Это будет наш с тобой секрет

      Гермиона открыла глаза, и на этот раз ей понадобилось намного меньше времени, чтобы понять, где она находится. Вчера она не пила, так что представшая перед глазами картина сразу же позволила ей вспомнить все события вчерашнего вечера.        Девушка поспешила встать и одеться, так как на ней не было ничего, кроме нижнего белья. Пока она в спешке натягивала свою школьную форму, глаза её настойчиво не хотели отрываться от Беллатрикс, лежащей всё в той же кровати, с другого конца которой только что выскользнула Гермиона.       Старшая ведьма лежала на боку, спиной к девушке, прикрытая одеялом процентов на шестьдесят, так что Гермиона могла разглядеть красивый комплект чёрного кружевного белья, точнее сказать, его верх, облегающий подтянутую спину Беллатрикс. На самом деле, зрелище было крайне непривычным, так как ведьма закинула ногу на одеяло, и обнимала его обеими руками.       Едва ли хоть кто-то в замке в видел спящую Беллатрикс Блэк.       Гермиона оделась и, стараясь создавать как можно меньше шума, поспешила в сторону прихожей, однако не смогла не обернуться. Чёрные кудри почти полностью закрывали лицо женщины, а вот её телу, похоже, стало жарко, так как она решила во сне перевернуться и вовсе освободиться от одеяла. На этом моменте Гермиона резко осознала, что ей пора, и вылетела из покоев профессора с чуть покрасневшими щеками.       Это было утро субботы, так что ни сегодня, ни завтра у них не было уроков. Гермиона не обнаружила Блэк за завтраком в Большом зале, что было вполне ожидаемо, так как появлялась она там по утрам крайне редко.       А вот за обедом профессор Блэк занимала своё место прибывая вполне в приличном виде, но вот за все, без малого пятьдесят раз, что Гермиона кинула на неё взгляд, та как будто намеренно смотрела во всех направлениях, категорически игнорируя гриффиндорский стол, как будто его вовсе не существовало.       — Гермиона, — Гарри щёлкал пальцами прямо перед её лицом.       — А? Я задумалась, прости, — смутилась девушка.       — Ты идешь с нами в Хогсмид?       — Прямо сейчас?       — Ну, да, мы же уже давно договаривались, что сегодня идём все вместе.       — А, да, конечно, иду, только пойду оденусь, — с этими словами Гермиона встала из-за стола, кинула последний взгляд на Беллатрикс, игнорирующую её, и направилась в спальню за тёплыми вещами.

⋆ϿҔΗСͲС⋆

      Гарри, Рон, Джинни, Луна и Невилл — именно такой компанией они завалились в Три метлы, замёрзшие, с горящими красными щеками и заснеженными волосами. Заказав пять пинт сливочного пива, вся компания проследовала в угол заведения за достаточно большой столик неподалёку от камина. Получив свой заказ, друзья принялись распивать горячий дымящийся напиток и болтать, обсуждая все накопившиеся новости.       Они сидели так уже полчаса, все наконец согрелись и расслабились. Гермиона, немного потеряв нить разговора, начала осматривать посетителей. В основном помещение было забито школьниками, не считая мадам Розмерты и…       Что?!       Гермиона подавилась сливочным пивом, так, что Гарри начал хлопать её по спине.       — Гермиона, ты чего? — участливо спросил друг, но ответ настиг его сам, когда он посмотрел в ту же сторону, что и девушка — в сторону двери. Двери, в которую, стряхивая снег с мехового воротника своего пальто, в сапогах на высоких каблуках, со своей вечно идеальной осанкой, вошла Беллатрикс. Шла она не одна, а за профессором Макгонагалл. Причём было видно, что зайти сюда было явно не желанием профессора Блэк. Лицо её выражало недовольство, которое она высказывала в полголоса, догоняя Макгонагалл, на что та лишь отмахнулась.       — О Боже, и эта чокнутая стерва тут, — проследив за взглядом друзей, сказал Рон, который на дух не переносил профессора защиты от темных искусств.       — Рон, не говори так, — упрекнула его Гермиона, на что получила недовольный взгляд в ответ, однако его она уже не увидела, так как её собственный взгляд был прикован к двум фигурам, подошедшим к стойке мадам Розмерты. Все трое начали о чём-то беседовать.       Друзья Гермионы тоже снова переключились на беседу. Однако девушка все никак не могла оторвать взгляд от чёрных кудрей и этих глаз цвета оникса.       Которые только что мельком обвели взглядом их столик и на секунду задержались на Гермионе.       Сердце девушки пропустило удар, однако Беллатрикс быстро вернулась к беседе. И в этот момент к трём женщинам подошли трое мужчин, одетых достаточно престижно.       Гермиона знала их. Первый, самый высокий и широкоплечий — Рудольфус Лестрейндж, рядом его брат Рабастан, чуть пониже и поменьше, они оба занимали высокие посты в Министерстве. А третий был совсем молодой, но очень перспективный и небезызвестный Бартемиус Крауч младший.       Рудольфус первым подошёл к компании, кивнул мадам Розмерте, почтительно поцеловал руку Макгонагалл, на что та сдержанно улыбнулась, и обнял Беллатрикс. Обнял достаточно скромно, но внутри Гермионы что-то перевернулось. Что-то очень неприятное.       Рабастан же, подойдя к женщине, чисто символически поцеловал ей руку, а Крауч также невзначай прижался щекой к щеке Блэк, приобняв ее одной рукой, на что Беллатрикс ответила тем же.       Все эти действия были обыденными и приличными, но так как Гермиона в принципе никогда раньше не видела, чтобы до Блэк хоть кто-то дотрагивался, на неё это произвело впечатление.       К тому же, с приходом компании мужчин Беллатрикс заметно оживилась, и настроение её поднялось. Она как-то по-свойски вписывалась в эту компанию, чего не скажешь о мадам Розмерте и Макгонагалл. Они общались с молодыми людьми весьма сдержанно, хоть и не без тепла во взглядах.       — Гермиона, ты вообще с нами? Или в облаках? — вывел девушку из мыслей голос Джинни, которая опасливо проследила за направлением взгляда Гермионы.       — Да, да, отвлеклась, прости, — с этими словами девушка начала вникать в разговор, с недовольством наблюдая, как трое мужчин, попрощавшись с Макгонагалл и мадам Розмертой, уводят Беллатрикс из Трёх метел, чему та была, по всей видимости, очень рада.       Крауч открыл дверь перед женщиной, а Рудольфус, еле заметно приобняв Блэк за талию, вышел на заснеженную улицу. Рабастан прошёл за ними, и дверь захлопнулась.       На ужине профессор Блэк в тот день так и не появилась.

⋆ϿҔΗСͲС⋆

      Вот и доброе утро тебе, когда вспоминаешь, с кем, как, и в чём ты заснула вчера.       Ладно, хрен с ним, точнее с ней. Потом разберёмся.       Блэк накинула халат и направилась в ванную. Приведя себя в порядок, она сварила чёрный кофе и прошла за рабочий стол, в надежде управиться с проверкой работ в первой половине выходного дня. Первой работой сверху лежала работа Грейнджер.       И тут она, — закатила глаза Блэк и принялась за проверку.       О, ну, как всегда, тут всё идеально, — ухмыльнулась профессор и, отложив работу, взялась за следующую.       Так незаметно пролетело утро субботы. Стопки с проверенными работами возвышались на рабочем столе. Положив последнюю на самый верх, Беллатрикс взглянула на часы. Время обеда. Ещё раз кинув удовлетворённый взгляд на три аккуратные стопки проверенных работ, она ухмыльнулась, явно довольная собой.       Только заняв своё место за обеденным столом, Блэк почувствовала направленный на неё одинокий взгляд.       Ну, конечно, ожидаемо, что теперь она будет пялиться на меня весь обед. Сделаем вид что ничего не происходит, — сдерживаясь от того, чтобы закатить глаза к потолку, подумала Беллатрикс.       Она уже потянулась взять ещё один кусок мясного пирога, как большая бурая сипуха уронила письмо рядом с её тарелкой.       Спасибо, что не в суп. Кому ещё что надо в субботу?       Она развернула конверт и увидела один из самых знакомых почерков в своей жизни. Раздражение сразу ушло, а внутри появилось что-то тёплое.       «Привет, Беллс, сто лет не виделись! Совсем уже обнаглела, даже в гости не заходишь. Как говорит Крауч: «Заперлась в своём замке, как принцесса». Короче, мы соскучились и решили увидеться с тобой сами. Ждём после обеда в Хогсмиде. И это не обговаривается;)       Встречаемся в Трёх мётлах в три часа, мы будем там неподалёку по делам. А оттуда уже решим что и куда.       Твои самые лучшие,       Руди, Барти и Рабас»       Беллатрикс усмехнулась про себя.       О да, назначить встречу столь спонтанно и без моего согласия, это так в стиле Рудольфуса.       Она не стала особо плотно есть и поспешила в свои покои, дабы привести себя в порядок.       Надев лучшее чёрное платье, поверх него Блэк зашнуровала любимый корсет, отлично подчеркнувший стройную фигуру. Продолжил образ макияж, ещё сильнее подчеркнувший и без того яркие чёрные глаза, заострённые скулы и бордовые пухлые губы. А завершением образа стали тёплое чёрное пальто с меховым воротником и сапоги на высоком каблуке.       Ходячий секс, — усмехнулась Белла в зеркало сама себе и направилась к выходу.       На выходе из замка она увидела знакомую фигуру, направляющуюся в ту же сторону.       — Добрейшего дня, Минерва, выходные вне школы?       — Доброго, Беллатрикс, — Макгонагалл чуть замедлила шаг, — решила заглянуть к Розмерте на пару пинт и приятный разговор, присоединишься? — она одарила собеседницу едва заметной улыбкой.       — До Трёх мётел составлю компанию, а там буду вынуждена покинуть вас, у меня встреча, — ответила Блэк и обе двинулись к дорожке, ведущей в Хогсмид.       — Свидание? — лукаво улыбнулась Макгонагалл, глядя на собеседницу.       — Встреча старых друзей, — фыркнула Беллатрикс, — Рудольфус написал записку за обедом, спонтанность - его всё, говорит, все трое приехали.       — Годы идут, а ваш квартет всё так же неразлучен, — чуть усмехнулась Макгонагалл.       Какое-то время они шли молча по проселочной дороге. Вскоре на черные кудри Блэк начал падать снег.       — Белла, дружба это прекрасно, прости, я лезу не в своё дело, но когда же ты уже будешь бегать на свидания, а не на посиделки с друзьями?       — Ой, — отмахнулась Беллатрикс, — тебе не кажется, что я уже не в том возрасте, чтобы «бегать на свидания»? Да было бы ещё с кем…       — Не в том возрасте уже я, но никак не ты. И всё-таки, что насчёт Рудольфуса? У меня ещё с вашей учебы в школе сложилось впечатление, что вы очень даже подходите друг другу.       — У всех вокруг ещё со школы сложилось такое впечатление, — закатила глаза Беллатрикс, — у всех кроме нас двоих.       — А мне кажется, зря.       Белла лишь отмахнулась и попыталась сменить тему:       — Лучше скажи, почему это ты считаешь, что уже не в том возрасте? Я могу познакомить тебя с очень интересными личностями, уверена, они буду в восторге от мысли позвать тебя на свидание.       Макгонагалл рассмеялась.       Начиналась метель, но, к счастью, они уже подходили к Трём мётлам. Белла пыталась высмотреть свою компанию, но их нигде не было, а снег продолжал сыпать только усиливаясь, что в сочетании с порывистым ветром сулило быструю гибель её аккуратному внешнему виду.       Черт, придётся всё-таки зайти внутрь, фу, там же вся школа сейчас… и Грейнджер сто процентов… почему меня вообще это волнует?!       — Зайдёшь поздороваться с Розмертой?       — Похоже, ничего другого мне не остаётся, - обреченно выдохнула она, перекрикивая ветер.       Они вошли в тёплое, пропахшее едой и напитками помещение, двинувшись прямиком к барной стойке.       — Минерва, Беллатрикс, очень приятно видеть, — поприветствовала их хозяйка заведения, — медовухи?       — Добрый день, Розмерта, не сегодня, благодарю, я буквально на пару минут.       Она обвела взглядом полное школьников помещение.       Ну да, вон и Грейнджер в привычной компании, ещё и на меня пялится. Руди, ну давайте же быстрее, — мысленно торопила она друзей.       Перекинувшись парой фраз с Розмертой, она увидела их. Тех, кого была рада видеть в любое время дня и ночи. Высокий, статный Рудольфус, перед которым расступились все школьники, за ним с беззаботным выражением лица Рабас, а следом счастливый Крауч.       Компания подошла. Рудольфус, с порога включившийся своё природное обаяние, подмигнул Розмерте и потянулся к руке Макгонагалл.       — Мое почтение, Минерва, — улыбнулся он, а затем подошёл и полез обниматься ко мне прямо на глазах у студентов, ну это же Руди. Хотя… может, оно и к лучшему, угомонят старшекурсники, наконец, свои фантазии.       Поздоровавшись со всеми, Белла начала настойчиво подталкивать их к выходу, и наконец Рудольфус, чуть приобняв её за талию, направился к двери.       Настроение было лучше некуда. Компания лучших друзей, впереди ещё расслабленный вечер, а завтра выходной.       Так, по-свойски переговариваясь и уже смеясь над шуткой Крауча, компания наконец покинула полный студентов паб, и направилась в Кбанью голову, где можно было уже окончательно расслабиться.