя на такой дурной мысли Корделл почти вслух застонал и мысленно отвесил себе подзатыльник. Какие тут, в бога душу, могут быть чувства? Просто надо найти и спасти идиота. Лишь это. — ... миль тридцать-сорок по дороге на запад. Мимо точно никак не проскочишь, — оживленно болтала девчонка, вообразив себя то ли наперсницей Уокера, то ли лучшей подругой. Как в фильмах. Рейнджер снова скрипнул зубами. — Что там? Я отвлекся, прости. — Замечтался? Слушай, а твоя невеста не огорчится, что ты ушел? Ладно-ладно, перестань ты так зыркать, не лезу, — невежливо хихикнула та в ответ на хмурый взгляд из-под бровей. — Там временный городок. Ну или поселок. Планируют строить то ли завод, то ли новый отель, я не вникала. Рабочие уже начали заезжать, он мог к ним прибиться, чтобы... ну ты понял, да? Затеряться в толпе. Интересно, как по ее мнению Солдатик успел бы пешком преодолеть такую дорогу? Но, надо признаться, в целом — идея — не хуже других. Сейчас, заметив с левой стороны от обочины свет, Уокер сбавил скорость и заглушил двигатель. Приободрился. Хотя за последние четверть часа раза три-четыре уже было собрался назад повернуть. Значит, дальше пешком. * — Чувак, а ты кто такой? — окликнул рейнджера детина, напоминающий дремучего лесоруба откуда-нибудь из Канады — бородатый, в огромных, до колен, сапогах и какой-то безразмерной аляске. Уокер, радуясь, что догадался не цеплять значок поверх куртки, ухмыльнулся мужику максимально развязно, надеясь, что получится сойти за бродягу, перебивающегося случайными заработками. — Да я тут от приятеля немного отстал в одном из мотелей, если ты понимаешь, о чем я, — подмигнул Корделл, ловя ответную ухмылку. — О чем речь, мужик. Без вопросов. Считаешь, друган твой может быть где-нибудь здесь? — Надеюсь на это. Такой, знаешь, высокий со спутанной каштановой челкой, заросший, — едва не ляпнул — "как ты", но вовремя умудрился заткнуться. — Высокий, в дебильном зеленом костюме, — рвущееся с губ "как раз в цвет его глаз" вовремя успел проглотить. — О, я понял. Это же Бенни. Прикольный мужик. Правда, мы его сперва едва не побили, но потом даже выдали ему нормальные шмотки. У нас тут все же рабочий поселок, а не какой-нибудь цирк. Я, кстати, Джек. Ну и силища у твоего друга, нам на стройке как раз такой нужен. Курит он, правда, как паровоз. А пьет — что твоя лошадь. Бухло его вообще не берет. — Приятно познакомиться. Корделл. Да, это точно он. Костюм этот Бен выиграл в Оклахоме у одного супера в баре, хрен пойми, как того туда занесло. Ну и напялил для смеха. Где я могу найти его? Я же могу? Джек показался рейнджеру вполне мировым мужиком. Но если история с этим проклятым костюмом дойдет до Хоумлендера или кого-то из "Воут"... — Да без проблем, — новый знакомый поманил Уокера пальцем и показал на группу вагончиков, стоящую немного в стороне от других. — Видишь вон тот, с занавесками в окнах? Это нашей красавицы Дженни. Отвечает за то, чтобы мы всегда были сыты. Согласилась Бенни пока у себя приютить, пока мы ему не сообразим отдельное место. Приедет бригадир в понедельник, решим. Если, конечно, Дженни не решит его оставить себе. Кажется, приглянулся ей твой приятель. — И что, никто не был против? — скрипнул Корделл зубами. Ему категорически не понравилось мерзкое липкое чувство, что растекалось внутри, как машинное масло растекается по асфальту в жару. — Да она нас всех по очереди давным-давно успела отшить, мы все — что-то вроде одной дружной семьи, а Бенни ей сразу понравился. Согласись, он смазливый. Такие глазищи... Короче, мы только рады, — подмигнул Джек. У Корделла на шее будто затянулась веревка. Он принялся хватать ртом воздух, как рыба. Дернул пуговицы на воротнике. — Ладно, иди. Уверен, спать они еще не ложились, видишь — свет горит до сих пор. — Вижу. Джек, спасибо за помощь, — проскрежетал Корделл и зашагал напрямую по высокой траве, игнорируя гравийную дорожку, петляющую между вагончиками. От вечерней росы его джинсы промокли до колен моментально. "Ну и нахрена ты приперся? У Солдатика уже все на мази, даже бабу завел себе. Не терялся. И тут такой — ты: "Здравствуйте, а вы меня ждали?" Развернись по-хорошему прямо сейчас и свали. Не позорься", — бормотал себе под нос Корделл, приближаясь к новому прибежищу Бена. Дверь в вагончик распахнулась с протяжным скрипом навстречу незваному гостю. В тускло освещенном проеме показалась знакомая широкоплечая фигура с кривоватыми ногами. Солдатик шагнул за порог — в поношенных мешковатых джинсах, грубой куртке и шапке. Уокер выдохнул с облегчением. Нашелся. Мальчик-солдат. Это он. Слава Богу. — Ты что-то хотел? — прозвучало скрипуче, с холодной насмешкой. — Бенни, а кто это там? — зазвенел колокольчиком из глубины вагончика жизнерадостный девичий голос. — Да, Бен. Я хотел. Отойдем? Есть разговор, — Уокер в кулаки сжал руки в карманах. Наверное, просто не будет. Но... Не оставлять же его непонятной посторонней девице? Она его даже не знает. А если Бена панической атакой накроет опять? Он же разнесет здесь все нахрен. — Поговорить? Почему бы и нет, — равнодушно бросил Солдатик и начал спускаться вниз по ступеням, бросив через плечо, — Дженни, ты внутри меня подожди. Я скоро вернусь. "Ну, а это мы еще посмотрим", — упрямо наклонил голову Уокер. Была не была.