Все звёзды для тебя

      Сейчас Чимин слабо помнил, что им двигало в ту ночь кроме Мартини.       Почему из всех людей на вечеринке, он выбрал именно этого угрюмого человека со стаканом вонючего виски?       Зачем потащил его в спальню? К слову, туда они так и не добрались, заперевшись в ванной комнате. Как так случилось, что они оказались в одной душевой кабине, распалённые страстью?       Пак отчётливо помнил прохладные капли воды, стекающие по их телам. В памяти сейчас не было подробностей, но одно парнишка запомнил отчётливо: странный, но такой сладкий секс в душе. Чимин до сих пор дрожал, вспоминая то, как Юнги размазывал по его телу сильно пахнущий гель для душа…       Он тогда просто помешался на тех самых глазах цвета тёмного шоколада. Юнги тоже смотрел на него в ответ, правда отрешённо и словно сквозь. Несмотря на это, прикосновения его были чувственными, порой обжигающими, и в то же время, невероятно приятными.       Пак снова вспомнил, как таял, как растекался в чужих руках буквально от минимальных прикосновений. Чимин кончил сначала от нежных ласк, которые дарили ему длинные музыкальные пальцы, а потом и от настойчивых толчков большого члена внутри него. Пьяные рыки, поэтичные комплименты и бесконечные поцелуи…       Потом всё внезапно закончилось…       Парнишка остался один под струями воды. За мужчиной захлопнулась дверь. Пак с болью вспоминал, как провожал взглядом мятный затылок и широкую спину в кожаной куртке. Именно тогда, впервые за много лет, Чимин заплакал. Чтобы заглушить боль, он схватился за бутылку, которую они притащили вместе с Юнги. Руки тряслись, пальцы были мокрыми. Ожидаемо, что стеклянный сосуд выскользнул и рухнул на пол с характерным звуком. Запах виски резко заполнил небольшое пространство ванной комнаты. Чимин покачнулся и подскользнулся на разлитой жидкости. Один острый осколок болезненно врезался тогда в маленькое круглое колено. Пак плакал, смывал кровь, вытаскивая дурацкий кусочек стекла. Однако, хуже ему было всё же от того, что мятноволосый красавчик его так просто покинул после секса. Добравшись домой, Чимин не успокоился. К слову, Мартини вышло из парня той же ночью, вместе с остатками солёных слёз из прекрасных янтарных глаз.       Пак оказался упорным малым. Вместо того, чтобы жалеть себя и жаловаться, он преисполнился решимости найти того самого парня. Мало разыскать, необходимо было сделать его своим. Никогда в жизни Чимин настолько отчётливо не чувствовал «своего» человека. Он был крайне категоричен в своём решении. Парень даже не стал слушать советы близких и любимых друзей. Их слова и абсолютная убеждённость в том, что Мин Юнги — холодный, равнодушный и бесчувственный, прошли мимо ушей Пака. «Бессердечные люди так не целуют и не обнимают» — убеждал себя Чимин, двигаясь как-то вечером по улице после очередной «спасительной» беседы с лучшим другом.       Внезапно Мин почувствовал капли на своей спине. — Малыш, ты плачешь? — испугался мужчина.       Он резко и немного неловко развернулся. Плечо с упором коснулось груди парня, роняя его спиной на матрас. Юнги навис сверху, обнажённый по пояс. Волосы были растрёпаны, а взгляд немного испуганный. — Я знаю, что не тот момент, но… Прости, — Чимин всхлипнул. — Что случилось? — переживал мужчина, рассматривая красивого парня всё также сверху. — Я должен спросить… — Пак говорил шёпотом, смущённо прикрывая половину лица локтем. — Что? Ты меня пугаешь, — сердце Мина набрало быстрый ритм на фоне подобного волнения. — Почему ты ушёл? — задал вопрос в лоб Чимин. — Когда? — опешил Юнги, совершенно не понимая, о чём идёт речь. — Тогда, после секса, — расхрабрился розововолосый. — Аа, ты об этом, — мужчина убрал руку с милого лица своего парня и нежно дотронулся до его щёчки. — Видишь ли, малыш. В тот вечер я был пьян, почти в стельку. Не уверен, что вообще помню тот случай правильно… — в раздумьях почесал затылок Юнги.       Парнишка набрал в лёгкие воздух, собрался с мыслями и, наконец-то, озвучил вопрос, который мучал его уже очень долго и не давал покоя. — Если ты плохо помнишь, но знаешь, что мы были вместе в душе тем вечером… — Пак нервничал, но продолжал. — Тогда почему за всё время, пока мы встречаемся, ты ни разу не занимался со мной сексом после этого? — решил идти до конца Чимин. — Знаешь, я тогда поступил, как настоящий козёл. Почему-то я думал, что ты не готов пока снова подпустить меня близко. Ты мог не простить мне тот уход… — перечислял мужчина напряжённым хриплым голосом. — Мин Юнги, ты дурак, — прошептал Пак и смахнул слезинку.       Изящные ручки сомкнулись на шее любимого в жёсткий замок, а хрупкое тело парня чуть приподнялось, желая касаться его снова и снова. Бесконечно долго. — Чимин, что ты… — кашлянул Юнги, когда почувствовал жар чужого тела и касание бёдер.       Приятный аромат нежного кремового мыла щекотал ноздри и понемногу будоражил рассудок. Мин знал его слишком хорошо. Он не раз, и даже не два, фантазировал о том, как этот вспененный кусочек скользил по изгибам восхитительного тела. — Я так хочу, — младший повис на старшем, прикусывая того за ухо и обжигая шёпотом, тон был довольно требовательным, — теперь я хочу наверстать упущенное время…       Мин наклонился ближе и поцеловал маленькое холодное ушко Пака: — Мы ничего не упустили. У нас его много, очень, — длинные пальцы Юнги скользнули вдоль миниатюрного худенького тела Чимина.       Парнишка громко выдохнул от такого трепетного отношения и снова прогнулся. Конечно, после того случая, он боялся своими прикосновениями навредить, опасался сделать что-то не то. Он слишком ценил эти отношения, чтобы позволить себе ошибиться. Мин искренне не желал терять Пака, а потому лишний раз деликатно избегал неосторожных движений. Внезапно раздался любимый мягкий голос: — Ты можешь выключить голову? Я по глазам вижу, что ты думаешь о наших отношениях, — тепло улыбнулся Чимин. — Всё ты знаешь, — выдохнул Юнги и оставил невесомый ласковый поцелуй на лбу, а затем и на маленьком носике.       Губы мужчины осторожно скользнули ниже по щёчке на длинную изящную шею парня. Жилистые, сильные пальцы продолжали гладить бархатную кожу, источающую аромат душистого мыла. Младший принимал все ласки, подсознательно желая большего. Однако, торопить своего мужчину, казалось ему неправильным.       Они уже встречались и трахались в порыве страсти. В моменте, без лишних знаний друг о друге и обязательств. Сейчас всё иначе, и очень важны ласки и чувства. Не успел Пак подумать о том, что хочет всем телом чувствовать Мина, как рука Юнги скользнула к вороту футболки Чимина, оттягивая его вниз по плечу. Парнишка поднял мягкий взгляд на мужчину и увидел в его глазах нескрываемое желание.       Никакого животного порыва для удовлетворения потребностей, напротив. Глаза цвета тёмного шоколада говорили лишь о желании их обладателя быть рядом, здесь и сейчас. Холодные губы Мина оставляли едва уловимые следы на коже плеча, спускаясь ниже по предплечью Пака. Юнги осторожно приподнял в воздух руку Чимина и мазнул языком по его татуировке над локотком.       Парнишка поёжился, а тело его пробила неконтролируемая дрожь. Сердце сделало сальто и провалилось куда-то вниз. Чувство неизвестности и страха сковали его вдоль всего тела. Пак резко оторвал спину от матраса и сел, уставившись на Мина.       Взгляд Чимина был не то, чтобы требовательным, но прожигающим до костей. Под подобным напором, так или иначе, скрывалась нежность, и Юнги это прекрасно знал. Парнишка снова собрал в кучу все слова, что хотел сказать. — Юни, — ладошка младшего легла на холодную щёку старшего, заправляя за ухо мятный локон.       Мин не отвечал, потому как именно в этот момент он скользил кончиком языка от татуировки локтя до самого запястья. Лёгким, едва уловимым жестом он потянул изящное любимое тело на себя. Юнги трепетно и нежно выцеловывал тонкое запястье Чимина, а вместе с этим играючи рисовал языком ту самую цифру тринадцать прямо поверх его тату.       Парнишка по-прежнему продолжал содрогаться от этого мужчины. Ему безумно нравилось, но не отпускали определённые сомнения. Пак, хотя и не очень хорошо помнил, но сейчас отчётливо осознавал одну простую вещь: что рядом с ним не тот хамоватый Мин Юнги. В ТОТ вечер его профессионально и чувственно трахнули на вечеринке. При этом ещё и подарили удовлетворение со сладким сиропом удовольствия и наслаждения. Человек, который сейчас рядом с Чимином вообще не очень-то разговорчивый. Временами он выглядит, как совершенно отрешённый от мира Мин Юнги. При этом, он оставался любимым сонным котом, который частенько по утрам варил парнишке самый вкусный кофе.       Сейчас младший не сильно желал разбираться, кто есть кто. Он сладко застонал и отдался во власть этого многогранного человека.