When I fall//Когда я упаду

— Я более чем уверен, мисс Грейнджер, — целитель осмотрел ее беспокойными глазами. — Я поговорю с ним и отправлю копию его дела мистеру Поттеру. Гермиона не могла спокойно сидеть. Она знала, что он войдет в любой момент и будет смотреть на нее так, как будто они все еще в школе. — Спросите его о субботе. Спросите его о субботе, 26-го, и мы узнаем, действительно ли это то, о чем мы думаем, — она нервно коснулась своего кольца. Они были в театре, а потом он повел ее на Трафальгарскую площадь. Она рассказала ему, что много лет назад совершила свое первое волшебство на Трафальгарской площади. Ей было девять лет, и тогда она даже не знала, действительно ли ее свел с ума поток воды из фонтана в центре площади. Вода усилилась под ее мощью, она брызнула вверх, а затем изогнулась под странным углом, полностью намочив ее отца. Ее мать начала безудержно смеяться, а затем и Гермиона тоже начала смеяться. Они с Драко подошли к фонтану, он встал на колени и сделал это. Он нервничал, но хорошо это скрывал, а Гермиона дрожала, плакала и держала его лицо в своих руках. Она целовала его, ласкала, крепко обнимала. Он наконец-то сделал это, и это казалось ей нереальным. Ее пальцы так сильно дрожали, что кольцо грозило упасть. Потом они поехали домой, к себе домой, и они всю ночь говорили и занимались любовью. Они уснули, когда сквозь занавески пробился первый рассветный луч. Это был лучший день в ее жизни. — Хорошо, мисс Грейнджер.

***

Они задержались в атриуме больницы Святого Мунго. Драко заметно раздражало присутствие матери и ее удушающие вопросы. — Ты приедешь завтра в поместье? — наконец спросила она. Гермиона наблюдала, как Драко скорчил гримасу. Она знала, что он в ярости. Если бы все было нормально, она бы пожала его руку и трижды погладила ее большим пальцем. Тогда бы он посмотрел на нее, слегка вздохнул и ничего не сказал. Но не все было нормально. — Что? Даже не навестил сына, который попал в больницу? — Нарцисса подпрыгнула от его грубого тона и широко раскрыла глаза. Голубой цвет ее глаз, казалось, побледнел, став таким похожим на серый цвет ее сына. Нарцисса поджала губы. — Ты знаешь, что он не может приходить в твой дом. «Наш дом», подумала Гермиона. Не было необходимости объяснять Драко, что причина в ней. — Скажи ему, что если он захочет меня увидеть, то знает, где меня найти, — он повернулся к одному из каминов. Гермиона в недоумении уставилась на него, пытаясь удержаться на ногах. Драко не хотел что бы его отец выиграл, ему было наплевать на нее. Он ничего не помнил. Он не разговаривал с ней всю дорогу домой. Но он кивком пригласил ее пойти с ним в камин. Она знала, что ей не нужно надеяться. Но ее сердце все равно трепетало.

***

Они вошли в камин своего дома в Литтл-Гаддесдене. Драко ворвался, смахивая пыль, в комнату, в то время как Гермиона обратила внимание на тени у окна. — Там совы, — сказала она первой, когда он пересек гостиную и направлялся на кухню. Гермиона узнала бубо-бубо Блейза, филина Пэнси, который дрался с амбарным филином Тео. — От твоих друзей, они хотят тебя видеть, — продолжала она, открывая их письма. Драко Как ты себя чувствуешь? Можно я приду сегодня вечером? Блейз Забини Дорогой Драко, твоя мама мне все рассказала. Мы можем встретиться как можно скорее? Пэнси П. Да ладно, Драко, мы все знали, что рано или поздно ты свихнешься. Я приду сегодня вечером, в любом случае, чтобы убедиться, что ты можешь продолжать жить. Тео — Нет, — категорично заявил он. — Закрой камин. — Хорошо. Ты хочешь, чтобы я ответила? — Нет. Я собираюсь принять душ, я даже не помню, принимал я его или нет, — он начал расстегивать рубашку, и Гермиона не знала, правильно ли смотреть на него или нет. — Ты принимал, — ответила она, одарив его небольшой улыбкой. Он попытался ответить взаимностью, но получилась гримаса. — Мне все равно это нужно, — вздохнул он и бросил рубашку на бежевый кожаный диван в центре гостиной. — Драко, — ее тон прозвучал серьезнее, чем она хотела. — Я знаю, что ты не помнишь, но я помню. Не надо… — она сделала глубокий вдох. Она хотела сказать ему, что любит его, что они любят друг друга, даже если он не помнит. Очевидно. — Не спи ни с кем другим, пожалуйста. Драко расслабил плечи. Он открыл рот, но тут же закрыл его. Он выглядел оскорбленным. Как будто она предупреждала его не делать того, о чем он и не мечтал. — Ладно, Грейнджер, — пробормотал он и почесал затылок. — Я даже не помню, когда у меня в последний раз был секс. Гермиона хихикнула. — Сегодня утром, в душе. Со мной. И настал черед Драко смеяться. — Конечно, — он отвернулся от нее, чтобы дойти до ванной. — И, Драко, — она коснулась его плеча, и он повернулся, чтобы посмотреть на нее. — Не называй меня Грейнджер. — Мне называть тебя Гермионой? — Ты попросил меня выйти за тебя замуж, так что да. Гермиона, иногда любимая, когда ты пьян, ты называешь меня дорогая с ирландским акцентом, — они рассмеялись в одно и то же мгновение. — Я думаю, Гермиона пока лучший вариант, — он потрогал свой живот, глядя на нее. Воздух вдруг стал тяжелым, как будто он украл весь воздух в комнате, оставшись там вместо того, чтобы пойти в ванную. — Я не отказываюсь от нас, Драко, — призналась Гермиона, пожав плечами. — Если бы ты был в моей ситуации, ты бы тоже не отказался. Он сжал челюсти. — Мы… — его серые глаза остановились на ее. -Мы так ошибаемся, Гермиона. Мы, наверное, самая ебанутая пара в мире. — Ты уже говорил мне об этом, — улыбнулась она, но Драко смотрел на нее с пустым выражением лица. Два года и три месяца назад: — Я люблю тебя, — он поцеловал уголок ее рта, и она в шоке посмотрела на него. — Мы самая ебанутая пара, на которую я когда-либо смотрел, но это правда. Я люблю тебя, Гермиона. Он затаил дыхание. — Блядь, я даже не знаю как… Мы когда-нибудь ссоримся? Она расширила глаза на этот вопрос. — Вообще-то, никогда — и это правда. — Блядь, — повторил он, видимо, больше ему нечего было сказать. Для нее это было уже слишком. — Пока ты принимаешь душ, я пойду к Гарри, — попыталась она сменить тему. — Нет, подожди меня. Я пойду с тобой.

***

Если бы это было днем раньше, он бы подкрался к ней сзади и поцеловал в шею. А она бы запротестовала, потому что его волосы намокли, и он намочил ее. Но потом он поцеловал бы ее прямо под ухом, и она бы вздохнула, когда его крепкие руки ласкали бы ее плечи. Он бы спустил бретельку с ее платья и лизнул место, где появилась отметина. Она бы протянула руку к его волосам, и капли воды потекли по ее предплечью до локтя. Затем он прикоснулся бы к ее боку и улыбнулся коже ее шеи, потому что она уже была готова к нему. Она всегда была готова, когда дело касалось его. Вместо этого он бросил на нее удивленный взгляд, когда вошел в кухню и увидел, что она сидит за стойкой со стаканом воды и сахаром. — Моя палочка, — оправдывался он. — Я оставил ее здесь. Вместо этого он не подошел к ней сзади. Он прошел позади нее, в нескольких метрах, и Гермиона краем глаза проследила за ним до раковины. Он взял свою палочку и произнес заклинание, чтобы высушить волосы. — Я собираюсь надеть рубашку. Слишком много раз он оказывался именно в этом месте, без рубашки, рассеянно склонившись над раковиной. Она поцеловала шрамы на его груди, а затем спустилась ниже, чтобы лизнуть участок кожи под пупком. Она играла в эту игру по три раза, спускалась вниз, потом поднималась, начала расстегивать его брюки, но потом поднялась, чтобы поцеловать его в челюсть. Первые два раза он смеялся. — О, любимая. Если ты продолжишь в том же духе, я оттрахаю тебя так сильно, что завтра ты не сможешь ходить, — шипел он сквозь стиснутые зубы, его глаза полностью потемнели от возбуждения. — Что-то не так? Разве тебе не нравится хоть раз не контролировать ситуацию? — она рисовала пальцами круги на его груди, невинно взмахивая ресницами. Он произносил ее имя так, что это заставляло ее таять и возбуждаться. Он схватил ее за шею и крепко поцеловал. — Мерлин… — пробормотала Гермиона, проглотив все содержимое бокала.

***

— Драко, амбарная сова Тео вернулась! — Гермиона вздрогнула, когда бледная амбарная сова второй раз за день клевала оконное стекло. — Убей ее, — крикнул Драко из другой комнаты. — А потом отправь обратно в Нотт тушку с нашей совой. Гермиона тихонько засмеялась. Она знала, что не должна была краснеть при слове «нашей», но все равно покраснела. Дорогой Тео, Драко не хочет гостей. Ты же знаешь, каким он иногда бывает. С ним все в порядке, мы идем к Гарри, чтобы поговорить о том, что произошло. Завтра я постараюсь его переубедить. Гермиона — Ты ему отвечаешь? — обвиняющий голос Драко гремел на всю гостиную. — Ты готов? — Гермиона решила проигнорировать его. Она не стала бы спорить с ним по этому поводу. Он нахмурился и слегка наклонил голову. — Да, я готов. Но не отвечай этому мелкому сученышу. Гермиона не сводила с него глаз, закрывая письмо и вкладывая его в клюв амбарной совы. Птица взвизгнула и улетела. Драко поджал губы. — Ты уверена, что мы никогда не ссоримся? — Все всегда бывает в первый раз. Он выдохнул и сузил глаза. — Пойдем, любимая? — С удовольствием, милый. Если бы они воспользовались камином, Гермиона, наверное, высыпала бы ему в лицо порошок. Но она просто смотрела, как он идет за ключом от Гриммулд Плейс. Они никогда им не пользовались, но, с другой стороны, целительница запретила Драко аппарировать, а камин был закрыт, так что у них не было другого выбора. Гермиона не могла отвести от него глаз, как будто он мог в любой момент уйти и оставить ее одну. Вероятно, он мог это сделать. Она теперь была для него никем. Драко, вероятно, остался тут, потому что он точно не мог вернуться в поместье. — Я могу не помнить, но я знаю, когда твой мозг вот-вот загорится, — прервал ее мысли Драко и криво улыбнулся. Гермиона посмотрела на бархатный мешочек, в котором лежал портключ. — Ты знаешь? — В школе. Ты хмурилась и едва шевелила головой, — Драко провел пальцами по бархату, и она отвела взгляд. — Ты смотрел на меня? — она уже знала, что он смотрел на нее. Он признался в этом, когда они уже встречались несколько месяцев. — Не то чтобы я хотел смотреть на тебя, просто так получалось, — пожал плечами Драко, прослеживая контур бокала. — Ты меня бесила. — Бесила тебя? «Да. Тебе всегда было о чем подумать, что-то изучить. Мне приходилось не отставать, это было утомительно». — Время от времени, — просто сказал он, доставая портключ. — Готова? Гермиона кивнула, и они исчезли, чтобы добраться до Гриммулд Плейс.

***

— Я ненавижу чертовы портключи! — воскликнул Драко, восстанавливая равновесие, крепко держась за предплечье Гермионы. Она посмотрела на его беспорядочные волосы и услышала, как кто-то спускается по лестнице. Она очень надеялась, что это был Гарри. А потом вспышка его зеленых глаз, и Гермиона почувствовала такое облегчение при виде Гарри, что неловко уткнулась в его объятия. — Гермиона… — прошептал он, крепче прижимая ее к себе. — Боже, Гарри, скажи мне, что ты что-то нашел, — задыхаясь и находясь на грани слез, сказала Гермиона. Гарри не ответил, он просто отошел от нее, чтобы просто покачать головой. Затем он посмотрел на Драко, стоявшего позади Гермионы. — Драко, — сказал он, и Гермиона отошла, пытаясь привести себя в чувство. — Гарри, — резко ответил Драко. Когда они не были на работе, они всегда использовали свои имена. Гермиона находила это очаровательным. — Как ты? Драко скорчил гримасу. — Я хотел бы вспомнить женщину, которую я попросил выйти за меня замуж. Гермиона застонала и скрестила руки на груди. — Может, присядем? Хочешь что-нибудь выпить? — Самое крепкое, что у тебя есть.

***

— Я не собираюсь в отпуск! — Драко был в ярости. Гермиона наблюдала, как он вскочил с дивана, когда Гарри сообщил новость. — Глава Департамента ясно сказал. Ты слишком увлекся, Драко, — Гарри поправил очки. Гермиона заметила, насколько профессиональным он был, когда Джинни не было рядом. Джинни вытащила из него неуклюжую и полностью влюбленную часть. — И как долго это будет продолжаться? — Драко махнул рукой со стаканом огненного виски. — У нас есть анализ стакана. — И? Гермиона сделала глоток кофе. — Нет ничего необычного, верно? — теперь она слишком хорошо понимала Гарри. Он поджал губы и коротко кивнул. — Но он может быть защищен очень мощными заклинаниями. Это займет неделю работы, по крайней мере. — Неделя? Что я должен делать неделю дома? Гарри зашевелился на месте. Что должен был делать Драко? Конечно, работать над своими отношениями с ней. Но он не хотел этого. Гермиона была для Драко Малфоя не более, чем знакомой. Гермиона наблюдала за Гарри на грани нервного срыва. — Гарри… — попыталась она успокоить его, но он промолвил. — Нет, Гермиона. Ты не знаешь, что мне пришлось… — Да, я знаю, Гарри. Не пытайся тоже стать главным героем этой истории… Он бросил на нее взгляд, который ранил ее сердце. — Ты знаешь, что я этого не делаю. Попробуй, попробуй на секунду поставить себя на мое место и увидеть своего лучшего друга, опустошенного войной… — Не говори этого при нем! — закричала Гермиона, и Гарри удивленно поднял брови. Гермиона вскочила и посмотрела на Драко потрясенными глазами. — Я отправлюсь домой, если ты хочешь остаться. Не осознавая этого, она пожала его руки. И была благодарна, что он не отодвинулся. Драко посмотрел сначала на нее, а потом на Гарри, пытаясь понять, что произошло. — Гермиона, — сказал Гарри, задыхаясь. — Мне жаль… — Гарри, правда. Я не хочу сейчас говорить. Гермиона снова начала колебаться в его руках, глядя в его растерянные серебряные глаза, а затем она вышла из комнаты, чтобы исчезнуть.