When I fall//Когда я упаду

Когда он открыл глаза, то почувствовал странное ощущение на своей коже. Как будто он был другим человеком. Как будто он выпил какое-то гребаное оборотное зелье. Его зрение было затуманено, и он несколько раз потер глаза, прежде чем смог ясно видеть. Он думал, что видит сон. Он думал, что ему снится чертов кошмар. Над ним склонилась Гермиона Грейнджер с горестным выражением лица. Казалось, она вот-вот расплачется. — Что ты здесь делаешь? — спросил он и понял, что на его лице застыло удивление. Но удивление не в самом хорошем смысле этого слова. Прежде чем он успел оглянуться, она обняла его. — О, Драко. Он почувствовал, как ее тело задрожало, и не прошло и нескольких секунд, как он оттолкнул ее. — Какого черта ты делаешь? Она смотрела на него глазами, полными ужаса. — Драко? — И с каких это пор такая уверенность? Где я? Она дважды открыла рот, прежде чем заговорить. — В Святом Мунго. С тобой произошел несчастный случай. Разве ты не помнишь? Несчастный случай? Последнее, что он помнил, был его кабинет. Он спокойно пил кофе в своем кабинете. — Я ни черта не помню, Грейнджер, — она вздохнула от резкости его слов. — Ты хотя бы предупредила кого-нибудь? Мою мать, например? Грейнджер в ужасе поднесла руку ко рту. — Да, она уже в пути. Она была первой, кому я сообщила, — выражение ее лица стало пустым. — Я позову целителя, — пробормотала она, поправляя шарф на шее. Он бросил на нее яростный взгляд, когда она выходила из больничной палаты. Драко прохрустел шеей и огляделся. Его палочки нигде не было. Не успел он даже подумать о том, чтобы встать с кровати, как к нему подбежал целитель с Грейнджер по пятам, с зажатой в руках медицинской картой. — Отлично, — прошипел он сквозь стиснутые зубы. — Мистер Малфой, — мягко начал целитель. — Я задам вам несколько простых вопросов, чтобы оценить серьезность вашей ситуации. Драко закатил глаза. — Кажется, у меня ничего не сломано, ничего не болит, нет видимых ран… — Вы выпили особенно сильное зелье забвения, мистер Малфой, — прервал его целитель. — Судя по анализу крови, оно было приготовлено из ингредиентов, запрещенных в настоящее время в мире волшебников. Департамент авроров проводит расследование… — Я состою в Департаменте авроров, — объяснил Драко. Он был аврором уже три, почти четыре года. Целитель секунду наблюдал за ним, а затем что-то написал в его карте. Драко посмотрел на Грейнджер, стоявшую рядом с целителем. Почему она еще не ушла? — Вы можете сказать мне, какой сегодня день? Драко фыркнул. — Серьезно? Это то, что Вы должны записать на бумажке? Грейнджер перекатилась с ноги на ногу. Драко не сводил глаз с целителя, который ничего не говорил, действительно ожидая, что он ответит на этот идиотский вопрос. — 30 апреля 2003 года, — сказал он, а затем резко выдохнул. — Вы уже сказали мне, что вы аврор, — прочистил горло целитель. — Может быть, Вы хотите упомянуть кого-нибудь из коллег? — Поттер. Гарри Поттер — мой напарник. — Очень хорошо, мистер Малфой, — и он снова черкнул. — Давайте перейдем к вашим личным отношениям. Грейнджер выдохнула и села на кровать рядом с ним. Он действительно хотел, чтобы она ушла. Почему он должен был говорить об этом с ней здесь? Он нервно почесал затылок. — Например, Ваши родители, — продолжил он. Драко сжал кулаки. — С матерью у меня так называемые гражданские отношения. С отцом… — он прервался и окинул взглядом комнату. — Мы давно не разговаривали друг с другом. Целитель взмахнул своим пером. — Могу я спросить, почему? Конечно, он мог спросить его, разве не для этого он был здесь? Задавать идиотские вопросы? Чтобы оценить, насколько искалечен его разум после того, как он проглотил жалкое зелье забвения? Зелье, которое первокурсники выучили в Хогвартсе? — Кто дал мне зелье? — Драко посмотрел на Грейнджер. Если она была здесь, то, скорее всего, она и была виновницей. — Сначала ответьте на вопрос, а потом я Вам все расскажу, мистер Малфой. Черт. Конечно, он бы ответил на этот гребаный вопрос. Он не разговаривал со своим отцом, потому что… Его глаза расширились. Почему он не разговаривал с отцом? — Ты не помнишь, верно? — голос Грейнджер был почти шепотом. Целитель посмотрел на нее. Она печально вздохнула. — Нет. Я не помню. Кто дал мне зелье? — настаивал он, выпрямившись на кровати. Целитель медленно моргнул, не зная, отвечать или нет. — Это была она? — снова спросил Драко, как будто она была не менее чем в двух метрах от него. — Нет, мистер Малфой, иначе она была бы сейчас в Азкабане, — тяжело прищурился целитель. Он выглядел усталым. — Мы думаем, что кто-то подмешал вам его в кофе. Это не простое зелье забвения. Похоже, оно действует в течение долгого времени. Департамент авроров проводит расследование, чтобы найти виновного, — он дважды постучал пером по папке. — Однако, похоже, это зелье вполне целевое. Он хотел закончить это немедленно. — Хорошо. Итак, правильно ли я ответил на данный момент? Кроме моего отца? — Да, мистер Малфой, — мужчина перед ним коснулся переносицы. — Вы чувствуете желание продолжать? Драко пожал плечами. — Конечно. Был ли у него выбор? — Где Вы живете? Драко вызвал в воображении образы своего дома. К счастью, четкие образы. — В коттедже в Литтл-Гаддесдене. — О, прекрасно, — вздохнул целитель. — Разве это не маггловский район? — Только восточная сторона, — Драко снова посмотрел на тумбочку, как будто в это время могла появиться его палочка. Прежде чем его глаза успели вернуться к целителю, он заставил их снова замешкаться на Грейнджер. Теперь она смотрела на свои туфли, ее веки, казалось, застыли. — Вы живете там один? — Да, конечно. И тут раздался короткий вздох. Из горла Грейнджер. — Значит, в данный момент Вы, скажем так, не имеете пару? — Нет, я холост. Грейнджер выдохнула. — Могу я подождать снаружи? — спросила она целителя. Ее голос дрожал. — Ты можешь идти, Грейнджер, — резко вмешался Драко. — Думаю, мы почти закончили. Целитель посмотрел сначала на него, потом на нее. Он слегка кивнул головой. — Я подожду снаружи, — сказала она шепотом. — Твоя мать должна скоро прийти. Драко наблюдал за ее пошатывающейся походкой, пока она не вышла, ничего больше не сказав. Целитель не терял времени даром. — Может, поговорим о Ваших дружеских отношениях? — Думаю, да. — Расскажите мне. — У меня не так много друзей. Пэнси, Блейз и Тео — это те, кого я часто вижу. Иногда я встречаюсь с Грегом, чтобы выпить сливочное пиво. Я также встречаюсь с Поттером. Мы встречаемся раз или два в неделю, вместе с его женой, Джинни Уизли, теперь Джинни Поттер, я полагаю. Хотя я не совсем большой фанат Уизли. — Так вы трое ходите гулять? Вы и мистер и миссис Поттер? Это действительно было немного странно. — Да? — Вы помните, когда у Вас были последние отношения? Когда у него были отношения? У него никогда не было настоящих отношений, не считая Пэнси в школе. После войны он встречался с девушкой, имени которой не мог вспомнить. Но только пару месяцев. — Думаю, это было в январе 99-го. Я не помню имени девушки. Но это было несерьезно, — он прочистил горло. Ее звали Дженна или Дженни. — Потом у меня были перепихоны. В течение года, как мне кажется. Целитель поднял бровь. — Перепихоны? — Секс на одну ночь. — Так, допустим, у Вас не было никаких отношений с первых месяцев 2000 года? Ебаный ад. Он не трахался три года. Как, черт возьми, такое возможно? — Судя по Вашему молчанию, я предполагаю, что это «да», — целитель взглянул на часы на своем запястье. — Так действительно ли сейчас 30 апреля 2003 года? Он снова черкнул. — Верно, мистер Малфой, — объявил он с излишней торжественностью. Он продолжал задавать безобидные вопросы, на которые Драко без проблем отвечал. Он фыркнул пару раз, и целитель полностью проигнорировал его. Пока что он не помнил своего отца. Лекарь сказал, что зелье было целевым, значит, оно связано с его отцом? Другой целитель просунул голову в комнату после двух мощных стуков в дверь. — Дженкинс, миссис Малфой здесь, — большие очки закрывали его лицо, и Драко удивился, как он так работает. — Пять минут. Мы почти закончили, — отмахнулся Дженкинс. — Моя мама будет волноваться, — Драко скрестил руки на груди. — Уверен, мисс Грейнджер ее успокаивает, — странно улыбнулся целитель. Его мать, Нарцисса Малфой, ведет вежливый разговор с Гермионой Грейнджер? Драко едва не рассмеялся от этой мысли. — Кстати говоря, — непринужденно начал целитель. — Какие у вас отношения с мисс Грейнджер? — Боги, — выдохнул Драко. — Почему? — Потому что она нашла Вас без сознания в Вашем кабинете, — объяснил он, и это прозвучало как довольно неплохой бред. Они даже не работали в одном отделе Министерства. Они даже не были на одном этаже. — Какие у Вас были отношения с Гермионой Грейнджер? — Мы вместе учились в школе, — просто ответил он, срывая простыни. — Мы ненавидели друг друга. — А после школы? — Мы оба начали работать в Министерстве в сентябре 99-го. До этого она вернулась в школу, чтобы закончить выпускной класс, насколько я знаю. Я взял академический отпуск. — На работе? Какие у Вас отношения? Он почти никогда не видел ее. На самом деле, он не мог вспомнить, когда в последний раз видел ее в Министерстве. — Мы никогда не видимся, — вздохнул он, рассеянно поглаживая свой подбородок. — Мы работаем в двух разных отделах. Целитель фыркнул. — Но мисс Грейнджер очень хорошо дружит с Вашим другом, мистером Поттером. Драко сжал и разжал челюсть пару раз. — Верно. — Вы помните, когда Вы встречались с ней в последний раз или когда проводили с ней время? — Канун Нового года. 1999 год, — он избегал говорить ему, что на самом деле не хотел видеть ее полу мертвой в течение нескольких месяцев, и что в тот вечер она выглядела особенно красивой в золотистом платье с вырезом на шее. Он также не стал говорить ему, что весь вечер сопротивлялся желанию, извиниться перед ней. Эти слова он держал в себе с тех пор, как Поттер давал показания на его суде. Ему действительно было жаль. Он должен был что-то сделать, когда его тетя Беллатриса пытала ее, он тоже это понимал. Он вспомнил, как в полночь поднял в ее сторону бокал шампанского, а она покраснела и сделала ответный жест. — И после этого Вы больше не видели ее? — Только сегодня. Лекарь написал еще что-то, а затем поднялся со стула. — Мы закончили, мистер Малфой. — Могу я одеться? — Конечно, Ваша одежда и палочка в дальнем шкафу, — театрально указал он на скромный шкаф в конце комнаты. — А пока я поговорю с Вашей матерью.

***

Драко натянул брюки и рубашку, пока его мысли прояснялись. Что именно он не помнил? Он попытался сосредоточиться на том утре и подумать о том, что он делал перед уходом на работу. Он не помнил, завтракал ли он. По крайней мере, не дома. Он не помнил, как добирался на работу. Он помнил, как разговаривал с Гарри перед тем, как заняться работой. Он помнил, что тот сделал ему комплимент по поводу вина. Вино, выпитое накануне вечером. Он ужинал у него дома. Во вторник вечером. Он был уверен, что это был праздник, но не помнил, по какому поводу. Это был не его день рождения. Это не был день рождения его друга. Он произнес заклинание, чтобы поправить волосы, и положил палочку обратно в кобуру. Это не было даже празднованием какого-то повышения по службе. — Блядь, — прохрипел он сквозь стиснутые зубы, поправляя воротник. Он понял, что упустил несколько крупных фрагментов. Кусочков дня, обязательно связанных с чем-то. Он не помнил, принимал ли он душ утром. Хотя он был уверен, что делал это каждое утро, чтобы как следует проснуться. Он не помнил, обедал ли он. Тем не менее, он не был голоден. Было четыре часа дня, а он не хотел есть. Значит, он поел. Но почему он не мог этого вспомнить? — Мистер Малфой, — прервав его мысли, в комнату снова вошел целитель. — Я буду ждать Вас в своем кабинете, а пока я позволю Вам поговорить с вашей матерью. Драко почувствовал запах матери еще до того, как она успела обхватить его шею руками и прохрипеть его имя. — О Боже, Драко. Я так волновалась. Твой отец так волновался! Он колебался в объятиях матери. Он не мог вспомнить, когда она в последний раз так обнимала его. Он помнил, как она слегка похлопывала его по щеке, гладила по предплечью, но прошло много времени с тех пор, как она так обнимала его. Может быть, несколько лет. — Я в порядке, — коротко ответил он с оттенком смущения. Нарцисса на мгновение отодвинулась, чтобы посмотреть ему в глаза, пелена беспокойства заставила ее нахмуриться. — Твой отец тоже очень волновался, — повторила она, чуть сжав его плечи. Казалось, она пыталась убедить скорее себя, чем Драко. Он прочистил горло. Он сомневался в этом. — Я сомневаюсь, — горько пробормотал он. — Это правда. Он бы пришел, если бы… — она прервалась и отстранилась от него, пожав плечами. Драко вдохнул знакомые духи матери, прежде чем поправить рубашку. — Если бы? Нарцисса сделала жест рукой. — Забудь об этом. Может пойдем и поговорим с целителем? Драко отвесил челюсть. — Он тебе что-то сказал? Нарцисса покачала головой. Ее голубая мантия выделялась на фоне бледных стен Святого Мунго. — Он просто сказал мне, что это избирательная амнезия, — она открыла дверь, повернувшись спиной к его сыну, и шум коридоров влился в комнату. — Его кабинет вон там.

***

Не нужно было быть аврором, чтобы понять, что Гермиона Грейнджер имеет отношение к этой неприглядной картине. Она даже не взглянула на него, когда он вошел в кабинет целителя, и даже не посмотрела на него, когда он сел в кресло рядом с ней. — Мистер Малфой, — сказал целитель без всяких любезностей. — У меня есть теория. Но Вы должны ответить на один последний вопрос. Драко почувствовал себя неловко, когда посмотрел целителю в глаза. — Давайте, — просто сказал он. — В прошлую субботу, вечером, что Вы делали? — он почесал бровь. — Все, что Вы можешь вспомнить?. — В прошлую субботу? 26-го? Целитель кивнул, и Грейнджер резко выдохнула. — Я ходил в театр, — он попытался представить себе вечер в глубине сознания, но, как и все остальное, он помнил только некоторые детали. Он помнил представление, но не помнил, что он делал сразу после него, когда опустился занавес, когда он пошел к выходу. — Один? — Да, конечно. Я был один, — прорычал он нетерпеливо. С кем из своих друзей-идиотов он должен был пойти? — А сразу после? — Потом… — он поднял голову, чтобы вспомнить. — Я пошел на Трафальгарскую площадь. Трафальгарская площадь? Она, в маггловском Лондоне? Эти слова прозвучали абсурдно, как только покинули его рот. — Я плохо помню, — продолжил он и тут же выругался себе под нос. Только тогда он понял, как сильно они изменили его память. Он ничего не помнил. Мелькнула Трафальгарская площадь, а потом ничего. Он ничего не помнил об этой ночи. — Мистер Малфой, — серьезно начал целитель. — Избирательная амнезия характеризуется тем, что Вы забываете только некоторые события за определенный период времени, — он пристально посмотрел на лежащую перед ним карту. — Но Вы за три года не помните ничего, связанного с мисс Грейнджер. Драко замолчал, а затем издал негромкий смешок. — Что Вы пытаетесь мне сказать? — Мы были вместе почти три года, — голос Грейнджер был тоненьким, испуганным. Драко встретился взглядом с ее глазами. — В прошлую субботу ты попросил меня выйти за тебя замуж. И ее взгляд упал с лесных радужек на сверкающее кольцо на пальце.