Тайное желание

      Когда Хината вернулась в свою комнату, то первым делом проверила телефон. В нём было несколько пропущенных звонков и с десяток сообщений от Ханаби. Поэтому её совсем не удивило, что минутой позже сестра ворвалась в её комнату.       — Хината, что у вас там вчера случилось? Неджи вернулся весь побитый, но отец его ещё и отругал. Да и тебя родители уже с утра обыскались! — Хината испуганно распахнула глаза, но Ханаби поспешила её успокоить: — Расслабься, я подслушала, как Итачи говорил им, что ты пошла на прогулку с Саске, поэтому я сказала то же самое. Ты видела, что каки-то придурки сделали с моим драгоценным Итачи? Они посмели испортить его прекрасное лицо! Пусть только попадутся мне! — Для пущего эффекта Ханаби подчеркнула слова ударом кулака в ладонь.       Хината лихорадочно расчесывала волосы, пытаясь скрыть тот факт, что только недавно проснулась, и лишь вполуха слушала сестру.       — О чём ты? Кто-то напал на Итачи?       — Ты разве этого не застала? Из разговора родителей я слышала, что какие-то пьяные уроды в баре затеяли драку с Неджи и Итачи.       Хината совершенно не понимала, о чём говорила сестра, но разбираться с этим сейчас было некогда. Она потянулась за пижамой, и Ханаби резко остановила её руку.       — Э-э, ты правда хочешь надеть пижаму? По легенде ты была на прогулке. — Хината благодарно кивнула сестре; из-за спешки и волнения она слабо соображала. Схватив джинсы и толстовку, она скрылась в ванной комнате, чтобы переодеться, и через дверь услышала голос сестры: — И не думай, что я забыла спросить о том, где ты провела ночь. Я хочу знать все подробности.       Хината вышла из ванной комнаты, и в дверь постучали. Она последний раз осмотрела себя в зеркале, убедившись, что выглядит естественно, а толстовка прикрывает засосы, и ответила:       — В-войдите.       В комнату вошла их обеспокоенная мать и, увидев старшую дочь, облегчённо вздохнула.       — Хината, слава богу, с тобой всё в порядке. — Мать подошла и заключила её в крепкие объятия. — Следовало предупредить меня или отца, что ты ушла гулять.       — Прости, мам, мне просто нужно было подышать свежим воздухом, я не думала, что задержусь. — Хината старалась никогда не лгать родителям, особенно матери, но правда потребовала бы слишком много объяснений.       — Понимаю. Наверное, после вчерашнего у тебя был жуткий стресс. — Мать поцеловала её в макушку и мягко отстранилась. — Пойдём, тебе нужно увидеться с отцом.       На последних словах матери Хината почувствовала неприятное волнение. Несмотря на то, что Хиаши любил и заботился о своих детях, иногда он всё равно наказывал их, когда того требовала ситуация. Ханаби пошла следом, но мать велела ей найти себе другое занятие, поскольку причина, по которой отец хотел видеть старшую дочь, младшую не касалась. Хината нервно поплелась за матерью в одну из гостиных комнат, где увидела стоящих друг напротив друга своих отца и брата. Хиаши не скрывал своего недовольства, а по поникшей голове Неджи Хината сразу поняла, что его только что отчитали. Хмурость на лице отца слегка прояснилась, когда он взглянул на Хинату.       — Я рад, что ты в порядке.       Хината медленно подошла к нему и обняла.       — Да, папа, со мной всё хорошо.       Хиаши оглядел дочь с ног до головы и указал на её руку, заметив повязку.       — А это что такое?       Хината потянула рукав толстовки, пытаясь прикрыть обмотанную ладонь.       — Ничего страшного, небольшой порез.       — Ты что, участвовала в драке?       Она быстро скосила глаза на брата, а затем снова посмотрела на отца и неуверенно произнесла:       — Нет…       Хиаши покачал головой и обратился к жене:       — Я так и знал, что мы не должны были отпускать её на эту вечеринку. Ей только что исполнилось восемнадцать, она всё равно ещё слишком юна для подобных мест.       Мать ласково положила руки на плечи Хинаты.       — Она уже взрослая, Хиаши. Тем более ты сам её отпустил.       — Только потому, что Неджи обещал приглядывать за ней. Но, похоже, он напрочь забывает о своих обещаниях, когда оказывается в компании девушек и затевает пьяные драки.       Хината была немного обескуражена происходящим, но понимала, что сейчас лучше не пытаться вносить ясность. Неджи поднял голову, и Хината увидела синяк у него на лице, почти такой же, как у Саске, и разбитую губу.       — Это преувеличение, она же не пострадала.       — За это нужно сказать спасибо Саске. Из вас троих только у него хватило ума увести Хинату оттуда. А ты меня очень разочаровал, поэтому в качестве наказания до конца каникул будешь сидеть под домашним арестом. И не забудь извиниться перед сестрой.       Неджи открыл было рот, но взгляд отца ясно давал понять, что он не потерпит возражений. Тогда он возмущённо повернулся к Хинате и произнёс:       — Прости.       — Всё в порядке. — Она не знала, как лучше ответить, поскольку не понимала, за что именно он извиняется.       Напоследок Хиаши на несколько минут прочитал им лекцию о том, насколько осторожными и ответственными нужно быть в общественных местах, и не стал больше задерживать. Хината первая рванула к выходу, но, распахнув дверь, отшатнулась, когда в комнату ввалилась Ханаби, которая явно подслушивала. Хиаши скрестил руки на груди, неодобрительно буравя взглядом младшую дочь.       — Ханаби, что я говорил тебе насчёт подслушиваний?       Ханаби покраснела от стыда, выпрямилась и отряхнулась.       — Эм… не попадаться?       Неджи закатил глаза и нетерпеливо протиснулся между сестёр. Хината поспешила за ним, пытаясь выяснить, что произошло.       — Неджи, почему мама с папой считают, что кто-то напал на вас в баре?       Неджи остановился в дверях своей комнаты, но не обернулся.       — Спроси об этом у брата своего парня — это он всё придумал. — Затем он резко повернулся и хмыкнул: — Ночью я заходил к тебе в комнату, чтобы поговорить и вернуть пальто, которое ты оставила в баре, и не застал тебя. Я заглянул сегодня с утра, и тебя снова не было. Но, кажется, я догадываюсь, где ты была.       Хината снова почувствовала подступающую обиду, хотя в этот раз постаралась сдержаться.       — Неджи, я понимаю, что тебе не понравилось увиденное прошлой ночью, но ты перешёл все границы и до сих пор не можешь смириться. Чтобы не ссориться, предлагаю поговорить об этом как взрослые.       — Если ты собираешься продолжать свои легкомысленные отношения с Саске, то нам не о чем говорить.       — Значит, нам не о чем говорить.       Неджи закатил глаза, схватил висящее на спинке кресла пальто и швырнул Хинате в лицо.       — Прекрасно, делай, что хочешь, только не приходи потом плакаться.       Хината крепко прижала пальто к груди, злобно уставившись на брата.       — И не приду! — выпалила она и, резко развернувшись, направилась в свою комнату, а Ханаби быстро побежала за ней.

***

      Саске не мог определиться, что хуже: боль от ушибов, похмелье или то, что ему предстоял разговор с отцом. С большей долей вероятности отец, как всегда, собирался отчитать его за неподобающее поведение. Итачи оставил его переодеваться и сказал, что будет ждать у дверей гостевого кабинета. Саске вошёл следом за братом и сразу взглянул на отца, сидящего в кресле у камина, а рядом с ним на подлокотнике пристроилась мать, нервно покачивающая ногой. Завидев младшего сына, Микото вскочила с места и взволнованно заговорила:       — Саске! Ты тоже пострадал? Как ты? Фугаку, мы просто обязаны найти этих негодяев, которые напали на наших сыновей.       — Успокойся, Микото, у нас ещё нет полной картины событий прошлой ночи. Сядьте. — Саске сел на диван рядом с братом и внезапно почувствовал себя маленьким мальчиком, несмотря на совершеннолетие. — Представьте мое удивление, когда посреди ночи меня разбудил звонок из полиции с сообщением, что мои сыновья задержаны за участие в пьяной драке. Вам повезло, что мы с Хиаши смогли всё уладить до того, как коллегия адвокатов успела выдвинуть обвинения.       — А я тут причём? Меня не задерживала полиция.       — Потому что ты сбежал и оставил своего брата отдуваться.       — Я… — начал было Саске, но Итачи крепко сжал его руку, вынудив замолчать.       — Саске, давай лучше я расскажу, как всё было, — вмешался Итачи и отпустил руку брата.       — Отец, я знаю, что тебя крайне разочаровало, что нас с Неджи задержали за драку, но поверь, не мы её начали. Каким-то парням просто не понравилось, что несколько девушек в баре уделяли нам больше внимания.       Ладонь Микото тут же взметнулась к губам.       — Ужас, так причина была в зависти. Хотя девушек вполне можно понять, не каждый день такие молодые, красивые, умные и добрые парни вроде вас заходят в подобные заведения.       Итачи кивнул на комментарий матери и продолжил:       — Именно, мы просто защищались. Саске прикрывал меня, но Хината случайно пострадала, и чтобы она не получила более серьёзных травм, он вызвался помочь ей.       Микото повернулась к Фугаку.       — Видишь, я же говорила тебе, он никогда бы не бросил брата в беде. Ему просто пришлось уйти, чтобы защитить свою девушку.       — Мама! — возмутился Саске, поскольку мать даже в этой ситуации не упустила возможность приплести свои фантазии насчёт Хинаты.       Микото слегка покраснела.       — Прости, милый, я хотела сказать, что ты защищал свою подругу. — Она быстро подмигнула младшему сыну и лукаво улыбнулась на последнем слове.       Фугаку, казалось, остался не убеждён рассказом Итачи, поэтому уточнил:       — Всё так и было, Саске?       Саске почувствовал, как Итачи задел его по ноге, намекая, чтобы он подыграл.       — Итачи уже рассказал, как всё было. Не станет же он лгать.       — Твой брат, конечно, очень способный, но неуместно называть его лжецом. После обеда отправимся вместе в участок, чтобы написать заявление на нападавших.       Саске искоса взглянул на Итачи, который всем своим видом демонстрировал безупречное спокойствие.       — Отец, в баре было темно, и лица нападавших было почти не разглядеть. А как только подоспела охрана, они тут же сбежали. Это дело не стоит траты времени полиции на поиски кучки пьяных идиотов. Кроме того, если мы напишем заявление, информация об этом может просочиться в прессу. Думаю, ни к чему упоминание фамилии Учиха в какой-нибудь статье о драке в баре.       Тяжело было это признать, но Саске восхищался умом и находчивости старшего брата. Отец ни за что не допустил бы позорного освещения их фамилии.       Доводы Итачи сработали безукоризненно. Фугаку удовлетворённо кивнул и глубоко вздохнул.       — Разумеется, этого нельзя допустить. Что ж, тогда нам придётся смириться с этим преступлением. Завтра мы едем домой, постарайтесь до этого момента больше не попадать в неприятности.       Несмотря на то, что всё прошло не так плохо, как ожидалось, Саске не намеревался оставаться здесь и испытывать судьбу. Он поднялся, но его остановила Микото.       — Постой, Саске, задержись на минутку, отец хочет сказать тебе кое-что ещё.       — Ты уверена? — спросил Фугаку с неподдельным удивлением.       Микото бросила на мужа суровый взгляд.       — Да, помнишь, что мы обсуждали прошлой ночью?       — Ах, это… Присядь, Саске, — ровным тоном произнёс Фугаку. Саске догадывался, о чём пойдёт речь, и всей душой не желал этого выслушивать. Как только Итачи прикрыл за собой дверь, отец вновь заговорил: — Твоя мать сообщила мне, что вчера я высказался, возможно, немного грубо. — От услышанного Саске стало не по себе. — И мне следует извиниться перед тобой.       Фугаку всегда тщательно подбирал слова, и его «следует» очевидно, не подразумевало искреннего сожаления, он говорил это только потому, что мама заставила его. С одной стороны, Саске мечтал хотя бы раз услышать от отца настоящие извинения, но с другой стороны, ему было плевать, потому что рано или поздно отец мог сказать ему что-нибудь и похуже.       — Я понял тебя, отец. — Он принял извинения только ради матери, чтобы она не расстраивалась. — Теперь я могу идти? — Фугаку кивнул, и Саске немедленно вышел из кабинета.       За дверью неожиданно для Саске стоял Итачи, сунувший куртку ему в руки.       — Голоден?       — Умираю с голоду.       — Пойдём где-нибудь позавтракаем, нам нужно с тобой поговорить. — Саске считал, что за утро он уже наговорился, но сейчас ему срочно требовалась большая порция кофе и громадный сэндвич, поэтому он накинул куртку и беспрекословно последовал за братом.       Они зашли в кафе неподалёку от коттеджа, заняли места за столом друг напротив друга и молча уставились в меню. Официантка с кофейником подошла принять заказ, и Саске попросил оставить кофейник у них на столике. Он налил себе полную кружку, вдохнул бодрящий аромат и сделал большой глоток. Свежесваренный кофе обжёг язык, но это не помешало Саске сделать второй глоток и удовлетворённо вздохнуть, в то время как Итачи непривычно для себя нервно постукивал пальцами по столешнице.       — Как самочувствие?       — Хреново. Давно я так не напивался.       Итачи скрыл улыбку за кружкой кофе.       — Я и забыл, какой ты откровенный, когда пьян. К счастью, Хинате удалось вовремя тебя заткнуть, не то ты бы наговорил чего-нибудь непоправимого.       — Да, похоже, у меня наконец-то появился тот, кто присматривает за мной.       Саске заметил, как Итачи виновато опустил глаза, и понял, что ляпнул лишнее. Он всегда скрывал свои чувства к старшему брату, поэтому в этом признании винил не выветрившийся из организма алкоголь. Однако Итачи воспользовался этим моментом, чтобы разрешить накопившееся недопонимание.       — Вчера я облажался во всём. Не знаю, почему решил, что уговорить Неджи пойти с нами в бар было хорошей идеей.       Саске безразлично пожал плечами и снова отхлебнул из кружки.       — Он всё равно бы когда-то узнал, как ты и Ханаби. Кажется, нам нужно научиться лучше скрываться.       — Согласен, потому что следующим, кто узнает, может быть мама, и тогда…       Саске прервал брата поднятой рукой. О том, что мать может узнать об их отношениях с Хинатой, он не даже желал слышать, не говоря уже об осмыслении этого своим страдающим от похмелья разумом.       — Не произноси. Не поверишь, как я рад, что уже завтра мы едем домой. Так хотя бы у неё меньше шансов что-то заподозрить, иначе она уже планировала бы нашу свадьбу на ближайшие выходные.       — Считаешь, она ещё этого не сделала? — Они обменялись обоюдным смешком, который немного разрядил обстановку.       — Я думал, ты расскажешь мне, чем всё закончилось вчера на самом деле.       — Особо нечего рассказывать. Подошла охрана, я попросил Неджи подыграть. Объяснил ребятам из службы безопасности, что на нас напали, но нападавшие скрылись. Помогло и то, что вы с Хинатой оставили открытой дверь запасного выхода. Один из охранников пошёл проверить, но сказал, что убегающие скрылись на такси. Потом охрана вызвала полицию, и нас с Неджи отвезли в участок. Там уже позвонили отцу и Хиаши. Отец был очень недоволен.       — Насколько недоволен? Как в тот раз, когда я сдавал назад и поцарапал его машину? Или когда я, возвращаясь поздно домой, залез в окно гостиной и повредил его дурацкие коллекционные катаны?       — Как в тот раз, когда тебя чуть не арестовали за то, что ты устроил дома вечеринку во время их с мамой отпуска.       Саске осёкся, вспомнив лицо отца, когда тому пришлось вернуться с отдыха и обнаружить у своего дома несколько полицейских машин. В тот день Саске действительно совершил ошибку, рассказав Наруто, что родители уехали из города, и не пресёк быстро вышедшую из-под контроля вечеринку, на которую заявилась почти половина школы.       — Уверен, отец просто обалдел, когда увидел в участке тебя вместо меня.       Итачи отвёл взгляд, не желая рассказывать о реакции отца, который после приезда в полицию сразу же заявил, что во всём определённо виноват Саске, а не Итачи.       — Можно сказать и так. Он хотел поговорить с тобой, как только мы вернулись в коттедж, но я убедил абсолютно всех, что лучше разобраться со всем этим с утра.       — А как ты убедил согласиться с этим своего друга-психопата?       — За время нашей дружбы у нас с ним накопилось немало рычагов воздействия друг на друга.       — Ты шантажировал его? Тогда это объясняет твой подбитый глаз.       Итачи застенчиво прикрыл правый глаз рукой.       — Неджи не бил меня, я просто пытался сделать вид, что тоже участвовал в драке.       — Ты что, сам поставил себе фингал под глазом?       — Я не хотел, просто недооценил свой левый хук. Но я это заслужил. — Между братьями снова повисла неловкость, и они молчали всё время, пока официантка выставляла на стол их заказ. Затем Итачи попытался начать разговор, которого они оба долго избегали. — Саске, о том, что произошло во время ужина…       — Я не хочу об этом говорить, — мрачно перебил брата Саске и низко склонил голову.       Но Итачи уже не мог оставить эту тему, он так сильно переживал из-за этого, что не спал всю ночь.       — Мне следовало сказать что-нибудь, когда отец…       Итачи чуть вздрогнул от удара кулаком по столу, от которого задрожала посуда.       — Я же сказал, что не хочу говорить об этом, — сквозь зубы процедил Саске. На мгновение Итачи подумал, что сейчас не подходящее время для этого разговора. Однако он слишком долго отмалчивался и именно за этим позвал младшего брата. Чтобы, наконец, извинится перед ним.       — Прости, что не вступился за тебя.       — К чему эти извинения? Ты всё равно никогда не вступался за меня. Тем более отец всегда учил нас не перечить ему.       — Но ты постоянно перечишь ему.       — Вот поэтому я разочарование нашей семьи.       — Нет, Саске, это неправда. Может раньше ты и вёл себя как раздолбай, но сейчас это не так. За последние пару месяцев ты очень изменился, и мне жаль, что я так долго этого не замечал. Прости за то, что я не обсудил всё с тобой ещё вчера, возможно, тогда бы ты так не напился.       Саске почувствовал странную неловкость. Он считал, что для Учиха несвойственно подобное раскаяние.       — Я всё равно не стал бы тебя слушать и послал бы куда подальше.       — Может быть… а может, и нет. В любом случае, впредь я постараюсь соответствовать роли старшего брата и поддерживать тебя во всём, что бы ты ни решил.       — Значит, ты больше не будешь лезть в мои дела и бросаться своими оценочными суждениями?       — Полагаю, речь о ваших отношениях с Хинатой? — Итачи тяжело вздохнул, обдумывая ответ. — Что ж, обещаю держаться подальше от этого и оставить свои суждения при себе, но скажу лишь одно напоследок. Будь осторожен, Саске, потому что теперь мне кажется, Хината не единственная, кто может пострадать, если у вас что-то не заладится.       — Что это ещё значит?       — Уверен, ты меня понял. — Саске постарался не встречаться взглядом с братом и залпом допил половину кружки кофе. — Вижу, тебе нечего возразить. Наверное, потому, что ты ещё сам не до конца уверен в этом. В таком случае, лучше тебе разобраться с этим как можно скорее, пока всё не зашло слишком далеко. — Саске ничего не ответил, но Итачи заметил едва уловимый кивок, подтверждающий, что он услышал и понял, что старший брат имел в виду.

***

      В последнюю ночь перед отъездом домой Хината ворочалась в постели, не в силах уснуть. Она не понимала, что за причины вызвали бессонницу, но с каждой минутой мучительное предчувствие только усиливалось. От внезапного стука в дверь Хината испуганно села в кровати. Она резво свесила ноги на пол, зажгла лампу на прикроватной тумбе и с любопытством приблизилась к двери. Медленно приоткрыла её и увидела Саске, лениво прислонившегося к дверному косяку.       — Привет.       Следовало догадаться, что это он — кто ещё мог прийти к ней в комнату так поздно?       — Привет.       — Можно войти?       — Конечно. — Хината отступила в сторону, чтобы впустить Саске в комнату, и закрыла за ним дверь. Он отчётливо нервничал, что понемногу начинало нервировать и её. — Всё в порядке, Саске?       Стоя к ней спиной и не оборачиваясь, он ответил:       — Нет, я не мог уснуть. — Он повернулся, в его тёмных глазах блеснул огонёк, который заставил Хинату сделать шаг назад. — Я пришёл сюда, потому что не мог уснуть из-за тебя.       — Из-за м-меня?       — Да, из-за тебя. — Он уверенно шагнул к ней, обхватил за талию и крепко прижал к себе.       Её тело плотно прижалось к его, слегка изогнувшись в спине.       — С-Саске.       Он шумно выдохнул и уткнулся лицом ей в шею.       — Хината, — прошептал Саске, тяжело дыша. — Это была плохая идея, мне не следовало приходить.       — П-почему?       — Сейчас я не доверяю самому себе. Попроси меня уйти. — Тем временем его слова шли вразрез с действиями. Рука с талии плавно спустилась к бедру, а пальцы второй ласково скользнули снизу вверх по спине, тогда как его губы оставляли на шее Хинаты невесомые и горячие касания.       — А если я-я не хочу, чтобы ты уходил? — Она обхватила его за плечи, чтобы помешать уйти.       — Тогда скажи мне, чего ты хочешь, потому что незнание сводит меня с ума. — Саске быстро провёл рукой по её спине, зарылся пальцами в волосы и слегка оттянул, заставив Хинату посмотреть на него. — Чего ты хочешь, Хината?       У неё подкосились колени, но благо Саске держал её крепко. Она стушевалась под его пристальным взглядом и, закрыв глаза, ответила одними губами. Тогда он наклонился к её уху и уточнил:       — Что ты сказала? Я не расслышал.       Он мягко прикусил мочку её уха, отчего Хината воскликнула:       — Тебя! — Она выдержала паузу, сильно смутившись собственного выкрика, но в следующее мгновение уже осознанно повторила: — Я хочу тебя.       Саске хищно ухмыльнулся.       — Как пожелаешь. — Он притянул её за голову, заставив подняться на цыпочки, и страстно поцеловал. Чтобы сохранить равновесие, Хината вцепилась в его плечи и попыталась подстроиться под его напор. Как только она приноровилась, Саске отстранился ровно настолько, чтобы снять с неё майку и отбросить за спину. Не оставляя Хинате шанса осмыслить происходящее, он вновь прильнул к её губам, плотнее прижал её к себе одной рукой, второй обхватил грудь и стал настойчиво подталкивать к кровати.       Когда её ноги коснулись края, Хината упала на постель, сразу же потеряв ощущение теплоты его губ. Некоторое время Саске жадно рассматривал её полуобнажённое тело, а потом одним движением стянул с себя футболку и наклонился, чтобы оставить короткий поцелуй на её губах, прежде чем принялся прокладывать дорожку из поцелуев вниз по телу. Каждое томительно медленное касание будто подводило Хинату ближе к краю пропасти. Её грудь быстро вздымалась, дыхание участилось. Приходилось закусывать губу, чтобы приглушить череду стонов, угрожающих сорваться с губ. Когда Хината почувствовала губы Саске на внутренней стороны её бедра, она не удержалась от громкого стона и подалась вперёд.       Резко распахнув глаза, Хината не увидела ничего, кроме темноты комнаты, и, успокаивая тяжёлое дыхание, потянулась к выключателю лампы.       — Это был всего лишь сон, — заверила она себя, откинувшись на подушку и пытаясь отдышаться. Сон был таким реальным, что казалось, сейчас Саске выйдет из её ванной комнаты и станет дразнить за то, что она вырубилась посреди процесса. Хината вновь и вновь прокручивала сон в голове, пока не услышала тихий стук в дверь.       От неожиданности она пискнула и быстро прикрыла рот ладонью. Однако тот, кто был за дверью, по всей видимости, услышал её, потому что раздался ещё один стук, уже более настойчивый. Хината медленно поднялась с кровати и мысленно пожелала, чтобы за дверью оказалась Ханаби. Когда она приоткрыла дверь и увидела стоящего там Саске, то чуть не упала в обморок.       — Привет.       — Ч-что ты з-здесь делаешь?       — Не мог уснуть. Я спускался вниз выпить воды, а когда возвращался, увидел свет из-под твоей двери и решил узнать, что ты делаешь, — честно признался Саске, хотя он и так подумывал заглянуть к ней, только не надеялся, что застанет её не спящую. Ему действительно сегодня не спалось, поскольку разум непрерывно работал, то осмысливая слова старшего брата, то вспоминая события новогодней ночи, то анализируя их отношения с Хинатой. В последнее время мысли о ней плотно засели в его голове, но Саске оправдывал это тем, что они просто провели слишком много времени вместе. Когда он заметил полоску света под её дверью, решил, что это знак свыше и стоит повидаться с ней. Почувствовав неловкость, стоя в коридоре, он спросил: — Могу я войти? — На миг она помедлила, но потом осторожно отступила в сторону, впуская Саске в комнату. Он сразу обратил внимание, что в её поведении было что-то странное. — Почему ты так на меня смотришь?       Всё повторялось, прямо как в её сне.       — Я не уверена, сон это или реальность. — Саске приподнял бровь, но вместо ответа ущипнул Хинату за руку. — Ай! — Она прижала пострадавшую руку к груди. — Зачем ты это сделал?       — Доказываю, что это не сон.       Она надулась и потёрла тыльную сторону ладони.       — Не нужно было делать это так усердно.       Саске нашёл её надутые губы довольно очаровательными и, слегка улыбнувшись, аккуратно взял её руку в свою.       — Прости. — Он поднёс руку к губам и нежно поцеловал. — Так лучше?       — Немного. — Хината изумилась, ведь о таком она только в книгах читала. Но когда Саске снова поднёс её руку к губам, глядя прямо ей в глаза, она просто оторопела.       В отличие от Саске, Хината занимала небольшую комнату в коттедже. Вместо дивана в ней стоял маленький столик с двумя не особо удобными стульями. Единственным комфортным для сидения местом оставалась кровать. Саске улёгся на постель, закинув руки за голову, а Хината села на краю, скрестив ноги.       — Значит, я тебе снился, да?       Хината нервно покачала головой в ответ.       — Н-нет.       — Да, иначе бы ты не вела себя так странно, когда я пришёл. — К сожалению, Хината не умела скрывать истину, написанную на её лице. — И раз ты покраснела, полагаю, сон был пикантным.       — Пикантным?       Саске закатил глаза, в который раз поражаясь её святой наивности.       — Эротический сон.       Резко смутившись, Хината накрыла руками румяное лицо и пробормотала:       — Мне так стыдно.       — Почему? Это нормально.       — Не для меня. Со мной никогда такого раньше не случалось.       — Никогда? — Она покачала головой, не убирая ладоней от лица, и Саске усмехнулся. — Тц, со мной такое случается пару раз в неделю.       Она медленно раздвинула пальцы, взглянув на него.       — Правда?       — Да, это естественный процесс, я ничего не могу с этим поделать.       — А я тебе когда-нибудь снилась?       — Ты точно хочешь это знать? — Самодовольная усмешка на лице сразу его выдала, но Хината всё равно кивнула, желая, чтобы он ответил. — Конечно.       Её порадовала мысль, что Саске фантазировал о ней во сне. Хотя она была уверена, что в его снах они заходили дальше, чем в её.       — Ну, думаю, это вполне ожидаемо, учитывая, чем мы занимались в последнее время. А ещё ты мой герой, который благородно спас меня прошлой ночью.       Саске раздражённо отмахнулся.       — Я, конечно, рад, что Итачи прикрыл меня, но лучше бы он придумал что-то другое. Тогда бы мне не пришлось за ужином выслушивать нелепый тост твоего отца.       Сегодня был их последний день в Юкигакуре, и во время совместного ужина Хиаши решил перед всеми поблагодарить Саске за то, что он увёл Хинату из бара и благополучно доставил её в коттедж.       — А мне кажется, это было мило. К тому же это был не единственный особый повод в твою честь. — После тоста Хиаши Микото подняла бокал и объявила, что Саске приняли в университет, чему Хината очень удивилась. — Я даже не поздравила тебя. Нам стоит отпраздновать.       — Отпраздновать что? Что я смог поступить только благодаря связям отца? — Он не хотел так резко реагировать, но считал, что новость о его поступлении не стоила даже упоминания.       — Это неправда, Саске. Уверена, если бы ты подал документы в другие вузы, то поступил бы самостоятельно. У тебя хорошие оценки, и ты написал отличное рекомендательное письмо.       Его письмо было отличным только потому, что именно она несколько раз вычитала его и предложила полезные замечания. Тем не менее, её слова напомнили Саске о том, чего он не сказал ей и что планировал держать исключительно при себе. Но с её поддержкой ему стало легче решиться на признание.       — Если я расскажу тебе кое-что, обещаешь, что это останется между нами?       Хината придвинулась ближе, стараясь не выдавать сильного любопытства.       — Обещаю.       — Это всё равно мало что именит, но я действительно подал документы в несколько университетов.       — Ты серьёзно?       — Да, в пять случайных. Хотя мне в любом случае придётся идти в Тонриама. Я просто… просто хотел убедиться, что смогу сделать это сам. Ну и если у меня получится, ткнуть этим в лицо отцу, чтобы доказать, что он был неправ насчёт меня, — признался Саске, отвернувшись в сторону и стыдясь взглянуть на Хинату.       Однако, когда он медленно повернулся, она восторженно улыбалась ему. Внезапно Саске ощутил, как её рука сжала его руку.       — Я горжусь тобой, Саске. — Он пожал плечами, хотя его губы тронула крошечная улыбка. Хината легла рядом и чмокнула его в губы. — Ты точно поступишь. И тогда мы отпразднуем.       Её энтузиазм был заразителен, и Саске изо всех сил боролся, чтобы не позволить ему поглотить себя. В глубине души он понимал, что всё безнадёжно, и не хотел завышать ожидания. Но рядом с Хинатой, когда она снова потянулась, чтобы поцеловать его, он позволил всем накопившимся сомнениям покинуть разум. В её присутствии было что-то такое, что успокаивало его порой пребывающее в хаосе сознание.       Хината отстранилась и невольно залюбовалась Саске. За всю свою жизнь она никогда бы не подумала, что рядом с ним ей будет так комфортно. Она подумала об этой поездке и о том, что она между ними изменила. За эти несколько недель они так много времени провели вместе, что теперь, перед возвращением к обыденной жизни, Хинате не давала покоя одна мысль: смогут ли они и дальше сохранить то, что у них есть сейчас.