Воин и дева

-Милорд, что делать с этими? — молодой солдат пренебрежительно махнул рукой в сторону трех женщин, измученных долгими издевательствами воинов армии Орнайского княжества. -Отведи их к Гибсу, пусть он посмотрит, а потом решим, — темноволосый офицер таким же пренебрежительным жестом махнул в сторону белой палатки на самом краю лагеря, он даже не стал отрывать свой взгляд от карты, котрую перед ним держал молодой адъютант.       Эллисон было 19 лет когда Орнайский князь решил напасть на территорию северных земель Иларской Империи. И вот уже второй год север переходил от орнайцев к иларцам и наоборот. Самим жителям севера хотелось лишь одного — что бы их оставили в покое и они могли жить не боясь наступления армий.       Орнайцы сожгли родную деревню Эллисон пару месяцев назад, и её, дочь знахарки забрали с собой, как и ещё пятерых девушек — двух дочерей плотника Миру и Рэйну, сироту Лару, пятнадцатилетнюю Ирэн и дочь старосты Лауру. Миру и Рэйну орнайцы отправили в другой лагерь, Лаура полюбилась одному из их офицеров, и он отправил её на территорию княжества, а Эллисон с Ирэн и Ларой стали постельными подстилками солдат. Элли заставляли врачевать раны и ухаживать за ранеными солдатами, которые ещё вчера могли потушить об неё сигарету. Если кто-то из них погибал, то ей давали пятьдесят кнутов по спине или же просто избивали. Ирэн помогала сердобольному повару, который всячески её защищал от посягательств, но он был не всесильным. Ирэн хотя бы не били. Хуже всех было Ларе. Однажды ночью она попыталась сбежать и тем самым подписала себе приговор, её перестали считать за человека и если Элли избивали, то над Ларой издевались.       Спустя два месяца плена у Эллисон была лишь одна мечта — умереть.       Во время отхода армии, отряд, в котором она с девочками находилась, был почти полностью уничтожен. Элли думала, что погибнет во время нападения иларцев, но видимо у богов были на неё другие планы. И вот они попали вновь в плен, но уже к «своим», смотреть что из этого выйдет ни у нее, ни у её «подруг по несчастью» не было ни сил ни желания. Тем более быстро стало понятно, что жалости или помощи от них не дождешься.       Солдат, который спрашивал у офицера что с ними делать, довел их до той самой палатки. Гибс оказался лекарем и особого воодушевления при виде трех грязных девок не испытал. -Это что? — брезгливо уточнил лекарь, не поднимаясь со своей раскладушки, видимо собирался спать. Он посмотрел на Ирэн, которая без остановки рыдала, после того как увидела труп того самого повара. И ленивым взглядом обвел остальных. -Милорд сказал отвести к вам, что бы вы посмотрели. Они были с отрядом, который мы разбили сегодня. Выглядят как северянки, видимо пленные, — солдат обладал довольно высоким голосом, похожим на женский и, если бы у Эллисон были силы, она бы даже усмехнулась тому, как пискляво, с почти истеричными нотками он это сказал. -И что мне смотреть? Зафиксировать синяки? Или проверить их девственность? Что за бред? — складывалось ощущение что Гибс насмехается над молодым солдатом. Он заложил обе руки себе за голову и всем видом показывал, что ничего делать не собирается. -Ваше Высокоблагородие, мне сказали, я сделал, можете сами переговорить с Генералом, — чувствовалось, что солдат боится гнева того человека, которого Эллисон приняла в начале за офицера. Хм, генерал, странно. Выглядел он довольно молодо. Видимо маг, они стареют медленнее обычных людей.       Лекарь полежал ещё пару секунд, посмотрел на солдата, закатил глаза и все-таки встал. -Ладно, иди, скажи, что я их осмотрю, — солдат кивнул головой, щёлкнул шпорами и быстро вышел из палатки, — Так, ну рассказывайте, сколько лет, откуда, что с вами тут делали?       Элли, Лара и Ирэн переглянулись, решая кто из них заговорит. Как всегда втроем они сошлись на Элле. -Меня зовут Эллисон Крон, мне 21 год, это Ирэн Талер ей 15 и Лара…- она помолчала, вспоминая фамилию Лары, но так и не вспомнила, — просто Лара, ей 20. Мы все трое с деревни Йерга, попали в плен два месяца назад. -Йерг перешёл орнайцам три месяца назад. — Значит в плену мы три месяца, — Элли наблюдала за Гибсом, на вид ему было лет 35, хотя скорее всего он был магом и на самом деле ему могло быть лет 50. Он был блондином с короткими волосами, лицом был не красив, но и не урод, всё портил его слишком высокий лоб. Он больше походил на моль, потому что был бледным, а на лице лишь выделялись ярко голубые глаза, ресницы и брови были белыми.       Кивнув ей, он подошел к одному из сундуков и начал в нем рыться. Палатка не была обставлена дорого и не выглядела как лазарет или лекарский пункт. Скорее она походила на одну из обычных палаток, но статус владельца выдавали огромное количество сундуков, из которых виднелись различные склянки. Гибс резко оторвался от сундука и вытянулся во весь рост. -Это всё? Что с вами делали? Ты можешь не отвечать я и так всё вижу, — сказал он кивнув в сторону Лары, — Как тебя? Просто Лара? -Да, милорд, — прошелестела она в ответ. Раньше Лара была неунывающей и бойкой девушкой, но эти три месяца убили в ней абсолютно всё из прошлой жизни. Даже голос, который всегда отличался своей громкостью, стал тише шелеста листвы. Гибс посмотрел на неё с жалостью и кивнул головой. -Так, вас троих насиловали? — они лишь синхронно кивнули, — Что? И эту? — у него взметнулись брови, когда он посмотрел на Ирэн, — Она выглядит лет на 12. Ох, мы воюем с настоящими ублюдками, -пробубнил он, потирая лоб тремя пальцами и морщась от каких-то своих мыслей.       Он вновь склонился над сундуком и порывшись там, достал несколько бутыльков, после этого он резким движением закрыл сундук и от хлопка Лара вздрогнула. Гибс снова посмотрел с жалостью, прошел к небольшому столику, стоявшему рядом с его раскладушкой, и взял с него небольшой моток белого холста. -Так, осматривать я вас не буду, вот вам спирт и тряпки. Разорвете, что б каждой хватило, — с этими словами он протянул Элле самый большой из бутыльков и моток, — Вот это каждая из вас выпьет завтра с утра, сомневаюсь что хоть одна из вас хочет родить от тех ублюдков которые вас держали. Спиртом протрете все, где есть кровь, это понятно? — он протянул три маленькие склянки Ирэн.       Они кивнули в ответ. Он вновь обвел их взглядом. -Если есть серьезные травмы или что-то болит, скажите или сейчас или потом. Здесь вы не пленницы и не рабыни. Скорее всего мы довезем вас до города и там отдадим на переброс в столицу. В столице о вас позаботятся специальные люди. Соберётесь совершать самоубийство — приходите ко мне, дам настойку. Нам тут крови и боли и так достаточно. Все поняли? — он говорил это звонким, но спокойным голосом и складывалось впечатление что ничего он не даст, а будет отговаривать. Выглядел он довольно добродушно, к сожалению, Элли уже давно не верила такой добродушности. Но Ирэн видимо это помогло, она перестала всхлипывать. И на том спасибо.       Гибс вышел из палатки и почти тут же вернулся с тем самым темноволосым генералом. Он пристально посмотрел на девушек, и когда их с Эллисон взгляды встретились его глаза немного расширились и в них она увидела удивление. Она узнала его, а он узнал её.