Я буду следовать за тобой (до конца) || I Will Follow You (To the End)

“Малфой, Драко!” Беллатрикс наблюдала, как Малфой подошел к табурету. В тот момент, когда шляпа коснулась его головы, она крикнула: “СЛИЗЕРИН!” О, конечно, подумала Беллатрикс, с Драко разберутся почти в рекордно короткие сроки. И эта дурацкая шляпа имела наглость потратить почти 3 минуты на разговор со мной. 3 минуты! Это даже дольше, чем у Сириуса, и он был позором семьи. Если отец когда-нибудь узнает.... Излишне говорить, что Беллатрикс не хотела думать о том, что сделал бы ее отец, если бы узнал. И она не сомневалась, что он так и сделает - в конце концов, слухи в чистокровном обществе распространяются необычайно быстро. Она задавалась вопросом, пошлет ли он Ревуна, как тетя Вальбурга сделала для своего сына. Нет, он более хитер, чем это. Она все еще не могла поверить в наглость этой шляпы и молча кипела от злости, когда Пэнси Паркинсон почти сразу же распределили в Слизерин. Она просто не понимал, вот и все. Каждый уважаемый чистокровный попадал в Слизерин. Именно так это и работало. Вместо этого глупая шляпа хотела отправить ее в Равенкло, Хаффлпафф и даже чертов Гриффиндор, прежде чем она смогла убедить ее отправить ее в Слизерин. Она понимала Равенкло - она всегда была умной (умнее, чем девочка Грейнджер, ехидно подумала она), и она предполагала, что она была довольно вспыльчивой, что делало ее хорошим кандидатом в Гриффиндор - но она была Блэк! Блэков не распределяли ни во что, кроме Слизерина! Кроме Сириуса, конечно. Но, по словам отца, он не считался. Никто не считал, были ли они вызженны с дерева. “Поттер, Гарри”. Поттер? Она только что сказала "Поттер"? Беллатрикс напряглась, чтобы мельком увидеть мальчика с черными как смоль волосами, прежде чем шляпа сползла ему на глаза. Весь зал ждал, затаив дыхание, хотя было довольно очевидно, куда он пойдет. Он был Гарри Поттером! Но шляпа не торопилась - люди начали бормотать о том, что шляпа, безусловно, застала людей врасплох в этом году, в конце концов, Беллатрикс заняла так много времени, и теперь Гарри мать его Поттер был на пути к тому, чтобы стать шляпным киоском… Но он этого не сделал, так как шляпа прокричала “ГРИФФИНДОР”, и весь стол разразился радостными криками “Мы поймали Поттера! Мы поймали Поттера!”, и Беллатрикс смотрела, как он сидит рядом с Гермионой Грейнджер, которой потребовалось вполне разумное время, чтобы разобраться, чертова грязнокровка, в отличие от нее самой. Беллатрикс дулась, пока сортировка продолжалась, остановившись только для того, чтобы фыркнуть, когда “Уизли, Рональд” был распределен в Гриффиндор, как и остальная его чертова семья, потому что, очевидно, даже Рональд Уизли мог быть отсортирован быстрее, чем она. Наконец, распределение закончилась (она была очень голодна), и директор встал, чтобы поговорить. Отец Беллатрикс довольно много говорил о Дамблдоре - он называл его “магглолюбивым дураком” (на самом деле он так называл многих людей), хотя Беллатрикс про себя считала, что он выглядит довольно мило. “Добро пожаловать! Добро пожаловать в новый год в Хогвартсе! Прежде чем мы начнем наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. И вот они здесь: Придурок! Ворвань! Странность! Твик! Спасибо вам!” Беллатрикс добавила слово “сумасшедший” к своей оценке этого человека и была довольно удивлена, когда посмотрела вниз и увидела великолепное угощение, разложенное на столе. В поезде она почти ничего не ела, поэтому схватила большую тарелку и начала есть. ------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- На следующее утро Беллатрикс с трудом выбралась из постели, взволнованная предстоящими занятиями, но все равно желая остаться в своей теплой, мягкой, удобной постели до конца вечности. Ей потребовалось 15 минут, чтобы добраться до Большого зала - довольно долго, на самом деле, учитывая, как близко он был к подземельям. Но, эй, замок был чертовски огромен и сбивал с толку, и было слишком раннее утро, чтобы думать. Она провела свой день, где Флитвик, крошечный человечек, был так взволнован Гарри черт возьми Поттером, что упал со своей стопки книг. Нужно было усвоить довольно много информации, и голова Беллатрикс шла кругом. А потом наступила худшая часть всего этого. Их первый урок трансфигурации, и профессор Макгонагалл поразила их всех продвинутой магией, научила их некоторым основным правилам трансфигурации, а затем заставила их работать со спичкой, которую они должны были превратить в иглу. Ожидая получить его немедленно, Беллатрикс была чрезвычайно расстроена, когда снова и снова терпела неудачу. И, чтобы добавить оскорбление к ране, эта чертова грязнокровка, девочка Грейнджер, преуспела! Грязнокровка! Получила это раньше нее! Куда катится мир?! ------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- Дни пролетали незаметно, и Беллатрикс довольно хорошо справлялась со своими занятиями. Единственным человеком, который был впереди нее (с очень небольшим отрывом, заметьте), была Грейнджер, что было неприемлемо, потому что она была грязнокровкой, которая не имела права быть лучше в магии, чем она, Беллатрикс, которая была Блэк, что, как предполагалось, было лучшим, чем можно было быть, но потом эта глупая грязнокровка просто обязана была появиться и быть лучше ее , и это приводило в бешенство ! Как и предполагалось, ее отец не послал Ревуна, когда обнаружил, что она была, из всех позорных вещей, шляпным прилавком. Конечно, ему пришлось пойти и сделать что-то похуже, и ей пришлось пойти и навестить ее дом в первые выходные семестра, чтобы он мог с ней “поговорить”, что было худшим, что он мог сделать, потому что ей совсем не нравилось находиться в ее доме, и она даже не смогла повидаться со своими сестрами. Но она покончила с этим и продолжила жить. Уроки квиддича были в прошлые выходные - веселое событие, с большим волнением, когда мальчик Поттер сделал эффектный ход (не то, чтобы она когда-нибудь признала это). Потому что, конечно, это должен был быть Поттер, который выпендривался перед профессором, и это должен был быть Поттер, которого даже не исключили за это. Она привыкла проводить много времени в библиотеке - ее однокурсники-слизеринцы были, ну, неподходящей компанией. Паркинсон и Гринграсс были мелкими, Драко был чрезмерно напыщенным, Булстроуд была просто тьфу, а Нотт был ослом. Единственным недостатком ее нового любимого места в замке было то, что это было также любимое место некой Гермионы Грейнджер, которая все еще была полна решимости быть лучше ее, что просто раздражало. Независимо от того, сколько Беллатрикс училась, сколько она читала вперед, Грейнджер читала больше, изучала больше, узнала больше, и Беллатрикс просто хотела... ударить ее! Или что-то в этом роде. Это то, что все делают, когда кто-то беспокоил тебя, верно? Колдовство было другим делом, но это было запрещено, и Беллатрикс не хотела возвращаться домой и снова иметь дело со своим отцом. Распять ее тоже не разрешалось, чему Беллатрикс была искренне рада, потому что она прекрасно знала, насколько болезненным это может быть, и она бы даже не хотела, чтобы Грейнджер так сильно пострадала, если бы она разозлилась на нее. К счастью, Грейнджер не разговаривала с ней, даже немного с той первой ночи. На самом деле, никто по-настоящему с ней не разговаривал - другие факультеты не хотели разговаривать ни с одним слизеринцем, а слизеринцы, казалось, не были уверены, что с ней делать, видя, как она активно пыталась избегать большинства из них. Но она не возражала быть без друзей, потому что у нее не было времени на друзей, потому что ей нужно было учиться, чтобы она могла победить Грейнджер в их классах, потому что это просто было несправедливо, что она была намного умнее. И, кроме того, если бы Беллатрикс не заняла первое место в рейтинге класса на экзаменах в конце года, если бы ее отец когда-нибудь узнал, что ее обыграла грязнокровка, она, вероятно, была бы заперта в своей комнате на все лето, и она ненавидела, когда это случалось. А потом Драко вернулся в гостиную с безумным планом вызвать Поттера на дуэль, а затем сдать их Филчу, что, она должна была признать, было довольно блестящим, потому что гриффиндорцы никогда не отступают от вызова. К сожалению, план потерпел полный провал, судя по тому факту, что на следующее утро Поттер и Уизли все еще были в Хогвартсе, и ни о каких задержаниях не могло быть и речи. Однако у них был энтузиазм, который мог означать только то, что у них было приключение, и, судя по бледности лиц Грейнджер и Лонгботтома, их тащили за собой. Это сделало бы день Беллатрикс, если бы Грейнджер исключили, и она проклинала Драко за то, что он был таким плохим планировщиком. На Хэллоуин они, наконец, научились левитировать предметы, что к концу урока удавалось только Беллатрикс и Грейнджер. Потому что, честно говоря, как вы собираетесь произносить заклинание, если вы даже не можете правильно произнести заклинание? Это Вин- гар - диум Леви-о-са, почему это так трудно понять? Она выходила из класса, самодовольная, наблюдая, как Драко все еще пытается сделать взмах (и делает это ужасно неправильно), когда Грейнджер разрыдалась рядом с ней. Она уставилась на нее, совершенно сбитая с толку, пока не услышала разговор Поттера и Уизли - “она, должно быть, заметила, что у нее нет друзей” - и пришла к выводу, что они, должно быть, говорили о ней. Беллатрикс усмехнулась - конечно, Грейнджер услышала бы это и пошла бы плакать, как ребенок, вероятно, в женском туалете, потому что, конечно, Грейнджер была бы такой банальной - ну, это все было хорошо, и, возможно, теперь Беллатрикс могла бы продвинуться вперед, потому что Грейнджер пропустит свой следующий урок, но потом она поняла, что этого, вероятно, никогда не случится, потому что Грейнджер, вероятно, все равно была на целый месяц впереди, так что на самом деле было довольно грустно, что девочка плакала одна в ванной, возможно, теперь понимая, что она не может вписаться в этот мир, потому что она была просто маленькой грязнокровкой… Беллатрикс была абсолютно права - Грейнджер не появилась на их следующем занятии, и ее не видели до конца дня. Она даже не пришла на пир - не то, чтобы Беллатрикс смотрела или что-то в этом роде, потому что зачем ей вообще смотреть на стол Гриффиндора специально, но она стояла лицом к ним, и он выглядел странно пустым без пышной шевелюры Грейнджер. Она предположила, что девочка просто пропустит все, что произошло, потому что, очевидно, никто не рассказал бы ей, потому что Уизли был прав, у нее точно не было друзей. На столе был накрыт великолепный пир, и Беллатрикс только начала копаться, когда профессор Квирелл, возможно, ее самый некомпетентный профессор, ворвался в зал, подбежал к главному столу, выдохнул что-то о тролле в подземелье и упал в обморок. А потом наступил полный хаос. Дамблдор выпустил несколько петард из своей палочки, чтобы заставить всех успокоиться. “Старосты, немедленно отведите свой факультет обратно в общежития!” Что ж, блестяще - в школе разгуливал тролль, вероятно, желавший кого-нибудь съесть или сделать что-то столь же ужасное (она точно не знала, что именно делают тролли), так что лучше никого не застигать врасплох- Грейнджер. В ту долю секунды Беллатрикс не совсем поняла, что на нее нашло. Они только что вышли из Большого зала, и старосты обсуждали, идти или нет в общую комнату, потому что она находится в подземельях, где находится тролль, какого черта нам туда идти? , и Гермиона Грейнджер совершенно не знала о вероятном плотоядном тролле, который, вероятно, не остался бы в подземельях, и было очень вероятно, что никому не было дела, потому что все были в панике, и действительно ли она была единственной, кто помнил о пропавшей ученице , она знала, что Патил пошла посмотреть, все ли с ней в порядке, но она цеплялась за руку Лаванды Браун и болтала без умолку, так что на самом деле у Беллатрикс не было другого выбора, кроме как пойти найти Грейнджер и убедиться, что ее не съест кровавый тролль, потому что никто даже не знал, что ее там не было, потому что у девочки не было друзей. И к тому времени, как она закончила убеждать себя, что это хорошая идея, она уже была в женском туалете, и было слишком поздно поворачивать назад, на самом деле, потому что она не собиралась бродить по школе в одиночку больше, чем уже сделала. Но тогда Грейнджер подумала бы, что она действительно заботится о ней, что было нехорошо - но она приняла решение, когда услышала шаги по коридору, потому что она действительно не хотела, чтобы ее застукали бродящей по школе, когда она не должна была, потому что тогда кто-нибудь мог рассказать ее отцу, поэтому она нажала открыла дверь ванной и проскользнула внутрь. “Эй, Грейнджер?” Дверь кабинки со скрипом открылась, и появилась густая грива волос, и, честно говоря, Беллатрикс никогда не испытывала большего облегчения, увидев грязнокровку. “Беллатрикс. Чего ты хочешь?” Беллатрикс приняла свою надменную позу. “Ну, тролль на свободе. И не похоже, что кто-то еще потрудился найти тебя, поэтому я решила, что найду.” “Я... спасибо, я полагаю?” “Ну-ну, я, не за что. Ты идешь или нет?” Грейнджер не ответила, вместо этого протиснувшись мимо нее, чтобы выйти за дверь, но затем она захлопнула дверь, бросив один взгляд наружу, и заперла ее, прежде чем прижаться к ней спиной, и теперь Беллатрикс была просто сбита с толку и относительно уверена, что грязнокровка сумасшедшая. “В чем дело, Грейнджер?” “Тролль”, - выдохнула Грейнджер, выходя из транса и бросаясь к Беллатрикс, и Беллатрикс подумала, что сейчас не самое подходящее время осознавать, что от Грейнджер постоянно пахнет пергаментом. “Снаружи?” "да." “Он видел тебя?” "да." ”Ну..." Но Беллатрикс прервал грохот, и дверь скрипнула, и Беллатрикс действительно нужно было перестать думать о том, насколько хрупким может быть дерево, особенно когда на него полагаешься, чтобы не пустить тролля. Авария! Дверь распахнулась, и у Беллатрикс внезапно возник образ головы, делающей то же самое, и о, Мерлин, она, вероятно, собиралась умереть, и почему кто-то тянул ее за руку? О, Грейнджер, это была Грейнджер, потому что, конечно же, это была она, и она тянула ее за руку, чтобы заставить ее отступить. Ну и какой в этом был прок? Теперь троллю пришлось бы пройти еще пару футов, что, вероятно, сделало бы его более раздраженным, что, вероятно, просто заставило бы его убивать их более болезненно, и- “Отвлеки его!” Что? Беллатрикс открыла глаза (хотя она не могла точно вспомнить, как их закрывала) и увидела, что Поттер и Уизли швыряются в тролля чем попало, а Поттер говорит им бежать. Ну, Беллатрикс, конечно, не собиралась уходить в ближайшее время, и Грейнджер, похоже, тоже не особенно стремилась к этому, так что она собиралась остаться там, где была, большое вам спасибо. А затем Поттер прыгнул на тролля, полностью игнорируя крики Беллатрикс “Какого черта ты делаешь, Поттер?”, и воткнул свою палочку ему в нос. Рон Уизли, в редкий момент реальной полезности, левитировал дубинку прямо из рук тролля и обрушил ее на его голову с тошнотворным треском. Все четверо стояли вокруг него в шоке. Грейнджер слабым голосом спросила, мертв ли он - “он просто вырубился”, - сказал ей Поттер и вынул свою палочку из его носа. “Что ты здесь делаешь?” Беллатрикс повернулась к Уизли, который недоверчиво смотрел на нее. Беллатрикс поняла, что это был очень хороший вопрос. Что она здесь делала, еще раз? О, точно - Грейнджер не знала о тролле, и по какой-то причине, которую она не могла до конца понять, она убежала в ванную, чтобы рассказать ей об этом, что было очень глупо в ретроспективе, потому что ей даже не нравилась Грейнджер, и Тупой дуэт пришел искать в любом случае, она победила тролля, и ее вообще не должно было там быть. ”Э-э..." Учителя, привлеченные шумом, ворвались в комнату. Квиррелл заскулил и сел на один из унитазов. Макгонагалл, выглядевшая злее, чем Беллатрикс когда-либо видела ее, повернулась к ним. “О чем вы думали?”