You're my tired hero

      Прохладные утренние часы еще не успели прогреться слабыми летними лучами, а летучая мышь уже практически завершила сборы в новую экспедицию. Вернее было бы сказать «очередное расхищение остатков древней культуры», но девушке больше нравилось называть эти вылазки менее варварски. Положив теплые вещи и снаряжение рядом с рюкзаком с необходимым набором на все случай жизни, охотница в предвкушении потерла руки и одернула свой плотно сидящий костюм. По внутреннему ощущению она была готова прямо сейчас ворваться в любой храм, обойти все ловушки, перебудить заспавшихся мумий и получить её заслуженный сверкающий приз. Однако кое-что немного шло вразрез с её грандиозными планами на день. Взглянув на простенькие часы на стене, мышка недовольно цокнула языком и сложила руки на груди. До тошноты пунктуальный ёж опаздывал впервые на её памяти, но не прошло и полминуты с начала её раздражения, как на нижнем этаже клуба послышался характерный звук использования Хаос Контроля. Тяжёлые невозмутимые шаги быстро поднимались по лестнице и приближались к комнате.       — Не мог оторваться от своего очаровательного синего мальчика? — хихикнула она разворачиваясь на каблуках в тот момент, когда темный ёж уже стоял в дверях. — Он на тебя плохо влияет, дорогой.       Руж даже не пыталась скрыть своего веселья, вдоволь наслаждаясь видом на секунду сморщившегося носа Шедоу.       — Твои часы спешат. — слишком резко отрезал он.       — Конечно-конечно. — она мягко пригладила взъерошенную шерсть на его кофейной мордочке и отступила. — Ты всё ещё должен мне все подробности, помнишь?       — Я всё ещё не намерен ничего комментировать. Это всё, что ты с собой берешь? — он кивнул на её вещи, желая хоть как-то сбить коллегу с любопытного вектора.       — Еще теплая одежда.       — Нет чтобы выбрать нормальные условия, Руж. Могил хватает везде.       — Совершенная форма жизни жалуется на погоду. — протянула она с очаровательными смешинками в голосе. — Не я засунула одно из древнейших захоронений к чёрту на рога. Не знаю, о чём они думали. В любом случае, важно лишь то, что туда еще никто не добирался.       — Надеюсь, оно того стоит.       Ёж поднял с пола сумку охотницы и перекинул ее через плечо отработанным движением, чтобы не задеть острые шипы. В след за ним не мешкая, мышка накинула зимнюю куртку и предложила подыскать что-то утепленное и своему компаньону, но очень быстро закатила глаза, только услышав, насколько СФЖ устойчив к холоду.       Перед отправкой Руж решила еще раз показать примерное место назначения, развернув перед ежом распечатанную карту с цветными отметками на однотипной местности. Договорившись о деталях их пути, она в последний раз бегло окинула комнату взглядом и крепко взялась за протянутую руку. Шедоу воззвал к Хаосу, и яркий свет растворил фигуры, унося их за многие километры отсюда.

***

      Нетронутое полотно сверкающей снежной пустыни озарилось вспышкой древней энергии, растопившей лёд вокруг двух тёмных силуэтов. Друзья сразу же надели горнолыжные очки, не желая щурить слишком чувствительные к солнцу глаза. Мобианцы переместились достаточно близко к цели, но из-за древности и неточности карты оказаться сразу же посреди священных стен было невозможно, да и опасно. Пока Руж ориентировалась и определяла местонахождение запечатанной скалы, взгляд черного ежа профессионально скользнул по белоснежным холмам и замерзшим каменным склонам – ничего примечательного, ни единой души вокруг, даже несчастного одинокого погибшего дерева. Будто бы ничто даже не пыталось обжиться здесь, только гнетущие отсутствие и холодный ветер, пробирающийся сквозь плотную шерсть. Неприятное место даже для не столь впечатлительных.       Напарница внезапно привлекла его внимание, прервав бездумное разглядывание пространства и позвала идти следом.       Морфам пришлось потратить пару часов, аккуратно проходя вдоль стен заледеневшей породы, периодически проваливаясь в толщу снега. Руж была бы рада добраться до места парой взмахов черных крыльев, но не привыкшие к холоду, они быстро промерзли, и тонкие кости уже начинали болеть, практически лишившись подвижности. Гибрид, в свою очередь, думал о том, зароется ли он в снег, если попробует использовать свои аэроботинки. Наверняка, его синий придурок не стал бы беспокоиться и втопил ещё в самом начале. Интересно, на каком этапе их пути его бы пришлось выкапывать под хохот летучей мыши? Погрузившись в свои мысли, черношерстный поздно заметил вытянутую руку, которой Руж подала ему знак остановиться, и слегка врезался в неё. Впереди оказался обрыв, и к большому огорчению ежа, расхитительница была полностью уверена, что им нужно вниз. Потратив еще приличное количество времени на спуск до достаточной высоты, чтобы легко спрыгнуть вниз, летучая мышь провела компаньона между сужающихся стен к каменному завалу.       — Это оно? — ему пришлось задрать голову, чтобы охватить взглядом гору камней, закрывавшую вход в скалу.       — Больше здесь не с чем путать, — улыбнулась охотница за сокровищами и двинулась вперед, уверенно смахивая слой снега с каменных выступов.       По обе стороны от входа возвышались две статуи воинов, скрытые наледью. Очертания ехидн плохо читались, но даже так ощущалось, как они следили и хмурили брови, грозно сжимая острые копья в руках, будто бы готовые прямо сейчас ожить и отогнать расхитителей. Но гордые стражи не дрогнули.       Под чутким руководством Руж напарники расчистили гору камней. С силой и скоростью Шедоу это не составило особого труда. Однако за камнями скрывалась монолитная плита, по всей поверхности которой по спирали закручивались неразборчивые заклинания, сохранившиеся каким-то чудом за тысячелетия.       — А вот и загадки.       Охотница за сокровищами внимательно осмотрела каждый сантиметр плиты, ощупала проём и попыталась дернуть копья воинов, как рычаги, но это не помогло. Все намертво примерзло. Тогда, начиная терять терпение, Шедоу применил свой козырь, просто пробив каменную преграду на своем пути одним попаданием копья Хаоса.       — Где ты был раньше? — Руж пораженно уставилась на отряхающего перчатки ежа. — Мы бы были уже внутри.       — Не хотел портить атмосферу. — самец лишь невозмутимо пожал плечами. — И памятник.       Коротко усмехнувшись, девушка потерла начинающие замерзать руки и направилась в открывшийся пролет в скале, не обращая внимания на сыпавшуюся сверху крошку после взрыва. Но только она переступила порог, черный ёж резко выдернул её назад. Мышь инстинктивно зажмурилась, на мгновение защитно подняв крылья, прежде чем быть готовой атаковать что бы то ни было. Но ничего не произошло. Она непонимающе переводила взгляд то на уходящий коридор пещеры, то на друга, всё ещё крепко прижимающего её к себе. Шедоу внимательно всматривался в холодную темноту склепа и прислушивался к любым доступным ему звукам. Даже сквозь теплый костюм Руж чувствовала взвинченные жгуты мышц совершенной формы жизни, готового ринуться в бой.       — Ты что-то заметил? — тихо спросила она.       — … Нет. — нехотя признал он. — Просто… Древний храм… Ловушки. Ты же была на Острове Ангелов, там есть похожее.       Руж начала сдержанно посмеиваться.       — Остров Ангелов, значит. Дай угадаю, Соник посадил тебя смотреть всего Индиану Джонса? — она не выдержала и начала смеяться в голос, расслабленно навалившись на коллегу.       — Лару Крофт. — процедил чёрный с тяжелым вздохом.       — Мы будем в порядке, отпусти. — охотница мягко выскользнула из ослабевшей хватки и шагнула через порог в приподнятом настроении.

***

      Свет фонарей плавно перетекал по сверкающим стенам большого коридора, выхватывая отголоски жизни почивших предков. Под слоем льда до самого потолка тянулись высеченные символы на мёртвом языке, о котором остались лишь упоминания и несколько артефактов. Прищурив острые глаза, Шедоу смог разобрать лишь то, как вертикальная вязь знаков, напоминающая сложенные узоры из спичек, повторялась с определенной последовательностью снова и снова. Но сколько он не смотрел, ёж даже не мог предположить, что здесь написано. Наверное, как везде, какая-нибудь защита для души от всевозможных демонов, история умершего, подсказки, как перейти в мир иной… Какой народ, обладающий достаточной фантазией, не представлял себе непостижимую загробную жизнь, какой бы она ни была? Шедоу ещё немного задержался, рассматривая вырезанную в камне сцену из прошлого. Он слегка поддел острым кончиком когтя слой снега, открывая пронзенный трещинами контррельеф. Кажется, один из племени обращался к своим сородичам, стоя около какого-то возвышения, напоминавшего, как понял ёж, жертвенник. Когда-то это всё могло происходить вживую... К каким богам он обращался? Взывал ли к каким-то глубинным чувствам? Или, может быть, передавал волю вожака?       Привычное пиликание коммуникатора показалось самым внезапным и пугающим звуком, какой мог раздаться в этих мертвых стенах, когда его совсем не ждешь. Всплывшее на экране коммуникатора сообщение насмешливо гласило: «Мне уже стоит выдвигаться, чтобы откопать тебя? Или чтобы вытащить из ловушки? 😏». Шедоу напряженно выдохнул. Просто Соник нашёл время слегка поддразнить его. «Нет. Мы только вошли в пещеру», — быстро ответил гибрид. «Я надеюсь на очень хорошую историю! ;)». Шедоу коротко, но тепло усмехнулся. Утром этот синий засранец предлагал ему никуда не идти и остаться с ним в постели, из-за чего черный и опоздал, а сейчас он же обещает не пустить на порог. Заметив краем глаза проплывающие мимо блики второго фонаря, Шедоу обернулся, проследив за своей подругой. Быстро отправив ответ, он больше не обращал внимания на коммуникатор.       Сужающийся коридор, угрожающе украшенный великолепными ледяными сталактитами, привел в крохотный карман, и пара, предвкушая скорейшее получение желанной драгоценной добычи, воодушевленно протиснулась в него. Но от увиденного энтузиазм их немного поутих: по сводам пещеры тянулись почерневшие от времени рисунки, изображавшие искаженные морды со скалящимися зубами. Под ними, между вязью знаков угадывались проткнутые копьями хтонические существа, не свойственные для изображения в гробницах. По центру зала на возвышении, окруженный толстыми прутьями уходящими в потолок, окружен саркофаг, а перед ним лежали два тела, давно испустивших последний вдох.       — Это...? — неуверенно начала Руж.       — Ехидны, судя по черепу.       — Это я понимаю. Они остались здесь запечатанными?       — Видимо, да. Похожи на охранников. — Шедоу присел на корточки рядом с иссохшими телами. — И, как я понимаю, они оба покончили с собой своим же оружием. Ты когда-нибудь видела такое?       — Нет. Обычно оставляют статуэтки и рисунки, которые защищают. Символически.       — Ты уверена, что здесь то, что ты ищешь?       — В теории, да. Иначе зачем ставить живых охранников? Варваров, готовых все подобрать, знаешь ли, хватает.       — Всё это не выглядит так, будто здесь похоронен кто-то, имеющий положение в обществе. Здесь всё какое-то… — он хотел подобрать любые слова, кроме «мрачный» или «жуткий». — Здесь вообще ценных вещей нет.       — А по чему ты судишь? По тем фильмам с вашего марафона?       Шедоу проигнорировал комментарий, продолжив выжидающе смотреть на нее.       — Упоминается, что здесь был похоронен один из сыновей вождя племени заклинателей духов. Он был корыстен и хотел унести с собой на тот свет богатства племени по праву наследника. Он приказал похоронить его со всем, что у них было, а его гроб сделать достаточно неприметным, чтобы ни у кого не было соблазна разворошить его, а гробницу расположить в самом недосягаемом месте.       — Хм. Неужели они думали, что клетка остановит воров?       — Нас точно ничто не остановит. Но раз уж мы завели разговор, то это только одна легенда. — Руж кивнула в сторону прутьев. — Сможешь разогнуть, красавчик? Даже если все вынесли до нас, я не успокоюсь, пока не проверю гроб.       Без лишних вопросов Шедоу передал ей свой фонарь и, приложив усилие, смог раздвинуть два соседних прута. А затем, протиснувшись, самец без церемоний толкнул массивную плиту саркофага. Та, царапая неровные поверхности стенок, нехотя открыла содержимое… Эбонитовый ёж уставился на тело в гробу и медленно перевел взгляд на подоспевшую подругу, которая выглядела не менее удивленной.       — Руж. А какая другая легенда?       — ...Племя похоронило здесь одержимого демоном.       Ёж напряженно осмотрел тело, стянутое посеревшими лоскутами ткани, испещренными символами. И опять везде одно и то же, словно кто-то настойчиво повторял… Нет, кричал о том, чтобы к этому никогда не прикасались. Руки мумии были скрещены и заключены в грубые кандалы с инкрустированными в них потускневшими камнями. Большая часть мумии была залита почерневшей от времени смолой, покрытой сеткой мелкий трещин, будто бы покойный пытался вырваться из вязкой субстанции, но не мог. Над скрещенными руками в груди мумии располагался крупный минерал с причудливым природным узором, помещенный в золотую оправу. Но самое страшное – неестественная поза, в которой лежал погребенный. Кем бы он ни был, положили его в гроб ещё живым, и он, видимо, извивался в бинтах, из-за чего смола легла неровно.       — Хм, малахит? Неожиданно. — Руж перегнулась через ближайшую стенку гроба и потянулась к драгоценности.       Шедоу наконец очнулся от созерцания и перехватил ее руку, когда она уже почти коснулась камня.       — Брось, ты же не веришь в демонов, так ведь? — девушка скептически посмотрела на него.       — В прошлом меня бы могли счесть за демона. Чем бы он ни был, они его боялись и сделали все, чтобы он не вернулся.       Тень сомнения пробежала по лицу Руж, но по её опыту, сколько бы гробница не пугала проклятьями, демонами и прочим – сказки оставались сказками. И сейчас, как бы атмосфера не поднимала её шерсть дыбом, она не видела явной причины поддаваться суеверию и уходить с пустыми руками. Девушка высвободилась и схватила большой малахит с неизвестной руной, высеченной на его гладкой поверхности. Когда она сильно дернула вверх, ожидая, что амулет примерз и не поддастся, он на удивление отделился не так уж плохо, потянув за собой часть бинтов и грязи. Под золотой оправой, ровно по центру плоской основы, вышло и длинное остриё, способное пробить кости.       — Что за черт… — Руж покрутила конструкцию под светом фонаря. Такую вещицу она видела впервые.       До черных и белых ушей добрался тихий хруст костей, провалившейся внутрь грудины вокруг пробитой острием дыры. Мобианцы одновременно перевели фонари на тело в саркофаге и замерли. Из образовавшейся трещины медленно просачивалась чёрная дымка. Нечто сгущалось, осторожно касалось всего вокруг, будто сонно потягиваясь и осматриваясь. Мобианцы инстинктивно отшагнули назад, остерегаясь того, что не могли объяснить.       — Отдай. — Шепнул гибрид, выдернув артефакт из чужих рук.       Тёмный сгусток уже заполонил собой большую часть гроба, когда СФЖ воткнул сдерживающий амулет на место немного выше старой трещины. Чёрно-фиолетовая дымка заволновалась, извиваясь и дергаясь, попыталась ухватиться за ветхое тело. Почувствовав единственную живую энергию поблизости, материя рванула к ней, цепляясь за последнюю возможность избежать заточения и надоевшей боли.       Руж все это время освещала его фигуру, следя за происходящим на небольшом расстоянии, насколько позволяла клетка. И вот ее друг обернулся, и девушка вскрикнула, когда заметила, как призрачные щупальца уже хватались за ладони и локти черного ежа. Надеясь немедленно это стряхнуть, совершенный метнулся прочь от саркофага, но только вытянул сущность за собой. Продолжая стряхивать с себя дымку, он болезненно врезался в прутья и добрался до раздвинутой лазейки почти вслепую. Оступившись, он свалился с промерзшей ступени на каменный пол, проскользив по нему. Пока он лежал, казалось, всего секунды, по всему телу шерсть электризовалась вслед за призрачными объятиями первобытной энергии. Тонкие жгуты мерзко ползли по коже к шипами на лопатках, вылизывали любопытно плечи, оглаживали затылок и очерчивали контуры острых ушей. Иглы оборонительно вздулись, безрезультатно рассекая дымку, в горле зародился угрожающий низкий рык, невпечатливший врага. Чем бы оно не было, гибрид не дастся так просто, даже если пока не понимает, как вырваться из хватки неизвестной угрозы. Чёрно-фиолетовый дым застелил глаза, дезориентируя, заставлял ежа метаться и отвлекаться, пока сгустки энергии подбирались к крепко сжатым челюстям, настойчиво просачиваясь между зубов. Шедоу мотал головой и отгонял нечто руками от себя. Хаос внутри него агрессивно реагировал на вторжение неизвестного, обжигая, но недостаточно, чтобы прогнать. Что-то будто бы мешало Шедоу призвать силы, путало и сбивало его мысли, не давая произнести нужные слова, но небольшой проблеск позволил ему сорваться с места, в момент добравшись до открытого снежного пространства вне пещеры. Через секунду пустошь оглушил взрыв и вопль искаженного голоса.       Упав на колени в воронку растаявшего снега, Шедоу настороженно прислушался ко всем ощущениям в теле дрожа от напряжения. Но его энергия успокоилась, а вокруг не было видно никакой дымки.       — Куда оно делось? — Руж подоспела, когда все стихло.       — Я не уверен прогнал или убил его. — ёж поднялся с колен все ещё оставаясь настороже.       Летучая мышь потерла лоб, пытаясь сбросить напряжение, но заметила слегка подрагивающие чужие пальцы, сжавшиеся в кулак, и взяла себя в руки.       — Возможно, я бы мог отследить его. — Шедоу сосредоточился на окружающей его атмосфере и ощущениям внутри, но никакой реакции Хаоса, как прежде, не было. С шипением выругавшись, он выбрался из воронки и стряхнул прилипший к шерсти снег. Скрестив руки на груди, он кинул полный гнева взгляд на охотницу за сокровищами, даже не зная, что бы ей предъявить. — Я все же не представляю где его искать. — заключил он.       Руж виновато закусила губу и прижала уши к голове. Было неловко, но не настолько, чтобы впадать в раскаяние вместо оперативных действий. В конце концов, никто из них двоих не знал, что подобное могло произойти, но скребущее «Если бы ты держала свои руки при себе» уже подступало к кончику языка. Тяжело выдохнув и проведя рукой по растрепанным перьям, СФЖ собрался с мыслями, прикидывая их дальнейшие действия.       — Нам нужно как-то предупредить остальных об этом.       — О том, что мы случайно выпустили древнее зло?! — сорвался ёж.       Треск льда и снежная крошка с краёв возвышенности, с которой они спустились ранее, прервали их диалог. Шедоу успел развернуться и дернуть Руж на себя, чтобы успеть скрыться в глубине захоронения от лавины снега, сошедшей вниз и завалившей выход.       — Почему ты не перенес нас? — летучая мышь смахнула прилетевшие в лицо снежинки.       — Надо всё здесь сфотографировать и забрать. На случай, если я его не уничтожил, заберем всё из гробницы. Его уже однажды поймали, значит, это вполне возможно повторить. К тому же он, вероятно, еще слаб, пролежав во льдах столько времени. Включи фонарь.       — Думаешь?       — Я не знаю, Руж. Но это... Оно было живым. Оно пыталось завладеть мной, как...       — Не думай об этом слишком много сейчас. — подруга сжала его за предплечье, обращая внимание на себя. — Я поняла тебя. Ладно, думаю, с этим всем я обращусь к Наклзу. Возможно, он что-то может разобрать.       — В любой ситуации эксперт – Наклз. — фыркнул гибрид.       — Ты хочешь сам этим заняться? У нас тут мертвые ехидны, их язык и наскальные рисунки.       — Он всё ещё не ученый, хоть и бродит по Острову.       Руж хитро прикрыла глаза и усмехнулась, не озвучив свои мысли.       — Давай работать. Остальное – по мере поступления проблем.       Агент лишь кивнул напарнице и взяв её фотоаппарат из сумки, принялся снимать всё, что было хорошо различимо.

***

      В это время Солнце уже поднялось и ласково грело земли Грин Хилла, чему довольно жмурился лазурный ёж, растянувшийся в траве, лениво закусивший тоненькую соломинку. Рядом с ним на красном клетчатом пледе копошился маленький лис, разбиравший корзину для пикника. Его хвосты взволнованно подрагивали у него за спиной, выдавая желание поскорее вскрыть банку с желе, которую утром принес ему брат. Выложив на тарелки ломтики свежего хлеба, разрезанного по диагонали, младший, наконец, свернул крышку и принюхался к сладкой, насыщенного малинового цвета субстанции, чуть не уткнувшись в банку носом. Лисёнок в предвкушении немного комично сглотнул, закусив губу, и скорей щедро намазал желе на хлеб, откусив затем сразу большой кусок. В этот момент до синих ушей донеслось самое довольное мычание на свете. Соник приоткрыл один глаз, подсматривая за золотистым котёнком, жующим свой тост.       — Соник, оно прекрасно! — чавкнул младший.       — Пара килограмм малины, сожженная кастрюля и бесконечное терпение Ваниллы стоили того! — посмеялся он, перевернувшись на живот и выплюнув несчастную соломинку.       — Ты правда сжег её кастрюлю?       — Мгм. Её пришлось выбросить. — ёжик виновато прижал уши, сдержанно посмеиваясь.       Лисенок чуть не подавился, пытаясь не хихикать с набитым ртом, но вышло плохо. Доев свой тост, он потянулся за следующими кусочками хлеба, делая сразу себе и другу.       После, насладившись свежим лакомством, Тейлз откинулся на спину, устраиваясь на мягком пледе. Прикрыв глаза, он растворился в солнечном летнем дне, в приятных запахах окружающей его природы, в нежном перебирании шерсти слабым прогретым ветерком и абсолютном спокойствии вокруг. Спокойствие было редким гостем в их жизнях не только из-за амбициозных нескончаемых планов местного учёного, но и из-за синей неудержимой юлы, которая лежала рядом, положив мордочку на сложенные руки, и лениво виляла хвостом из стороны в сторону. Тейлз перевернулся на бок и приподнялся на локте, считывая язык тела брата с усмешкой.       — Хей, Соник, — весело начал он. — Когда ты стал таким неженкой?       — Я не неженка. — герой сладко потянулся, хрустя суставами, и потерся щекой о сложенные руки.       — Ну да, мы в Грин Хилле, а ты еще сто кругов за три секунды не дал. — продолжал дразнить младший, перебравшись поближе.       — Я всегда сплю в обед, ежиные ритмы нерушимы. Кто вообще не спит в обед? И я уже хорошо пробежался до твоего дома утром. — пробубнил он, не сдержав улыбку.       — Это не в счет. Ты просто не умеешь ходить пешком. — Тейлз ткнул его пальцем под ребра, вызвав смешок со стороны синего. — Ты такой довольный! Давай, колись!        Соник повернулся на бок, смотря на друга с хитрой улыбкой.       — Это все ты и пикник. Честно-честно!       — Неа! Если б это было так, я бы уже не видел твоих пяток, потому что твоя любимая тропа «заросла»!       — Что ты от меня хочешь? — Спидстер игриво отпихнул его, перекатываясь в траве на спину.       — Ничего. — пожал плечами лисенок. — Только узнать, кто ты и куда дел моего друга!       Пушистые хвосты резко дернулись, подготовив маленькое тело к прыжку и Тейлз со смехом бросился на друга, атакуя его невыносимой щекоткой. Герой ловко перехватил хрупкие руки, пропустив несколько атак, заставивших его задыхаться от смеха. Вывернувшись из захвата, младший крепко прижал старшего к земле, придавливая его своим незначительным весом сверху.       — Я сдаюсь! — Соник выставил ладони перед собой, немного успокаиваясь после нападения.       — Подумай только… — хитро протянул золотистый. — Как у героя всея Мобиуса появился парень, так он сразу же стал размазней! — дразня протянул Тейлз, и шутливо пихнул его в грудь.       — Ой, да ладно тебе! — Беззаботно фыркнул прижатый.       — На самом деле… — младший заметно растерял веселый настрой и неуверенно поерзал, весь подобравшись. — Я хотел поговорить о… кое о чем.       — Да? — Соник внимательно проследил за тем, как его приятель неуверенно прижал уши к голове, а хвосты начали обнимать желтые плечи.       — Это о тебе и, ну, о нём. Просто… — лисенок не знал, как подобрать слова, чтобы правильно выразить свои чувства и замешкался, отведя взгляд.       — Хей, просто скажи, как есть. — Соник старался говорить мягко и аккуратно, пытаясь успокоить младшего. — Что бы не происходило.       Котёнок нервно закусил губу, но чуть позже сдался и продолжил:       — Мне кажется, что ты будешь все больше времени проводить с ним. Я не против Шедоу, хоть он периодически меня немного пугает. — голос лиса стал тише. — Просто… мы как будто медленно расходимся и… Ты, наверное, скоро соберешь вещи и переедешь к нему и…       — Ты думаешь, что я совсем забуду про тебя?       Лисенок молча кивнул.       — Поверь, это то, что точно никогда не произойдет. Потому что я даже не могу допустить мысли, чтобы оставить тебя. — ёжик ласково потрепал друга между разъехавшихся ушей. Тейлз немного нерешительно прильнул под руку, задев ее мордочкой. — Хотя знаешь, когда ты чуть-чуть подрастешь, то сам начнешь меня выставлять. И мне придется съехать.       — Что? Нет!       — Я припомню тебе этот разговор лет в 13, когда у тебя начнется переходный возраст.       — Фу, прекрати! — Тейлз с отвращением сморщился и отвернулся, а его старший брат рассмеялся.

*** Немногим ранее ***

      Быстро закончив с работой, Шедоу перенес их обратно в клуб, где они взяли короткую передышку, раскладывая вещи.       — Скажи Сонику.       — Пока нечего говорить. Никакой видимой угрозы нет. — процедил гибрид.       — Он должен знать, потому что если эта хрень опять появится, мы все будем готовы.       СФЖ до боли стиснул зубы. Подруга была права, но его желание разобраться самостоятельно до сих пор порой брало над ним верх. Но с другой стороны, они достаточно повидали, чтобы знать, когда опасность действительно требовала включения всей команды. И сейчас произошло нечто настолько странное, что, возможно, лишний раз прокричать "волки" стоило. Шедоу отошёл на пару шагов и включил коммуникатор, но после нажатия всего нескольких кнопок экран зарябил и выключился. Любая техника бы забарахлила после подобного перепада температур, но после сегодняшнего, самец напрягся. Означало ли это что-то?       — Шедоу?       — Он просто сдох.       — Замерз, наверное. Дай ему пару минут – отойдёт. Или возьми мой.       — Похоже на то.       — Разберись пока, я в душ, хорошо? Немного отогрею крылья.       — Не задерживайся там. — Шедоу кинул свой коммуникатор на кровать и отошел к столу, чтобы найти провод от камеры и перекинуть фотографии.       Устройство вновь включилось без ведома хозяина. Маленький экранчик быстро показывал все доступные приложения, два диалога в переписке и прочие данные, какие оно могло хранить.

*** Настоящее время. Чуть позже ***

      Что-то привлекло внимание лисёнка и он обернулся за спину навострив уши, слегка дергая ими.       — Что такое, приятель? — Соник тоже напрягся, проследив за взглядом младшего.       — У меня такое чувство, что за нами следят. Хотя, я никого не вижу. — Тейлз еле ощутимо вздрогнул и передернул плечами.       Ёж легонько похлопал его по ноге, намекая, чтобы тот слез, и младший тут же оказался на земле. Соник одним ловким движением поднялся и собрался, высматривая потенциального противника. Но их не окружали бадники и никто не наставлял оружие. На первый взгляд всё было нормально… Кроме одинокой дрожащей косули, бредущей через луг. Животное раскачивалось из стороны в сторону с каждым медленным шагом, её голова была нехарактерно низко опущена в траву. Обычно эти парнокопытные были начеку, то и дело оглядывались во все стороны и будто бы имели внутри сжатую пружинку, позволяющую им сигать при малейшем шорохе, но эта молодая самка, казалось, сильно страдала, и ей было уже всё равно. Через несколько шагов она запнулась и упала, так и не поднявшись.       Соник нервно вздрогнул, инстинктивно подняв иглы. Ненормальное поведение животных всегда пугало. Тейлз юркнул к корзине, откуда достал небольшой самодельный планшет и через пару кликов запустил сканирование. Компьютер тихонько пищал, регистрируя в окружающем пространстве органические формы жизни и любую возможную технику, но всё, что показывал Майлз Электрик – лишь они и несколько диких зверей.       Только Тейлз поднял голову, Соник уже исчез. Спидстер мгновенно оказался у косули, надеясь, что ещё может помочь животному, но то, что он увидел, заставило его отшатнуться. Она загнанно дышала, с каждым вздохом со всё большим трудом проглатывая воздух. Ничего не понимая, косуля хаотично пыталась то привстать, то что-то оттолкнуть от себя. Все её мышцы спазмировали под шкурой, удерживая тело и разум в состоянии паники. Почерневшие глаза закатились в агонии, а из слезных протоков просочилась густая бордовая кровь, оставляя засыхающие на шерстинках дорожки. Соник пережил первый шок и неуверенно опустился перед ней. Он аккуратно протянул руку и мягко погладил её по вздымающемуся рыжему боку, надеясь успокоить. Она немного затихла, но то было лишь иллюзией успокоения. Косуля совершенно выдохлась и больше не могла выдерживать того, что с ней происходило. Самка сделала свой последний судорожный вздох и с замиранием сердца медленно вздохнула. Больше она не пошевелилась.       Подоспевший лисёнок не успел толком ничего разглядеть, врезавшись в грудь брата, перегородившего страшную картину.       — Соник?       Ёж шикнул, прерывая его поток вопросов, и, придержав за плечи, не дал обойти себя. Нехотя, Тейлз уступил, хотя всё ещё косил взгляд в сторону примятой травы. Спидстер будто бы не мог найти себе места. Теперь все его инстинкты кричали об опасности. Все его чувства и рефлексы встрепенулись на волне зарождающегося навязчивого чувства тревоги и желания обороняться.       — Ты ничего не чувствуешь? Как будто… Я не понимаю, как объяснить.       Наученный горьким опытом учитывать всё, что только можно учесть, Тейлз запустил новое сканирование, на этот раз настроившись только на синего героя.       — Твоя энергия Хаоса на что-то реагирует. Но я не могу сказать на что… — Лис начал пролистывать показания прибора и вздрогнул, когда брат слишком быстро переместился вперед, закрывая младшего собой.       Тейлз выглянул из-за ежа и замер, рассматривая бесформенный сгусток энергии, поднявшийся из травы. Сущность не нападала и не приближалась, а лишь "рассматривала" потенциальных жертв. Не теряя времени даром, младший направил устройство на не'что, записывая недостающие данные. Хотя ему больше хотелось сжаться и шипеть, а не возиться с показаниями.       — Хей, — попробовал герой, помахав рукой. — Эм… Привет? Меня зовут Соник.       Черно-фиолетовый дым начал стягиваться и концентрироваться, формируя нечто антропоморфное, но не имеющее никаких опознавательных признаков. Фигура наклонила «голову» на бок, продолжая что-то изучать.       — Ты можешь что-нибудь сказать?       Краем глаза Тейлз заметил, как лазурная шерсть и иглы поднялись дыбом, а мышцы напрягались, хотя его друг старался улыбаться. Лис проскулил, когда обратил внимание на то, что строка сканирования ползла слишком медленно и задержалась на 42%. Силуэт вытянул руку, по которой сгустки темной дымки свободно плавали, искажая и вытягивая форму в сторону двоих.       — Закругляйся. — процедил Соник, не сводя глаз с необъяснимого объекта.       Ёж крепко взял лисенка за руку, что послужило для второго сигналом приготовиться и расправить хвосты. Они определённо были на мушке, и сущность перестала это скрывать. Решив, что тянуть здесь больше нечего, Соник рванул с места, прорывая звуковой барьер спустя несколько мощных толчков, утащив Тейлза за собой, еле успевающего вращать хвостами на такой скорости. Не ожидавшая подобной подставы сущность низко прогудела, обволакивая пустое место, где секунду назад стояли два морфа. Демон успел кое-что оценить, пока была возможность. Он не ошибся, выбрав знакомых чёрного ежа. По его опыту вселение в тела местных жителей оборачивалось катастрофой... для них в первую очередь. Они были слишком хрупкими для него. Но то, с кем он встретился сегодня... Тело гибрида было бы шикарным носителем, но его иммунитет в виде странной силы действовал разрушительно для его структуры. Но вот этот синий... Достаточно сильный, безумно быстрый... Он не должен был его упустить. Просто не может! Дымка нервно заклубилась вокруг себя. Демон вполне мог последовать за ним, но у него заканчивалось время. Возможно, он задействует больше ресурсов, чем это было бы безопасно, но.. Этот синий ёж стоил любых потерь.

***

      Соник слишком резко затормозил, из-за чего лисенка швырнуло вперед и чуть не стошнило, но благо, он не упал, успев стабилизироваться при помощи пушистых тезок.       — Что это, черт возьми, было?! — герой на взводе озирался по сторонам и не мог устоять на месте, нервно нарезая круги по траве.       Простонав, Тейлз опустился на землю, держась за желудок, и посмотрел на экран желтого планшета:       — Понятия не имею. Мне еще предстоит проанализировать это и прогнать по базе, которая не такая уж и большая.       Пока гений был сосредоточен на своем изобретении, Соник почувствовал, как энергия Хаоса в его жилах начала предостерегающе покалывать. Ухватившись за это новое ощущение, он попытался проследовать за ним, словно по компасу, пока плохо понимая, как это работает. Оно шло за ними, как собака по следу. Оно точно приближалось! Предчувствие заставило его развернуться и рвануть в сторону младшего в тот момент, когда Тень материализовалась над сидящим в траве лисёнком. Оттолкнув Тейлза с пути угрозы, лазурный оказался на его месте и был охвачен черной дымкой. Всё внутри него превратилось в первобытный инстинкт. Тело на автомате оборонялось, как знало, использовало силу мышц и их навыки, остроту шипов, клыков и коротких когтей. Хаос угрожающе кипел, обжигая чужеродную нечестивую сущность, защищая своего носителя. Соник метался и вырывался, стараясь скинуть нечто с себя, но дымка, не желая отпускать жертву, уже добралась до рычащей пасти.       Шерсть лазурного ежа начала неровно темнеть, плавно переходя к грязному серо-синему оттенку, все его мышцы сводило судорогой, и он свалился в высокую траву, отчаянно не желая сдаваться, но уже безвозвратно проигрывая. Сжавшись в комок игл, он затих, редко вздрагивая и скуля.       — С-С-Соник? — дрожа позвал Тейлз, с трудом поднимаясь с земли.       Ёж закашлялся, а его голос сначала надломился, пока демон внутри него приспосабливался к работе связок.       — Со͜н̃ик?̽ Пф. Зо͝в̇и мен͠я͝ ̋Ӭк͝зек̆то̇р.       Ёж с серо‐синей шерстью поднялся, хрустя шеей и на пробу двигая плечами. Развернувшись, он направил взгляд почерневших глаз на маленькое дрожащее существо. Когда-то теплые изумрудно-зеленые радужки окрасились в чужеродный красный цвет и вспыхнули демоническим огнем, не оставив возможности разглядеть за ними прежнюю личность. Из уголков глаз и рта демона просочились маленькие струйки крови, окрасив и склеив шерсть на их пути. Хищная самодовольная улыбка расчертила морду одержимого ежа, обнажив острые акульи зубы, предназначенные лишь для одного - впиваться в свежую плоть.       — Я̸з̶ы̶к̸ ̶о̶т̷к̷у̴с̶и̴л̷?̸ ̴М̷а̷й̷л̷з̴.̶ ̴П̶р̵а̶у̴э̴р̷