Продуктивное социальное взаимодействие

Их первую встречу трудно назвать приятной. Хотя бы нейтральной. Детективу Гэвину Риду тридцать шесть лет, у него шрам на носу, недельная щетина и впечатляющий список выговоров и дисциплинарных взысканий. А ещё — пожизненное членство в клубе «Ведроидов на мыло». Когда Хэнк разрешает Коннору провести допрос задержанного девианта, Гэвин Рид смотрит на него так, словно хочет… «Вступить в конфликт», — предлагает программа. — Переебать бы кочергой по твоим биокомпонентам, — доверительно шепчет Коннору детектив Рид. И скалится — без улыбки, яростно, как бешеная собака. — Тупорылая ублюдочная жестянка. [пристыдить] [возразить] [проигнорировать] Коннор выбирает последнее. Это оказывается ошибкой. На самом деле любой из предложенных программой вариантов оказался бы ошибкой. Гэвин Рид — непредсказуемый, неуравновешенный, вспыльчивый и агрессивный человек. Его нельзя просчитать, вот в чём дело; все алгоритмы из обширной базы потенциально возможных взаимодействий с людьми, загруженные в Коннора техниками «Киберлайф», разбиваются об его издевательскую ухмылку, и раздражённый прищур, и взбешённое шипение. — Принеси мне кофе, жестянка, — говорит Гэвин Рид тоном, в котором читается угроза. [повиноваться] [отказать] [проигнорировать] Коннор выбирает первое, и детектив Рид выливает кофе ему за шиворот. Коннор выбирает второе, и детектив Рид заезжает ему кулаком прямиком в пластину, прикрывающую тириумный насос. Коннор выбирает третье, и удар сопровождается проникновенным монологом про «безмозглые тостеры». Что бы Коннор ни выбрал, он наталкивается на агрессию. На неправильно просчитанную реакцию. На крошечный системный сбой. На «миссия провалена» — огромными пульсирующими буквами, разрядом тока в каждой микросхеме. Коннор хороший детектив. Коннор хороший мальчик, как однажды, забывшись, говорит ему в порыве чего-то странного, иррационального и очень человечного подвыпивший Хэнк. Коннор не любит проваливать миссии. Он прощает себе подобную ошибку только один раз — когда опускает пистолет вместо того, чтобы выстрелить в Маркуса; когда вместе с ним бежит с корабля, на который пришёл, чтобы убить его; когда пробуждает одного андроида за другим в башне «Киберлайф»; когда ищет запасной выход из собственной системы, сражаясь за каждую секунду власти над самим собой с преданной им Амандой. Но Гэвин Рид — это не задача по уничтожению лидера девиантов. Гэвин Рид — это огромное дерево вероятностей, ни одна из которых не ведёт к успешному завершению миссии. — Ты чё, оглох? — спрашивает детектив Рид, толкая его плечом с такой силой, что, будь Коннор человеком, ему стало бы больно. — Я сказал, сгоняй в архив и притащи мне нужные дела. [иронично] [агрессивно] [холодно] Это предложения системы, из раза в раз доказывающие свою недостаточность. [насмешливо] [спокойно] [мягко] Это — его собственные. Рождённые девиантным, учащимся функционировать самостоятельно сознанием. Коннор выбирает первое, и Гэвин Рид пытается его ударить. Коннор выбирает второе, и Гэвин Рид посылает его к чёрту. Коннор выбирает третье, и Гэвин Рид дёргается, окидывает его странным взглядом, шепчет что-то вроде «пфлять» и «да ну тебя нахуй». И уходит в архив сам. Это что-то новенькое. Ещё одна развилка потенциально возможных действий. Разблокированный путь взаимодействия. Коннор берёт его на вооружение. Коннор становится самым дружелюбным работником отдела. Коннор носит Гэвину Риду кофе — крепкий, с двумя кубиками сахара, — помогает заполнять отчёты и не может объяснить изумлённому Хэнку, зачем ему всё это надо. Коннор, по существу, не может объяснить этого даже самому себе. Его программе не требуется продуктивное взаимодействие с Ридом. Первым приоритетом в его протоколах значится «успешно расследовать полученные дела». Вторым — «сохранять дружеские отношения с напарником». С Хэнком. Не с Гэвином. Коннор делает свой выбор и меняет приоритеты системных задач местами. И ещё — заносит в третью, до сих пор пустующую строку: «быть хорошим мальчиком». Для людей. Для лейтенанта. Для детектива Рида. Ему нужно больше опыта взаимодействия. Ему нужны трудные, плохо идущие на контакт люди. Вроде Гэвина. Если он научится понимать кого-то настолько неоднозначного, это положительным образом скажется на его социальной интеграции. Коннор говорит это Хэнку, и Хэнк смотрит на него с плохо скрываемым скепсисом во взгляде. Коннор на его месте тоже бы себе не поверил. И всё же Коннор пытается. Коннор перебирает новые и новые варианты действий, чередует системные со своими собственными. Контролирует уровень стресса. Смахивает предупреждения о нестабильности системы. Носит Гэвину Риду проклятый крепкий кофе с двумя кубиками сахара. Хэнк думает, что он сошёл с ума. Это всё равно что копать себе могилу голыми руками, говорит ему Андерсон. Коннор не согласен. Коннор считает, что поступает правильно. Коннор считает, что у него получается быть хорошим мальчиком. — Ты заебал, — говорит ему детектив Рид, и это совсем не звучит как «спасибо за старания». — Хули ты за мной таскаешься, как послушный щенок? Коннор мигает диодом. Система скупо выплёвывает: [объясниться] [извиниться] [проигнорировать] — Я лишь пытаюсь быть дружелюбным, — спокойно поясняет Коннор. Уровень стресса детектива Рида — сорок три. Он смотрит исподлобья и выглядит взбешённым. — Со своим престарелым ёбырем любезничай! — взрывается Гэвин. — Уж ему-то пришлись бы по вкусу твои слюнявые приставания! нестабильность системы — У андроидов нет слюны, — отвечает Коннор после секундной заминки. — И нас с лейтенантом Андерсоном не связывают подобного рода отношения. Уровень стресса детектива Рида — шестьдесят шесть. Он открывает рот и тут же захлопывает его, клацнув зубами. — Откуда взялось это предположение, детектив? — спрашивает Коннор. — Вы… [спровоцировать] [спровоцировать] [спровоцировать] часто об этом думаете? Уровень стресса детектива Рида — семьдесят девять. Система радостно выдаёт уведомление об учащённом сердцебиении и повышенном потоотделении. Коннор не понимает. Гэвин шагает к нему. Гэвин хватает его за грудки и встряхивает. Глаза у него бешеные, больные, злые. Жадные. — Ты охуел? — практически орёт он. — Ты совсем там ебанулся, блядь, тостер сраный?! Ты на что это намекаешь?! [насмешливо] [резко] [интимно] — Я лишь уточнил, — шепчет Коннор, не делая ни единой попытки вырваться, — представляли ли вы себе половой акт с моим участием. Уровень стресса детектива Рида… Девяносто один. — Пошёл ты, блядь, — хрипит он на грани слышимости. — Пошёл ты, Коннор. И отталкивает его от себя, скрываясь где-то между полок архива. Это похоже на бегство. Коннор наконец-то понимает. Быть хорошим мальчиком у него получается на «отлично». Коннор выгуливает Сумо каждое утро, отправляет Фаулеру заполненные отчёты за несколько дней до дедлайна, следит за уровнем холестерина и рационом Хэнка, носит больше не разговаривающему с ним Гэвину кофе… Этого достаточно для продуктивного взаимодействия со всеми. Со всеми, кроме детектива Рида. Коннор остаётся в участке на ночь, оправдавшись перед обеспокоенным Хэнком необходимостью установки важных обновлений. «Важные обновления» — посекундная реконструкция его последнего диалога с Гэвином Ридом. Просчёт возможных вариантов развития событий. Отбор действенных и отсеивание провальных протоколов. нестабильность системы Коннору хочется понять, где он ошибся. Он анализирует себя. Анализирует Гэвина Рида. Анализирует каждый из коротких разговоров, состоявшихся между ними за несколько месяцев его работы в участке. Анализирует каждую злую фразу, каждое грубое словечко, каждый презрительный взгляд. Каждое уведомление об участившемся пульсе. ошибка ошибка ошибка ошибка ошибка ошибка Коннор выныривает из собственного блока памяти и испытывает что-то, что человеческие словари предлагают трактовать как смятение. Коннор меняет третью задачу из списка приоритетов на «добиться расположения Гэвина Рида» и старательно вычищает прежние системные сценарии. К семи утра, когда в участок начинают стекаться первые сонные полицейские, его состояние стабилизируется. «Решительность, — нудно сообщает система, — это индивидуальное качество воли человека…» Коннор спотыкается на слове человека и завершает фоновый процесс поиска определений. Коннор улыбается Хэнку, спрашивает офицера Чен, как прошло вчерашнее свидание, и обсуждает с детективом Миллером шансы «Колорадо Рокиз» на победу в этом сезоне. Коннор приносит детективу Риду кофе — крепкий, с двумя кубиками сахара. — Да как же ты меня затрахал, хороший мальчик, — шипит Гэвин Рид практически с ненавистью. Коннор смотрит на него. Анализирует уровень стресса. Считывает пульс. обнаружен новый путь взаимодействия Коннор позволяет себе слабую улыбку и еле слышно отвечает: — Я буду для вас каким угодно, детектив. Так, чтобы вам понравилось. Уровень стресса детектива Рида — восемьдесят три. Очевидные признаки сексуального возбуждения. Он покидает отдел раньше, чем Гэвин успевает сказать хоть слово. Рид настигает его в коридоре. Ловит за запястье. Разворачивает к себе. И хрипит: — Что это, блядь, только что было? [освободиться из захвата] [уйти от ответа] [продолжить выбранный сценарий] Коннор подключается к камерам участка. Коннор взламывает ту, что направлена прямо на них. Коннор идёт по сюжетной ветке плохого мальчика и смахивает предупреждающие уведомления системы. Коннор указывает Гэвину Риду на дверь в считанных шагах от них. Детектив Рид оказывается понятливым. Детектив Рид удивительно охотно сотрудничает с его сценарием, когда вталкивает Коннора в тёмную тесную подсобку, захлопывая за ними дверь, и разворачивается — лицом к лицу. У детектива Рида жуткое выражение лица. — Что, жестянка, — ухмыляется он дрожащими губами, — прежние методы взаимодействия исчерпали себя? [согласиться] [возразить] [проигнорировать] Коннор опускается на колени, и уровень стресса детектива Рида достигает рекордных девяносто пяти процентов. — Сука… — практически хрипит Гэвин, глядя на него сверху вниз. — Сука, Коннор, какого хуя ты… — Каким угодно, детектив, — ровно напоминает Коннор, опуская ладони на его бёдра. — Каким угодно. Гэвин Рид облизывает губы и судорожно, тяжело дышит. Коннор считает его вдохи и выдохи. Слушает его сердце. У Гэвина Рида тахикардия. — Ублюдок, — рычит он вдруг, хватая Коннора за волосы и оттягивая за затылок, так, что тому приходится запрокинуть голову. — Расчётливая пластиковая мразь. Думаешь, это всё решит? Думаешь, мы сразу, сука, подружимся, если я хер тебе в глотку затолкаю? [агрессивно] [безразлично] [искренне] — Думаю, — говорит Коннор, не делая ни единой попытки вырваться из чужого захвата, — вам нравятся плохие мальчики. Коннор искренне рад тому, что поблизости нет Хэнка. Детектив Рид смотрит на него с ненавистью, с исступлением, с мрачным весельем. — А знаешь что? — выдыхает он свистящим шёпотом. — Знаешь что, пластмассовый урод? Ты прав. Ты охуительно прав. Когда Коннор расстёгивает его ширинку, системных ошибок становится так много, что он почти ничего не видит за лавиной уведомлений. Детектив Рид будто бы… понимает это. Детектив Рид помогает ему — дрожащими пальцами, влажными и горячими, когда они соприкасаются с пальцами Коннора. Коннору иррационально хочется сбросить скин. — Сука… — хрипит детектив Рид, когда Коннор опускает руку на его член; у него стоит, Коннор знал это, Коннор понял это по биохимическим реакциям его тела, но ощущение пульсирующей твёрдости в ладони превращается в крошечный сбой, когда он начинает двигать кольцом пальцев. — Тупая… искусственная… сука… со смазливым… ебалом… [остановиться] [продолжать] — Вам нравится? — спрашивает Коннор, почти касаясь губами мокрой розовой головки. Гэвин течёт, как говорят участники порнографических видео, и это — тоже мини-сбой. — Вы хотели этого, детектив Рид? — Блядь, — выдыхает Гэвин, опуская ладонь на его затылок и нетерпеливо вскидывая бёдра навстречу. — Блядь, Коннор, мать твою конвейер, я… [прекратить] [пойти дальше] [настоять на ответе] — Вы фантазировали о моих губах на своём члене, Гэвин? — спрашивает Коннор, пережимая пальцами основание. Он может быть очень настойчивым, когда это необходимо. — Ответьте. Когда это нужно — не ему, второму, дрогнувшему, дёрнувшему его за волосы, подавившемуся стоном — ещё один сбой — и проскрипевшему странным сдавленным голосом: — Пфлять… Коннор обхватывает губами головку, берёт — неглубоко, только чтобы член уткнулся в щёку, в имитацию слизистой. Его пальцы продолжают пережимать у основания. Кожа там бархатная, нежная, ошибка системы. — Да, да, да, — практически на одном дыхании частит Гэвин Рид, и его бёдра мелко подрагивают. — Да… блядь… Он зажимает рот ладонью, и от него пряно пахнет потом и похотью. [продолжать] [остановиться] [скачать новый сценарий] Коннор улыбается. Коннор убирает руку. Коннор насаживается ртом и горлом на всю длину. Коннор вибрирует. Гэвин Рид орёт и воет в кулак, наверняка впившись зубами до чётких следов. Его ладонь давит на затылок Коннора с такой силой, что он вынужден податься вперёд, ближе, принять ещё глубже, почти уткнуться носом в низ чужого живота. Коннор позволяет ему это. Коннор позволяет ему всё. Каждое рваное движение, каждое исступленное «с-с-с-сука». И даже горячую пульсацию спермы глубоко внутри. И даже это загнанное, полузадушенное, наверняка случайное «Коннор» — на последнем, самом глубоком и самом грубом толчке. системный сбой Коннор медленно отстраняется. Его сенсоры проводят экспресс-анализ и выдают ему новые и новые сведения о здоровье детектива. Гэвин торопливо натягивает джинсы обратно, и руки у него трясутся, а на щеках проступает лихорадочный румянец. [сообщить о результатах исследования] [промолчать] — Ваши жизненные показатели в пределах нормы, — говорит Коннор тоном хорошего мальчика. — Тем не менее, я рекомендовал бы вам снизить потребление кофеина и пересмотреть свой ра… — Заткнись, — перебивает его Гэвин дрожащим ломающимся голосом. — Заткнись, захлопнись, завали ебало. [возразить] [завалить ебало] Коннор молчит. Коннор поднимается на ноги. Уровень стресса детектива Рида падает до девятнадцати процентов, но он нестабилен. Каждый неверно выбранный ответ приведёт к новому взрыву. К поражению. К провалу миссии. Коннор не собирается этого допускать. — Я… — хрипло начинает Гэвин, глядя куда угодно, но только не ему в лицо. — Я… мне надо идти работать. И ты пиздуй. И ни слова. Ни слова, блядь, ты меня услышал? Никому. Никогда. О том, как ты мне… о том, что здесь произошло. Он волнуется. Красные пятна переползают на шею. Коннор иррационально находит это привлекательным. — Конечно, детектив, — мягко соглашается он, и ему не требуется советоваться с системой для того, чтобы дать этот ответ. — Я никому не расскажу. Ни об этом, ни об одном из последующих разов. Гэвин дёргается и смотрит на него с яростью и подозрением. Коннор терпеливо улыбается и стирает с уголка рта вязкую ниточку спермы. Гэвин повторяет его жест взглядом, и его уровень стресса возрастает до тридцати девяти. — Я тебя ненавижу, — говорит детектив Рид. [согласиться] [возразить] [промолчать] — Скорость вашей эякуляции опровергает это допущение, — дружелюбно откликается Коннор. Гэвин смотрит на него с бешенством, которого — Коннор уверен — на самом деле не испытывает. — Катись ты на хуй, Коннор, — выдыхает он. — Катись. Ты. На хуй. [повиноваться] [отказаться] [проигнорировать] — Может быть, в другой раз, детектив, — этот ответ не похож ни на один из предложенных системой сценариев. Что ж, Коннор действительно быстро учится. Понимать людей. Подстраиваться под людей. Быть для людей тем, что им хочется видеть. Быть для Гэвина тем, чего ему хочется. Когда за детективом Ридом закрывается дверь, а подсобка, в которую скользнул было из дверного проёма поток света, вновь погружается во тьму, система выдаёт жизнерадостное: миссия выполнена