Любовь сталкера

Тэхён сидел на старой деревянной скамейке, поглядывая на тихие волны, что бились о мягкий песок. От этого морского ветра ещё прохладнее в лёгкой спортивке, но уходить совсем не хотелось. Этот вид завораживал, и парень хоть на какое-то время мог позабыть о всех своих невзгодах. Ему холодно, он не ел уже третий по счету день, спит на улице, где повезёт, а оплакивать родного человека уже не осталось сил. У Тэхёна не осталось никого и ничего. Как только дядя погиб, кредиторы сразу же забрали дом, не дав возможности шатену забрать вещи, ну или захватить куртку. Вышвырнули, в чём был, успел только кроссовки надеть. С работы его также уволили, и куда бы он не устраивался, везде получал отказ. Либо сразу, либо же после стажировки. Проблемы с этим начались ещё в начале месяца, из-за чего Ким даже не мог помочь дяде оплатить проценты. Погрузившись мыслями о бескрайнем море, омега думал о том, что никогда не видел океан. Всегда хотел. Когда он был ребёнком, это было лишь мечтой, а с возрастом стало сильным желанием. Ким хотел накопить денег и хоть раз в жизни увидеть океан. Посидеть на теплом песке под испепеляющим солнцем и смотреть, как переливается свет в ледяной воде. Из думок его вывел посторонний звук со стороны. В паре метрах от него остановился чёрный автомобиль, фары которого резко отключились, и вскоре из неё вышел высокий парень в сером пальто, явно старше самого омеги. Он целенаправленно подходил к скамейке Тэхёна, который в свою очередь, пытался не выдавать своего страха, а дрожь списать на пронизывающий холод. Парень молча сел на другом конце скамьи и устремил свой взгляд вперёд, пока Тэхён с опаской поглядывал на него боковым зрением. — Очень красиво, правда? — прозвучал низкий голос альфы, от которого у шатена пробежали мурашки. — Д-да… — Тебе не холодно в такой тонкой накидке? — Нет, я в порядке, — Тэхён отвечал хрипло, еле слышно, сам позабыв, как звучит собственный голос. — Я бы мог предложить погреться в моей машине. Ты кого-то ожидаешь? — Нет… то есть да! Я ожидаю, но буду ждать здесь! Не надо в машину и греться мне тоже не нужно. Вот… Ким успел только сделать вдох, как к его лицу приложили платок, смоченный в какой-то резко пахнущей жидкости. Парень одной рукой фиксировал руки младшего, но тот начал брыкаться, даже когда остался прижатым между его грудью и спинкой скамьи. Через две минуты у шатена уже начало всё двоиться в глазах, а кричать и вовсе не получалось. Голос застрял где-то в пересохшем горле, а паника не давала крику выйти наружу. — Молодец, мальчик мой, не кричи. Подожди ещё немного, — шептал на ухо альфа, поглаживая Тэхёна по запястью. Он уже не чувствовал своего тела, отдаленно слышал чужой голос, а о сопротивление или каком-то способе спасения и речи быть не могло. Парень с лёгкостью поднял на руки Кима и понёс того к своей машине. Усадив его на переднее сидение, он пристегнул младшего, который был всё ещё в сознании, и, улыбнувшись, потянулся к его щеке и начал нежно поглаживать. — Всё хорошо, мой милый, скоро мы будем дома. А тебе пока следует поспать, нас ждёт долгий путь. Тэхён не понял и половины из сказанного. Он лишь чувствовал тепло отовсюду в машине, тёплую ладонь на своей щеке и, уже сдавшись, погружаясь в сон, почувствовал поцелуй у себя на лбу.

⛓️ ⛓️ ⛓️

Разлепив глаза, омега снова их закрыл, поморщившись от боли по всему телу. Оно будто весило целую тонну, а раскрыть глаза было какой-то непосильной задачей. Голова кружилась даже лёжа, руки не хотели слушаться и подниматься. Пролежав ещё немного и успокоив рвотные позывы, он всё-таки открыл глаза и пытался сфокусировать взгляд. Подняв руку, он провёл ею по лицу и сразу же почувствовал что-то тяжёлое на своём запястье. Встряхнув головой, шатен смог рассмотреть комнату, в которой находился, больше похожее на подвальное помещение. Окон не наблюдалось, массивная железная дверь, голые стены, местами с облезлой штукатуркой, одна кровать, прикованная к стене, на которой лежал шатен и небольшая прикроватная тумбочка со стулом. В помещении горел приглушенный свет из единственной висячей лампочки, и Тэхён смог с ужасом рассмотреть, что прикован наручными цепями к кровати. В голову сразу же ударили воспоминания о том парне у набережной, как он обездвижил его каким-то веществом и, усадив в машину, увёз сюда. Не прошло и минуты после осознания происходящего, как дверь со скрипом открылась, и в проёме показался тот самый парень. Он был в очках, домашней чёрной рубашке, широких штанах и шаркая по полу тапочками, он прошёл в комнату, а подняв взгляд и, увидев сидящего на кровати Тэхёна, вздрогнул, чуть не обронил поднос с едой. — Ох, ты уже проснулся! Ну ты меня напугал. А я как раз пришёл тебя будить, соня, — тот разговаривал обыденно, мягко улыбаясь, будто каждое утро будит младшего и приносит завтрак в постель. — Кто ты? — тихо спросил Тэхён, смотря на брюнета, который, оставив поднос на тумбочке, схватил стул и сел на него рядом с кроватью, от чего шатен резко отодвинулся на другой край. — Как невежливо, прости. Меня зовут Чон Чонгук, солнышко, — не прекращая улыбаться, представился брюнет. — Пока ты не задал другие вытекающие вопросы, я отвечу на них сразу. Да, я тебя похитил, я тебя не отпущу, чтобы ты не говорил, пытать и бить не буду. Никогда. — П-почему я? — ещё сильнее сжался шатен. — Потому что, Тэхён. Потому что именно ты мне нужен, а я… Я нужен тебе. — Ты знаешь моё имя. Откуда? — Милый, я знаю о тебе всё. — Что всё? — настороженно спросил Ким, на что Чонгук усмехнулся. — Ким Тэхён, девятнадцать лет. Закончил школу в прошлом году, завалив итоговый экзамен. Родителей никогда в лицо не видел, так как отец неизвестен, а папа умер при родах. Первые десять лет прожил в детском доме, потом же был под опекой родного дяди — Ынёном, пока того не стало. В прошлом году отсидел трое суток в обезьяннике за попытку ограбить продуктовый магазин. Несколько раз был пойман за покупкой сигарет, а также их использование. Как только дядя коньки отбросил, лишился крова и остался на улице. Мне продолжать? — таким же спокойным тоном спросил Чонгук, смотря в глаза напротив полные страха. — Ты следил за мной? — Для меня найти эту информацию было не сложно, но да, следил. Но пойми меня правильно, я лишь хотел убедиться, что с тобой всё будет хорошо. Ладно, ты давай поешь. Тебе надо набираться сил, ты проспал почти сутки, — Чонгук встал со стула и вместе с тумбочкой пододвинул поднос. На нём был магазинный кимбап, два клубничных молока и одна бутылка дистиллированной воды. — Я хотел приготовить что-нибудь вкусное, но подумал, что у тебя могут возникнуть мысли, что я хочу тебе что-то подсыпать, поэтому принёс тебе еду из магазина. Запечатанную. Нужно пододвинуться ближе. Давай же, я тебе ничего не сделаю. Обещаю. Тэхён боялся этого парня каждой клеточкой своего тела. Он знал всё о нём. Следил, наблюдал и похитил. А сейчас сидит и улыбается, как ни в чём небывало похлопав по месту рядом с собой. Шатен не хочет злить его, не хочет знать, на что тот способен и что может сделать за непослушание. Поэтому, опустив взгляд, пересаживается на другой край кровати, ближе к своему похитителю. — Какой ты молодец, Тэхён, — ещё шире улыбнулся Чон и, открутив крышку от бутылки с водой, протянул её ему. — А теперь давай есть. — Ким молча принял бутылку и жадно начал глотать воду, приятно осознавая, как першение в горле проходит. Затем старший так же раскрыл кимбап и отдал в руки Тэхёна. — Я не уйду, пока ты всё не съешь, поэтому приятного аппетита. — шатен кивнул и принялся есть. Его воротило, но он, не подавая вида, продолжил жевать. — Малыш, ты чего? Не нравится? Тэхён непонимающе посмотрел на Чонгука, а когда тот провёл большим пальцем по его щеке, только тогда понял, что начал плакать даже сам того не замечая. — Нет, всё нормально, — начал Тэхён, быстро стерев свободной рукой влагу с лица. — Прости. Мне всё нравится. — Вот и отличненько, — так же улыбаясь, проговорил Чонгук, чуть сжав ногу младшего над щиколоткой через одеяло, от чего тот вздрогнул, но ногу не отдёрнул.