​ «Good Night»

Уже который час Виолетта стоит за плитой, пытаясь хоть что-то нормально приготовить посетителям своими трясущимися руками, которых так и не оставляет дрожь. Когда это, сука, пройдет?! Лишь мысль о своем безмолвном обещании Рони останавливает и не дает всё бросить, убежав за новой дозой, которой не хватает как воздуха. Она словно задыхается от нехватки и скоро сдохнет на месте. Переворачивая уже подгоревшую котлету, Малышенко стоит и глядит в никуда, находясь в собственных мыслях, перекручивает моменты с Вероникой: их встречу, знакомство в этой закусочной, поддержку на обочине и многое-многое другое. Запоминалась каждая мелочь, что может показаться незначительной, однако на самом деле - очень важная. Вербицкая оставляет огромные пятна в памяти и сердце Виолетты, пытаясь перекрыть прошлое. Но нужно знать, что перекрывать… А вдруг это и не нужно убирать из сознания девушки. Может, это нужно помнить, дабы не совершать подобных ошибок? А может стоить принять? Или нет? Она не может понять. Ни одна из них не может понять. Рони, потому что не знает; Виолетта, потому что запуталась. - Блять. - шипит Малышенко, доставая черный как уголь кусок чего-то, уже не похожий на котлету. Плевать. Пусть так будет.

***

Кинув всё к чертям собачьим, Виолетта стоит, подпирая стенку спиной, на улице в тоненькой кофточке, которую продувает ветер, что уносит далеко в неизвестность горький сигаретный дым, который - жизнь, особенно в последнее время. Девушка очень редко ощущает табачную терпкость, что так безжалостно режет лезвием сожжённое наркотиками горло, но иногда ничем нельзя заменить ее. Она - глоток, которого так не хватает порой, чтобы продолжить жить. Листая очередные посты социальных сетей, Малышенко кидает взгляд на всплывшее окно на верху экрана с уведомлением о новом сообщении. Привет Рони 14:20 Ты сегодня свободна? Ближе к вечеру Рони 14:20

Да, а что? Вы 14:21 Привет Вы 14:21

Я хотела сходить в приют для животных. У них там какая-то акция по помощи зверькам. Хотела сходить вместе Рони 14:21

Да

Вы 14:21

Конечно!

Вы 14:22

Ты до скольки сегодня? Рони 14:22

До шести

Вы 14:22

Я заеду. Окей? Рони 14:22

Буду ждать)

Вы 14:23

Опуская телефон, брюнетка выдыхает дым, а на лице заиграла улыбка предвкушения.

***

День после той переписки значительно улучшился. Появилось настроение работать, правда, чтобы побыстрее свалить, но это не имеет значения. Продуктивные часы. Приподнятый настрой. И ощущение потери амфетамина из памяти. А когда на часах в прихожей показало полшестого, казалось, что Вилка не ходит, а летает по кухне. Вот-вот и она свалит отсюда к Рони. Складывая последний сэндвич, Виолетта скидывает с себя китель, который уже давно пора стирать, поправляет шапку и выходит прочь, освобождая рабочие пространство для товарища по цеху. За пределами закусочной лицо обдувает утихший ветер, пробираясь под одежду. Вот и пришло всё в норму. А то какая жара в Питере, в конце августа. Пора надевать что-нибудь по теплее. Сейчас не об этом. Рядом с ближайшим магазином стоит уже знакомая машина, в окнах которой видно уже такое…лицо. С каждым шагом к авто улыбка становится всё шире и шире, которую сдержать не удается, да и смысла в этом нет. Можно показывать любые свои эмоции и подавать их как угодно: от улыбки до слез. Она все поймет и примет. Не станет отрицать или ущемлять; поддержит, когда нужно, и промолчит, если так надо. Открывая пассажирскую дверь на задние сидения, Виолетта громко упала на мягкое место, от чего Рони вздрогнула, а телефон у нее в рука подлетела на пару сантиметров. Она медленно повернула голову с изогнутыми бровями, наблюдая, как та пытается закрыть дверь, при этом, забравшись далеко в глубь. Сидя с ногами, Вилка пытается дотянуться до ручки, но что-то не удается. Закатив глаза, Вероника выходит из машины и захлопывает их, садясь обратно, усмехнувшись с лица брюнетки, которая улеглась, положив голову на сидение, и наблюдала за Рони. - Удобно? - Очень. - улыбнулась девушка, посмеявшись с себя. Небо затянуло тучами, не дававшими ни единого шанса солнечным лучам попасть на землю. За окнами дома сменялись парками, а парки всё теми же куда-то спешащими людьми. На пути мелькали направляющиеся в никуда машины. В салоне стояла тишина, а на фоне тихо играла мелодия, название которой Виолетта так и не смогла вспомнить. Прикрыв глаза, девушка лежала с мыслями о ней. Уже столько дней она не может избавиться от вечного силуэта в своей голове, от которого так и исходит тепло, что Малышенко чувствует на самом деле. Оно греет и словно оберегает от всех остальных воспоминаний. Огораживает, возводя постепенно стену, аккуратно медленно и неспеша соединяя кирпичики, чтобы не осталось ни единого просвета. Она делает всё, дабы помочь, и Виолетта понимает это, и впервые за все время появилось то чувство, которого девушка так боялась. Вот-вот и вновь в голове всплывут картинки, что не опускают ее сегодня целый день. Что происходит? Что твориться? Машина тормозит, а легкий толчок приводит Виолетту в чувства, пока та чуть не заснула. Дверь захлопнулась, когда девушка подскочила, оглядываясь. В окне прошла Рони, а на фоне стояло небольшое здание, из которого, то и дело, выходили люди, шныряя по территории, огороженной забором, проходя куда-то за дом. Потерев глаза рукавами кофты, Вилка выбралась из машины, водя взглядом вокруг себя. Покрутившись по кругу, она подскочила от резкого звука закрывания багажника. - Ты чего? - глянув на подруг, Вероника немного свела брови к переносице, внимательно посмотрев на нее, но однако скоро же отвлеклась, когда Виолетта махнула рукой. На земле стоял внушительный мешок корма для животных с нарисованным щенком на упаковке, как тут же вся улица залилась звонким собачьим лаям, который не утихал, а только стремительно нарастал. Виолетту накрыли эмоции. На лице расплылась улыбка и смываться вовсе не собиралась. - Господи, пёсели! - воскликнула Малышенко, подпрыгнув на месте от счастья, чему Рони усмехнулась, по-доброму, взяв этот пакет, и девушки направились к приюту, к тому самому зданию. Рядом с одноэтажкой сидела пара человек, лазя в телефонах; кто-то заходил и выходил из него; несколько радостных детей выбежало, оставив распахнутой дверь, с маленьким щеночком на руках; вот девушка спускается с крыльца, держа под кожанкой котенка, да за ней идет парень, нежно положив ладонь на ее плечо, и на их лицах улыбки, а глаза по-настоящему горят. - Пошли, пройдемся вглубь? - мягко улыбнулась Виолетта, глядя прямо за дом. Проходя вдоль просторных клеток, из которых издавался истошный лай и писк животных, что встречают новых гостей, Вилка не отводила взгляда от щенков и взрослых собак, которые подбежали к стенке, чтобы разглядеть получше новых людей, кто-то вставал на задние лапы и вытягивали свои спинки, веляя хвостом в знак одобрения, кто-то продолжал лежать на одеяле, уже привыкнув к посетителям, которые часто навещают их, а у кого-то слюнки текли, ведь неизвестная персона - значит несет вкусняшки. Коснувшись клетки, Виолетта провела по решетки и увидела в углу тихо лежащую маленькую собачку с белой шёрсткой и черным носиком, которая смотрит на нее так, что нельзя было оторвать взгляда от этих черных бусинок, что словно обвиняли ее. Моргнув, Малышенко поняла, что собака спин, уложив голову на лапы, а глаза у нее закрыты, и она не смотрела на девушку, и ни в чем не упрекала. Присев на корточки совсем рядом с пёсиком, девушка провела кончиками пальцев по прутьям, коснувшись мягкой шерсти, и почувствовала как по щеке катится горячая слеза, падая на прозрачную кожу, обжигая. Резко поднявшись, выпрямив ноги, Виолетта начала зыркать глазами по всей округе в поисках Рони, которую увидела сидящую также как и она на корточках у одного из вольеров и, едва дотрагиваясь рукой собаки, поглаживала ее, та в ответ лишь упала на бок, давая больше пространства. Единственное что девушка смогла разглядеть на лице у Вероники, перед тем как она встала, это было отчаяние. Больше… Ничего. Та живо подскочила, явно увидев, что подруга встала, и направилась к ней. Они почти безмолвно дошли до выхода и сели в машину, пока каждая из них думала о своем. Ни одна из них не могла предположить, что в голове у сидящее на соседнем сидении автомобиля. Пока Рони заводила авто и выезжала на основную дорогу, Малышенко достала телефон и, зайдя в мессенджер, набрала единственное сообщение первое за последнее время. Не поздоровалась, не спросила, как дела, или чем занимаешься, не написала «Прости» и не предложила созвониться

Как Аляска?

Вы 19:54

Проезжая дома за домами, которые словно переплетаются с дорожными линиями в сплошной комок, что распутать уже не получится, ведь они намертво запутались, не давая никакой возможности даже попытаться, чтобы исправить всё это, Виолетта смотрела в окно опустошёнными глазами, упав головой на сидение, и перестала хоть что-то замечать вокруг себя. Девушка наблюдала за городом, а в голове крутились картинки с белым комочком мягкой шерсти и холодным черным носиком; казалось, что прямо сейчас на нее смотрят эти маленькие глаза-пуговки с верой и любовью до такой степени, что Виолетта опустила взгляд на свои колени, ощутив физически, будто на них лежит он, но… Нет. Глянув на Рони, Малышенко, наверное, впервые увидела на столько сосредоточенное лицо подруги. Она ни на секунду не отвлекалась от дороги. Следила, но не заметила, как на светофоре загорелся красный, а она проехала. Виолетта быстро пришла в себя, после резкого сигнала со стороны проезжающей машины, которая едва не врезалась в них. - Ты сдохнуть хочешь? - нервно смеется Вилка, поворачиваясь корпусом к Вербицкой, и смотрит на нее ошарашенными глазами. Ту, как кипятком ошпарило, и Вероника чуть ли не подскочила на месте, метаясь взглядом то на Виолетту, то на окно. - Что с тобой? - Задумалась. О своем. Так получилось. Прости. - отрывисто произнесла Рони, осев на спинку сидения. - Поехали ко мне? - неожиданно для себя говорит Малышенко, когда в голову ударила мысль о приближающимся закате. Получая в ответ одобрительный кивок, брюнетка со спокойствием выдохнула и с легкой улыбкой откинулась назад, повернувшись лицом к окну. «Ура!», - прозвучала в мыслях. Она сама не знала, чему именно радуется. Постепенно дома исторической части города сменились высотками, которые перестали появляться, уступив место двухэтажным развалинкам, что красовались в самом прекрасном районе Питера. Значит почти приехали. Затормозив уже на знакомом месте, девушки вышли из машины. Виолетта аккуратно взяла подругу за руку, переплетая пальцы, и потащила за собой на крышу, с которой открывался вид на окружающие их здания, поломанные детские площадки, высокие деревья, что касались своими кронами балконов домов, через листья которых мягко падали лучи заходящего солнца, освободившегося от туч. Присев на край, подруги свесили ноги и опустили свои глаза на вид перед ними. Виолетта молча потянулась к карману, доставая уже залежавшуюся пачку Winston`а, в которой осталась пара сигарет. Малышенко без слов протягивает одну Рони, а другую берет себе, поджигая. Горький дым летит в небо, залитое розовой краской, а солнце светит ярче обычного, принизывая небосклон красными, желтыми, оранжевыми цветами, что смешиваются между собой, создавая до безумия невероятную картину, которая хоть и редко, но появляется в жизни каждого. Разблокировав телефон, Виолетта безмолвно навела камеру на садящиеся солнце и нажала, сфотографировав. Очередной снимок заката в ее галерее.

***

Солнце уже давно зашло за горизонт, пока девушки сидели всё на той же односпальной кровати в маленькой пустой комнатке. Но уже который раз она не кажется такой: наполнена каким-то светом без лампы, теплом без отопления, что прострочено на десять лет вперед; в ней хорошо, просто хорошо; она стала домом. На фоне играла знакомая мелодия, что и днем в машине. Рони лежала, прикрыв глаза, на девичьих коленях, согнув ноги, и впервые не думала ни о чем. Масли были пусты, и ни одна картинка не стремилась ворваться в ее голову, когда девушка чувствовала невесомые прикосновения таких сухих, но необычайно нежных пальцев Виолетты, которыми она проводила по лбу, зарываясь в пшеничные волосы, а порой спускалась ниже на открытые ключица, дотрагиваясь их рельефа, пока сама смотрела на фото заката из ее галереи. Такое же залитое розовой краской теплое небо, до такой степени, что Виолетта прямо сейчас ощутила тот тихий ветерок, который немного развивал эти золотистые волосы, что лезли ему в лицо, порой запутываясь. Девушка чувствовала нежные ладони, поглаживающие ее голову, а пальцы перебирали темные пряди, накручивая на бархатные пальцы. Аккуратно поворачиваясь на бок, Ви приоткрыла глаза, упав взглядом на яркое небо, которое так и сулило что-то незабываемое. Девушка была уверена в этом, ведь просто так таких красок на небосклоне не бывает. Виолетта дотрагивается до чужой ладошки, легонько сжимая, пока та в ответ переплетает пальцы, выпрямляя руку в локте, что теперь этот замок словно парил над городом прямо в закате. На девичьем лице появилось искренняя улыбка, когда она глядела на них. Почувствовав легкое прикосновение пухлых губ на своей щеке, она немножко повернула голову, и они встретились взглядами. Голубые глаза, в которых тонуть можно. - Сфотографируй закат. Хочу запомнить его надолго. - шепчет Ви, неотрывно смотря в синею бездну, теряясь в ней снова и снова.