Тело, что тупо болит

       То мерзкое чувство, которое не исчезает уже год. Тебе хочется утонуть в своих мыслях. Раствориться в воздухе или броситься под машину, но что-то вечно тянет тебя назад. Лёгкая рука парня в красном свитере с покемонами и волчьей подвеской на шее. Обычно этот человек и сам не догадывается насколько важную роль он играет в твоей жизни и вообще не осознает, что если бы не он, то ты бы плавал на дне Финского залива.        — Серый, я скоро тебе очки куплю. Честное слово, — ворча произнёс тот и наконец-то отпустил капюшон толстовки парня. Тот непонимающе посмотрел на друга, а потом и на противоположную сторону улицы. Красный светофор. Черт. Снова не заметил или не хотел замечать. Может наоборот, специально шагнул, чтобы какой-нибудь грёбаный грузовик размазал его ничтожное тело по асфальту, прекратил его ебаное существование? Было бы славно, но не при Олеге… Да и водители не виноваты, нужно самому…        — Ой, угомонить. Затормозили бы, ну даже если и сбила, не велика потеря, — с улыбкой произнёс. — Тебе бы работать меньше пришлось, — как бы в шутку сказал он, а внутри что-то отозвалось тяжестью на сердце. Он же сейчас говорит максимально серьёзно. Из-за того, что они переехали в Москву, ради Сережиного будущего, Волков пашет как проклятый только ради того, чтобы они банально смогли выжить. Иногда он приходит ночью в таком задолбаном состоянии, что прямо в кроссовках и куртке ложится на кровать, потому что сил переодеться просто нет и в такие моменты Серёже совестнее всего. Он доставляет проблемы одним своим существованием себе и своим любимым людям. Всегда.        — Хрень не неси, пожалуйста, — загорелся зелёный свет и Разумовский снова сделал шаг вперёд. Теперь его не держала крепкая рука. Олег шёл рядом и напряжённо молчал. Он ненавидел такие шутки. Ненавидел тему суицида или что-то подобное. Серёжа не знает. Никто не знает, но именно Волков вызвал полицию, когда увидел висящую под потолком мать. Именно он дрожал несколько часов у себя в комнате и боялся выходить из неё, чтобы случайно не наткнуться в прихожей на труп единственного родного человека и именно он поклялся, что никогда так не поступит с тем кого любит. Не бросит. Не уйдёт из жизни. Не оставит одного. Вот только Сережа эту клятву не давал .        Маленькая кафешка. На улице стоит несколько столиков, а из радио играет весёлая музыка. Разумовский, увидев мрачный взгляд друга, толкнул его в бок и кивнул в сторону данной забегаловки. Тот лишь мельком улыбнулся и вздохнул. Денег нет даже на новую одежду, все уходит на квартиру и дешманскую еду.        Они уселись в самый угол, под небольшим навесом. К ним сразу же подошла молодая светловолосая девушка и с улыбкой порекомендовала несколько блюд, но парни лишь отмахнулись и попросили кофе. Замечательно, теперь три дня придётся просидеть на дошике и то только Серёже, потому что Волков снова соврет, что поел на работе.        В ожидании заказа, Серёжа начал медленно рвать салфетку на равные доли, потом их складывать вместе и рвать снова. В тот момент, когда он дошёл до крошечный кусков, Олег заговорил:        — Я тобой очень дорожу, — парень вздохнул и опустил глаза вниз. — Вижу, что с тобой происходит. Пожалуйста, прекрати.        — О чем ты? — голос рыжего задрожал, как и руки. Он закусил нижнюю губу и с непонимание посмотрел на друга. Вот оно , самое ужасное чувство, когда ты себя настолько сильно загнал в угол и обрёк на провал , что сам не замечаешь, когда тебе протягивают руку. Или боишься замечать... боишься, что все увидят насколько ты слаб и ужасен. Боишься показать истинного себя и один блядский вопрос , который направлен на заботу , просто готов выбить у тебя из под ног земли . Нет , он не заслужил волнения в свою сторону, кто угодно , но не он... Сережа уже был готов разреветься прямо сейчас, но что-то его останавливало. — Всё хорошо же…        — Я давно ещё… — Олег вытянул руку вперёд и накрыл её белые ладони. — Изучал тему суицида, — на этих словах Серёжа словно потерялся. Сердце забилось в разы быстрее. Как Волков узнал? Это же просто бредовые мысли… Тем более, он не может. Слишком слабый. Ведь был же шанс. И острый нож и замкнутая ванна, но он просто струсил и прорыдал пол часа, держа в руках холодное оружие и боясь резануть себе по руке. Нет, дальше мыслей это не зайдёт. Он уверен. Наверное… — Я не рассказывал, моя мама покончила с собой и я…        — Ты решил, что я тоже хочу? — прошептал Серёжа и поднял глаза. У Олега уже у самого слезы, ему слишком тяжело из-за этой темы, а Разумовский же из-за эго чувствует себя такой тварью. Ну зачем? Зачем он заставил Олега расковырять старые шрамы и заставить их сочиться.        — Ты слишком много думаешь, взгляд, иногда, будто бы не живой. Не отлипаешь от меня и вообще перестал следить за собой. Даже о еде забываешь… Мама… Она была такая же перед… Кхм, произошедшим. Прошу. Если у тебя есть…        — Да, — прервав друга, сказал тот. — Ты прав, но… — он улыбнулся и осторожно вынул свою руку из-под чужой и накрыл её. — Кажется, ты единственный человек, ради которого я готов жить.

***

       Нет ничего хуже чем повестка? Вы ошибаетесь. Самое ужасное — это когда твою любимый человек служит по контракту. Самое ужасное, когда ты с замиранием сердца отправляешь ему письма и боишься, что никогда не получишь ответа. Самое ужасное, когда вместо очередного письма с забавным подбадриваниями и историями, приходит совсем другой конверт. В нем лежит какое-то официальный документ, начиная читать, который, вы постепенно теряете связь с реальностью:       «Ваш друг Волков О. Д уроженец города Санкт-Петербург проявил геройство и спас несколько заложников ценной своей жизни. Дата смерти 14.09.2012»       Дальше Серёжа не читал. Он просто выронил листок. Он просто пошёл на кухню чтобы попить воды. Он просто увидел нож на столе.       — Кажется, ты единственный человек, ради которого я готов жить, — прошептал он и схватил его. Один очень сильный надрез и из руки полилась кровь. Сергей выронил нож из-за невыносимой боли, а сам упал на колени. Теперь на пол капала не только кровь, но и слезы. Скоро. Совсем скоро они снова будут вместе. Только уже не в этом мире. С этими мыслями он закрывал глаза. Кажется, вот и конец. Конец их истории.

***

       Олега наконец-то выписали из больницы. Он не знает, как выжил после пяти выстрелов и суток в заваленном помещении. Если бы не какая-то бродячая шавка и бабка, сдох бы там. Но зато вывел несколько человек. Он потом ещё несколько дней пролежал без сознания, имени и личности в Сирийской больнице. Его же посчитали мёртвым. Серёжа там наверное с ума сходил из-за этой новости. Ну, ничего. Он отправил несколько писем, чтобы показать что жив и добился немедленной депортации в Россию. И все это за три дня, после того как он очнулся.        Снова знакомые стены. Олегу помогает Вадим, ведь тот даже спокойно до лифта не дойдёт. Тело все ещё очень слабо и мужчина до сих пор удивляется, как Волков с такими ранениями умудрился отпроситься на денёк домой. Конечно к нему приставали врача, который будет ежедневно посещать его и следить за самочувствием, но это не важно. Главное это они. Они с Серёжей. Он наверное так будет рад. В руках Волкова букет, а на лице улыбка. Он поворачивает ключ в замке и тут же чувствует знакомый запах. Кровь… И делает несколько шагов вперёд и снова ему восемь лет. И снова он видит мёртвое тело любимого человека.