Сложные вещи, простые моменты

Утро в тот день не задалось — Ямамото проспал, обнаружил дырку на любимых штанах и, хуже всего, не смог найти очень нужный учебник по алгебре. Ладно, позавтракать не успеет, можно и на перемене перехватить, но этот учебник — ну просто беда и с ним, и с алгеброй, и с геометрией, кстати, тоже. Ямамото тоскливо посмотрел на прислоненную к стене биту и закинул сумку на плечо. С учебником или без, а на контрольную идти надо. Ладно, переписать тест он всегда сможет, тем более дополнительных летних занятий все равно не миновать. Ямамото относился к собственной учебе философски, чем страшно злил Гокудеру, который совершенно не понимал — ну что такого сложного в логарифмах? Мячики палкой отбивать и то, наверное, труднее. — Пап, я пошел! Отец уже вернулся с рыбного рынка и завтракал на кухне. Надо будет после тренировки помочь в ресторане и Гокудеру с собой взять, пусть сидит, ест суши и ворчит. С Гокудерой на самом деле весело, он ведется на дразнилки и на «слабо», как маленький. А если Цуна согласится прийти, будет совсем хорошо. — Па-ап! — Слышу. Давай, не опаздывай. Отец у него… Ну, самый лучший у него отец, и не хочется, чтобы он расстраивался из-за школы. Проклятый учебник. А на улице — солнце и ветер. Ямамото широко шагал по тротуару, почти переходя на бег, всматриваясь в фигуры школьников впереди. Цуна с Гокудерой уже наверняка были в классе — Гокудера увлеченно объяснял Десятому особенности решения каких-нибудь заумных уравнений, а Цуна сидел, страдая от радостного «это же совсем просто, Десятый!». Ямамото вздохнул и сразу улыбнулся — все ерунда, зато после алгебры они втроем устроятся где-нибудь под деревьями на школьном дворе. Цуна обязательно угостит их с Гокудерой завтраком — его мама вкусно готовит и много, на всех хватает. Тут же на крыше объявится Хибари, сурово посмотрит в их сторону, Цуна поперхнется, а Гокудера бросится стучать его по спине и… — Да стой же! — Гокудера несильно стукнул его по плечу, заставляя обернуться. — Разбегался, спортсмен. «Спортсмен» в словаре Гокудеры к комплиментам не приравнивался. — Гокудера! — Чего «Гокудера»? Я ору как ненормальный, а он не слышит! — Да я задумался просто… — Ты? Задумался? Чем? — Гокудера раздраженно щелкнул зажигалкой, закуривая. — Я думал, ты мозги еще в детстве мячиком отбил. Ямамото расхохотался. — Контрольная же. — Ты готов? — Гокудера вроде даже удивился. — Не-а, — Ямамото пожал плечами. — Я вообще учебник потерял. — Придурок. Впереди уже виднелись школьные ворота — бетонные столбы подпирали, лениво рассматривая припозднившихся учеников, типы из «Дисциплинарного комитета». Гокудера выбросил окурок, причем попал точно в урну, даже не целясь. — Я с Десятым вчера занимался, чего не пришел? — Тренировка же, — Ямамото с удовольствием бы посидел с друзьями, но скоро соревнования, да и бейсбол гораздо интереснее алгебры. — Кстати, зайдете за мной после сегодняшней? Вы же с Цуной сегодня все равно не торопитесь, потом можно сходить поиграть в автоматы. — Лучше б ты уроки учил, — ворчливо сказал Гокудера, бросая недовольный взгляд на ухмыльнувшегося при виде них «дисциплинарника». — Зайдем. — Отлично. Вот на контрольной ничего «отличного» не было, скорее, наоборот. Ямамото едва дождался перемены, с облегчением положил тест на стол учителя и первым вышел из класса. Когда в коридоре появились Гокудера с Цуной, он уже успел пообщаться с парнями из параллельного класса, поздороваться с парой десятков человек, да еще и Нами-тян улыбнуться. Симпатичная девчонка, на год младше и ходит на все игры бейсбольной команды. — Ну как? — Цуна с облегчением потянулся и оглянулся на Нами, которая как раз шептала что-то подружке. Вполне, кстати, миленькой. — Нормально. — Наугад ответы ставил? — Гокудера тоже уставился на девчонок, без особого, правда, интереса. — Ну, вроде того. Парочку примеров Ямамото решил и задачу, наверное. Может, все еще не так плохо, как он думал. — Я последние три наугад, — Цуна вздохнул. — Совсем не успевал, да там еще и такое… — Десятый! — Вот теперь Гокудера выглядел искренне расстроенным. Сейчас будет бить себя кулаком в грудь и винить во всех грехах сразу. А Ямамото страшно хотелось есть. — Давайте на крышу, а? Цуна, угостишь меня сэндвичем? — Чего ты еду клянчишь? Десятый!.. — Конечно, Ямамото! Гокудера-кун, мама и тебе положила. Сэндвичи были вкусными. Цуна рассказывал о новых «тренировках», придуманных Реборном: малышу пришло в голову заставить подопечного учить историю Вонголы, причем в таких подробностях, от которых несчастный Цуна хватался за голову. Цуна вообще с датами не дружил. — Десятый, я же могу вам помочь! Там все просто, я вам генеалогическое древо нарисую. — Какое-какое дерево? — Ямамото не расслышал и тут же получил тетрадкой по лбу. Не больно, конечно, но Гокудера в последнее время что-то сильно нервным стал. — Генеалогическое, чтоб тебя! — Да ладно, понял. — Не ругайтесь, а? — Цуна умоляюще посмотрел на недовольного Гокудеру. — И так день ужасный. — Извини, Десятый. Кажется, Гокудере действительно было стыдно. Он все время такой: напряженный, постоянно на взводе, колючий как еж. Руки в карманах, спину сутулит и сигареты эти… Только сейчас стало хуже, и Ямамото не понимал, почему. Они сидели на крыше до самого звонка и на урок опоздали. Хотя ерунда это, конечно. Ямамото думал о другом — Гокудере плохо. Целый день думал, даже на тренировке, после которой они с ним договорились встретиться. Гокудера его терпеливо ждал и снова курил — возле раздевалки бейсбольной команды! Это было ого-го какое нарушение, да и парни косо смотрели. Совсем никуда не годится. — Эй, Гокудера! — Пришлось выскочить чуть ли не в одних трусах, даже не вытеревшись толком после душа. — Хочешь курить — давай к трибунам. А лучше выбрось эти свои сигареты. — Иди ты знаешь куда? — Гокудера мрачно глянул на друга, но сигарету затушил. — Не злись, а? В полуоткрытую дверь Ямамото видел, как Гокудера со скучающим видом рассматривает стадион, клумбу около главного входа и проходящих мимо школьников. Жаль, Цуна опять ушел с Реборном, давно они втроем никуда не выбирались просто так, развлечься и расслабиться. Ямамото натянул футболку и фыркнул — волосы были еще мокрыми, на нос капнула вода. — Пока, тренер! — До завтра! Ямамото махнул остававшимся в раздевалке ребятам и пошел к выходу. Гокудера как раз, прищурившись, наблюдал за отрабатывающим подачу Морикавой — тот умудрился завалить тренировку, теперь все никак не мог успокоиться. Переодевался, уже куртку стянул, а потом схватил биту и опять побежал на поле. Надо будет его подбодрить как-то, совсем же парень сдуется. Покраснел, спина от пота блестит, а биту стиснул так, будто голову чью-то проломить хочет. — Я готов. Гокудера вздрогнул, резко отвел взгляд от Морикавы и посмотрел чуть ли не испуганно. — Пошли? — Ага. Гокудера подхватил брошенную на дорожку сумку и быстро зашагал вперед, Ямамото даже пришлось его догонять. — Ты чего такой? Расстроился, что Цуны не будет? — Нормальный я, чего ты привязался? — Гокудера мотнул головой и еще прибавил шагу. — Да ладно. Хочешь, пойдем к нему вместо игровых автоматов? — Он с Реборном занимается, какого хрена мешать? — Ну, мы же на минутку. Если что, сразу уйдем. Гокудера подумал и пожал плечами: — Ну, давай. На минуточку. — А потом можно ко мне, в ресторан. Я отцу хотел помочь, и ты заодно перекусишь. — Я, тебе что, сам пожрать не могу? Ямамото закатил глаза и закусил губу, стараясь не улыбаться. Иногда он сам себе удивлялся — и как у него хватало терпения на Гокудеру с его характером? Другого бы давно послал куда подальше, а на него обижаться и злиться не получалось. Ну, почти не получалось. — Давай тогда к Цуне, потом ко мне — Ури покормить надо — а потом к тебе. — Отлично. По дороге еще можно за мороженым зайти. Жарко. — Жарко. Но сначала к Десятому, может, он тоже мороженого захочет. Цуна мороженого не хотел. Он хотел сбежать от Реборна и никогда его больше не видеть — по крайней мере, так он сказал друзьям и мрачно уставился в огромный том на итальянском. Итальянский они изучали на пару с Ямамото. Язык обоим нравился, учить его — не очень. Хотя с Гокудерой это было легче и веселее, да и словарный запас пополнялся такими словечками и выражениями, которые в словарях не найдешь. — Десятый, я помогу! — Ты же за меня не выучишь, — Цуна вздохнул. — Я бы лучше с вами… — Можно сбежать, — предложил Ямамото и обернулся, почти всерьез ожидая увидеть Реборна с пистолетом за спиной. — Нельзя, — Цуна тоже испуганно огляделся. — Я не хочу ночью наматывать круги вокруг квартала. — Вместе бы наматывали. — Гокудера улыбнулся. — Хочешь, мы с тобой просто посидим? — Не, не стоит. Лучше вечером созвонимся. — Ага, — Ямамото поднялся с пола — они втроем сидели за низким столиком, заваленном тетрадками, поверх которых лежала та самая книга. Рядом стояли стаканы с соком — Цуна притащил с кухни. — Пойдем, Гокудера? — Десятый, я точно не могу помочь? Цуна только вздохнул. — Десятый, а… Ямамото сунул Гокудере стакан, заставляя замолчать: — Цуна, я тогда позвоню. — Да, буду ждать… Гокудера?! — Гокудера! Стакан выпал из разжавшихся пальцев, а Гокудера медленно осел на пол — Ямамото успел подхватить его под мышки, удерживая от падения. На ковре темнело пятно от пролитого сока. Сока?