Тепло твоих рук

      Волшебники проспали всю ночь. Мир, казалось, замер в томительном предвкушении и лишь яркое солнце, нарочито-выглядывающее из-под плохо задёрнутых штор, к полудню всё-таки набралось смелости разбудить ребят.       Если бы не тёплое хрупкое тело, покоящееся в его объятиях, Драко бы и впрямь подумал, что всё это было сном.       Постепенно переваривая произошедшее, он лишь молча рассматривал спящую Гермиону. Каштановые волосы, приятно щекотящие белоснежную кожу, переливались на солнце и отдавали золотом. Бледное тело жадно впитывало жаркие лучи и буквально светилось, словно самый дорогой жемчуг. Веснушки яркими пятнами рассыпались по щекам и то и дело покрывали худые оголённые плечи.       Всё ещё привыкая к своему нынешнему положению, слизеринец почему-то боялся сделать лишнее движение. Ему казалось, если она проснётся, сразу же передумает. Блондин старался как можно на дольше отложить этот момент.       - Хватит на меня так смотреть, Малфой, - едва заметно, пробурчала сквозь сон гриффиндорка и сильнее прижалась к горячей груди.       Волна адреналина теплом окатила тело.       Проведя тонкими пальцами по кудрявым волосам, Драко с улыбкой снова закрыл глаза.       - Я просто не могу поверить, что это действительно ты, - хриплый утренний голос приятно заполнил спальню.       Девушка лишь лениво чмокнула его в горячую грудь и продолжила дремать.       Они пролежали так ещё полчаса, пока солнце совсем не вошло во вкус. Начало лета давало о себе знать.       Более-менее проснувшись, пара неторопливо позавтракала и отправилась назад в замок.       Не смотря на прояснённую ситуацию, неловкость всё равно витала в каждом взгляде, как и азарт узнать ближе друг друга.       Возможно, они согласились на это ради интереса.       Возможно, из-за одиночества.       Возможно, от тоски по человеческому теплу.       У каждого были свои мысли на этот счёт.       Понятно было лишь то, что озвученными оставались всего шесть правил, а остальные границы и рамки предстояло узнавать опытным путём.       Гермиона, несмотря на всю внешнюю смелость, всё же сомневалась в правильности решений. С одной стороны, ей уже было всё равно на результат и хотелось просто отпустить себя по этому странному течению. Это чем-то схоже с апатией. "Будь что будет и вообще не важно что". С другой стороны, в ней всё ещё жил здравый смысл, который отчаянно спорил со своими же желаниями.       Эта игра в отношения успокаивала. Создавалась иллюзорность нормального мира и простых человеческих вещей. Было приятно чувствовать тепло партнёра и хотя бы на недолгие мгновения ощущать себя обычным живым человеком. Забывать всё то, что происходило до этого или безмолвно разделять ту боль, которая всё ещё пропитывала тело и разум.       Думая об этом всю дорогу до Хогвартса, каждый из них точно понял, что, пожалуй, не смог бы быть таким образом рядом с кем-то ещё. Они видели друг в друге самих себя: искалеченных, напуганных, одиноких, потерянных... поэтому и цеплялись друг за друга так жадно.       Ни о какой банальной любви речи и не шло.       Девушка, запуганная ужасами последних лет, вздрагивала буквально от каждого шороха. Зачастую проводя вечера в слезах, она вообще не думала о том, что способна хоть на какие-то положительные чувства. Ей казалось, что любое влечение сейчас можно объяснить одиночеством и страхом. А разве можно считать любовью спасательную подушку? Реальна ли любовь к человеку, который тебя спасает или это просто чувство благодарности и ломка от переизбытка безопасности рядом с ним?       Она не могла найти способы разделить эти эмоции, поэтому просто сдалась.       Это и было настоящей причиной отказа Уизли.       Малфою же, помимо всего этого, мешало ещё и то, что он действительно считал себя недостойным ни нормальных отношений, ни, тем более, нормальной любви.       Он был готов всю жизнь провести один, лишь бы не отягощать чьё-то существование и не омрачать репутацию других людей своим присутствием.       Волшебник знал, что для многих его счастливое будущее - лишь ещё один повод для убийства. Поэтому Драко просто не хотел подставлять под раздачу кого-то ещё.       Парень боялся, что по-настоящему его никто так и не полюбит. Что любовь, которую, возможно, попытаются проявлять будет обычной жалостью. Но, отчасти, он был этому и рад.       Появление Грейнджер действительно подняло ему настроение. По крайней мере, она показала ему, что тот не бесполезен.       Однако, всё что случилось после той ночи, действительно вводило в ступор.       Он не был в неё влюблён, нет, но он определённо был ей заинтересован.       Вероятнее всего, если бы гриффиндорка полезла к нему с чувствами, он бы сразу ушёл.       Но девушка предлагала нечто более приемлемое для их ситуации.       Если бы он был обычным человеком, то, скорее всего, просто подумал, что "тело".       Но Малфой не осознавая того, всё же был её отражением и действительно понимал, что же скрывалось за всем этим. Они делили между собой одиночество, прячась от реальности в странной игре.       Никто не знал, насколько долго это всё продлится, но пока никто не намеривался это заканчивать.       По пути в Хогвартс волшебники особо не разговаривали. Да и держались подальше друг от друга, чтобы не привлекать лишних взглядов.       В замке они и вовсе разминулись.       Малфой пошёл помогать в больничном крыле, а Грейнджер - за последними новостями к директору. И так прошёл целый день.       Занимаясь своими делами, они полностью отдавали себя работе, даже в эти первые редкие выходные.       Многие ещё не вернулись, поэтому помощь оставшихся была более чем необходима.       Драко закончил довольно поздно, было слишком много работы. Он всё это время помогал доставлять и сортировать медицинские ингредиенты. Даже пользуясь магией, ты всё равно физически устаёшь перекладывать тяжёлые мешки и коробки с места на место.       Возможно, ему было бы легче, если бы это всё не сопровождали плач и стоны больных.       В башню старост он вошёл под крики уже знакомой пары. В первую же секунду волшебник узнал разгневанные голоса.       - Я не буду отчитываться перед тобой, Рон! - не зная, как ему лучше поступить, слизеринец, чей приход вообще никто не заметил, так и остался у картины, не решаясь зайти в гостиную.       - Где вы ночевали, Гермиона? Неужели так сложно ответить?! - находясь с подругой наедине, Уизли явно чувствовал себя в разы увереннее, чем вчерашним утром.       - Это не твоё дело! - голос гриффиндорки сталью отражался от каменных стен.       - Что ты вообще забыл вчера вечером в Хогвартсе? Не ты ли желал при первой же возможности вернуться в Нору? - её крики холодом заполняли всё пространство.       - Я просто хотел нормально поговорить с тобой, когда ты протрезвеешь, Герм! Мне вообще не нужно было уходить. Вдруг этот мудак что-то с тобой сделал?       - Да даже если бы мы переспали, Рон, сколько можно повторять, что тебя это не касается?       Драко самодовольно улыбнулся.       - Так вот чем ты занималась этой ночью? Удовлетворяла потребности этого уб... - Уизли не успел договорить, как резкий хлопок, а затем и осознание произошедшего накрыли его горячей осуждающей волной. Рыжеволосый волшебник, переполненный злостью и обидой, разом залился краской, а затем, поняв до конца, что же он сейчас натворил - мертвенно побледнел.       Малфой не видел происходящего, но точно был уверен в одном - эту пощёчину Уизли не забудет никогда.       Сделав вид, будто он только что зашёл, слизеринец нарочито-удивлённым взглядом окинул присутствующих.       - Грейнджер, мне передали, что ты меня вчера весь вечер искала? - будто невзначай обронил слизеринец.       - Я уезжал в поместье. Буду нужен, позови... как закончите, - небрежно поклонившись блондин бросил самодовольный взгляд на раздражённого Рона и гордой походкой направился в комнату.       Он был готов поклясться, что ещё пара секунд и Уизли бы прожёг дыру в его мантии своим испепеляющим взглядом.       - Тебе лучше уйти, Рональд, - последнее, что сказала девушка, перед тем как не дожидаясь ответа пойти к себе.       Время подходило к ужину.       Драко раскладывал по местам чистую одежду, когда в комнату постучали.       - Входи, - он знал, кто стоит за дверью.       - Грейнджер, я же сказал, что эти царапины ты сможешь убрать только после моей смерти, - спокойно произнёс он, заметив краем глаза бутыль, схожую с той, в которой хранилось адское варево.       - Это для... синяков... - смущённо ответила девушка, так и остановившись на пороге.       - Но я не хочу.. - завораживающий, немного низкий голос глухо доносился из комода.       - Будет странно, если мы будем ужинать... в шарфах, - Гермиона всё ещё не решалась пройти дальше порога.       Если честно, Малфой и сам забыл, что предложил скрываться.       - Не стой в дверях, - парень, до этого вручную развешивающий рубашки, одним взмахом палочки поместил каждую на своё место.       - Мне нравится процесс, - добавил он, заметив слегка удивлённый взгляд.       Гриффиндорка неуверенно сделала шаг.       - Твой дружок просто мастер оказываться не в то время, не в том месте, - Драко вспомнил сегодняшнюю перепалку и вчерашнее утро, и позавчерашний вечер...       Гермиона, нервно улыбнувшись, слегка пожала плечами. Было видно, что произошедшее её удручало.       Малфой, чувствуя, что она вот-вот расплачется, не стал дожидаться этого момента и крепко её обнял. Если честно, её слёзы его пугали. Образ, который строился в его сознании долгие годы, никак не сочетался со слабостью и страхом.       - Всё в порядке, Грейнджер, из-за ревности он не понимает, что творит. Вот увидишь, скоро сам же прибежит извиняться, - девушка еле-слышно всхлипывала.       - Ну же, всё будет хорошо, ты слышишь, не реви, - Малфой аккуратно провёл рукой по непослушным волосам. Такие мягкие.       - Ладно, пока я добрый, разрешаю тебе снова пытать меня этой адской жижей, - спустя пару-тройку глубоких вздохов, Гермиона всё же слегка успокоилась.       - Это другая, - едва различимо пробурчала она в горячую грудь блондина.       - Что-что? - конечно, он прекрасно всё расслышал и с первого раза.       - Это другая! - Грейнджер отодвинулась от парня и вытерла слёзы. Тело сразу обдало неприятным холодом.       - Она лишь слегка попечёт, - Малфой всё равно неприятно съёжился.       - Хорошо, сделаем вид, что я тебе верю, - не сводя изучающего взгляда с собеседницы, он расстегнул верхние пуговицы белоснежной рубашки и оголил зацелованный участок белоснежной кожи.       Пекло и правда не так сильно. Но всё же было неприятно.       Героически выдержав это испытание, Драко с удовлетворением посмотрел в старинное зеркало.       - Теперь твоя очередь, - блондин нерешительно коснулся хрупкой шеи, аккуратно убрал с левого плеча непослушные локоны и ещё раз полюбовался своей работой.       Машинально отодвинувшись, Грейнджер прикрыла рукой открывшуюся кожу.       - Неужели боишься? Меня пытала, а сама не хочешь? - девушка обижено надула губы.       Он и правда не ожидал такой реакции.       - Ты постоянно ходишь в рубашках, поэтому будет слишком странно, если наденешь сегодня свитер, а меня никто и не заметит... - Гермиона была настолько серьёзна, что слизеринцу даже стало смешно. Теперь понятно, почему при всём арсенале первоклассных микстур, она всё же ходила в многочисленных шрамах и ссадинах.       Настойчиво забрав лекарство у неё из рук, слизеринец так же элегантно нанёс его на чистый спонж. Бесшумно поставив пузырёк на прикроватный столик, Драко аккуратно взял девушку за руку.       - Я не сделаю тебе больно, - Малфой завороженно смотрел в напуганные глаза девушки и лишь дождавшись еле заметного кивка, снова убрал её волосы.       Однако, всё было не так просто, кудри совсем не слушались и то и дело снова падали на плечи, да и футболка с узким вырезом не давала нормально нанести зелье.       Тщательно прицеливаясь, блондин так и не сделал ни одного мазка.       Глубоко вдохнув, он положил спонж рядом с бутыльком. Тонкие пальцы нежно коснулись запястья Грейнджер. Воздух наполнился электричеством. Безмолвно стянув небольшую резинку, Драко неуверенно поднял увлечённый взгляд.       - Ты позволишь? - слегка кивнув, Гермиона с интересом наблюдала за происходящим.       Волшебник аккуратно собрал пушистые волосы в невысокий хвост. Было видно, что он делает это в первый раз. Но парень действительно старался.       Когда одна проблема была решена, Малфой задумчиво посмотрел на тёмную футболку. Не зная, как лучше передать свои мысли, он тщательно подбирал каждое слово.       - Ты не могла бы?.. - Гермиона только по взгляду уже поняла, что он хотел, но соблазн прикинуться дурочкой был слишком велик.       Стараясь сдерживать улыбку, гриффиндорка вопросительно вдёрнула брови.       - Ты не могла бы... снять её? - было слишком неловко просить об этом в обычной обстановке.       Его растерянность раззадоривала и действительно поднимала настроение. Слегка наклонив голову, Грейнджер с интересом изучала каждую новую эмоцию. Слизеринец казался таким уязвимым в этот момент. Это интриговало.       Не отводя заинтересованного взгляда, она скинула с себя тёмно-коричневую футболку и продолжила наблюдать пусть и за умело-сдержанными, но такими соблазняющими эмоциями.       Явно всё ещё отходя от её действий, парень старался не смотреть на бордовый бюстгальтер. Сделав пару глубоких вдохов, он всё же взял в руки себя и отложенный спонж.       - Будет немного жечь, - Малфой как можно более нежно провёл зельем по зацелованной шее. Девушка слегка поёжилась.       Заметив это, блондин медленно приблизился к ключицам и, продолжая наносить зелье, осторожно дул на кожу.       Отодвинув неприятные ощущения на второй план, Грейнджер, загипнотизированно наблюдала за каждым движением парня.       Такой спокойный и нежный.       Он обращался с ней, словно с хрупкой фарфоровой куклой. Это было непривычно. Очень. Впервые за долгое время она чувствовала себя в безопасности.       Даже после того, как последний синяк растворился под водянистыми следами, Драко продолжал аккуратно дуть, переживая, что эффект ещё до конца не прошел.       Он был таким красивым в этот момент.       - Вот видишь, это же было не так страшно, как казалось? - парень наконец-то отодвинулся от девушки и убрал использованный спонж.       Грейнджер робко кивнула.       Как бы парень этого не хотел, но было совсем непросто удержаться от изучения открывшейся картины.       Девушке очень шёл этот небрежный хвост и красный цвет бретелек. Малфой просто не мог этого не заметить.       Было очень забавно наблюдать за тем, как он борется с желанием опустить взгляд. Если бы не скорый ужин, они бы, возможно, просидели бы так ещё очень долго.       Драко, встал с кровати первым. Доставая из шкафа чистую мантию и, словно ища что-то ещё, дал девушке время одеться. Вышли они в разное время, так же как и зашли в общий зал.       Об их отношениях не говорило ровным счётом ничего, кроме надутого Рональда, которому по просьбе директора пришлось остаться сегодня в замке.       Обсуждая что-то с Макгонагалл, он единственный краем глаза заметил их переглядки.       Они сами этого не замечали, но действительно периодически смотрели друг на друга по очереди.       Рон, пусть и нехотя, признал, что сейчас удача не на его стороне и, осознав всю ту хрень, что он натворил, решил искренне извиниться.       По правде говоря, он не имел ничего критичного против нынешнего Малфоя, до тех пор, пока тот не трогал Гермиону.       Закончив обмен последними новостями, Уизли всё же собрался с силами и подсел к подруге. Да, она не приняла его с распростёртыми объятьями, но и не отодвинулась.       - Я правда дурак, Герм, - единственное, что он сумел из себя выдавить.       Девушка оторвалась от еды.       - Прости меня, пожалуйста... я... я не хочу вот так вот терять тебя... - было видно, как сильно тряслись его руки.       - Я тоже не хочу вот так ссориться, - Малфой не слышал ни слова, но то что сейчас происходило явно его бесило.       Стараясь не пялиться на знаменитую пару, он краем глаза всё же следил за каждым движением гриффиндорца.       - Мир? - Рон раскинул руки для примирительных объятий.       - Мир! - девушка наконец-то улыбнулась и обняла его в ответ.       Малфой, всё ещё держащий себя в руках, лишь сильнее сжал нож.       Быстро доев порцию, Драко не стал дожидаться девушки и сразу же отправился в комнату старост.       Гермиона же ещё долго просидела с другом, обсуждая последние известия о обитателях норы.       Конечно, она не пропустила тот раздражённый взгляд блондина, брошенный у самого выхода из столовой. Но ей всё же было важно знать, что у остальных тоже всё налаживается. Что плохие новости почти перестали поступать.       Вдоволь насладившись ужином, гриффиндорка пригласила друга остаться сегодня в спальне Невилла, но тот сослался на важное задание директора и скрылся с одним из представителей министерства.       Блондин сидел у камина и читал старую книгу, когда девушка наконец-то зашла.       Устало кинув потрёпанную мантию на софу, она молча присела на пушистый ковёр и положила голову ему на колени.       Драко отложил книгу на стол и провёл рукой по пушистым локонам.       Мягкие.       Совсем забыв о своем раздражении, томительном ожидании и всём мирском, он лишь гладил её волосы.       Гермиона и не заметила, как уснула.       День был очень тяжёлый и насыщенный, да и хроническая усталость давала о себе знать всё чаще.       Не зная, как лучше поступить, Малфой так и не смог пройти сквозь защитные чары женских спален и просто отнес Грейнджер к себе.       Укутав её в изумрудное одеяло, он долго размышлял над своей внезапной ревностью, разглядывая многочисленные веснушки на щеках.       Так и не поняв причин подобного поведения, он незаметно уснул.