Эйфория бегуна
31 января 2023 г., 00:18
***
К школе мы доехали уже на машине. Мама, точнее женщина, что вытолкнула на свет это тело, сидела у окна и горько глядела на пролетающие рядом редкие сухие деревья, камни и пыль. Я смотрел уже на неë, с каким-то непонятным стыдом и грустью. Возможно, это не мои чувства, ведь я даже не знаю её толком. Но она знала меня, и знала достаточно хорошо. Моë тело после приëма пищи ослабело и я оказываюсь у неё плече, а она в свою очередь обняла меня левой, прижимая к себе поближе. Я чувствую запах её дезодоранта и отмечаю про себя, что она им довольно часто пользуется. То есть у неё даже не было времени элементарно сходить в душ. Я не знаю чем она занимается, но мне уже стало её жаль. Работа - зло, но кто тогда прокормит тебя или твоего ребëнка? Особенно когда отец этого ребëнка чëртов злобный завоеватель этого мира? Я снова засыпаю, обнимая её, и соскальзываю ей на колени. Она отвлекается от песков за окном и смотрит на меня, устраиваясь удобнее и поглаживая голову, перебирая волосы. - Ты даже не расчесался? - шепчет она. Я в ответ только мычу, а она улыбается. - Ну это мои гены. Постриги их как приедешь. - женщина снова смотрит вдаль в окно и начинает думать вслух. - Прилетит же за пользование служебкой... Э-эх... Может телефон взять? Так можно будет звонить друг другу. Как ты думаешь? Я снова мычу ей в ответ и утыкаюсь глубже в ноги. Она продолжает озвучивать свои мысли вслух и я уже не различаю их, засыпая. Всё же у матерей есть волшебная сила, если они захотят, они будут её использовать. Я сейчас чувствую, что эта женщина делает всё возможное. Я просыпаюсь когда мы уже припарковались у ворот. Женщина меня легонько толкает и я встаю и протираю глаза. Она элегантно выходит из машины и помогает мне выйти, взять рюкзак и мы идëм в здание. Она с кем-то говорит и снова ведëт меня за руку. По лестнице мы поднимаемся на самый последний этаж и она ведëт меня к большой двери. За дверью же находилась маленькая приëмная, за тонированным стеклом, скорее всего, был сам кабинет. И тут я понимаю, что это кабинет директора. Но я не понимаю зачем мы сюда пришли. Вроде бы мама говорила, что вытащить меня из этого места сейчас она не может, так зачем же мы здесь? Нас останавливают в приëмной и говорят, что внутрь не пускают детей. Я уже почти начинаю возмущаться, как женщина говорит мне сесть на диванчик рядом с кулером для воды. Я не возникаю и сажусь туда. Мама скрывается за углом и внезапно происходит то, что нельзя было назвать ничем иным, как "разбором полëтов". - О, мисс Мисако! Чем могу по- - Не обращайся ко мне по имени! - она стучит кулаком по столу и, кажется, весь мир содрогается. Мисако начинает кричать, обвиняя директора в плохой работе и наборе сотрудников. Я даже не решаюсь встать с дивана и просто ошарашенно смотрю через стекло, стараясь что-то увидеть. Я не шибко понимаю что-то из-за стены, но она явно была зла. Она даже не давала директору вставить хоть слово, чтобы он точно понял весь масштаб её злости. Да она же озверела! Теперь ясно почему она так заботится обо мне. Ну, о Ллойде. О... Том, чьë место я сейчас занимаю. Тот, кто сейчас я. Интересно, прошлый я сейчас видит это? Через полчаса женщина выходит из кабинета и вздыхает. Было видно, что она устала и сейчас мяла рукой своë горло. Я встаю с дивана и она глядит на меня, меняя лицо с усталого и раздражëнного на полное нежности. - Мы договорились. - улыбается она и я не перечу её словам. Она обнимает меня уже в коридоре и говорит что-то, что я не разбираю. Потом уже я возвращаюсь обратно в комнату, откуда и начиналось моë маленькое путешествие. Она всё такая же: два стола рядом друг с другом, но их края будто бы делят помещение на две части, и мне пришлось ещё немного потупить чтобы понять, где моя часть комнаты. Я сажусь на скрипучую кровать и смотрю на вторую сторону, которая вся в хламе. На кровати что-то навалено: одежда, канцелярия, другие принадлежности. Я здесь не буду в одиночестве, что меня слегка раздражает. Надо будет ещё поладить с соседом по комнате. Перед тем как начать ещё что-то узнавать, я решаюсь прибраться, но только в своей части. Я перестилаю кровать и беру с собой свой рюкзак, чтобы сесть за стол. На стене находится расписание, в некоторых местах заляпанное, но в целом можно отличить когда я или мой сосед должны вернуться в спальни. А до этого ещё пара часов чтобы привести себя в порядок и понять что к чему. Я снова открываю дневник и мотаю головой из стороны в сторону, чтобы злосчастное золотое меню исчезло. Далее дневник заполнен расписанием, именами учителей и я перелистываю до последней расписанной страницы. Сейчас только пятница, поэтому далее были только выходные, которые нужно было провести "с пользой", а точнее полностью в работе над тем, чтобы я как-то мог понять, что сейчас изучают и что мне делать дальше. Я смотрю оценки, оставленные учителями в дневнике, и нервно посмеиваюсь. Мне есть какие предметы подтянуть. Думаю, стоило начать с домашних заданий, которые бывший владелец тела не хотел делать ни в какую. Я понимаю, что единственное, в чëм я могу преуспеть сейчас, это ненавистная мне математика, и то потому что знания о ней сохранились где-то в моей памяти. Но как только я открываю учебник у меня чуть не случается приступ. Дело было в том, что я не понимал, что это за закорючки. Тут же меню снова высветилось и написало: "Хотите восполнить знания?" Я снова нервно улыбаюсь и проверяю маленький счëтчик в углу, что снова наполнился небольшой кучкой денег, которые мне уже дала мама на карманные расходы. После этого я нажимаю отмену, экономя на своих ресурсах. Я не могу выживать полностью без денег. В меню я снова захожу во вкладку магазина, где через только десять минут ориентируюсь, где находятся умения. Там уже красуются и блестят новые иконки, среди которых нахожу язык. Это какой-то пиздец, а не язык, если честно, но я всё равно покупаю это и снова смотря в учебник понимаю, что делаю это зря: это был просто видоизменëнный английский язык. К чëрту это меню! Я проверяю все домашние задания из дневника, и решаюсь начать с самого последнего, которое задавали на следующую неделю. Так я провожу один час, спустя который всё встаëт на свои места, и я уже ориентируюсь в школьной программе этого мальца. Конечно, для него это могло быть похоже на неизвестную хрень, и для меня поначалу тоже так было, но я то уже здесь как давно закалëнный войн. Хотя, я ненавижу геометрию. На некоторых листах тетради оставались разводы, от слëз, наверное. У меня были сомнения насчëт этой школы, и с каждым разом они всё больше оправдывались. Но домашнюю работу всё же надо делать. После математики я перехожу к естественным наукам: химии и физике. Те с трудом поддавались мне, и только спустя часа два мне удалось закончить это всё, останавливаясь на химии. В конце концов все эти три учебника отправляются в пустой ящик стола, и я зарываюсь в кипящую голову пальцами. От такой работы у меня появилось недовольное чувство ностальгии. Было интересно, а тот парень в доме у той девчонки тоже проходил такое? Я ему даже слегка сочувствую в таком случае. На четвëртый час я почувствовал голод и мой живот заурчал. Но немного подумав и осмотревшись во всей комнате я понимаю, что не хочу выходить. Мне снова выходит уведомление в меню, которое теперь предлагает мне... Купить еду? Я резко отказываюсь и возвращаюсь к своим делам, будучи раздражëнным. У меня есть такое чувство, что это невидимое существо точно сдерëт с меня ещё больше денег, которые мне нужны! Это начинает меня бесить. Я уже начинаю читать учебник истории, как вдруг в комнату врывается другой мальчишка - видимо сосед. Он запыханный и вытирает пот со лба, после чего кидает свой рюкзак на свою сторону комнаты и прыгает на свою кровать, чтобы потянуться. - Я смотрю, ты кровать мою не трогал! - весело он загоготал и поднялся на локтях. Я на него смотрю со стороны, не совсем понимая, что он имеет ввиду, и мну виски. Мне ещё с этим человеком жить в одной комнате и терпеть его! Но как только я соберу все письма, я уйду. Только эта мысль грела мне душу. - Эй, ответь! Мне сказали, что ты решил сбежать. Твоя мамка такой шум подняла. Я только возвращаю свой взгляд на книгу и пытаюсь не обращать внимания. Шутки при мамку уже давно не смешные, до сих пор преследуют меня. Я помню, что изначально реакция у меня была никакущая, ещё до этого тела, но почему, мне вспомнить не удавалось. Паренëк продолжал разговаривать со мной, будто я его послушаю, и не останавливался. Было даже интересно, как он прокачал такую дыхалку? Может он тоже один из тех, кто "переродился"? - Нет, ну ты очень смелый, я тебе так скажу. - продолжал он. - Я бы не сбежал после зарядки из школы, честно! Это было смело. Хотя учитывая, что ты для мамки это сделал... То ты маменькин сынок, да? Маменькин сынок? - Пасть закрой. - резко говорю я, что он расценил как прогресс на уламывании меня на разговор. - Раздражаешь. - Да ну! - прыснул он. - Я просто стараюсь разбавить атмосферу! Ты знаешь как все волновались, когда увидели, что ты пропал? - Очень правдоподобно. - бурчу я, перелистывая учебник на новый параграф. Этот мальчишка начинал меня всё больше нервировать. После пары минут его болтовни, пока я пытался читать учебник, он остановился и посмотрел на часы, что показывали половину седьмого. Резко встав, он прикрикнул "Я первый в душ!" и хлопнул дверью. Я только вздыхаю и закрываю книгу, предварительно стараясь запомнить страницу. Прошëл только один день моего пребывания здесь, а я уже себя чувствую эмоционально-опустошëнно. Я даже не хочу, чтобы меня хоть кто-то трогал. С небольшим интересом я смотрю на кровать своего соседа, вспоминая его слова о чëм-то. Может, стоит его подловить? Он уже успел меня побесить, но обстановку в комнате и наших отношениях я не знаю, так что я только тихо подкрадываюсь ближе на его сторону комнаты, прислушиваясь к плеску воды позади. Его потрëпанный рюкзак привлекает моë внимание и я с достаточным мастерством открываю молнию и тихо веду её чтобы открыть. Там не было кучи учебников, как у меня, но зато были некоторые другие вещи: жвачка, какая-то баночка, ещё что-то съедобное и резиновое на ощупь. Далее шли карманы, которые пришлось открыть ещё тише, ибо кроме плеска воды я уже слышал голос, который напевал что-то. В руках что-то зашелестело, и казалось, что мир почти рухнул, но я сосредотачиваюсь и достаю маленькую коробочку. Та тëмно-синяя, слегка сверкает от покрытия, и я набираюсь смелости чтобы открыть её. Оттуда на меня глядела добрая половина несожжëных сигарет. Я быстро, как будто что-то может произойти, забираю их и закрываю все карманы, которые вообще были открыты и ложу рюкзак так, как он лежал, а саму пачку держу в руках, понимая, как у меня дрожжат руки. Нужно ли мне их перекинуть куда-то или оставить их в коробке? Я слышу как вода останавливается и быстро поднимаю матрас своей кровати, под который прячу заветную пачку. Моë сердце начинает биться ещё больше, понимая происходящее, но я не могу сдержать своей радости и возбуждения. Видимо я очень плохой ребëнок, раз меня так радует наличие яда замедленного действия. Мои руки трясутся, потому я даже не переодеваясь в пижаму(не знаю, есть она у меня или нет) прыгаю в постель, с головой укрываясь одеялом. А сам в голове прошу "хоть бы не нашëл, хоть бы не нашëл". - Эй, ты что, уже спать? - спрашивает сосед, выходя из ванной. С его волос с неестественно громким шумом капает вода. Я не реагирую, стараясь унять сердце, но он решает пошутить и кидает на меня мокрое полотенце. Оно пахнет хозяйственным мылом и я поднимаю его, завязываю в узел и кидаю обратно назад, не разбираясь куда попаду. Когда он снова что-то спрашивает, я не реагирую снова и он, кажется, обижается на меня. Но слава богу решает оставить меня. Пока я борюсь со своим выпрыгивающим из груди сердцем я слышу, как он открывает скрипучее окно и догадываюсь, что он выглядывает куда-то оттуда. После этого он хватается своей верхней одежды, натягивает штаны с лëгкой кофтой и, посмотрев на меня, закрывает окно и уходит из комнаты как можно тихо, выключив предварительно свет. Я не могу пошевелиться несколько секунд от осознания насколько сильно трясутся мои руки. После чего я поднимаю верхнюю часть тела и осматриваюсь в снова пустующей комнате и резко поднимаюсь на ноги, чтобы взять в руки заветную пачку сигарет. Я отдалëнно понимаю, что у меня зависимость от них более психологическая, нежели физическая, не сейчас меня это не волнует. Я открываю свои ящики стола в надежде найти хоть какую-то зажигалку, которой не оказывается на месте, и снова нервничаю с сигаретой, будто бы самой появившейся во рту. Я немного прикусываю фильтр, осознавая что вонючих капсул в нëм нет, после чего внезапно утихомириваюсь. Где-то там в меню говорилось о каких-то силах, нет? Я подношу трясущуюся руку к себе поближе и пытаюсь напрячь её, чтобы выудить хоть что-то, но... Ничего. Я не вижу ни одного намëка на огонь или что-то такое, поэтому бешусь. Оставался только один вариант: пошарить в ящиках соседа. Уже открывая его ящики я сквозь розовые сумерки читаю на его тетрадях имя "Брэд". Сейчас меня оно не волновало, но стоило запомнить на будущее. Я на нервах шарюсь по остальным ящикам, наполненным неизвестной мне хренью, и наконец выуживаю коробок спичек, одну из которых тут же зажигаю и подношу к кончику сигареты. Как же хочется курить! Наконец бумага загорелась и я вижу как начал тлеть наполнитель, потому гашу огонь на спичке и вдыхаю едкий дым прямо в пищевод, из-за чего и кашляю. Только почувствовав как у меня жжëт рот я прихожу в себя и наконец-то успокаиваюсь. Выдохнув я смотрю на струйку дыма от сигареты, а потом на коробок спичек, который ложу обратно к Брэду в ящик и закрываю его. Теперь оставалась новая проблема: куда мне деть пепел? Захожу в ванную комнату снова, но не вижу даже форточки, отчего делаю вывод, что придëтся курить прямо в комнате, да и чтобы никто не заметил. Всё же курящий несовершеннолетний, это могут донести матери. Я правда не хочу беспокоить Мисако. Она, в конце концов, хорошая женщина. Я открываю окно в комнате и перехожу в сторону от него, чтобы никто не видел. Вдыхаю вечерний сухой воздух и первый раз за день расслабленно улыбаюсь, смотря на поднимающийся к потолку комнаты дым. Он тягучий, едко пахнущий, и я не могу сдержать облегчения. Я сейчас нахожусь в каком-то трансе. Спустя пару глубоких затяжек до мозга поступает сигнал, и зрение начинает расфокусировываться. Я действительно начинаю хотеть спать и прикрываю глаза, всё больше погружаясь в процесс. Видимо, поэтому люди и курят. Слава богу это не супер сильный наркотик и я могу, как бы иронично это ни звучало, выдохнуть спокойно. Я надеюсь мне не придëтся после этого ходить и просить продать мне сигареты, я слишком нервный человек для этого. Через минуту я смотрю на сигарету и понимаю, что она уже почти докурена до фильтра. Теперь в мозг поступают сигналы интенсивнее, но я не перечу и продолжаю докуривать до фильтра, теперь выкидывая тлеющий окурок в окно и быстро закрывая его. Уже выкурив сигарету я лучше чувствую усталость. Сердце продолжает биться, но уже не так часто, и я решаюсь сначала дойти до ванной, чтобы справиться с нуждой и плюс к этому выпить немного воды. Завтра предстоял новый день.***
Даже без будильника, я умудряюсь проснуться чуть раньше шести утра. Только вижу как часовая стрелка неизбежно идëт к этой отметке и потягиваюсь на кровати, стараясь снова заснуть. В такие моменты в голове возникают мысли, что ещё немного поспать не помешает, но мне они не помогают и я продолжаю лежать с открытыми глазами и смотреть в потолок. Белая штукатурка стала нежно-фиолетовой от лучей поднимающегося солнца, и уже меняла оттенок на более тëплый. Так и прошло пару минут до шести утра, что здесь было негласным временем подъëма для зубрил и тех, кому просто не хотелось попасться под горячую руку ленивцев, что спали до семи и мчались на всех скоростях как можно быстрее. Мой живот вновь бурчит и я кладу на него руку, успокаивая его или себя. В принципе в какой-то мере такой внутренний массаж был приятен, но о его происхождении лучше было бы и не знать вовсе. Я поворачиваю голову к кровати соседа, который сопел в обе ноздри и продолжал генерировать слюну в своëм рту. Вся подушка была уже мокрая. От безделья я поднимаюсь с кровати и смотрю на восходящее солнце, навевающее настроение. Настроение взять ещё одну сигарету и покурить снова. Но человек в комнате, о повадках которого мне не удалось узнать, останавливал меня. Пришлось отложить такое особое мероприятие и я ухожу в ванную, чтобы умыть лицо. Уже после водных процедур и промытых глаз я снова смотрю к зеркало и удивляюсь своему новому лицу снова. Я ещё не успел привыкнуть к нему, но мозг перенастраивается и скоро оно мне запомнится. А ведь... Я даже и прошлого лица своего не помню. Впрочем, это былоо неважно. Сейчас, не буду врать себе, у меня клëвое лицо. Оно гармоничное и показывает всё с лучших сторон. Хотя подстричься стоило, совсем скоро чëлка вылезет мне на глаза. Я вздыхаю и поворачиваясь в сторону, высматривая там душевую кабинку. Сразу же как только смотрю на неё я проверяю наличие запаха пота у себя и осведомляюсь, что мне ещё рано. Брэд упоминал что-то о зарядке. И правда: в первую очередь ближе к семи на расписании была написана та самая злополучная зарядка, призванная поддерживать людей в хорошей форме. На самом деле это хорошая вещь, однако мне она совсем не давалась. У меня была привычка сначала недосыпать пару часов, и пока не время не доходило до момента выхода, заниматься рассматриванием улицы и своей комнаты. А иногда мой организм снова уходил в сон. И после этого я тоже вскакивал и наспех собирал все свои пожитки чтобы выйти. Но это будние дни, сейчас у нас были выходные, священные суббота и воскресенье. Я снова подхожу к столу и вытаскиваю учебники истории и родного языка, после чего достаю дневник чтобы проверить, что же такое задали на понедельник. Тот был загруженным, но только научными предметами, что уже были сделаны вчера. Но вторник уже был полегче, в его колонке была физическая культура и родная литература, которой я в этой жизни не знаю. Внезапно перед глазами выводится меню и новое уведомление в золотой рамочке: "Хотите восполнить знания?". Да эта штука издевается надо мной? Я отказываю уведомлению и мотаю головой, чтобы убрать меню, а после нахожу учебник по родной литературе, который открываю. За книгой проходит ещё один час. Я успеваю прочитать пару рассказов, сделать какие-то мысленные заметки, когда всё здание содрогается и по коридорам проносится звенящий вопль, ознаменовывающий время подъëма. Брэд подскакивает на кровати с шокированными, заспанными глазами. Видимо, он был в фазе глубокого сна, когда проснулся. Он кричит благим матом и быстро одевает верхнюю одежду, предварительно разбросанную по полу у его кровати. - Чего сидишь?! Одевай спортивки! Эта фраза выводит меня из транса и теперь уже я мчусь по комнате в поиске спортивной формы. Никто не сказал мне, что обязательно её надевать! Я даже не знаю где она! - Твою мать, да где она?! - ругаюсь я, в ответ получая признание. - Я вчера их запрятал пока ты книжки читал, задрот! Поищи под кроватью! - как только я нагинаюсь чтобы заглянуть под свою кровать, он снова кричит. - Да не под твою, блин! Вот, лови! Паренëк кидает мне штаны и куртку блëклого зелëного цвета, на которых я сразу же замечаю белые разводы. - Это что за пятно? - Э, мне то откуда знать? Иди отмой! Я удаляюсь в ванную комнату чтобы оттереть пятно холодной водой, что удивительно выходит. Внезапно,когда я пытаюсь снять верхнюю одежду, я вижу как белые бинты зацепляются за молнию, и я только сейчас вспоминаю о том, что у меня ранена рука. Адреналин уже вбил в мозг и я думаю: "Вообще у меня есть куртка, она закроет всё". Поэтому сразу у раковины я снимаю свою кофту, стараясь ненароком не повредить бинты, и удивляюсь, как просочившаяся кровь сквозь них не вышла наружу. Было странно, что я даже малейшего присутствия боли не чую. Через минуту мы с моим соседом выходим из комнаты в спортивных костюмах и бежим на первый этаж, а оттуда на улицу, где уже стояли несколько разновозрастных классов. Все они были мужского пола: с одной стороны были зевающие мальчики, а с другой уже достаточно взрослые ребята. Я бы засмотрелся, если бы не нужно было встать где-то по серëдке, учитывая возрастную группу. Вскоре выходит три учителя, сами в официальной одежде, как и полагалось по статусу, и один из них подул в свисток. Зарядка началась. Я стараюсь повторять за остальными, насколько мне позволяло моë тело и тайное ранение, но я не чувствую боли или усталости. Наоборот, это было достаточно легко для меня, но беспокойство насчëт руки настигало меня всё больше. Казалось, я не чувствую её, но она здесь, нервы в порядке, я разрабатываю предплечье при отжиманиях от пола, которые не особо комфортны для меня вообще были, но сейчас они не так сложны и я только отдалëнно чувствую запыханность своих лëгких. Даже когда я делаю ненавистные выпады мне почти всё равно. Я не жалуюсь, как остальные дети, особенно младшие, я просто делаю. Не смотря на это, моë дыхание очень сбивчиво. В конце концов мы заканчиваем чуть позже восьми, и я держусь бодрячком. Половина всех попадала на землю и жадно глотала воздух, просили воды. Я же с остальной половиной стою и восстанавливаю дыхание. У меня не крепкое тело, однако по сравнению с прошлой жизнью... Мне сейчас намного легче. Где-то в толпе ныл старшеклассник "Почему физкультуру ещё не отменили, когда у нас такая зарядка?". По моему телу пробегает дрожь от этого. Если это только зарядка, то что происходит на настоящих уроках физкультуры? - Так, теперь все обратно в свои конуры шагом марш переодеваться! Потом в десять выходим расчищать территорию! Я на слегка трясущихся ногах поднимаюсь на второй этаж чтобы наконец-то переодеться. Я не сильно вспотел, но зарядок мне делать ещё много. В толпе вижу как Брэд отошëл поговорить с кем-то, перед этим ударив его ладонью в спину. Значит, у меня будет время. Я бегом поднимаюсь на свой этаж и по памяти нахожу нашу комнату, а там уже и душ. Быстро взяв свои вещи я захожу туда и только собираюсь включить воду, как вижу бинты на своей руке. Хлопаю себя по лбу, забыв взять ножницы. Меня немного пугало что там может быть, поэтому я пару секунд жду, прежде чем найти узел и с помощью зубов и пальцев развязать его. Первый слой отделялся ещё нормально, но вот со следующими была проблема: они приклеились друг к другу. Мне пришлось ещё немного повозиться, чтобы снять эти слои, когда я дохожу до последнего, который прилип уже к коже и ране. Мне пришлось закусить губу чтобы не кричать и я аккуратно снимаю бинт с руки, открывая взгляд на запëкшуюся кровь под ней. В глазах немного помутнело и я мотаю головой уже по привычке, будто меню опять высветилось, после чего кидаю бинт в мусорную корзину и захожу в кабинку, включая душ. Сначала течëт холодная вода, которая обжигала не хуже кипятка, а потом пришла уже и горячая, и отрегулировав всё, я вздыхаю который раз за день. Чувствую, как в горле пересохло. Между прочим о ране... Я завожу руку под воду и смотрю как частицы сами собой уплывают в слив и мне открывается вид на то самое месиво, но уже заживающее. Оно должно зажить за неделю точно, но шрам останется. Кажется, судя по глубине и месту, он будет выпуклым, что не радовало. Если белые можно было хотя бы не замазывать и надеяться, что только зоркий глаз их заметит, то здесь нужно было тональным кремом просто умываться или класть в него целую руку. Нехорошо. Голова начинает немного болеть и зрение снова расфокусировывается, но не как при сигаретах. Я буквально ничего не вижу, только тьму перед глазами. Та словно обвалакивает меня и заставляет плыть. Я вроде бы держусь на ногах, но сколько это продлится неизвестно. Мне всё ещё тепло от воды, но прикосновений я не чувствую,будто со зрением выключили и касания, а слух крутанули до минимума. Было удивительно как до меня вообще доходил звук воды. Минута проходит и зрение возвращается, вместе с жжением в руке. Я снова смотрю на руку, но уже кровоточащую. Рана снова открылась и начала кровоточить, из-за чего нарастала паника. Как это случилось, черт возьми? Что мне делать? При близком осмотре я вижу красные следы ногтей и понимаю, что у меня неосознанно получилось расчесать рану до крови. Но... Это точно я? Я помню только то, как плыву в темноте и... Всё! Честно! Перед глазами снова выскакивает золотое меню и новое уведомление: "Хотите избавиться от зависимости?". Я нервно посмеиваюсь. Это похоже на рекламу на сайтах! Какого чëрта?! Пришлось выйти из кабинки даже не намылившись. Я обтираюсь полотенцем и осматриваю рану снова, понимая, что бинты уже ни к чему, и сделают они только хуже. Рана уже снова заживала и кровь почти не текла, можно было только немного капнуть перекисью и всё бы прошло. Я промакиваю полотенцем бусинки крови и снова одеваюсь в привычную одежду. Находиться в ней теперь было приятнее в несколько раз. Мой злополучный сосед уже вернулся и выложил все учебники на свой стол, а внутрь он старался положить всё остальное, не связанное с учëбой. Я подозрительно сощуриваюсь и беру свой рюкзак, где проверяю наличие кошелька, а в нëм оставленных мамой денег. У него не хватило ума или смелости забрать новую долю, за что его можно похвалить. Внезапно Брэд заглядывает за моë плечо и смотрит на деньги. - Ого, тоже выходишь? - интересуется он. - Нет. - резко отвечаю ему и с хлопком закрываю кошель. - А ты, как я вижу, уже собрался. - Ну да, суббота же, - он усмехается и присматривается ко мне ближе. - Мы и завтра пойдëм. А что насчëт тебя? - Не пойду я никуда. - Что, предки до сих пор не прислали ничего? - он с видом победителя пытается надавить на больное и задеть меня, как они привык до этого, судя по всему. Он прогадал только в том, что я больше не совсем тот человек. Я даже не знаю человек ли я вообще, если начистоту. - Меня они хотя бы любят. - бурчу я и беру книгу, которой с раздражением бью соседа по макушке. - Иди давай. - Чë ты такой злой? - говорит он с обидой, но собирает свой рюкзак и накидывает на плечо. - Вот чем я тебя обидел? - Много чем. - Ты о чëм? О муравьях? О форме? Ну прости! - Брэд начал перечислять варианты и извиняться, но было хорошо видно, что он делает это не из чистых пробуждений. Пацан положил мне руку на плечо в фальшивых братских объятиях. - Или тебе напомнить? А то ты стал слишком чëрствым. - Пошëл ты. - я не сдерживаюсь и выбираюсь из хватки. - Куда? - Ну а куда ты собирался? Туда и топай. - Тьфу ты. - он своеобразно плюëт в сторону и недовольно косится на меня. - Чë такого случилось, что ты стал таким? Я не отвечаю на вопрос и только сажусь за стол и беру книгу в руки. Брэд непонимающе смотрел пару секунд,но после этого махнул рукой и вышел, направляясь на улицу к автобусу, насколько я понял. Я же продолжаю читать учебник, чтобы восполнить знания, но как и в прошлой жизни, у меня возникают трудности с очень нудным текстом. Я начинаю чувствовать как устаёт мой мозг и решаю взять уже быстро приевшийся мне перерыв, называемый перекуром. Когда в дверь резко стучат у меня чуть не уходит сердце в пятки и я случайно перекусываю сигаретный фильтр под углом. Пришлось резко запихнуть пачку и новую сигарету обратно, после чего открыть дверь и унимать дрожь от выпушенного в кровь адреналина. - Твоя мать прислала. С такой сухой фразой какой-то учитель отдаëт мне маленькую коробку, чуть меньше предплечья моей руки. Я только забираю её и с такими же сухими благодарениями закрываю дверь, после чего иду к столу. На коробку сейчас было начхать, хотелось курить и побыстрее. Я открываю окно, достаю спички с сигаретой и зажигаю её, уже не волнуясь о том, что меня отследят по запаху. В коридорах был почти такой же запах, так что я уверен, что большая часть парней здесь так или иначе курит. Вместе с тлеющей сигаретой в зубах я заматываю зелëную ленту на коробке и разрываю обëрточную бумагу, только чтобы найти под ней коробку для телефона. Это был настолько неожиданный подарок, что я оборачиваюсь по сторонам, удостоверяясь, что хотя бы заряжать его здесь возможно. Розеток тут не видно, так что придëтся, наверное, тратить зарядку за одну неделю. Внутри лежал маленький телефон со складной клавиатурой, видимо единственный, который Мисако могла купить. Рядом же лежала сим-карта, которую сразу же я вставляю в устройство и включаю. Телефон включился без задержек и даже лого компании показывалось только пару секунд, после чего шла загрузка. Там же я увидел интерфейс, который был интуитивно мне понятен. Сим-карта уже была активирована до меня и у иконки сообщений светился красный шарик с единицей. Я нажимаю на соответствующую кнопку и мне выводится новое меню с входящими от неизвестного номера. Открываю чат и смотрю на длинное сообщение: "Я надеюсь ты читаешь это не слишком поздно,я ведь зарядила его. В любом случае, я к тебе прислушалась и все-таки нашла свой старый телефон.(не удивляйся, что он не сенсорный, тренируй пальцы!) Но симку я купила новую, так что теперь плачу вдвойне, чтобы знать как ты там. Серьëзно, твои рассказы каждый раз пугают меня и я волнуюсь только больше! Пожалуйста, если такое будет снова происходить позвони или напиши мне, хотя бы по телефону решим всё. Прости, что это единственное, что я могу сделать, но я постараюсь на работе, честно. Кто знает, может мы когда-нибудь уже вдвоëм без дедлайнов поедем искать что-то? В любом случае, спи крепко, кушай хорошо и учись усердно!" Я чувствую, как у меня начинает щипать в носу от дыма и наполняющихся глаз. Я не помню,что было в прошлой жизни, но почему-то меня сильно растрогало это. Я только больше понимаю, что эта женщина действительно делает многое, чтобы обеспечить своему ребëнку защиту. Возможно это и есть тот самый материнский инстинкт, о котором когда-то мне удавалось услышать? Слегка трясущимися от радости руками я набираю ответ: "Как раз решил выходные посвятить этому. Сижу вспоминаю историю. Спасибо, мама." "Историю??? Я то думала ты в меня пошëл :( " Я смеюсь от ответа и чувствую необычную окрылëнность, что будто передаëтся мне через маленький экран. Сейчас мне казалось, что можно и горы свернуть, если постараться овладеть магией какой-нибудь земли. Более приземлëнный для меня вариант поговорки - это выйти на крышу и безопасно спрыгнуть с неё на землю. Так было понятнее. Я снова сажусь за стол и воодушевлëнно открываю учебник истории, с уверенностью открывая на последней прочитанной странице и продолжаю читать, быстро перескакивая со строчки на строчку. Ноги возбуждëнно шаркали по паркетному полу, пока чуть дальше лежала выпавшая из губ тлеющая сигарета. Я был уверен - я сейчас смогу всё, даже подтянуть все свои оценки за всего-то два дня выходных. Эйфория бегуна — состояние особого подъёма, сходное с лёгким опьянением, наблюдаемое у спортсменов в циклических видах спорта во время длительной физической активности, в результате которого возрастает устойчивость к боли и усталости.
Примечания:
Ллойд: *просто уснул на скамейке, потому что идти некуда*
Мисако: Ты чего тут делаешь?
Ллойд: ОХ БЛЯТЬ БЛЯТЬ ЕБАТЬ
